АМНЕЗИЯ | 18+

Рейчел

Думаю не важно, как сильно мы изменились. Я точно знала — это был он. Однажды, пребывая в гордом одиночестве с заплаканными глазами, я поняла, что любила его всегда, даже когда не помнила. Только сейчас осознаю, что он мне нужен такой, какой он есть со всеми шрамами на сердце и такими отчетливыми на светлой коже.

Я просто не могла его ненавидеть. Как будто все мои прекрасные моменты в жизни были только с ним.

Каждый день я ходила к нему домой, надеясь, что голубая дверь наконец отвориться. Но этого не происходило. Его горе я могла понять и все, что мне оставалось это просто ждать.

Помешивая черный кофе и будучи сосредоточенной на собственных мыслях, я ждала еще одной важной встречи. Дерек.

Я пришла на пол часа раньше в назначенную кофейню, мысленно репетируя речь, которую готовила для него не один день. Забавно. Но он тоже пришел раньше назначенного времени. И мы оба улыбнулись понимая это.

- Привет, мисс Гонсалес.

- Привет. Я... я так рада тебя видеть. - под столом я потирала вспотевшие ладони и вдруг совсем забыла, что хотела сказать.

- И я. Юрист все проверил, два экземпляра, требуется подпись на каждом листе, внизу. - он так старательно избегал прямого взгляда, передавая мне папку. В тот момент подошел официант и принял у него заказ на кофе. - Я оттягивал этот момент как мог. - снова заговорил он.

- Я знаю. - теперь когда наши взгляды встретились, я делала все, чтобы не смотреть на него. Мне было так стыдно.

- Ты в порядке?

- Да. - натягиваю я свою парадную улыбку и все еще пытаюсь сосредоточится на договоре.

- А... Алекс?

- Наверно... очень плохо.

- В чем дело?

Делая шумный вдох, как будто мне это поможет, я поднимаю глаза на Дерека.

- Месяц назад я пришла к нему домой, соседка сказала... что миссис Барр убил ее муж. - рука, что держала ручку непроизвольно начала дрожать. - Прямо в квартире. - голос сошел на шепот.

Дерек заметив это, коснулся ее вынимая ручку, сильнее сжимая руку.

- Я звонила ему, писала, ходила домой каждый день и ничего.

- Уверен он вернется. У меня есть контакты его подруги, мы раньше с ней общались. Я напишу ей.

- Ты не обязан.

- Я просто сделаю это.

- Прости меня.

- Я тебя не в чем не виню. Как-нибудь, я найду в себе силы рассказать тебе, насколько мне было больно принимать твой уход из моей жизни.

- Ты больше не вернешься?

- Вряд ли. Если у всего этого есть конец, то я надеюсь он пришел.

Лучше бы он с самого начала сделал этот выбор. Потому что если кто-то не выбирает тебя из раза в раз и это наконец заставляет тебя выбрать себя, то ты тот кто действительно выиграл. Я правда надеялась, что он начнет все заново.

- Я только одного не могу понять... Ты так старалась его вспомнить, но почему ты выгнала его?

- Тогда, я была уверена, что мне никто не нужен, я сама хотела со всем разобраться. Воспоминания были будто осколки в моей голове, который причиняли невыносимую боль. И я не могла ее терпеть. Во мне было так много противоречивых чувств и единственным правильным решеним, казалось отгородится от всех. И он не исключение.

- Но ты допускаешь мысль о том, что он может тебя отвергнуть, после всего, что у него было?

- Вполне... - я на секунду допустила мысль, что это произойдет и вдруг почувствовала как накатывают слезы. - Если потеряю его, то мой домик в душе окончательно развалится.

- Эй, девочка. Если, что-то не так пойдет в твоей жизни, ты всегда можешь мне позвонить, позвать к себе и я не откажу. Но если все пойдет как я думаю, звони мне только в том случае, если решишь позвать на свадьбу.

Я издала нервный смешок. Дерек умел заставлять людей улыбаться.

