Сокровище УКК

С рассветом над гаражом разлилось тусклое светлое. Тело девушки лежало неподвижно в луже подсыхающей крови, ее бледное лицо отражало мучительное страдание, словно отпечаток ужаса, который пережила ночь. Безжизненное тело казалось хрупким, словно ледяная скульптура, погруженная в мир холода и безразличия.
Взгляд на эту картину заставлял сердце сжиматься от ужаса и сострадания. Каждая минута оставалась надеждой на чудо, но состояние девушки явно было далеко от лучшего.
Неподвижная и безучастная, она лежала, словно забытая жертва в этой мрачной сцене, подобно птице, обездвиженной хищником. Ее дыхание было слабым, едва различимым, словно последний шепот жизни, угасающий в бескрайних темных просторах. Болезненные воспоминания и мучительные ощущения обжигали ее разум, словно пламя, охватившее беззащитное тело. В этой немой битве между жизнью и смертью, ее сознание было погружено в бездонные глубины страдания и боли, где время теряло свой смысл, а все вокруг погружалось во мрак ужаса.
С трудом пробиваясь сквозь пелену боли и безмолвия, девушка постепенно приходила в себя. Ее глаза, тяжелые и как будто залитые свинцом, начали медленно раскрываться, словно живые островки в бескрайнем океане страдания. Ее руки, подобно затуманенным от безысходности берегам, начали двигаться, разгоняя мрак неведения и немоты. Несмотря на огромную боль, она смогла взглянуть в пустоту, которая стала для нее не только приютом, но и зеркалом ее внутреннего состояния – сломанного и лишенного надежды. Тело девушки было окутано морозным холодом, и она дрожала, словно последний лист на древе перед наступлением зимы. И когда она осознала, что не одна в этой темной комнате, но кто-то наблюдает за ней с нетерпеливым интересом, страх и тревога захлестнули ее, словно бушующий океан, грозящий поглотить ее в бездонные глубины.

-Очнулась?,-насмешливо спросил Искандер.
Стремясь проявить хоть какой-то знак жизни, девушка боролась с беспощадной тьмой, окутывающей ее сознание. Но слова застряли в ее горле, как птицы в клетке, а силы, казалось, иссякли под тяжестью ее страданий. Даже самый тихий жест был недоступен, затерянный в мире немоты и боли, словно пленник в оковах безысходности.

-Ты там глухой стала?,-повысив уже тон,сказал другой.
Тихий стон, словно призрачный шепот, перебил молчание, уводя ее от бездны боли в недосягаемую даль. Это был ответ ее души, подтверждение, что она еще жива, что в этом мире еще остались капли надежды, мерцающие во мраке.
С горем пополам, девушка поднялась на локти и встретила взглядами Искандера и Рамиля. За ними, на столе, вырисовывались презервативы и ремень. Парни заметили, куда устремился ее взгляд, и их ехидная улыбка вызвала полную тревожность у девушки. От увиденного, она обратно легла лицом к стене, сжимая руками колени. Напряжение в воздухе становилось все гуще, как будто предвещая нечто еще более страшное.
Закрывая глаза, Айза тихо молилась, чтобы это кошмарное испытание закончилось, но время тянулось медленно, словно подчеркивая ее страдания.
Когда Рамиль подсел к ней, его прикосновения вызывали море отвращения, но она с трудом отбрасывала его руку, лишь получив сильный шлепок по заднице в ответ. Следы боли остались на ее коже, но еще более глубокие раны разрывали ее душу. Закрыв глаза, она представляла себя в объятиях Турбо, и волновалась, ищет ли он ее, беспокоится ли за нее. Эта мысль была единственным источником утешения в этом мире боли и ужаса.
Через некоторое время, девушку заставили встать на ноги, что удалось лишь со второй попытки после первого неудачного подъема, который вызвал громкий смех ее обидчиков. Этот смех раздражал Айзу, но она собрала волю в кулак и попыталась игнорировать его. Затем последовал шаг, сопровождаемый хихиканьем. Рамиль вколол в нее большую дозу наркотиков, вызвав судороги, которые заставили ее тело извиваться в разные стороны. Но среди боли и хаоса, каким-то образом, Айза почувствовала какое-то странное удовольствие, которое начало успокаивать ее и давать немного сил для продолжения борьбы.

