Глава 15
Тара Ангеева
- Ты опоздала. — Холодный голос парализует.
Отец, сидя в своем кресле, смотрит строгим взглядом. Его пальцы нетерпеливо постукивает по столу, пока я сижу опустив голову.
После того как я более часа наслаждалась закатом на крыше вместе с Яном, я опоздала домой и вот последствия...
- Мне пришлось з-задержаться... просто... я долго занималась с тем парнем и мы изучали многие темы и...
- Замолчи. Ты опоздала, а значит понесешь наказание — он встает с кресла и я зажмуриваюсь.
- Я не стану тебя наказывать физически так как завтра у нас встреча в ресторане. Но ты больше не сможешь ходить к дочери Мэра и своей певице - шлюхе. — он кривится говоря о Камиле.
Я прикрываю глаза, сдерживая себя чтобы не вступиться за подругу. Если что-то скажу то сделаю только хуже.
Я молчу. Не смею сказать что-то лишнее.
Отец еще отчитывает меня за мою внешность и поведение. И когда он разрешает, я несусь в свою комнату, и как только замок щелкает я позволяю уставшему телу скатиться по двери, вниз на пол.
Последние часы проведенные с Яном расстилаются перед глазами.
После того что случилось в коридоре университета... После его криков и горящих взглядах, я думала что никогда не смогу больше видеть его. Но сегодняшний вечер был прекрасен...
Мы молчали, и слушали шум машин. Глаза наши светились закатом. Самым красивым закатом в моей жизни...
Мы молчали, но наши взгляды кричали громче всех.
Мы молчали, но в этой тишине было больше чем в самом громком разговоре.
Я не могла оторвать взгляда от Яна.
Я не могла оторвать глаза от того Яна, того Яна на крыше...
Он был другим. Он вел себя иначе. Он смотрел иначе.
Его холод был менее ощутим. Его глаза горели сильнее. Его прикосновения были нежнее.
Он ощущался по другому, будто лед в его душе начал таять, а огонь в глазах лишь горел сильнее. Пламя было таким ярким...
Я не знаю что я ощущала. Я не знаю что я должна чувствовать рядом с ним. Я перестала понимать себя и свое сердце.
Это просто торнадо которое бушует во мне рядом с ним... И я не знаю что это торнадо означает.
Не знаю... Боже... я не знаю...
Тру глаза и чтобы отвлечься, достаю телефон. Нахожу чат с Камиллой; она как раз мне писала.
«Как ты?»
Два простых слова от лучшей подруги и в голове пленкой проносятся все события, и эмоции в душе смешиваются.
Тут, просто не выдерживаю и записываю длинное голосовое сообщение. Глаза слезятся от волны эмоций что накрывает меня.
Я рассказываю о Яне, о всем что произошло за эти пару дней с ним. О том что отец не смягчается и продолжает давить своими правилами... О том что я не знаю что чувствую по отношению к Дьяволу и просто запуталась ...
Душа хочет кричать от этого глупого чувства безысходности.
«Встретимся завтра у меня. Все будет хорошо, слышишь? Я с тобой, что бы не произошло. Сейчас иди прими горячий душ и успокойся. Ложишь спать сразу. Не сиди в телефоне!»
И следом прилетает ;
«Люблю»
Я улыбаюсь краем губ и присылаю ей красное сердце. Я люблю Кам всей душой. И возможно ей тяжело поддерживать людей и выражать свои чувства но она всегда рядом, когда мне это нужно.
Иду в ванную и забываюсь в парах от кипяченной воды и запахе от Геля для душа.
***
Огромные часы в углу ресторана показывают 12 часов и 47 минут. Я не отрываю глаза от стрелки, считая каждую секунду. Мы уже на этой встрече с друзьями отца больше часа...
И сегодня все как обычно ; так же как и было все шесть лет когда я часто прилетала в особняк и была украшением стола вместе с мамой.
То есть мы просто сидим словно куклы со стеклянными улыбками и не смеем сказать и слова. Мама иногда перекидывается парой тихих фраз с женами бизнес партнеров отца, но в основном она просто молчит, как и я.
