Стена любви

~Даже если хорошо постараться, все равно от прошлого не убежишь.
________________________________

Когда родители объявили, что я и Джордж летим учиться в Бостонский университет, о котором мы грезили весь заключительный год в школе, то радости не было предела. Помню как в сентябре прошлого года мы подошли к родителям и сказали, что будем учиться в Бостоне. Мама тогда обиделась на нас, папа сказал, что мама не хочет нас отпускать — ведь мы единственные ее дети. Почему папа так с легкостью сказал, что поговорит с мамой и постарается ее уговорить, я понятия не имела. Однако я понимаю, что он это сделал не из-за того,что мечтал о нашем скорейшем отъезде, а потому что осознавал, что это наше будущее.

Спустя месяц ссор, которые практически смогли разрушить нашу семейную идиллию, долгих разговоров, которые всегда заканчивались слезами матери и красным лицом отца— оно всегда краснело,когда папа был расстроен, и поиском уютной,недорогой квартиры мы пришли к заключению, что отправляемся в университет мечты.

—Джордж Оливер Миллз, если ты сейчас не спустишься, то обещаю по приезде я расчленю тебя и продам твои части тела за копейки,потому что большего ты не стоишь!— прокричала я, подняв голову наверх, чтобы разглядеть образ брата на лестнице.

—Дженнифер!— крикнула мать и нахмурила брови.—Он же твой брат!

—Он индюк, из-за которого мы опаздываем в аэропорт.—тяжело выдохнув, я отошла к двери и нажала на ручку. В ту же секунду,как я открыла дверь,рядом со мной приземлился черный чемодан Джордж,который прилетел со второго этажа дома.

—Ты совсем сумасшедший?—прокричала я. Продолжив стоять с открытой дверью, я почувствовала, как щеки начинают гореть. Особенность появления красноты на лице при негативных эмоциях досталась мне от папы.

Джордж со своей небрежной ухмылкой,засунув руки в карманы, стал вальяжно спускаться по деревянной лестницы ко мне навстречу. Подойдя к чемодану, он взял его за прямоугольную ручку, которая выдвинулась и-за сильного удара о пол и, кивнув в знак благодарности, двинулся вперед.

—Я же сказала— индюк.

Джордж — мой брат-близнец, который вылез на этот свет восемнадцать лет назад чуть раньше меня, пристрастился с самого детства к надоедливым шуткам в мою сторону и разным проделкам, которые скоро не оставят меня в живых. Не смотря на то, что он появился в этом мире на десять минут раньше меня, ему ничего не мешает считать меня младшей сестрой. С одной стороны это мило, я вижу его беспокойство обо мне и любовь, однако иногда он переходит все границы.

В общем счете за последние полтора года он убрал с моего пути около двадцати двух парней, которым я нравилась.

«Этот странный.»
«Он будет жить с матерью всю жизнь.»
«Тот похож на рок музыканта.»
«Этот будет выживать на улице»

И так каждый раз. Правда Джордж не знал еще о трех парнях, которых я хорошо припрятала. Но они тоже долго не задержались в моей жизни, потому что я их отшила.

Однако я не злюсь на него. У него есть полное право так делать.

Дорога до аэропорта оказалась не такой мучительной, как я думала. Папа решил вспомнить, как я в детстве справила нужду в свой детский розовый горшок, а затем вылила все содержимое горшка на голову Джорджа. Он тогда расплакался и ударил меня по ребру. В итоге мама решила нас обоих наказать. Не понимаю, почему для многих родителей лучшее наказание для ребенка являются долгие минуты в углу комнаты? Мне было очень весело наблюдать за тем, как Джордж хнычет в противоположном углу гостиной от того, что устал стоять.

—У меня травма детства. — недовольно буркнул Джордж,сидящий рядом со мной.

Прощание с родителями у входа в аэропорт заставило мои глаза намокнуть, но слезы так и не пустились наружу. Папа обнял так крепко, что все органы внутри меня сжались, и кинул добрые слова напоследок.

