..
- Не беспокойся, Бинхэ, профессор Лю обо мне позаботится.
- Профессор Лю вчера заходил, мы немного выпили.
- Лю Цингэ позвал прогуляться, по этому вечером я занят.
И почему он опять говорит про профессора Лю. Каждый раз. Чтобы я не делал. Он слепо не замечает моих попыток стать ему кем-то больше, чем просто обычным учеником. Почему, чёрт, что я делаю не так?
- Как ты, Бинхэ? Тебя не было на занятиях несколько дней, что-то произошло? Все хорошо?
Нет, не хорошо. Я сижу в закрытой комнате уже два чертовых дня заливаясь слезами отчаяния и пронизывающей всё тело тоски. И я не виню тебя в этом, Шэнь. Я сам обрёк себя на эти страдания.
- Если тебе не хорошо, то я могу прийти.
Если ты придешь станет только хуже. Я не хочу чтобы ты застал меня в таком ужасном состоянии. Но мне так хочется, чтобы ты вновь переступил порог моей комнаты. Вновь сел на стул, стоящий по соседству со мной и приняв самый безукоризненный и задумчивый вид начал помогать мне с долгами по чертовой химии. Но чем чаще это будет происходить тем в большую бездну я буду падать. Медленно. Долго. И так болезненно. Тысячи острых кинжалов будут кромсать кожные покровы на куски, переходя к внутренним органам, что со временем откажут функционировать и приземлившись на дно этой ямы я уже буду мёртв. Но как бы это не было больно самым болезненным для меня останется твой холодный взгляд и отстранённое поведение.
- Хорошо, Бинхэ, я позвоню тебе вечером, поправляйся.
Очередной ежедневный созвон - единственное, что поддерживает Ло Бинхэ на плаву. Казалось, что за время их взаимодействий они переступили черту учитель/ученик и теперь могли даже считаться друзьями. Наверное? Возможно так считал лишь сам Бинхэ. Кто знает кому ещё он пишет "позвоните мне вечером". Кто знает, кто еще ему важен так же, как и сам Ло, и кому так же важен он. Но такого человека просто напросто не существует. Не может быть того, кто будет дорожить этим человеком, этим чистым, невинным и сильным ликом так же сильно и трепетно. Так считал Ло Бинхэ. И по его мнению лишь он один так думает.
Чем чаще они звонят друг другу, тем чаще сердце Ло разрывается на множество мельчайших осколков, вонзая их в жизненно важные органы, от чего те начинают кровоточить, распространяя по телу неистово сильную боль. Но потом эти осколки, оставив след на внутренностях, словно какой-то неведомой силой начинают вновь склеиваться, словно по волшебству. В этих разговорах не было ничего такого, обычный диалог, который даже отдалённо не напоминал дружеский, но Ло был этим полностью доволен. Чаще всего эти диалоги были короткими, и казалось, что Шэнь продолжает ему звонить лишь из-за своего доброго сердца, которое не может позволить своему ученику разочароваться в нём и страдать, и лишь от этого он продолжает вести себя так. Шэня можно понять. Совесть и некий преподавательский кодекс никогда бы не позволили ему пересечь границу. Но разве входя на порог его квартиры уверенными и неторопливыми шагами с таким видом, будто после пары тройки посещений он уже освоился и чувствовал себя в чужом гнезде вполне комфортно он не пересекает ту самую границу?