12 часов, 52 минуты...
- Тара? — мягкий мужской голос отвлекает от моего занятия; отсчета секунд.
Мои глаза находят источник звука и я вижу снова того рыжего мужчину который приставал ко мне на прошлой встрече...
- Николай. Здравствуйте. — моя натянутая улыбка.
На этот раз я рассматриваю лицо мужчины. Его темно - рыжие волосы стильно уложены. А лицо красивое и ухоженное. Я бы назвала его красивым и даже немного загадочным мужчиной, если бы он был мне интересен.
- Тара мне очень жаль что в прошлую встречу я повел себя столь бестактным образом и коснулся вас без вашего позволения. Я прошу прощение за свою резкость. Вы простите меня ? — он играет идеальными бровями.
Почему каждая встреча с ним приводит меня в шок? То он трогает меня и усыпает комплиментами, то он так искренне извиняется...
- Николай... Эм... я конечно прощаю вас. Вам не стоит переживать о том инциденте...
- Тара, давай на «ты»? Мне всего 31. Я не такой уж и старый — он улыбается. Его голубые глаза впиваются в меня. И вроде бы выглядит доброжелательным. Но я до сих пор не могу понять с чего он вообще разговаривает со мной?
- Конечно Николай, я не против говорить на «ты».
- Тара я правда сожалею о своем порыве. Ты юная девушка и я не имел права тебя трогать. Позволишь ли ты загладить свою вину? Я хочу пригласить тебя на конную прогулку. Окажешь ли ты мне честь? — он смотрит с надеждой и добро мне улыбается.
А я не знаю что сказать. Какая конная прогулка? Почему я!?
Но вместо возмущений я лишь киваю пытаясь сдержать улыбку на лице.
- Если мой отец будет не против, я с удовольствием приму ваше предложение.
Кидаю взгляд на часы:
12 часов 57 минут.
Николай что-то еще говорит, а я лишь ощущаю капельки пота на спине из за которого липнет ткань платья. Осталось всего пару минут до того как я смогу сбежать отсюда...
В детстве, до переезда в Великобританию, отец был также строг. И чтобы я могла продолжать дружить с Камилой и Яном (так как они были из обычных семей, хоть и папа Камилы считался хорошим хирургом в области), мне приходилось просить помощи у Патрика.
Патрик Робинсон - это помощник отправленный из Англии от моего дедушки. Патрик с самого моего детства всегда работал в нашем доме, хоть он и Англичанин но его мать была русско-язычной, так что он хорошо знает русский. Также он преданный помощник и слуга моего дедушки, а не моего отца, что и делает Патрика особенным.
Патрик помогал мне выкручиваться и прикрывал перед отцом за мои проделки. Он часто помогал мне сбегать из под надзора других охранников и мы вместе шли на мои тайные встречи с Камилой, Яном и другими детьми.
Вообще наше знакомство с Ками и Яном, было невозможно, как говорит мой отец «Мы люди разного класса», как Мистер Бёрлинг из книги "Он пришел" (An Inspector Calls).
Мистер Бёрлинг в книге был Капиталистом и делил людей на классы. Хотя сам Мистер Бёрлинг женился на девушке которая была ранга выше него, он конечно это сделал чтобы повысить свое положение в обществе.
Что-то подобное случилось и с моими родителями.
Мой любимый дедушка Виктор (он же отец моей мамы Веры) был крупным бизнесменом с криминальными связями... но он имел высокий авторитет в области. У моего дедушки было и есть пару бизнесов, один из которых он подарил моему отцу на управление, после их свадьбы с мамой.
Все что мы имеем сейчас, и то что имеет мой отец; все благодаря бизнесу и связям дедушки.
Боже, я его обожала. Деда Виктор всегда был добр и нежен ко мне. Когда я жила в Великобритании вместе с ним, мы много разговаривали... Мы вместе читали... Вместе играли... Мы ели вместе...
Мы были семьей. Он заменял мне маму и папу.
