Глава 19
Он немного ласковый... И немного грубый...
Только руки сильные, и пожалуй губы...
Есть на свете лучше, есть на свете хуже...
Только сердце выбрало... И другой не нужен!
Александра
Через полчаса я и Колтон будем дома. У Сергея не получилось составить нам компанию, незапланированный концерт, а это значит, что в Лондоне мы пробудем всего три дня. Вернее, я буду здесь три дня, а Колтон больше. Ему необходимо еще подумать, он немного сомневается. Последние сутки я только и думаю о предстоящем разговоре с Мадсом. Я безумно волнуюсь и не знаю, что говорить. Он мне звонил пару минут назад, и мы договорились о встрече на завтра. У него тоже есть ко мне разговор, и я боюсь представить, что это за разговор. Мне все кажется, что он каким-то чудным образом узнал о нас с Сережей, хоть это и бред.
Приехав домой, мы разошлись по своим комнатам. Я решила, что сегодня отдохну после перелета, а завтра начну собирать вещи. Я приняла душ, переоделась и решила позвонить Сергею. Набрав номер, я долго слушала надоедливые гудки, но минуты через две он все же ответил:
— Привет, прости, что долго не сразу услышал.
— Привет, ничего.
— У тебя что-то случилось, голос какой-то грустный.
— Да, случилось. Понимаешь тут такое дело...
— Александра, не тяни. Я же волнуюсь.
— Я безумно соскучилась по тебе.
— Дурочка, нельзя же так пугать. Я тоже скучаю и плевать, что прошли всего сутки.
Так мы проговорили около часа. Совершенно ни о чем разговор, но мне казалось, что еще так много надо сказать. В итоге я уснула только в полвторого ночи. Спала я не спокойно, все время просыпалась от малейшего шороха. Наверное, нервы.
Проснулась я от будильника. Колтон все еще спал, и я решила его не будить. Поэтому на встречу я поехала сама. Мы договорились встретится в кафе. Если быть более точной, то это я настояла на встрече в кафе. Он предлагал подъехать к нему домой, но я подумала и решила, что среди людей мне будет проще и спокойнее. Не знаю почему, но я боюсь этой встречи. Сереже рассказать правду было легче. Зайдя в кафе, я сразу обратила внимание на приятный запах: кофе и свежая выпечка. Людей было немного, всего три столика занято. Я села у окна и ждала пока подойдет официант.
— Добрый день. Что будете заказывать?
— Капучино.
Официант молча ушел, и я осталась одна. Нервно постукивая по поверхности стола и поглядывая на экран телефона, я ждала Миккельсона. как только мой заказ принесли, Мадс вошел в кафе, снимая пальто.
— Привет, милая. Я так скучал.
Он хотел поцеловать меня, но я отвернулась от него. И это заставило исчезнуть улыбку с его лица.
— Что происходит?
Голос стал более грубым. Он сел напротив в ожидании объяснений.
— Мадс, долго тянуть не буду и говорить, что так будет лучше, ты найдешь другую и будешь счастливый. Это все ни к чему. В общем, нам надо расстаться. Я люблю другого.
Не дожидаясь ответа, я расплатилась за капучино, взяла пальто и вышла из кафе. Как будто камень с плеч свалился. Прежде чем вернуться домой, я решила провести время наедине с собой. Три часа я ездила по Лондону, не пропустила ни одного любимого места.
Вернулась домой уставшая, но счастливая. Осталось собрать вещи и можно ехать в аэропорт. Только Колтона нигде не слышно. Это очень странно: дома никого, только записка на холодильнике.
Прости, не смог до тебя дозвониться, поэтому написал эту записку. В Питер я не смогу пока переехать. Дома проблемы, нужна моя помощь. Сейчас я уже, наверное, в самолете, зависит от того, когда ты это читаешь. Я буду скучать. Не переживай, я буду звонить тебе и надеюсь, что у тебя все будет хорошо. На свадьбу хоть позовете?
Твой друг на веки вечные (так просто от меня ты не отделаешься)
Я и не заметила, как заплакала. Заплакала — громко сказано, слезинки три упало на лист бумаги, оставляя следы. Раз он так сделал, значит так надо. Решила не зацикливаться на этом и дать ему время отдохнуть от меня.
***
Сейчас я в самолете, только одна проблема: он частный. Я ничего не понимаю. Я пыталась объяснить, что это ошибка.
— Поймите, это недоразумение.
— Романова Александра Дмитриевна?
— Да, это я.
— Тогда нет никакой ошибки.
Ладно, прибудем в Москву там и разберемся. Может это Павел, а может Андрей решил приколоться. Я достала наушники, включила музыку и провалилась в царство Морфея.
Разбудила меня стюардесса. Оказывается мы уже идем на посадку. А это значит, что еще немного и буду дома, с Сережей.
Спустя час
Выйдя из аэропорта с двумя тяжелыми чемоданами, я пыталась дозвониться до Сергея. Он обещал встретить меня, а его до сих пор нет. Пока я набирала номер, ко мне подошел мужчина в костюме.
— Романова Александра Дмитриевна?
Да что же это такое? Это уже не смешно.
— Да, это я. А что собственно вам нужно?
— Вы обвиняется в краже.
Что? Я ничего не понимаю. Телефон выпал из рук, но мне все равно. Я ни в чем не виновата.
— Пройдемте со мной.
к нам подошли еще два человека, только уже в форме. Конвой. Они взяли мои чемоданы, а я проследовала за этим мужчиной. Мы подошли к микроавтобусу. Мужчина открыл передо мной заднею дверку, пропустив меня, он сел напротив меня и закрыл дверь.
— Вы можете нормально объяснить, в чем меня обвиняют.
— Могу. Вы обвиняетесь в краже сердца известного исполнителя, Лазарева Сергея Николаевича.
ЧТО? Передо мной появился огромный букет цветов, а за мной сидел этот недоделанный шутник. Ну ничего, я ему покажу.
С милой улыбкой я приняла букет и повернулась к нему. Ничего не говоря, я потянулась за поцелуем. Он расслабился, видимо думал, что я не оценю. Только он хотел прикоснуться к моим губам, получил по лицу букетом. Ему повезло, что это не розы. Бросив в него букет, я вышла из микроавтобуса, поймала такси и прежде чем сесть в машину, посмотрела на него. Надеюсь, что он понял, что это не смешно. Приедет домой, я ему устрою разгон полетов.