—Джордж, узнаю, что с твоей сестрой что-то случилось, прибью тебя. — брат в ответ лишь закатил глаза и, наверно, мысленно кинул запрос во вселенную, чтобы я исчезла из его жизни.

Знал бы ты, папа, что Джордж—мой единственный путь на небеса.

Мама просила нас остаться, объясняя тем, что в Чикаго тоже полно хороших университетов, а жить мы сможем отдельно от них с папой. Но что сделано, то сделано. Это будут конечно мучительные годы в одной квартире с братом, однако я готова потерпеть ради журналистики.

Пройдя регистрацию, мы направились к нашему выходу — G8. Оставив чемоданы перед собой,я села на кресло с мягкой обивкой, а Джо решил сходить в ближайшее кафе за кофе.

—Мне пожалуйста раф на банановом с ореховым сиропом! — провозгласила я повелительным тоном.

—Мелкая, будешь мне приказывать, останешься вообще ни с чем. — прошипел Джо и направился в сторону кафе.

Самолет уже достиг максимальной высоты, время полета из Чикаго в Бостон занимало около пары часов, поэтому поспать я решила по приезде.

Почему мы выбрали Бостон? Верного ответа нет, просто мы с Джорджем решили,что не хотим оставаться в Чикаго под присмотром родителей. А Бостон стал отличным вариантом, путь в который составляет всего пару часов на самолете. Тем более здесь живет наша бабушка, которая не особо будет следить за нами, однако родители уверены в обратном. Хотя, признаться честно я хотела поступать в Нью—Йорк. Но Джо по какой—то причине все время ворчал про Бостон и в итоге смог мен я уломать.

Первым предложением насчет квартиры стало обитель бабушки. Ни я, ни Джордж не согласились. Кто захочет жить с семидесятилетней бабулей, которая откормит тебя в первый же день и не будет выпускать из дому в поздний час? Я люблю ее, бабушка все наше детство провела рядом, однако мы переехали от родителей для свободы. А жизнь в одной квартире с бабушкой равно нет свободы.

Вторым предложением стала большая,но не уютная квартира в районе Хайд Парк, расположенном на юге Бостона. Увидев ее я впала в шок, а затем, посмотрев на цену за месяц,  упала на диван. Несколько тысяч долларов за старую, скрипучую кровать и плесневелый туалет я не готова была отдавать. 

И наконец, третьим вариантом стала наша будущая квартира в Даунтауне. Этот район находится недалеко от Бостонского университета, а квартира, как показано на фотографиях, выглядит уютно, стильно и дорого, однако ее цена за месяц довольно хорошая для двух приезжих студентов.

Конечно, мы могли выбрать проживание в кампусе, однако я не намерена делить одну комнату с незнакомым мне человеком. Лучше поделю квартиру с Джорджем, чем пару метров с вонючей соседкой.

Самолет приземлился на Бостонскую землю около четырех часов дня. Выждав сорок минут, мы вышли из самолета и, с музыкальным сопровождением колесиков чемоданов, отправились на такси до съемной квартиры в Даунтаун.

Конец лета в Бостоне немного порадовал меня дождем, который освежил улицы, смыв пыль и сделав воздух чистым. Мы проезжали мимо низких, кирпичных зданий, которые напоминали аутентичность. Потом переместились в самый центр Бостона в район, где каким-то образом родители сняли нам квартиру.
Высотные здания окружили нас, от чего дыхание немного сбилось. В Чикаго тоже безумно красиво, но когда это твой родной город, то он перестает быть таким захватывающим.

Расплатившись с таксистом, я пнула Джорджа под зад — тот заявил, что потерял свой кошелек. Я видела некоторое время назад, как он перебирал вещи в своем рюкзаке и вынул оттуда кошелек, а затем сунул его в карман брюк.