-Ладно, устроили мы тебе отпуск, теперь вернешься на свою родину,-задумчиво проговорил Рамиль, а Айза внутренне тревожилась, не понимая, в чем подвох. Ее сердце колотилось сильнее, когда она пыталась разгадать его скрытые намерения, но тщетно. Она была в полной зависимости от них и испытывала невыносимое беспокойство, не зная, что их следующий ход может принести.

Девушку усадили в машину, завязав рот и руки. Ее тело, почти омертвевшее от изнеможения и страданий, слабо покачивалось на каждом повороте, а ее глаза безжизненно устремились в окна машины, скользящие мимо проезжего леса. Айза до сих пор не понимала в чем подвох, и почему ее без умолений везут туда, откуда взяли. Она чувствовала себя как пешка в игре, контролируемой кем-то, чьи намерения она не могла предугадать. Ее сердце билось сильнее, при каждой остановке она пыталась разглядеть признаки окружающего места, но машина продолжала неумолимо двигаться вперед, словно неся ее к неизвестной судьбе.

Подъехав до родного района, девушку высадили прямо перед дверью качалки. Рамиль почему-то был уверен на все сто, что кто-то там находится и там открыты дверь.Поэтому, аккуратно приоткрыв дверь, он пихнул Айзу и захлопнул дверь. Тело девушки полетело прямо на центр помещения, и внимание сразу же перевелось на нее.
Валера, тренировавшийся, моментально бросил дело, словно подумав, что это его девушка, которую он потерял два дня назад. У тела девушки скопилась толпа, кто-то начал звонить в скорую, кто-то нес стаканы с водой, а кто- то переворачивал ее тело, пытаясь привести ее в сознание. Увидев цвет кожи, у некоторых появилась дрожь, ведь это действительно выглядело устрашающе. Зима помогал Турбо развязать руки и глаза Айзы, на лице которой были ужасные синяки и следы от большой мужской руки. Увидев это, у Валеры началась агрессия, потому что он понимал, что кто-то жестоко издевался над его девушкой. Растянув губы в гневе, он чувствовал, как адреналин захлестывает его, готового защитить свою возлюбленную любой ценой

Понимая, что ситуация крайне серьезна, девушку быстро положили на носилки и увезли в больницу. Там ей сразу же провели обследование и все необходимые анализы. В коридоре, на натянутом кресле, сидели напряженные Зима и Турбо. Каждый из них понимал важность момента: один мог потерять свое самое дорогое, свое сокровище, а другой — близкого друга, который был ему как семья. В их глазах отражалась тревога, а сердца бились в такт надежде на благополучное завершение этого дня.

-Я даже не хочу думать, что она пережила, - прошептал Турбо, опустив взгляд. В его словах звучала не только тревога, но и отчаяние, смешанное с непреодолимым страхом за свою подругу. Он с трудом сдерживал волнение, которое захлестнуло его, представляя себе все те ужасы, что могли произойти с Айзой.

-Избить так девушку...- тяжело вздохнул Вахит, его голос звучал подавленно.Он отвел взгляд в сторону, словно пытаясь спрятать свои эмоции от окружающих. В его глазах читалась боль и бессилие перед происходящим,-По неизвестной причине...,- прошептал он, словно это было самое мучительное для него В признании. Казалось, что каждое слово выбивает из него каплю боли, и он борется с этим, пытаясь сохранить хоть какую-то самообладанность.

