Глава 10
Ян Гордеев
Пытаюсь аккуратно прикрыть за собой дверь и выхожу в подъезд. Спина пиздец болит, ну да после пары часов на жестком диване другого и не стоило ожидать.
Из за одного кудрявого комочка с невидимыми крыльями пришлось потерпеть.
Ангел..
Глупая и нихера не уместная ухмылка на роже появляется.
Блядь, Ангел.
Она сейчас на моей кровати. Она сейчас спит на моих простынях которые наверное пропитались ее запахом.
Блядь.
Резко кручу головой пытаясь отвлечь свою бошку от тупых мыслей.
Проверяю мобилу, жду ответ от Руса. Кроме короткого смс от него, что ему ногу задело, а так все норм, я ничего не получил. Этому придурку видимо вчера не только в ногу прилетело, бошку тоже задело. Он же знает что я всего его выпотрошу если не ответит! Тем более сегодня!
Сегодня у меня три раунда по боям. А у этого лишайного два. И именно сегодня будут какие то там высокие шишки, посмотреть на бой. И нам нельзя пропускать. Серый ждет от нас максимума. Хрен знает, зачем рыжий хер за 40 лет, и главный организатор этих самых боев придумал себе позывной «Серый», блядь, будто мне не похуй. Есть дела поважнее.
Сую телефон в карман джинсов, и сжимаю в руке ключи от машины. Последний раз оборачиваюсь на дверь сзади, за которой спит Тара. Ключи от квартиры оставил на видном месте. В коридоре. Дверь легко открыть изнутри, а как только снаружи захлопнется, то этот кусок дерева обшитый кожей без ключа никак не открыть.
Главное Тара в безопасности. Никто к ней не сможет зайти.
***
Стрелка спидометра летит за 90 , превышает как обычно дозволенную скорость 50.
Этот лишайный нашел в своем «плотном» графике инвалида время набрать мне. Новости хреновые. Хотя чему удивляться от белобрысого идиотка ничего нормального ждать не стоит.
Оказывается пуля не просто задела его ногу, но блядь, прошла сквозь его икру.
Теперь наш инвалид отлеживает свою задницу в лечебнице[1].
Но это полное дерьмо, эти чертовы бои сегодня. И на кону стоит многое. Я не только про деньги. Ну и да, блядь, за здоровье этого ущербного тоже беспокоюсь. Хоть и никогда не признаю это кому либо.
Паркую тачку у обочины и бегом шурую к дверям лечебницы.
Запах хлорки и таблеток резко ударил по рецепторам. Яркий, белый свет ламп ударяет по сетчатке глаз. От блестящих полов мутит. Ну да платная больничка же, для нашего инвалида только самое лучшее.
Мысленно закатив глаза, спешу к ресепшену. Смуглая девушка томно вздыхая и невинно хлопая глазами называет номер койки и этаж где прячется лишайный король. На ее неуместный флирт не обращаю внимания, тем более играя роль «невинной девушки» она забыла одно - закончить курсы театрального.
Бесясь еще больше, врываюсь в палату. Две пары глаз впиваются в мою рожу. Какого хуя тут их «две», не понимаю.
Но сканирую невысокую девушку стоящую возле Руса, понимаю что это та самая «неугомонная» как говорил Рус, его сводная сестричка.
И поза в которой она стоит очень... Эм...
Какое описание подойдет для картины которую выпала честь мне увидеть?
Девушка держа шприц утыкается острым концом в кадык друга. Она почти лежит на нем, ее колено между ног Руса, а руки с обеих сторон от его головы упираются в матрас.
Отойдя от шока девушка резко встает и поправляет свое мятое
платье. Белый сатин слегка задрался на бедре, и я уверен кто помог ткани так удачно открыть бедра девушки.
— Я конечно понимаю у тебя не было секса почти неделю, но блядь, тебе вообще невтерпеж? Че ты на сестру полез.
— Иди нахрен.
Он устало прикрывает глаза руками и откидывается на подушку. Вот бедный! Устал он блядь.
— Да я бы с удовольствием! Только мне пришлось из за одного лишайного переться с утра в этот «белый дом».
Ты сука, вчера норм спрятаться не мог!? Почему никого не задело, а тебя прям пробило блядь!
Ты че вместо мишени у этих больных стоял? Задницей своей крутил блин!
— Да че ты приебался!? Ничем я не крутил перед ними.
— По тебе блядь видно. Своим отростком крутить стыдно конечно.
— Если бы не эта истеричка, спокойно бы переждал эту войнушку. –
Он игнорирует мой предыдущий комментарий про его достоинство. Ему реально плохо, раз он ответку по такому не стал давать.
Перевожу взгляд на сестру Руса и вижу что она вскипает.
— Педик неблагодарный. Да если бы не мое доброе сердце и жалость к твоему никчемному существу, тебе бы в другое место попали! Без детей бы остался индюк! Хотя, знаешь стоило дать этой пуле попасть тебе в пах, такому гомодрилу нельзя размножаться!
– Она секунду рыщет в своей сумке и вытаскивает оттуда маленький квадратик фольги. Затем дюрекс[2] летит в рожу Руса.