Дедушка самое теплое воспоминания которое у меня есть за всю жизнь. Каждый наш семейный ужин, был для меня сказкой.
Непринужденность и легкая атмосфера, где мне не надо нервничать и следить за каждым своим движением. Я была собой.
Искренняя улыбка трогает мои губы и я ловлю на себе взгляд Патрика. Шестидесятилетний мужчина подмигивает мне, и идет по направлению к моему отцу.
Я понимаю что, пора!
Патрик умеет убеждать отца. Конечно он использует моего дедушку как рычаг давления.
Отец ведет себя более сдержанно при упоминании Деда Виктора.
Когда Патрик подходит ко мне я моментально встаю со стула.
- Мисс Ангеева, прошу, пройдемте. — он делает галантный жест и я стараюсь сдержать улыбку, смотря в его добрые, старческие глаза.
Он опят меня спас! Теперь я могу спокойно уйти, и прокатиться до Ками!
***
Сменив платье на футболку и брюки которые мне предоставил Патрик, я считаю все белые машины которые вижу из окна авто в котором еду в квартиру Камиллы.
Да. Знаю. Это по детски, но мне скучно, а машин я насчитала уже двадцать две.
- Камила! — уже через пару минут я притягиваю сопротивляющуюся подругу к себе. Эта ведьма не любит объятья, но терпит.
Киваю Патрику. Он прощается со мной и они с Камилой как то странно переглядываются. Потом он уходит.
Камилла втаскивает меня в свою квартиру. Мы идем на кухню. Интерьер квартиры старый и простой. Камила ни как не переделывала что-то под себя, под свой стиль и вкус. Она живет здесь как в отеле. Все как было и на местах с того момента как она сюда заселилась.
- И так, над чем сегодня будем экспериментировать?
- Я нашла легкий рецепт супа с курицей и запеченных фаршированных Грибов.
- Давай! — я воинственно поднимаю руки и мы с Ками начинаем готовить наше «нечто».
***
- Эм, Камила. Как думаешь я суп не пересолила?
- Нет, просто теперь у нас официальный спонсор - Мертвое море.
- Вот никакой от тебя поддержки! — я начинаю все переделывать.
***
Через пол часа...
- Угу... интересный вкус. — она пробует мой ''дубль два''
- Правда!? Какой?
- Как будто кто-то хотел сделать вкусно, но не смог.
***
Спустя еще сорок минут, Стоя у плиты, я с тревогой смотрю на свою третью попытку - суп. Он густой с комочками и странного цвета.
- Кажется что-то пошло не так...
- Ну по крайней мере он не сбежал, смирился с судьбой.
Я вздыхаю.
- Ну что, выливать?
- Ну, не знаю... может сначала попробуем продать это NASA? Вдруг это идеальный материал для скафандров?
- Я просто хотела приготовить обычный суп...— я закрываю лицо руками.
- Ну на обычный он не тянет, а вот на орудие самообороны – очень даже.
- Почему у меня никогда не получаются супы?!
- Потому что он боится. — невозмутимо говорит Ками.
- Боится, чего?
- Стать частью этого мира. —
Она достает телефон и открывает приложение доставки еды.
***
Мы наелись заказной едой. Я успела также уговорить ее поехать со мной на отдых, будет возможность познакомить Еву и Камилу.
Пока я лежала головой на коленях Ками, она гладила меня по голове.
Мой длиннющий рассказ обо всем что происходит в моей жизни она слушала молча, и только на самых эпичных моментах ее пальцы замирали но затем снова принимать гладить меня.
Я плакала.
Слезы медленно текли и мочили колени подруги. Я редко могла сдержать слезы, в основном я могла держаться пару минут (так было когда отец кричал на меня и чтобы его еще больше не разозлить, я сдерживала себя как могла, когда же он отпускал меня, я бежала в скрытое место и плакала как ребенок).
Сейчас эмоций было слишком много, в основном я не понимала своих чувств и не понимала эмоций которые испытываю благодаря своему личному Демону.
- Ян никогда не причинит тебе боль. — Камилла впервые говорит, тихо, почти шепотом. Но голос ее тверд.