Бинхэ, будучи уже вполне здравомыслящей личностью и сам должен понимать, что более имеющейся размытой границы он не добьётся. Разве может себе уважаемый в обществе человек позволить вот так просто обуздать любовь со стороны человека на десяток лет младше него? Это даже звучит отвратительно, но разве опьянённый чувствами мозг способен оценивать ситуацию здраво? Он эгоист и без доли сомнения и смущения признаёт это. Он застаивается обиду на учителя, когда тот отказывается провести с учеником лишние пару часов, но эта обида рассеивается так же быстро, как и возникла. Он начинает обижаться лишь на себя. Ведёт себя как маленький ребёнок, которому не позволили взять ещё пару долек любимой шоколадки, а ему безумно хочется ещё. Ещё немного. Ещё немного побыть с ним рядом. Всё, чего он касается Бинхэ восславляет до божественого уровня, да и сам Шэнь словно не от мира сего. Прекрасная мраморная кожа, которая создавала впечатление того, что учитель является фарфоровой куклой, которая от одного не осторожного движения может разбиться на мельчайшие частички. Длинные тёмные шелковистые волосы, запах которых то и дело сносил Бинхэ крышу всякий раз, когда тот мог просто мелькнуло недалеко - настолько этот запах пропитал его изнутри, что он начал чуять его издалека. Грация и мягкость движений то и дело завораживали Ло из раза в раз. Шэнь Цинцю и правда выглядел в глазах любимого ученика каким-то божеством, о чём тот знал, и это не могло ему не льстить. Но Шэнь боялся во что этот чрезмерный фанатизм может вылиться. И то, чего он боялся сейчас и происходит с Ло Бинхэ, что уже битый час лежит на не заправленной постели, изучайя каждую неровность белоснежного покрытия потолка. В какой-то момент он улыбнулся мыслям, что начали волной окатывать юношу. А ведь на этой самой кровати, буквально две недели назад Ло сделал свой первый шаг на встречу учителю, но по мнению самого Бинхэ второй в ответ сделал два шага назад.
***
- Будь внимательнее при решении этих задач.
Лицо Шэня выражало обыденное спокойствие, когда, сидя рядом со своим учеником на его кровати, он тыкает указательным пальцем в учебник, в очередной раз объясняя как решать его. Решив множество аналогичных заданий на лице юноши продолжало читаться непонимание и некая досада от этого, видя, как тот расстраивается после очередной непонятой им задачей Шэнь не позволяет себе повысить голос или раздражаться, хотя это было неотъемлемой частью, любой бы на его месте не выдержал и мог поддаться агрессии, но трезвый разум не может ему позволить подобного. Наблюдая за тем, как Цинцю борется с желание уткнуть его носом в страницу с заданием, да с такой силой, что отпечаток его прелестного личика остался бы на хлосчастных страницах ещё долго, Бинхэ лишь усмехался про себя.
Не то чтобы Бинхэ был действительно настолько глуп, чтобы после множество решенных задач одного и того же типа он не мог решать их по шаблону. Бинхэ и без учителя неплохо справлялся с его предметом, а с такими простейшими заданиями тем более. Дело было в другом. В том, кто терпеливо ждет, пока ученик наконец сможет самостоятельно прийти к решению. Если бы он не заикнулся на паре о том, что имеет проблемы с определенной темой, то сейчас бы тонул в сновиденческих грёзах, не в силах оставаться в объятиях жестокой реальности, а не слушал бы голос, что заставляет сердце внутри него трепетать. Ему нравится видеть учителя рядом. И если для этого нужно строить из себя дурачка, не понимающего таких элементарных вещей, заставляя того внутри закипать от нарастающей злости, Бинхэ будет играть свою роль до последнего издыхания.
Он нередко звал его к себе по пустякам. Мог в абсолютно рандомное время суток начать названивать учителю, а когда дозвонится обеспокоенным голосом начинает чуть ли не слезно умолять его прийти. Тот, начиная изрядно беспокоиться, тут же подрывается с места и спустя какие-то пол часа, не успевая даже толком востановить сбившееся дыхание, не снимая кожаных ботинок, что покрыты слоем липкого снега, врывается в квартиру, от которой у него даже успел появиться запасной ключ, придумывая в своей голове множество не самых позитивных и приятных сценариев, моля о том, чтобы какой бы из них не стал частью его жизни с его учеником все было хорошо. И как же забавно, по мнению Бинхэ, дёргался его правый глаз, когда тот, войдя на кухню, видит как ученик склоняется над подгоревшим печеньем.
- Я хотел угостить тебя печеньем, но не уследил и оно сгорело.
Лишь это выдавливал из себя Бинхэ, после чего опускал голову на макушку Цинцю, от чего тот приходил в некое оцепенение ещё больше. Он выглядел весьма расстроенным, чуть-ли не плакал, и это не могло не ранить сердце Шэня множеством острых кинжалов. Тогда учитель предложил ученику испечь новую порцию печенья, на что тот чуть ли не светился от счастья, хотя Шэню и правда казалось, что какая-то аура света в миг начала исходить от юноши, на что тот лишь немного сщурился.