Когда бумаги были подписаны и мы готовы были попрощаться, мне вдруг стало очень грустно. Ведь это настоящий конец, мы не сможем больше общаться как раньше.

- Ты была права Рейчел. Перемены могут быть болезненными, но нет ничего досаднее, чем застрять там, где тебе не место. Я понял это, когда мама познакомила меня со своим ухажером. Она простила отца, а я простил их обоих и теперь могу окончательно переехать. Я точно знаю, что всему свое время. Однажды, ты спросила меня верю ли я судьбу, теперь да. Ты не можешь соперничать с ней, все равно будет так как предначертано. Я уже говорил, ни один из вас не сможет полюбить кого-то другого. Он вернется к тебе, только не отталкивай его.

- Почему ты меня поддерживаешь?

- Потому что так делают друзья.

- Как же мне повезло с тобой. - произнесла уже шепотом я.

Он обнял меня так крепко, что мне стало тяжело дышать. Я почувствовала запах его ужасного парфюма и как быстро билось его сердце. Наконец посмотрев на меня, он еще раз улыбнулся. Все что я смогла сделать, это осторожный поцелуй в щеку и короткое «До встречи».

Может ли все это быть судьбой? Не знаю. Я даже не знаю, могу ли в нее верить. Но все что происходит так нереалистично, порой кажется, что наша жизнь это отрывок из какого-то фильма. Но я точно, знаю что судьба это еще и выбор, который мы делаем каждый день. Правильный он или ошибочный — это не имеет значения. А возможно нас просто вводят в заблуждение и дают понимание, того что мы сами что-то выбираем. Этого мы не узнаем никогда. Иногда, просто хочется верить, что все в нашей жизни предрешено заранее и прямо сейчас мы там где должны быть.

***

Алекс

Ожидать чего-то — самая опасная вещь на планете.

Я так долго ждал пока без ответное станет ответным. Ждал идеальных обстоятельств для себя. Ждал пока одобрят мои действия, похвалят. И я ждал так долго, что не заметил как уже стою на руинах собственной жизни.

Я так много ожидал...

Мы ничего не можем поделать с этим миром и временем, которое идет не останавливаясь. Однажды все просто начнет рушится и конец, жизненный цикл будет закончен. Тогда уже ничего не получится предпринять.

У нас есть «сейчас» и лучшее, что мы можем сделать — это вообще ничего не ждать, просто жить чувствуя каждый день своей жизни. Ведь меньше всего, я хочу быть тем, кто опаздывает жить.

Перед отъездом, я зашел к дедушке. Он держал лицо, когда на него смотрели подчиненные, его семья, но оставаясь в одиночестве Бейнарович винил себя во всем случившемся. У него поднималось давление и все чаще появлялись головные боли. Возможно, сейчас было не самое лучшее время для моего отъезда и мне стоило бы повременить, но я был в этом плане эгоистом, просто хотел побыть наедине со своими мыслями.

- Однажды правитель на смертном одре, спросил: Жизнь почему ты была такая сложная? Жизнь улыбнулась и ответила: ты просто, не ценил легких вещей. - он тихонько засмеялся. - Когда, умерла моя жена, я будто забыл о своих детях, требовал недостижимого, был слишком строг и совсем не думал, что они девочки. Я до конца своей жизни буду сожалеть, что не сказал Элис как она мне дорога, как горжусь ею...

- Ты можешь это сказать Анне, она не меньше Элис нуждается в этих словах.

- Ты прав. Ты же знаешь, что можешь остаться, можешь просить о чем пожелаешь?

- Знаю. Но сейчас, мне нужно побыть одному и вернуться к тренировкам. Я не могу их забросить.

- Я понимаю, жизнь продолжается. Тебе надо следовать за своими сердцем и мечтой, все это сможет излечить твою боль.

Конечно. Будто следовать за своим сердцем так легко. Что делать если твое сердце разбито на миллионы кусочков и причин этому так много, что ты не можешь собрать себя в кучу. За каким из кусочков своего сердца, тогда я должен следовать?