Наши души поплелись в не такое высокое здание, какими были другие, но не менее красивое. Первый этаж напоминал мне метрополитен-музей, где проходит ежегодное мероприятие Met Gala. Он выглядел помпезно: широкие панорамные окна,выходящие на улицу, аккуратно
постриженные растения, которые росли вдоль окон за пределами помещения. Мой взгляд упал на мягкие, небольшие диваны цвета розового леденца, в кругу которых находился кофейный столик. И белый мрамор, которым был отделан весь этаж, идеально подошел к интерьеру.

Заметив длинную стойку за которой сидела пожилая женщина, я поздоровалась и толкнула Джорджа в бок,чтобы тот проделал то же самое. Подойдя, к ряду лифтов, двери которых были зеркальными, я нажала на круглую кнопку со стрелкой указывающей «вверх». Дождавшись лифта, мы зашли внутрь серебряного кварца и стремительно поднялись на пятнадцатый этаж.

—Обалдеть.— промолвил Джордж, как только мы приехали на нужный этаж.—Это, мать его, лучше груди Бэйли Хаммер из параллельного класса.

—Джо! Оставь свое прошлое при себе.

Вытолкнув застывшего Джорджа из кабины лифта, я нашла глазами номер квартиры, в которой мы должны наладить нашу «скромную» жизнь, и позвонила в звонок, висящий возле светлой двери.
—Добрый день! Вы Дженнифер и Джордж Миллз?

На пороге предстала приятная женщина лет сорока. На ее лице появилась легкая, вежливая улыбка, а глаза воцарились теплом.

—Здравствуйте, да, это мы.—сказала я, улыбнувшись в ответ.

Миссис Лонг, имя которой я узнала до приезда, пропустила нас в квартиру. Оставив вещи в прихожей, Джордж и я прошли в нашу будущую обитель, осматриваясь вокруг.

Небольшой коридор из прихожей закончился на гостиной. Слева стоял небольшой, очень аккуратный, молочный диван, а напротив него расположился дизайнерский кофейный столик, над которым висел крупный телевизор. С другой стороны находилась небольшая кухня, с нужным гарнитуром, а посередине нее стоял кухонный островок. Позади островка, поместился стеклянный стол с четырьмя стульями. И самое главное, на что я обратила внимание, стали панорамные окна, которые открыли вид на весь Даунтаун. Обзор просто невероятный. Все высотные здания смотрят прямо на нас, открывая между собой вид на реку. Даже представить не могу, какой облик район примет ночью.

Нам показали две спальни, одна из которых тут же досталась Джорджу.

—Мелкая, чур эта моя!— парень прыгнул на кровать, разложившись звездой на ней. Посмеявшись над ним, я направилась за хозяйкой квартиры.

Ванная комната была в приятном молочном и не слишком броским сером,как мокрый асфальт, цветах

Миссис Лонг обговорила со мной еще несколько деталей и направилась к выходу.

—Ну что ж, Дженнифер, надеюсь вам понравилось!—воскликнула женщина.

—Миссис Лонг, все просто чудесно!— ответила я ей.—Скажите, сколько мы вам должны за первый месяц.— я потянулась к рюкзаку, что стоял на пороге, чтобы взять кошелек.

—Дженнифер, ваши родители оплатили квартиру на полгода вперед. Поэтому надеюсь, что когда я приду сюда через шесть месяцев, квартира будет в полном порядке! Если что я всегда сижу в фойе. До свидания!— произнеся, она растворилась в дверях лифта.

Как это оплатили за шесть месяцев?

—Джордж!—крикнула я.— Джо, катастрофа!— брюнет тут же прибежал услышав мои крики.

—Что случилось?— обеспокоено спросил он.—Нас выселяют? Черт, я уже вещи разложил.

—Нет, не выселяют. Хуже!— мои глаза выразили испуг.— Родители заплатили за квартиру на шесть месяцев вперед!- проговорила я на одном дыхании.

Резкий хохот из уст моего брата, заставил меня закатить глаза и недовольно взглянуть на него.

—Мелкая, ты совсем с ума сошла.— смеялся тот.— Радуйся, полгода можем жить спокойно.