И подобных случаев было немало. Схема Бинхэ была проста и ясна даже малому ребенку, но что-то не даёт Шэню сказать ему "хватит играть в игры, я занят" или что-то в этом роде. Своей склонностью он, сам того не замечая, даёт Бинхэ какую-то надежду. Надежду на то, что Цинцю продолжает вестись на его проказы даже после множества проделанных им подобных деяний потому, что так же, как и его ученик жаждет увидеть другого и провести с ним время.
Но не смотря на теплющуюся внутри надежду что-то не позволяет ему прямо объявить "Учитель, побудьте со мной подольше. Какой-то страх и сметение сковывают язык, когда он всё же решается вымолвить хоть что-то на подобии этого, смотря прямо в глаза Цинцю, но по итогу просто замирает, немо и безотрывно смотря в глаза учителю так жалобно, будто пытаясь одним лишь взглядом донести до него то, что не может позволить себе вымолвить в слух.
- Бинхэ, что-то не так?
Шэнь наконец оторвался от учебника юноши, когда заметил, что тот откровенно пялится на него. Он словно был в некому замешательстве. Неопределённость и страх борятся в его сознании, транслируя это грандиозное сражение в алых омутах, жар которых каждый раз заставлял Цинцю мысленно устраивать собственное линчевание.
Картина в его голове складывалась весьма устрашающей. Немалых размеров костёр, жар которого подпитывает множеством древесины, которую только смогли найти местные, посреди всего этого, в самом центре очага стояло вбитое в землю бревно, на которое привязано уже давно бездыханное тело Цинцю, а вокруг него стоит множество безликих душ, и выкрикивают множество слов, которые Шэнь никогда в жизни не желал бы услышать в свою сторону. В конце концов он сгорает заживо. Сгорает смотря в глаза этого юнца.
Чёрт, почему ты так на меня смотришь?
Поджав губу Шэнь все же смог отвести взгляд в сторону, после чего почувствовал, как теплая ладонь с силой сжала его запястье, заставляя его вновь вернуть с ним зрительный контакт. Он уставился на Ло в немом вопросе, ожидая, что получит на него ответ, но вместо этого комнату оглушило лишь режущее уши молчание.
- Давай закончим на сегодня, уже десять вечера, продолжим в другой раз.
Он было понадеялся на то, что после его слов крепкая хватка ослабнет хотя бы на чуть-чуть, но она словно стала крепче, а лицо юноши все смурнее.
- Поздно. Останься.
Хоть Бинхэ и не планировал, но сам осознал, что это звучит скорее как приказ, нежели просьба. Маячивший на лице Шэня вопрос медленно перерос в изумление.
- Что? Нет, Бинхэ, я не могу...
Он хотел было сказать, что его положение не позволит ему остаться в доме ученика, и он бы с радостью составил ему компанию в других обстоятельствах, но не успел осознать, как почувствовал на своих губах что-то тёплое, от чего его лицо моментально налилось краской, а все внутри перевернулось с ног на голову. Жар чужих губ разжигал пожар в, казалось бы, ледяном сердце.
Бинхэ уже морально приготовился к тому, что его оттолкнут, но Шэнь просто не шевелился, пока тот жадно сминает его губы, то и дело проходясь по ним языком. Казалось, что он даже не дышит. Отталкивать его не хочется, но а ответить он не может. В данной ситуации, как он думскет, лучше всего просто ждать, пока тому надоест этот односторонний поцелуй, но того, казалось, все устраивало. Его спокойствие, за которым скрывался ураган из эмоций и чувств, было лучшей реакцией, которую мог ожидать Бинхэ. Куда больше он надеялся услышать слова унижений и отвращения, но если бы ему было противно он бы позволил парню касаться его таким образом?
Бинхэ отстранился, но оставался на столько близко, чтобы чувствовать на своей коже прерывистое дыхание второго. Он и сам не заметил, как рука, до определенного момента сжимающая его запястье, сейчас покоится на правом бедре, от чего тело Шэня немного потряхивало, а цвет лица всё быстрее приближался к яркому алому.