- А если это не излечит мою боль? Есть ли вообще конец всему этому?

- Боль притупляется, но без нее жизнь невозможна. В противном случае ты ее не поймешь. Элис мертва и жизнь ее закончилась не лучшим образом. Но есть ты - человек который будет жить дальше, с ее частичкой внутри. Всегда будут люди, которые тебя любят и после смерти не забудут. Жизнь - это не фильм, где тебя всегда успевают спасти. Часто мы просто умираем и все. А те кто виноват, рано или поздно понесут свое наказание.

- Я надеюсь, он получит максимальный срок.

- Мой секретарь сказал, что ты ездил к Барру.

- Я хотел понять, почему он причиняет боль другим? Он всю жизнь это делал, только мы все старательно обходили эту тему.

Послышался глухой, размеренный стук в дверь. После одобрения дедушки, дверь приоткрылась. Анна просунула голову в проем.

- Малыш, время. Ты опоздаешь на самолет.

- Да. Сейчас.

- Не буду тебя, больше задерживать. Спускайся вниз, я скоро приду. - спокойно сказал дедушка.

Выходя из дедушкиного кабинета, я столкнулся с Элеонор, которая при виде меня опустила глаза.

- Господин, машина ожидает внизу.

Я несколько секунд на нее просто смотрел, ожидая еще хоть чего-нибудь. Ее черное платье и маленькие часики на левой руке, еще больше омрачали вид. Так ничего и не сказав ей, я просто спустился вниз, где меня ждала Анна и водитель.

- Тетя, у меня просьба. Не знаю поймет ли дедушка, но ты должна... Элеонор.

- Я поняла тебя.

- Сделай все, чтобы ее здесь не было.

Уволить Элеонор сложнее чем кажется на первый взгляд. Она проработала в этом доме много лет и дедушка, считал ее проверенным человеком. К тому же она как никто другой могла управлять всем персоналом в доме. Но ее заслуги не освобождали от ответственности, которую она несла за отношения с Джоном Барром. Может быть это плохо с мой стороны, но мне все равно. Я надеялся, что когда вернусь в этот дом летом, то уже не увижу ее.

- Малыш, ты уверен, что тебе стоит ехать? Почему-то я переживаю.

- Тетя Ани, я же не ребенок. Еще немного и мне тридцать! Ты не думала завести собственных детей?

- Ох нет! Это не для меня. - она заправила выбивающийся рыжий локон за ухо и коснулась моей щеки. - Для меня ты навсегда останешься ребенком.

- Ну все Анна, заканчивай! Еще рыдать начнешь и тогда Александр, точно не уедет. - по массивным деревянным ступеням, в проходную комнату наконец спускался дедушка, чтобы проводить меня.

Он взял меня за плечи и оглядел меня с ног до головы, одобрительно улыбаясь.

- Время и вправду быстро идет. Не забывай про нас. - он обнял меня напоследок.

Водитель погрузил в багажник мой чемодан и все напоминал о времени, потому-то мы уже опаздывали.

Я знал, что сейчас уеду и каждый из них разойдется по собственным комнатам, каждый будет углубляться в собственные воспоминания, сожалеть об упущенных возможностях и важных словах, которые могли бы сказать своим ушедшим близким. И я скорее всего сделаю тоже самое.

Мы все знаем, что в конечном счете умрем, но как так получилось, что в течении жизни мы гонимся за призрачными мечтами, деньги становятся главной целью, а внимание людей, которые постоянно нам делают больно важнее тех, кто нам дает его просто так. Почему, мы ведем себя так, будто собираемся жить вечно? Печально, то что все это мы понимаем лишь к середине или даже, к концу жизни.

Через какое-то время, Анна с глазу на глаз поговорит с Элеонор и та будет на коленях просить прощение, которое больше никому не нужно. Она покинет наш дом навсегда.