—Но это не правильно.

—Дженн, умей принимать помощь. Особенно от родителей. Это была их прихоть, никто не заставлял. Так что иди в комнату, вещи раскладывай.

Тяжело выдохнув,я направилась в свою новую комнату.

Начиная с пятнадцати лет я мечтала о независимости. Меня постепенно стало раздражать, что для того чтобы купить новую одежду или косметику мне нужно было переступить через себя и попросить у родителей какое-то количество денег для моих прихотей.Пусть наша семья всегда жила в достатке,мне все равно не комфортно лишний раз намекнуть родителям на то,чтобы они мне дали какую-то часть от нашего бюджета.

Однажды я сказала об этом маме и она мне заверила,что им не трудно давать мне карманные деньги, тем более я взрослею,а значит потребности тоже растут. Однако меня это не успокоило. Я даже пыталась устроиться на работу, но мне везде отказывали, ссылаясь на то,что я слишком мала. Неужели человеку достигшему шестнадцать лет будет слишком сложно носить подносы и разносить еду по залу?

Я смирилась на какое-то время, успокаивая себя тем,что родителям и правда не сложно давать мне деньги, да и в принципе содержать. И, посмотрев на Джорджа,который тратил наш семейный бюджет направо и налево, я полностью успокоилась. До сегодняшнего дня.

Я знала,что родители будут помогать нам с квартирой и учебой. Но чтобы настолько...понятия не имела. Моя мечта о независимости сдвинулась еще на шесть месяцев вперед.

По словам Джорджа, он позвонил родителям и поблагодарил их. Они немного смутились, поэтому брат попросил меня не упоминать об этом в разговоре с ними, чтобы еще больше не смущать. Не смущать? А я не смущена? Абсурд.

—Джордж, ты не видел мою косметичку?—крикнула я.

—Видел.—в комнату зашел Джордж с белой небольшой косметичкой в руках.— Какого хрена она забыла в моем чемодане? — он кинул ее на кровать и обозленными глазами уставился на меня.

—В моем места не было.

—Дженн, я просил тебя не класть свои вещи в мои. Какого черта ты сделала это снова?

—Джо-Джо, а я говорила тебе,что мне все равно на твои просьбы.—я покрутила указательным пальцем возле его носа и улыбнулась. Парень тяжело выдохнул и в который раз смирился с тем,что его сестра сущий дьявол.

—Я сегодня в клуб иду, буду поздно.—сказал Джордж на выходе из комнаты.

—Эй, какого черта? Мы только приехали!— недовольно буркнула я.

—Такому прелестному личику запрещен домашний свет. — он прикоснулся пальцами к своему подбородку, который блестит от Кремля после бритья. — Мне срочно нужно выгулять его. А ты, малолетка, дома тухни.

—Засранец!—я подхватила первую попавшуюся вещь с кровати и кинула в него.Но дезодорант пролетел мимо головы брата, потому что тот скрылся за поворотом.—Ты на десять минут старше!—напомнила я ему.

Время пролетело незаметно. Часы, что весят на белоснежной стене, преодолели порог двенадцать ночи, а входная дверь в квартиру с неприятным скрипом раскрылась. Резко подхватив ножницы, лежащие на полке рядом с кроватью, я осторожно вышла из комнаты и направилась в прихожую.

Джордж ушел около пары часов назад. Зная своего брата, — раньше чем через три часа прибытия в клубе он не возвращается. Однако если он выпил несколько бутылок водки,то его, конечно, можно ждать уже сейчас. Но я думаю, что Джордж растянул удовольствие и будет дома не раньше чем в три ночи. Значит кто-то пришел убить меня.

На носочках дойдя до угла, который разделял гостиную и прихожую,я выглянула из-за стены. Свет в комнате был выключен, но тусклые лучи белой лампы с площадки, что просочились сквозь открытую настежь дверь, позволили мне разглядеть на полу тяжелый силуэт.