-Обидно, что нет никаких улик, обидно, что меня не было рядом...,- тяжело взглотнул Валера, голос его дрожал от напряжения. Он сжал кулаки, побелевшие от усилия, и уставился в пол, будто там он мог найти ответ на все свои вопросы. В его глазах читалось отчаяние и чувство вины, разъедавшие его изнутри.
-Если бы я был там... может быть, я смог бы ее защитить...,- прошептал он, словно надеясь, что повторение этих слов хоть как-то облегчит его страдания. Его сердце сжималось от боли при мысли о том, что Айза прошла через ад, пока он ничего не подозревал,-Почему именно она? Почему именно так?,- продолжал он, голос его становился все тише, как будто каждый вопрос забирал последние остатки сил.

Зима сам не знал, как поддержать друга, так как сам был без сил и, наверное, тоже нуждался в поддержке. Он нервно теребил край своей куртки, пытаясь придумать слова, которые могли бы хоть немного облегчить страдания Валеры. Но слова застревали в горле, не находя пути наружу. С каждой минутой ожидание становилось невыносимым, время тянулось бесконечно, а страх за результаты анализов рос как снежный ком. Парни боялись услышать то, что может изменить их жизни навсегда. В голове Зимы крутились мысли о том, как всё могло бы быть иначе, если бы они оказались рядом в тот роковой момент. Он чувствовал, как по спине пробегает холодок, при мысли о том, что может оказаться за дверью кабинета врача.
-Мы должны быть сильными, ради нее, - тихо произнес он, больше для себя, чем для Валеры, пытаясь найти в себе силы, чтобы не упасть духом. В коридоре больницы, казалось, царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихими шагами медсестры и приглушенными разговорами. Каждый звук заставлял их сердца биться быстрее, словно предвещая приближение неизбежного.

Уже светало, первые лучи утреннего солнца пробивались сквозь окна коридора больницы, окрашивая всё вокруг в теплые оттенки. Парни, истощенные ожиданием, задремали на неудобных пластиковых стульях, их головы покоились на скрещенных руках. В их позах сквозила усталость, а лица отражали беспокойство и страх.

Вскоре шаги врача раздались по пустому коридору, привлекая внимание к себе. Он нес папку с результатами анализов, и с каждым его приближением сердце Валеры начинало биться всё быстрее, словно предчувствуя нечто важное. Зима проснулся первым и тронул друга за плечо, разбудив его. Валера быстро поднял голову, осматриваясь вокруг, и взгляд его мгновенно остановился на лице врача.

-Доктор, как она? – Валера поднялся с места, стараясь удержать дрожь в голосе.
Врач сделал паузу, осмотрев лица молодых людей, и затем медленно раскрыл папку. Время словно замедлилось, секунды растянулись в вечность.

-Результаты анализов показывают, что состояние Айзы пока не в самой норме , - начал он. -Есть некоторые моменты, которые нам необходимо обсудить.
Валера сжал кулаки, готовясь услышать худшее. Он обменялся быстрым взглядом с Зимой, в глазах которого читалось то же беспокойство и тревога.

- В девушку была вколота большая доза наркотиков, что привело к достаточно большим проблемам для её здоровья, - доктор сделал паузу, словно подбирая слова. - Её организм сильно ослаблен, и потребуется много времени и сил, чтобы восстановиться.

Услышав эту информацию, у парней встал в горле ком, и сухость во рту сделала невозможным сглотнуть. Валера почувствовал, как его руки начали дрожать, а сердце бешено забилось. Он закрыл глаза, пытаясь переварить услышанное. Зима, стоявший рядом, медленно опустился на стул, пытаясь унять нахлынувшие эмоции. Их мысли были полны тревогой и беспокойством за Айзу.

-Это ещё не всё, - сказал врач, пролистывая документы и тяжело вздыхая. - Во время осмотра на руках девушки были замечены глубокие порезы. Ещё бы чуть-чуть, и вены были бы перерезаны полностью.