Дедушка устав от своих обязанностей наймет специалиста по управлению, сложив свои полномочия. Это означало, что компания больше не будет передавать управление по наследству. Что касалось Анны, она была не против такого исхода событий. В свои пятьдесят, спустя столько неудач в браках, она смогла найти свою настоящую любовь, которой удалось вытерпеть ее невыносимый характер. Более того, женщина которая всю свою жизнь говорила, что дети — это зло, взяла из детского дома белокурую, шестилетнюю девочку, которой готова была подарить целый мир.

***

Спустя месяц после ее смерти, я решил вернутся в Торонто. Где как мне казалось я должен завершить, то что начал и найти себя. Жизнь здесь текла своим чередом, а я был в ней утопающим. Мысли были спутаны, а я даже не представлял, что у меня будет сегодня на обед не говоря уже о завтрашнем дне.

Я впервые поднялся в кабинет Элис и на какое-то время попытался воссоздать картину прошедших событий. Получалось не очень, потому что в моей голове это не укладывалось. После клининга не осталось и следа, наверно хорошо, что я не видел ее такой. В моей голове она осталось задумчивой Элис, которая обожает вино и лазанью.

Я цедил горьковатый виски из граненого стакана и тихо наблюдал за ливнем. Он был таким сильным, что захлестывал в открытое окно, которое было почти от потолка до пола, где капли дождя собирались в небольшую лужицу. Я сидел посреди гостиной, прямо на полу и раздумывал: «А не закурить ли мне, прямо здесь?». Дождь шел уже час, а получить дозу никотина было не терпеж.

Элис, не одобрила бы.

Сумерки опускались медленно и постепенно в комнате наступала омрачающая темень. В еле различимом шуме ливня, послышался звонок в дверь.

Кто ходит в такую погоду по гостям?

Звонок был все настойчивее, пока я не открыл дверь.

Она стояла вся мокрая, а ее тело то ли от холода, толи от чего-то еще пробивала дрожь.

Ну почему ты пришла сейчас? Ты не должна меня видеть таким! Алекс, сохраняй хладнокровие.

- Алекс. Мне так жаль. - почти шепотом произнесла Рейчел.

- Ты за этим сюда пришла? - тон безразличия и следы алкоголя сделали свое дело.

- Позволишь войти? Холодно.

Я молча впустил ее в темную квартиру и вдруг осознал, что Рейчел никогда здесь не была. Оказавшись в гостиной, сразу в глаза бросались стеклянная бутылка и стакан стоящие на белом, пушистом ковре.

- Ты говорил, что спортсмены не пьют.

- Сегодня можно. - обходя ее, я двинулся к барной стойке, чтобы достать еще один стакан. - Выпей со мной, раз ты здесь. - поднимая на нее глаза, вижу как она озирается по сторонам. С волос Рейчел, еще капает вода, а одежда насквозь промокла. - Позади тебя дверь в ванную. Полотенца и моя домашняя одежда, все найдешь там.

Она молча кивнула и удалилась за белой дверью.

Что это вообще? Она попросила уйти и я ушел. Зачем, все это снова? В голову закрались подозрение о вмешательстве Диего, иначе бы она не узнала. Полагаю, наш разговор по душам неизбежен. Теперь я даже не знал, могу ли доверять Рейчел, кем для меня она стала?

Поставив стаканы и бутылку на стол, я заранее разлил алкоголь. Непроизвольно я поднял глаза, на полку где стояло фото Элис и Ника. В тот момент, я почувствовал какое-то тепло внутри, будто одобрение от них.

Рейчел вышла из ванны, отвлекая меня от раздумий. Большая белая футболка, была ей до середины бедра и ниже выглядывала полоска синих шорт. Кажется, она еще больше похудела. Взяв стакан с алкоголем, Рейчел выпила его залпом. И только потом, осторожно, присела рядом со мной на пол, касаясь моей руки.

- Я могу представить глубину, твоей душевной боли. Помнишь, как ты говорил, о том что любая боль проходит. Это правда. Все проходит. Остается только память и тоска.

- Знаю. - только я и смог сказать. Я опрокинул в себя, ожидающий меня виски. Налегать на алкоголь было проще всего, пока что только так все забывается, хоть и на время.