- Я... Я знаю... Просто тот его образ... на ринге, преследует меня.
- Он. Никогда. Не. Сделает. Тебе. Больно. — она заглянула мне в глаза.
- Не бойся его Тара. Он с детства тебя защищал, будет защищать и сейчас. — она мягко сжимает мои руки.
- А про чувства которые ты испытываешь... — она замолчала.
- Доверься им...
- Что?
- Даже если ты не знаешь куда они тебя приведут. Просто доверься.
***
Я слышу тихое дыхание Камилы когда просыпаюсь.
Ками прижалась к спинке дивана, спящая, на котором мы уснули. Мой взгляд падает на часы и я понимаю что мне пора идти.
Камила вертеться , а затем еще больше жмется к спинке дивана.
Нужно ее укрыть. Я поднимаюсь и протирая сонные глаза иду по комнатам искать одеяло.
В одной из закрытых комнат, и как я поняла той которой Камила почти не пользуется, я нахожу много старой и пыльной мебели.
Вот поломанная тумбочка на половину прикрытая старой тканью.
Вот какой то высокий шкаф с потертостями на дереве.
Частички пыли летают в воздухе подсвечиваемые лучем солнца, что пробился скрозь старые шторы.
Это место непривычно для меня. Атмосфера старины и некого давно потерянного уюта.
Мой взгляд падает на разбитую рамку с фотографией. На нем изображена взрослая женщина и рядом стоят счастливые два мальчика, рядом обнимает ее мужчина... я понимаю что на фотографии изображена семья. Счастливая семья.
Интересно какого это всегда приходить домой зная что тебя искренне ждут, зная что тебя любят...
Я разглядываю лица людей еще какое-то время, когда случайно задеваю ногой что-то. Ткань с предмета падает и я смотрю на пианино.
Легкие перестают качать воздух. Мозг перестал посылать сигналы телу и я готова была свалиться на пол. Яд, такой мерзкий... яд. Он пропитывает сердце, пока орган набирает обороты.
Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.
Самые страшные кадры проносятся перед глазами с вспышкой. Глаза не успевают просмотреть каждый кадр, но я всегда и так помнила каждую деталь. Кажется мой организм перестает работать и только сердце отчаянно вопит.
ТУК-ТУК. ТУК-ТУК.
Краски стираются, оставляя за собой все оттенки серого.
Я снова вижу свои пальцы на клавишах пианино.
Шесть лет назад...
«Сегодня наконец-то вынесли оценки по конкурсу по игре на пианино! Я вошла в первую тройку! У меня второе место! Анфиса Залилова так много меня хвалила! Мама будет счастлива! Мы так этого вместе ждали и я много готовилась чтобы этого добиться.»
С этими мыслями бегу, нарушая все правила дома. Я бегу в комнату мамы чтобы порадовать ее. Но ее там не оказывается.
Возможно она вновь гуляет по саду...
«Тогда может отца обрадовать? Он будет мной гордиться! Точно! Я вошла в тройку лучший по всей России! Парень который занял первое место был в возрасте 17 лет, он на 4 года старше меня и конечно у него было больше практики, но ведь это не важно. Я смогла!»
Надежда вспыхивает в наивном детском сердце, и я аккуратно подхожу к кабинету отца.
Стучу.
Чувствую легкое волнение, после того разговора где отец сообщил что я уезжаю в Великобританию к деду Виктору, мы больше не разговаривали.
Слышу его голос и вхожу с смущенной улыбкой.
- Отец! — получается слишком громко и я тут же меняю тон.
- Я в общем... ну ты ведь помнишь про тот конкурс по игра на пианино? К которому я готовилась полгода? Папа, пришли результаты, я получила второе место! Из всей России! Я попала в трой...
- Второе? — он перебил мой лепет. Его глаза оторвались от Компьютера и холодный взгляд впился в меня.
Его взгляд наполнился тогда чем-то, это были эмоции которые я в свои 13 лет не могла распознать.
Его медленные шаги настигли меня и он сказал;
- Сядь.