- Я пойду. Увидимся в университете, Бинхэ.
Он не спешил, собирая вещи в любимый шопер - спешка сейчас была излишней и могла в лёгкую ранить юношу, что виновато смотрел вслед удаляющейся из комнаты фигуре.
- Доброй ночи, Бинхэ.
Звук закрывающейся двери говорил о том, что желанный гость к большому сожалению хозяина квартиры покинул её приделы.
- Черт, вот же идиот.
Ло Бинхэ взвыл, разваливпясь на кровати и жмуря глаза. Он не понимал зачем вообще сделал это. Не понимал почему мозг отказался работать и его тело, не имея надзора выдало это действо.
После этого он боялся как никогда. Боялся смотреть ему в глаза. Боялся, что тот отвернётся от него. Боялся, что натворив глупостей вновь обречёт себя на гнетущее одиночество. Но все его страхи, хоть и были не беспочвенными, но Шэнь бы подумал о том, что они весьма глупы. Казалось, что ничего не изменилось после этого. Он вёл себя как обычно. Будто бы Бинхэ не сделал ничего аморального, но все же было ощущение, что Цинцю начал отдаляться.
***
Холодно. Без него очень холодно. Очень холодно, когда его бархатный, спокойный и нежный голос не заставляет волоски на загривке встать дыбом, а по телу не начинают носиться табуны приятных мурашек. Холодно, когда он невзначай не касается ладонью макушки его головы. Холодно, когда его силуэт исчезает извиду.
С того дня прошло не мало времени, но фантомное ощущение тепла чужих губ остались до сих пор таким, будто бы он только что отстранился от его лица. Его губы такие сладкие и мягкие. Шэнь был тем, кого современное общество могло закидать оскорблениями из-за внешнего вида и привычек. Он часто укладывал волосы и завивал их плойкой, часто ходил на различные процедуры, которые поддерживали его юный облик, от чего его можно спутать с подростком, хотя дело тут больше не в этих процедурах и уходе за собой, а в том, что он сам по себе выглядел даже моложе Бинхэ. И впоследствии ухода за собой он не редко пользовался уходовой косметикой, потому гигиеничка со сладким вкусом и ароматом была всегда в правом кармане тёплого пальто. И этот вкус ощущался неимоверно приятно не сколько от вкуса, сколько от осознавания того, чтот этот вкус он почувствовал напрямую с его губ.
Но это теплящее его ощущение не спасало от того разрывающегося внутри сердца. Больно. Слишком больно. Он не думал, что уровень его больного фанатизма дойдет до того, что он сам себе признаётся в том, что чувства внутри него не что иное, как любовь, а душу будет отравлять тошнотворная ревность, вызванная вечным упоминанием профессора Лю и их частому совместному время провождению. Но он сейчас не в том положении, чтобы сказать что-то против. Сейчас? Скорее всего никогда и не будет.
Чёрт, какой же идиот.
Он готов биться головой об стенку всякий раз, когда в голове всплывает грациозный и элегантный образ мужчины, который является для него самым дорогим. И готов раскромсать собственное тело от передвигающегося по нему неприятного чувства, возникшего от того, что этот самый мужчина сейчас не с ним. Он не рядом. И от этого так обидно, но разве он может таить на него обиду за это?
За своими бесконечными размышлениями Бинхэ не заметил, как начало темнеть. Небо накрыла сумрачная пелена, а комната имела один единственный источник света - уличный фонарь, свет которого старательно проникал через малейшие щели закрытого жалюзи. Но эти ничтожные капли света никогда не смогут стать такими же яркими, как человек, который появился в дверном проёме его комнаты.
- Бинхэ?
Он немного сщурился, привыкая к темноте, ищу среди мрака Ло Бинхэ, но напрягаться не пришлось, посколько тот немного испугавшись воскликнул:
- Учитель!
По голосу Шэнь сориентировался и присел на край кровати рядом с лежащим на ней Ло. Сквозь темноту Бинхэ уловил беспокойство, которое он даже не пытался скрыть. Его взгляд говорил сам за себя - испуг и переживания. Черт, и опять он заставил Шэня понервничать. Бинхэ уже начал было ругать себя, как почувствовал руку в своих волосах, что беззастенчиво ерошит их.
