Глава 3. Начало
Больница была не так далеко от моего дома. Если ехать трамвае, то расстояние составляло две остановки. Можно было идти пешком. Дороги было две - вдоль главной улице и по дворам. Какая из них была быстрее я так и не поняла: казалось, что одинаково. Я каждый день чередовала, как идти. Если сегодня иду одной дорогой, то завтра другой. Если я на пять минут (а это была максимальная разница) быстрее приходила, чем в предыдущий день, я списывала это на более быстрый шаг. Но ходила конечно я недолго. Месяц или даже меньше. Пока не надоело. Вообще расстояние было не туда, не сюда - не так далеко, чтобы ехать, поэтому на трамвая не хотелось, но в то же время пешком было так лень.
В той больнице, куда я устроилась уже была одна девушка-психолог. Но два лучше, чем один, правда? По плану работу нам потом должны были поделить. У одной должны были приниматься дети до десяти лет, у другой от одиннадцати и до восемнадцати. Я попросила взять себе подростков, но с маленькими было легче, а опыта работы у меня не было, так что всё это было очень сомнительно. Логичнее, если бы мне дали детей маленьких. Но я продолжала верить.
А пока у меня была стажировка, испытательный срок. В будущем мне хотели дать свой кабинет. Сначала, старшая врач как приглядывала за мной. Мы сидели вдвоём в одном кабинете.
Первые две недели было так. Я работала с маленькими детьми. И так получалось, что я была постоянно занята, когда к Елене Николаевне, так звали мою коллегу, ходили изредка. Её это совсем не смущало. Я бы сказала, что ей было на меня без разницы. Но она слишком часто не по-доброму смотрела на меня.
Обычно приходили мамы с их детьми, чтобы взять справку для садика. Ребёнка надо было посмотреть, но отклонения было и так сразу видно, к тому же их, как правило, не было. Для детей мало что было ненормально, потому что у них кризисы трёх, семи лет и всякая такая дребедень. Пересмотрел мультиков - появляется раздражительность. Съел чересчур много сладкого - появляется раздражительность. Есть и гипер спокойные дети, но большинство по несколько раз на дню устраивают истерики. Основная задача в том, чтобы объяснять родителям, почему это нормальное поведение. Если что-то не так, можно выписать успокаивающий сироп на травах - и всё дело.
А я сидела и смотрела - с завистью - на взрослых детей. Она беседовала с ними сухо. Сидела за своим столом в очках, из-под которых смотрела на них. Она не разу не улыбнулась. Обстановка была официальная. Атмосфера некомфортная. Она была похожа на злую учительницу.
Да что ты делаешь!!! Ты же не помогаешь им, не видишь? Они тебя даже боятся! Не все... но факт! - кричало всё во мне.
Я хотела выбегать из кабинета за каждым из них, останавливать, разговаривать... Но по-другому. Совсем по-другому. Тепло, дружелюбно. Я хотела сказать, что всё будет хорошо. Я хотела, чтобы мне доверяли, а я бы в любом случае доверяла им. Я бы хотела, чтобы со мной разговаривали, как с друзьями...
Но кто я была тут? Я не могла. Пока нет. Может быть потом, на это надежда. Да кого я обманываю! Всё я могу. Просто меня вышвырнут из этого места на раз-два, стоит мне сделать что-то непривычное. Особенно под надзором Елены Николаевны я точно не чувствовала себя ни свободно, ни раскрепощенно. Как же ужасно не делать правильный выбор, чтобы спасти свою шкуру...
Это пожалуй были две длиннейших недели моей жизни. Но время - быстро или медленно - проходит в любом случае. Вот мне показали, где находится мой новый кабинет. Мой кабинет. Это был, мне казалось, лучший кабинет во всей больнице. И точно намного лучше, чем у Елены Николаевны. Там всё было скучное,очень... больничное. Стены голубые, цвета медецинских масок. Мебель белая. Ну ладно, диванчик всё же был светло-жёлтым. У меня было всё то же, и даже стояло на тех же местах, только намного красивее. Стены у меня были оранжевыми. Мебель - стол, стул и шкаф - это всё, что у меня было, но это было так много, что удивительно из-за того, что это в моём распоряжении - была тёмно-коричневая, а не белая. Я знала, что когда-то и она была белой. Она не была новая, только покрашенная. Ах да, ещё у меня был диванчик, только другого цвета, зелёного, в отличие от кабинета, в котором я работала прошедшие две недели.
Вообще у нас вся больница была такой цветной. Ну почти вся. Всё коридоры точно. Почти всё кабинеты. Остались некоторые исключения, вроде Елены Николаевны. Почему их ещё не отремонтировали, оставалось загадкой. Но это было в планах. Да, спойлер, но я работаю тут уже больше трёх лет и это до сих пор в планах.
Самое странное было то, что мне отвели этот кабинет, новый, а ей тот, старый. И мне дали подростков, а не детей. Я, блин, с ними не работала ни разу, а тут раз попросила - получай. Я уже смирилась, что никакие мои хотелки не выполнят, а тут бам!
Почему ко мне так хорошо относятся? Доверие? Случайность? Или причины вообще нет? Да какая разница! Сейчас главное то, что теперь я могла всё делать по своему плану, действовать по своей методике. А ещё я хотела купить плед для дивана и чай. У всех врачей есть чай. Но у меня чай не только для себя любимой.