Глава 5
26
В университете у меня был друг, с которым мы отлично ладили. Вместе наслаждались хорошей прозой, обсуждали спорные моменты, и я считал его первым настоящим другом в своей жизни. Однажды, читая рассказ Мураками «Ограбление булочной», я наткнулся на место, где чувство голода сравнивается с отражённой в воде вершиной горы. Мне это показалось очень необычным, и я показал ему этот фрагмент.
Через несколько дней он сказал, что ночью проголодался, вспомнил ту сцену, и от этого стало ещё хуже. Я, услышав это, почему-то почувствовал себя польщённым, будто меня похвалили.
Он был единственным, кто знал о моих отношениях с мужем. Я очень благодарен ему за это, ведь когда я признался, он хоть и не мог до конца понять, но принял нас и проявил огромное терпение и поддержку.
После выпуска он уехал в Шэньян, чтобы поступить в аспирантуру в Институт металлов Академии наук. Иногда мы переписываемся в интернете, и он всегда спрашивает: «У вас всё в порядке?» Я знаю, что он беспокоится за нас.
Раньше, в университете, всё было проще. Люди видели нашу близость, но считали нас просто хорошими друзьями. Однако во взрослой жизни всё иначе. Нужно постоянно учитывать окружающих. На людях мы избегаем любых жестов нежности. Никогда не посещаем друг друга на работе. Если на улице встречаем кого-то из коллег, представляемся как одногруппники. Постоянно приходится осторожно скрываться от осуждающих взглядов.
В благодарность за его поддержку я написал рассказ под названием «Не совсем друг».
27
Мои родители и родители мужа — люди традиционных взглядов. Они считают, что счастье своих детей — это их главная жизненная цель.
Мы до сих пор не решились всё им рассказать, потому что у его отца и моей матери высокое давление. Они не должны волноваться или переживать.
Когда родные начинают торопить нас с поисками девушек, мы находим всякие оправдания, чтобы отложить разговор.
Что будет дальше? Никто не знает. Но благодаря мужу, который рядом, есть силы двигаться вперёд, несмотря на тревоги, и находить счастье в этом пути.
28
Первый раз я сблизился с мужем весной 2000 года.
Это был второй семестр первого курса. Кто-то из нашей компании отмечал день рождения. Нас собралось восемь человек, принесли две коробки пива. После того как выключили свет и зажгли свечи, мы болтали и пили до глубокой ночи.
К трём часам утра все уже были пьяны и разошлись по кроватям.
Я, немного хмельной, забрался в его москитную сетку и осторожно положил руку ему на плечо. От прикосновения к его коже почувствовал удивительное спокойствие.
Ту ночь я спал, как никогда, крепко и спокойно.
29
С тех пор муж начал избегать меня.
В обычные дни мы могли шутить, дурачиться, обниматься — всё это легко списывалось на дружеские отношения. Но стоило сделать шаг дальше, и мы оба понимали: вернуться к прежнему уже не получится.
Наши отношения застыли в странной, напряжённой точке. Однако новая, незнакомая эмоция нахлынула так мощно, что сопротивляться было невозможно. Внутри всё тянуло к нему, но я старался удержаться.
Я начал избегать его сам. Уходил из общежития рано утром, днём спал в аудиториях, возвращался за десять минут до отбоя. Старался завести новых друзей, шумно смеялся, дурачился. Даже всерьёз подумывал снять комнату и жить отдельно, но строгие правила университета не позволяли.
Так прошли несколько изнурительных месяцев.
И именно в тот период я познакомился со своей первой девушкой.
30
Она была моей сокурсницей, но училась в другой группе. У нас было много общих лекций, поэтому мы часто виделись. Она была очень красивой: высокая, с большими глазами и слегка загорелой кожей.
Однажды я поспорил с одногруппниками, что смогу пригласить её на свидание.
На уроке физики я передал ей записку. В записке был вопрос: "Ты хочешь пойти в кино сегодня вечером?"
И четыре варианта ответа:
A. Очень хочу.
B. Можно.
C. Всё равно нечем заняться.
D. Не хочу.
Она выбрала A.
В шесть тридцать вечера мы встретились у мини-футбольного поля и пошли на киносеанс, который начинался в семь.
31
На душе царила противоречивость: с одной стороны, хотелось, чтобы приглашение девушки вызвало у мужа ревность, а с другой — надеялся, что это поможет переключить внимание и вернуться к обычной жизни.
Забыл, всё забыл.
Забыл, что чувствовал в тот день, забыл, какого цвета была на ней одежда, забыл, о чём был фильм.
Помню только, как сидел в темноте, каждая минута тянулась невыносимо долго, а я сдерживал желание сбежать. Принуждал себя поддерживать разговор.
Вернувшись в общежитие, застал мужа за уборкой. Увидев меня, он бросил с насмешкой:
— Насладился развратом?
Ненавидел его за это равнодушие.
32
Мы с ней встречались ещё несколько раз.
Не держались за руки, не целовались.
По ночам мы вдвоём ходили в главный корпус университета, чтобы дождаться, как в одно мгновение гаснут все огни в учебных корпусах. Иногда после вечерних занятий заходили к пруду с полумесяцем и срывали по большому листу лотоса, чтобы надеть их на голову, как шляпы.
На занятиях садились рядом. Я переделывал текст в учебнике по физике на ляонинский диалект, а она читала его на кантонском.
Однокурсники шутили:
— Вы совсем не похожи на влюблённую пару, скорее как два ребёнка, которые нашли себе компанию, чтобы поиграть в домик.