- Я так была не права, Алекс. Я прошу тебя, простить меня. - сильнее сжимая мою руку, Рейчел пыталась заглянуть мне в глаза. Но я упорно вглядывался в фото, пытаясь понять, могу ли я снова искать в ней поддержки.

- Ты думаешь, я тебя так просто прощу? - спокойно я задал вопрос, переводя наконец взгляд на нее. - Я бегал за тобой, как собачка, благодаря мне, ты все вспомнила, но что в ответ? Будь я проклят или что, ты там сказала? Я тоже человек и мне тоже было плохо, но ты никогда не считалась с моими чувствами. - уже повысил я тон, одергивая ее руку.

- Я же извинилась. Будешь все время напоминать мне о прошлом?

- А почему нет? Почему я должен тебя прощать? Может, я хочу, чтобы ты жила с чувством вины до конца своей жизни.

- Отлично, просто потрясающе! Просто продолжай меня ненавидеть и тогда ты будешь думать обо мне всю оставшуюся жизнь. Спасибо, конечно, что помог все вспомнить, но я ничего тебе не должна! Ничего. Все то время, что любила тебя, я всегда была рядом. И сейчас, когда тебе плохо, я снова рядом, потому что вряд ли когда-нибудь смогу тебя оставить.

Я застываю в немом шоке, а она смотрит прямо в душу. Слезы выступают на ее раздраженных, уставших глазах и тяжелым грузом скатываются по щекам разбиваясь о пол. Точно также как разбит и я сам.

Бережно, еле ощутимо Рейчел касается моего шрама на шее, проводя кончиками пальцев от скулы до ключицы, еще не зная, что он уходит далеко под футболку. Тихо всхлипнув, она закусывает губу, чтобы снова не поддаться эмоциям.

Встретившись с ней вновь взглядами, мне хочется вымолить прощение за все гадости, что я ей наговорил. Девушка касается моей ладони и подносит к холодным щекам.

- Прости меня Рейч. Прости. - судорожно шепча слова, я касаюсь второй рукой все еще влажных волос, щеки, стирая застывшую слезу и осторожно шеи, заставляя ее приблизится.

Почему мы забываем о плохих вещах, когда те кого мы любим рядом? Ответ сам давал о себе знать. В такие моменты игнорировать душевную боль, проще чем нам кажется. Я коснулся горячих губ, на которых все еще был привкус алкоголя.

Мы столько раз целовались, но сейчас как будто впервые это делаем. Осторожно, наивно по подростковому, дабы не спугнуть то, что между нами есть. Это было так не обычно и отчаянно...

Рейчел на секунду отрывается, делая вдох.

- Пожалуйста, больше никогда не уходи. - шепчет она.

Это было самое искреннее, что я слышал в своей жизни. Словно, остатки настоящих чувств таились в ее словах. Я врезаюсь в ее губы, снова ощущая их теплоту. Она шумно выдыхает, присаживаясь ближе, тогда мне становится удобнее вплетать пальцы в ее волосы, проникая сквозь пряди.

Дождь ни на секунду не прекращался, все также заливая открытый балкон. Прерывистое дыхание смешалось с биением наших сердец и на секунду темную гостиную осветила вспышка молнии. В такие моменты нет ничего, кроме дыхания друг друга.

Прикосновение холодных рук, что стягивают с меня футболку и тянущее чувство внутри. Я больше никуда не уйду, просто не смогу — это не в моей власти. Касаясь края футболки, которая казалась просто огромной на ней, я тяну его вверх, обнажая ее худые плечи.

Целуя ее вязко, мучительно медленно, я отрываюсь, когда снова сверкает молния отражаясь в ее зрачках. Торопится нам больше некуда. Касаясь губами моей шеи, она медленно зацеловывает протянувшийся шрам. Когда Рейч касается моего тела, я чувствую, что ее руки становятся теплыми.