Валера ощутил, как земля уходит из-под ног. Он крепче сжал кулаки, а глаза его наполнились слезами, которые он с трудом удерживал.
Врач продолжал, глядя на молодых людей с сочувствием:
-Порезы на руках очень опасны.Нам удалось предотвратить большую потерю крови, но состояние Айзы ещё остаётся критическим. Ей потребуется не только медицинская помощь, но и длительная психотерапия. Такие травмы могут оставить глубокий след на психике.
Зима смотрел на друга, чувствуя себя беспомощным. Он не знал, как найти слова утешения для Валеры. В голове его мелькали мысли о том, что могло бы произойти, если бы они не нашли её вовремя.

-Мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы помочь ей, - решительно сказал врач. - Но вам также нужно быть готовыми к тому, что восстановление займёт время. И самое главное, Айзе сейчас очень нужна ваша поддержка.

Валера кивнул, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Он понимал, что сейчас начинается новая битва, не менее тяжёлая, чем все предыдущие. Битва за душу Айзы, за её будущее, за их общее будущее.

-Когда мы сможем увидеть Айзу?

Доктор посмотрел на часы на своей руке и, сдержанно улыбнувшись, ответил:

- Да, сейчас уже можно. Я вас проведу. Правда, нам нужно будет пройти в другой корпус через улицу.

Парни кивнули, следуя за доктором. Выйдя на улицу, они почувствовали лютый холод и пронизывающий мороз. Дорога оказалась значительно длиннее, чем казалось на первый взгляд; территория больницы, будто бы небольшая, вдруг растянулась до бесконечности. Доктор остановился у небольшого здания, на котором висела табличка "морг".

Изначально парни не заметили эту табличку, но когда их взгляд упал на неё, мороз пробил до костей. Слёзы подступили к глазам, но они, сдерживая эмоции, подняли взгляд к небу, полному ярких звезд. Доктор заметил, как парни остановились, и с неким пониманием в глазах пошел дальше. Валера и Вахит глубоко вздохнули, борясь с накатывающей паникой, и последовали за ним.

Мертвая тишина сопровождала их каждый шаг, усиливая тревожное ожидание. Каждый звук казался громче, каждый вздох — болезненнее. Сердца парней сжимались от страха перед неизвестностью, но они шли вперед, надеясь на чудо, но готовясь к худшему.

Наконец доктор довел Турбо и Зиму до палаты. Тяжелая дверь с металлическим звуком отворилась, и перед ними предстала ужасающая картина. На больничной койке лежало тело, настолько безжизненное и истощенное, что смотреть на него было невыносимо больно даже самым крепким духом людям.

Айза, их любимая Айза, выглядела как тень самой себя. Ее кожа была бледной и почти прозрачной, словно фарфор. Под глазами залегли темные круги, а губы были пересохшими и потрескавшимися. На руках виднелись следы глубоких порезов, от которых сердце сжималось от боли и гнева. Её грудь едва заметно поднималась и опускалась, напоминая, что жизнь все еще теплилась в этом измученном теле.

Валера и Вахит замерли на пороге, не в силах сразу сделать шаг вперед. Глаза Вахита наполнились слезами, которые он пытался сдержать, глубоко вздохнув и отведя взгляд в сторону. Валера же стоял, стиснув кулаки до побелевших костяшек, его глаза горели смесью ярости и беспомощности.

-Айза... - тихо прошептал Турбо, его голос дрожал от волнения. Он подошел к койке, опустился на колени и взял её холодную руку в свои, чувствуя, как собственное сердце разрывается от боли.

Зима медленно подошел ближе, его лицо выражало муку и скорбь. Он положил руку на плечо друга, стараясь передать хоть немного поддержки в которой так нуждался.

-Мы рядом, мы с тобой, – прошептал Вахит, чувствуя, как слезы сами собой текут по щекам.

Они знали, что путь к восстановлению будет долгим и трудным, но сейчас важнее всего было одно - она жива, и они будут бороться за нее, несмотря ни на что.

Прошу прощение за долгое отсутствие!