Не смотри на меня так.
Прошла неделя.
Турбо как будто исчез.
Он всё так же был в районе — мелькал где-то с Зимой, пару раз она слышала его голос за гаражами, один раз даже видела из окна, как он стоял с Кашеем — голова опущена, руки в карманах.
Но рядом с ней он не появлялся. Ни разу.
— Он чё, с тобой поссорился? — спросила Айгуль осторожно.
Они сидели в раздевалке после физры.
— Или ты с ним?
— Не знаю, — пожала плечами Лиза.
— Просто как будто что-то... оборвалось.
Айгуль молчала, но было видно: она понимала.
Понимала больше, чем говорила.
А потом Лиза увидела его.
Во дворе у ДК, в сумерках. Он стоял у стены с бутылкой лимонада, Зима что-то рассказывал, и вдруг —
Турбо засмеялся. По-настоящему. Громко, свободно.
Он её не заметил.
Или сделал вид, что не заметил.
Позже, когда она всё-таки пересеклась с ним у школы, он стоял, прислонившись к перилам.
Один.
— Здорова, — сказала Лиза тихо.
Он даже не повернул головы.
— Чё хочешь?
— Серьёзно?.. — она встала рядом, глядя на него.
— Ты игнорируешь меня теперь? Это по-пацански?
Он молчал. Потом:
— Ты чё думала? Я буду за тобой бегать, как шавка?
Ты с чушпанами болтаешь, а я потом делай вид, что мне норм?
— Это не повод — молчать неделю! — голос сорвался.
— Я не собака! Я человек! И я тоже могу чувствовать, между прочим!
Турбо выдохнул. Словно долго держал.
— А я, по-твоему, не чувствую? — тихо. Глухо. —
Когда ты с кем-то там... улыбаешься не мне.
Когда ты не рядом.
Когда я...
— Он осёкся.
Тишина.
— Ты не понимаешь, — сказал он, — что если я кого-то подпускаю — это уже всё. Это как под кожу. Навсегда.
Она смотрела на него. И вдруг поняла — это его признание.
По-своему.
Холодное. Ломаное.
Но настоящее.
Она сделала шаг ближе.
Турбо посмотрел на неё. Впервые — не злобно, не ревниво, а как будто изнутри.
— Не смотри на меня так, — прошептал он. — Я не герой. Я тебя только сломаю.
— Ну попробуй, — ответила она.