— Вот. Используй.
После этих слов девушка хлопает дверью оповещая о своем уходе.
Охуевший я буравлю презик который Рус пребывавший в таком ахуе убирает с лица и медленно крутит в руках.
— Дюрекс хуевые, у одного пацана порвались все три штуки которые он имел. Через девять месяцев он отцом стал...
– мой мозг явно еще в прихуе раз я несу это дерьмо. Эта девка реально смелая, с Русом еще никто не смел так разговаривать. Если я могу хоть как то контролировать себя в нашей троице, то этот придурок просто безбашенный. По этому же он идет на бои, чтобы выпустить пыл. Иначе он может убить кого-нибудь случайно.
— Эта сучка у меня получит дома.
– Рус первый отходит от шока, и по его тону я понимаю что этой храброй девахе рил пизда. Но это не моя забота чтобы я зацикливался на этом.
— Я сюда приперся не для вашего ебучего концерта. Сегодня у тебя два раунда. Ты прям вообще ходить не можешь?
– Только сейчас обращаю внимание на его перебинтованную ногу. Кровь пропитала бинт и красной точкой улеглась на белую поверхность.
— Нет блядь, я притворяюсь. Скучно стало, решил прочувствоваться этой больничной атмосферой.
— От тебя можно и такое ожидать. Лишайный, сука.
Как вопрос с Серым решать? Ты же знаешь он не терпит пропусков.
– Сажусь на кресло возле койки друга и достаю Parliament. В пачке осталось две сигареты, мысленно делаю пометку купить еще. Достаю зажигалку и прикуриваю.
— Эй, Гордеев, тут блядь курить нельзя.
— Будто это когда нибудь меня останавливало.
– усмехаюсь смотря на блестящий кафель пола.
Протягиваю последнюю сигару инвалиду. Потом поджигаю зажигалкой ту же сигару уже у него во рту.
Курим вместе, как всегда.
— Дерьмо этот твой Parliament.
— Ну извиняй придурок, твои Marlboro не смог найти. Где ты их заказываешь?
— Через Сэлли[3].
— Я возьму на себя твои раунды. Думаю Серый будет не слишком против. Тем более что выхода у нас нет.
– размеренно слова сходят с языка.
— Пять раундов за вечер? Ты сегодня эстетично сдохнуть на ринге решил? Шоу зрителям доставить?
– Он поворачивается корпусом ко мне, и задев больную ногу слегка морщится.
Я молчу.
— Не, Гор. Один раунд дольше часа может длиться. Тебе как минимум потом к травму[4] придется в гости сходить.
— Ты чё. Я там уже как родной.– Кривая усмешка расходится по губам. Я уверен в своих силах.
— Не умру, и не такое переживал.
На этом наш разговор заканчивается. Прощаюсь с Русом и бреду к выходу из этого белого дома.
После заезжаю к магаз за новой пачкой Parliament. А дальше до вечера кручусь по делам.
***
Пот в перемешку с кровью капает по раскрасневшейся морде противника. Уверен мое табло не лучше. Жесткая духота окутывает вокруг.
Тело шатает после четырех раундов. Почти пять часов махаюсь здесь. Чувствую себя реально хреного.
У нас десять минут перерыв. Пока очередная шлюха в бикини протирает мою мокрую шею полотенцем, заглатываю прохладную воду. Вливаю в себя почти весь литр жидкости.
В этот момент выходит шут-ведущий. С микрофоном и Мега улыбкой смотрит на зрителей.
— Остался последний раунд, который определит победителя. Но давайте немного изменим правила?
В след за писклявым голосом парня выходят мужики - охранники. Прикрываю глаза уже зная что там очередная шлюха. Такое представление уже делали. Они притаскивают шлюху затем суют ее в клетку. Подвешивают потом клетку с шлюхой на железную цепь к потолку и шалава танцует для гостей раздеваясь.
Лениво поднимаю взгляд на ведущего и громил.
Вижу Ангела.
Нет. Мой ебанутый мозг просто сейчас вырисовывает ее. Это блядь неправда. Тело вздрагивает когда нахожу ее зеленые испуганные глаза.
Она молит меня. Молит этими глазами.
Гнев топит во мне все оставшиеся чувства.
Какого, она здесь? Какого блядь, хрена эти уроды держат ее!? Я готов отрубить им эти руки и заставить их жевать свою же плоть.
Ангел...
Ангел которая сейчас дрожит и плачет не отрывая взгляда от меня. Ее громилы пихают в клетку и запирают.
Эмоции пробиваются сквозь грудь. Я хочу убить их в этот момент.
— И так господа! Новое правило на сегодня - это утешительный приз для проигравшего! Эта невинная птичка достанется проигравшему следующего раунда!
– Голос ведущего пробивает ушные раковины, а смысл слов убивает арбалетом прямо в мозг.
_________________
[1] Здесь под словом «лечебница» подразумевалась - больница.
[2] Дюрекс (durex) - марка презервативов.
[3] Салли - это позывной Эмиля Сэйлена (одного из тройки друзей) .
[4] Травм - сокращение от слова «травмпункт».
Всем спасибо) ❤️.