Я касался груди, талии и бедер, утопая в ощущениях за которыми неосознанно гнался столько времени. Мои ладони скользили по ее мягкой коже, от которой так и пахло дождем и свежестью. Шум непогоды смешался с ее стонами и пульсирующей кровью в моих висках. И все что имело для нас значение в тот вечер — момент, вкус, ощущения.

Чувствуя под спиной мягкость ворса ковра, я поглаживал спину Рейч не веря, что все это происходит с нами. Дождь не прекращался, лишь сбавил свой темп. Через открытый балкон врывался ветер, заставляя тюль подниматься почти до самого потолка, свежим воздухом была наполнена вся комната, но в объятиях друг друга мы сохраняли сокровенное тепло.

- Когда пробегаешь стометровку, чувствуешь каждый удар своего сердца. Сегодня, я тоже его так отчетливо ощущал, но это было по особенному. Мое сердце останавливалось трижды, знало ли оно тогда, что именно сегодня начнет биться иначе.

- Трижды?

- Да. Элис предлагали отключить меня от системы искусственного дыхания несколько раз. - я вдруг почувствовал как ее спина покрылась мурашками. - Давай, я закрою балкон.

- Нет, мне не холодно. Я вдруг представила, какого это... страшно.

- Она временами спрашивала про тебя. Я знал, что она испытывает чувство вины. Ты ей нравилось и Эл заметно расстроилось, когда я сказал что мы не вместе.

- Миссис Барр может больше не беспокоиться, ее сын в надежных руках. Если вдруг ты останешься один и тебе будет грустно, просто представь, что ты в моей комнате. На улице идет дождь, а я завариваю нам чай с мятой и мелиссой. Пока ты будешь читать, я принесу гору твоих любимых пирожных, чай и пледы. А потом мы вместе посмотрим старую драму семидесятых годов. Что бы не происходило в твоей жизни, ты всегда можешь прийти ко мне. Рядом со мной ты в безопасности.

- Это ты рядом со мной в безопасности. - засмеялся я, целуя ее в макушку. - Драмы с меня достаточно, может ситком?

- Как скажешь.

- Рейчел...

- Ммм?

- Я люблю тебя, но этого недостаточно, чтобы описать все мои чувства к тебе. Обещаю тебе, ты больше никогда не будешь одна.

Рейчел привстала, опираясь на локоть. Ее темные глаза всегда излучали столько света, что я невольно растворялся в них.

- Сдержи это обещание. - ее лицо стало серьезным.

Не дав мне и слова сказать она меня поцеловала. Рядом с Рейч мне всегда так тепло и спокойно, что постепенно в ней я начал обретать свой собственный дом. И пожалуй это было самое лучшее ощущение в мире, когда ты обнимаешь ее и она делает тоже самое в ответ, только еще крепче.

Целуя ее щеки, медленно пробираясь к шее, я наконец смог заметить подарок на Рождество, который я так старательно выбирал. Он так ей шел, делая ее утонченной и нежной. Она вдруг начала улыбаться, заметив как я ее рассматриваю.

Я бы смотрел на тебя вечно, пока ты улыбаешься, а когда снова начнешь грустить, придется сделать что-нибудь такое... чтобы ты снова засмеялась, а я беспрерывно наблюдал за тобой. Мы снова и снова целовались и у меня начало закрадываться ощущение, что эти поцелуи могли вылечить наши самые глубокие раны.

Спустя какое-то время, я нашел в себе силы рассказать девушке правду об аварии и о Джоне. Я просил у нее прощения за своего отца, хотя он и не отец мне вовсе, боясь что история повториться и Рейчел уйдет снова. Но тот разговор сделал нас только ближе, это был тот момент когда мы беспрекословно начали доверять друг другу.

Из всего пройденного я кое-что понял, чувства остаются и со временем становятся только сильнее, конечно если это была действительно любовь. Она имеет свойство переходить на новый уровень и вы продолжаете любить друг друга, но уже в другой роли, где есть благодарность и пройденный путь, в котором росли вместе и по-другому прийти к этой любви невозможно.