What's a soulmate? [larry stylinson]

  Я лежу на холодном полу, с окровавленными руками, и ничего не чувствую. Длинные струи крови медленно стекают по моим рукам, а из глаз бегут слёзы. Забавно, не правда ли? Ну да, если учитывать тот факт, что тебя полностью уничтожил тот, кому ты доверял, с которым хотел бы провести остаток своей никчёмной жизни. Он знал, что со мной не всё в порядке, что я могу сделать что-то с собой. Я до последнего думал, что это всего лишь слухи, тупой бред, но это оказалось правдой. Такой больной и ужасной, что мне хотелось побыстрее свести счёты с жизнью. Мне нужно сделать ещё один порез, и я исчезну. Навсегда.

Но я не могу. У меня нет больше сил, я не могу поднять руку. Мне так больно, но я должен сделать это. Должен, потому что я не смогу ходить каждый день на занятия, не выслушивая грубых высказываний в свой адрес. Должен, потому что это слишком невыносимо для меня, слишком глупо чёрт возьми. Должен, потому что я не хочу видеть его лицо. Такое прекрасное лицо, от которого у меня столько проблем в жизни. Я просто не могу так больше.
Поднимаю руку с лезвием вверх, собираясь сделать последний надрез, но замираю от неожиданности. Слышу громкие стуки и крики в дверь.
­ - Луи, открой эту чёртову дверь! Я знаю, что ты там! – доносится чей-то голос, но я не могу разобрать кому он принадлежит. Хотя, это уже не важно. Я всё равно слышу его в последний раз.
- Луи, открой мне! Я не хочу звать его сюда. Я знаю, что ты там из-за него, но послушай меня, это не решит твои проблемы. Они все забудут это, всё будет хорошо. Луи, пожалуйста, не делай глупостей! – повторял голос за дверью. Кто это? И зачем мне это говорить? Я ничего не понимаю. Это никто не забудет. Никогда. Всё уже решено само собой, и лучше не станет. Никогда не станет.
Внезапно, дверь кто-то выламывает, и кричит так, будто увидел что- то ужасное. Ах да, тут просто лежу я, с перерезанными руками, в почти мёртвом состоянии. Я пытаюсь вглядеться в лицо вошедшего, и понимаю, что это моя сестра, Эффи. Она всё ещё кричит от ужаса, а потом подбегает ко мне, и начинает перевязывать руки полотенцем, и что-то набирать в своём телефоне.
- Это скорая? Да, здравствуйте. Мне срочно нужна машина в Центральный Вашингтонский университет. Несчастный случай. Пожалуйста, быстрее! – кричит она в трубку, и прижимается ко мне, что-то бормоча себе под нос.
- Боже, Луи, что ты сделал с собой? Всё будет хорошо, пожалуйста только дыши. Не уходи, слышишь? Ты должен пытаться, милый, пожалуйста. Мы пройдём через это, я буду рядом. Только не закрывай глаза, смотри на меня. – говорит Эффи, и смотрит прямо мне в глаза.
Я пытаюсь смотреть на неё, но у меня плохо получается. Я отвожу взгляд, а из моих глаз бегут слёзы. Эффи держит меня на руках, и плача, повторяя одно и тоже.
- Живи, Луи, живи. Он просто пожалеет об этом, вот увидишь. Никто не смеет тебя обижать, слышишь? Всё будет хорошо, просто смотри на меня.
Зачем она мне всё это говорит? Разве будет что-то лучше? Это не её унизили на глазах у всего университета. Не её бросили и уничтожили, заставляя страдать с каждым днём всё больше и больше. Не у неё стоит диагноз, от которого ты должен постоянно контролировать себя, тем самым сохраняя боль внутри себя, которая прожигает каждый раз всё больше и больше. Я хочу, чтобы это всё закончилось. Просто поставить над этой историей точку, от которой всем будет легче. Особенно мне.
Но мои мысли прерывает внезапная темнота в глазах. Я будто перестал видеть. Пытаюсь закрыть глаза и мне становится легче. Может это конец? Я смогу уйти вот так, просто закрыв глаза? Я о большем и не просил бы. Закрываю глаза, и слышу приглушённый крик Эффи, а затем она начинает тормошить меня за плечи.
- Луи, не закрывай глаза! Тебе нельзя спать, пожалуйста открой глаза! Милый, не оставляй меня! – Эффи кричит очень громко, а потом начинает плакать. Очень тихо. Она прижимает меня к себе, словно игрушку, и начинает гладить меня по щеке, напевая мамину песню. Мама обычно пела её, когда я или Эффи сильно болели, и её голос был как снотворное. Мы засыпали под него.
Эффи поёт так тихо, будто в этом мире остались только мы вдвоём. Это так странно, лежать при смерти и слышать, как твоя сестра пытается спасти тебя. А может я уже мёртв, но не понимаю этого? Я пытаюсь взять Эффи за руку, давая ей надежду на то, что со мной всё будет хорошо. Она замечает это и со всхлипом, держит крепко мою руку. Отлично, в момент жизни и смерти, мы становимся настоящей семьёй.
Эту «идиллию» разрушает громкие крики и топот. Слышу, как Эффи говорит что-то, а дальше моё тело поднимают и куда-то несут. Чувствую, что нахожусь в какой-то прострации, не понимая, что происходит. И тут в мою голову врезается его голос. Чёртов голос, который теперь постоянно преследует меня.
- Что с ним? Пустите меня туда! Это всё из-за этого что ли? Я...Я не знал, что так получится! – орал он, а я разрывался ещё больше. Какой же он козёл. Надеюсь, что Эффи надерёт ему зад после всего этого.
- Молодой человек, вам сюда нельзя. Пожалуйста, уведите его отсюда. Нам сейчас срочно нужна реанимация, он потерял много крови. – кажется, это голос медработника. – Девушка, вы можете поехать с нами.
- Стойте! Эффи, пожалуйста можно я поеду с ним? Я виноват в этом, дай мне поехать с ним! – кричал тот, от которого мне становилось только хуже.
- Серьёзно? Твою мать, ты сейчас серьёзно? Иди и найди новую игрушку, а моего брата оставь в покое, ублюдок! Может мы уже поедем? – кричит Эффи ему, а потом уже врачам.
Кажется, это последнее, что я слышал тогда. Вой сирены и ругательства сестры смешались в моей голове, и я больше не мог это слушать. Мне нужно уснуть.
- Давление падает, пульс замедляется. Мы теряем его, нам нужно довести его до больницы! – они что-то говорят между собой и спорят, но я уже ничего не слышу.