Он указывал на банкетку около большого пианино которое всегда было в его офисе. Он никогда не разрешал мне на нем играть, и имел его скорее для солидности.
Я послушалась.
- Играй.
Я открыла крышку, и Мои пальцы впервые дотронулись до пианино отца. Клавиши опадали под давлением моих пальцев, звуки лились, сливаясь в единую мелодию.
Я утопала в звуках что производили клавиши.
Для кого-то музыка это проявление эмоций, но для меня это было чем то вроде своей вселенной. Я растворялась в мелодии попадая в свой мир. Мой личный рай, Место где меня любят и где мне хорошо.
Мое пребывание в нирване обрывает всего девять букв.
- Ян Гордеев.
Я замираю.
- Этот сопляк посмел прийти в мой дом и просить встречи с тобой. Это отродье чуть не опозорило меня. Представляешь что бы подумали соседи увидев его у моих ворот?! — гнев.
Чистая ненависть в голубых глазах отца. Мне не нужно было читать это чувство, мне не нужно было его чувствовать, эмоции отца просто придавливали своим весом.
И так же давило то что он узнал о моих тайных друзьях. Он всегда все узнавал, как бы отчаянно я от него что-то не скрывала. У меня не было личных секретов или личного пространства. Даже мои переписки с одноклассниками всегда просматривались отцом.
Дружба с Ками и наши взаимоотношения с Яном, были для меня чем то слишком ценным. Я не хотела делиться этим. Я не хотела чтобы он знал о них, как они мне дороги. Это было личное.
И он все равно прознал про это.
Холод прошелся по телу, парализуя. В груди ураганом бушевала паника. Но внешне я даже боялась приподнять взгляд. Не шевелилась.
- Ты. Мелкая тварь, даже не подумала о последствиях! Если бы журналисты узнали о твоей связи с вонючими детьми наркоманов. Ты представляешь какой скандал бы был!? — он кричал мне это практически в ухо. Я сжалась, не смея поднять глаза. Мои губы начали дрожать, а глаза слезиться.
- Отвечай.
Я сжалась сильнее.
- Я сказал говори, мелкая дрянь!
И тут резкий стук. Крышка от пианино жестко бьет по пальцам и я слышу хруст.
Пальцы горят огнем и я невыносимо громко кричу. Истерика выбивается из груди, а слезы льют градом. Пока я сквозь пелену слез смотрю на свои уже синие пальцы.
Я опять закричала от боли.
Отец схватил меня за волосы и скинул на пол. Мое тело упало, а щеку обожгло пощечиной.
Глаза, точно из ада...
Самый ужасный кошмар смотрел на меня.
- Заткнись. — жестко, гневно прохрипел отец не отрывая свои глаза от моего заплаканного лица.
И тогда я не смогла сдержаться, животный страх выбил из меня весь здравый смысл.
Я ослушалась отца.
Мой истошный крик заполнил комнату.
- Мама!
В тот момент для меня никого не существовало , все чего я хотела это чтобы мама защитила меня от этого монстра. Чтобы пришла и спасла меня.
Мама...
И она пришла. Только сама она не знала что придет в этот кабинет мамой, а уйдет навсегда разбитой женщиной.
Тогда мама бросила испуганный взгляд на отца но тут же с большим животом упала на колени ко мне.
Тогда отец приказал ей подняться и уйти, но мама прижимала меня к себе. А я ревела держа перед собой сломанные пальцы.
И отец не сдержался, он оттолкнул меня от мамы, затем начал бить по лицу. Я чувствовала жгучую боль на щеках от его ударов.
Пока мама не закричала и не кинулась на него. Но отец оттолкнул ее, и в ярости начал избивать. Он тогда походил на башенного, умалишенного зверя.
Когти скребли в груди, ужас застыл в глазах. Он по животному избивал маму куда попадется. И я это видела, своими глазами смотрела на это.
Затем кровь. Много крови. Мое тело около избитого тела мамы. Потом шум в ушах, звук сирены...
И долгожданная темнота.