- Ты не брал трубку, я переживал.
Ло хотел было подскочить, чтобы найти свой телефон, который после последнего сообщения от Шэня он благополучно выключил, но рука в его волосах заставила того остаться на месте.
- Прости, я выключил телефон и забыл.
Эти слова не сколько не успокоили Цинцю. Он выглядел так, словно несёт на себе какое-то бремя, тянущее его на дно. Измотанный, до неимоверного нервный и обеспокоенный. Неужели это все из-за него?
Шэнь промолчал. Он вытащил руку из чужих волос и переместил её на его грудь, после чего прильнул к ней лбом, перемещая груз своего тела на чужую грудную клетку. Бинхэ не ожидал этого. Хотя, возможно, где-то в глубине души это было одно из многого, на что он мог бы понадеяться, но разве такое могло случиться наяву?
- Учитель...
Он приподнялся, смотря в глаза юноше. Его руки все так же покоялись на груди, а сам он был неимоверно близок к нему. Слишком близок. Их лица разделяют какие-то жалких пару сантиметров. Но и они были не в силах сдержать сдержать растущее желание Ло Бинхэ вновь впиться в эти губы. Хотелось обновить ощущения, что он хранил на протяжении нескольких дней. Хотелось опробовать не только его губы, но и всё, чего учитель дозволил бы коснуться. Каждому сантиметру его тела он бы оказал должное внимание и не пожалел бы сил облизать его настолько тщательно, что тот начал бы блестеть на падающем на него свете уличного фонаря.
И на удивление Бинхэ он позволяет. Позволяет, когда касается ладонью его щеки, гладит её большим пальцем с такой нежностью и трепетом, что бьющееся в бешеном такте сердце, казалось вот-вот взорвётся от повышенного адреналина. Позволяет, когда сам льнёт к его губам, утягивая в поцелуй. Позволяет, когда вновь зарывшись пальцами в его волосы принимает его ближе к себе.
Это точно не сон?
Какое-то время Бинхэ переживал, что совсем тронулся умом, находясь так долго в одиночестве и закрытом пространстве. Но немного подумав он понял, что это не имеет смысла. Пусть даже это одна из его влажных фантазий. Плевать. Абсолютно. Пока эти прикосновения, пусть даже и не реальные, приносят ему те же ощущения, что и от прикосновений настоящего Шэня он готов тешить себя лишь этими образами, что строит его нездоровое сознание.
Бинхэ сжимает его бёдра, что уже покоятся где-то на его собственных, и сжимает с такой силой, что оба понимают, что через время гладкую и белоснежную кожу запятнают следы от пальцев. Но обоим так все равно на это.
- Учитель, можно?
Бинхэ немного отстраняется, украдкой смотря на шею, что скрывает воротник водолазки, на что получает одобрительный кивок. Его пальцы аккуратно подцепляют края воротника, после чего, немного опустив их, он припадает губами к выпирабщему кадыку, облизывает его и начинает водить мокрые дорожки по всем открытом участкам кожи. Пальцы скользнули вдоль тела, останавливаясь на краях водолазки, после чего, сжав её, тянут вверх, заставляя Шэня немного отстраниться, чтобы помочь юноше. Когда элемент одежды уже лежал где-то в стороне Бинхэ осмотрел представшее перед ним тело,которое несмотря на нависший над комнатой мрак не скрывало своих прекрасных черт. Хоть Цинцю и казался ему хрупким, подобно ломкому цветку или фарфоровой кукле, он был не обделён формами и имел достаточно привлекательные мышцы и мышцы пресса. Если бы освещения было больше, то Бинхэ бы заметил расплывающееся по лицу Шэня смущение, и осознавая, что тот не сможет этого узреть позволил себе вдоволь раскраснеться, но зная характер учителя освещение было не нужно, чтобы понять, что лицо мужчины так и пылает краской.
После тщательного осмотра чужого тела Бинхэ продолжил осыпать кожу множеством поцелуев, в некоторых местах немного прикусывая кожу, за что получал нехилых подзатыльников, но это его не останавливало, а действовало совсем наоборот. Его хваты стали все сильнее, и где бы он не касался его - точно останутся следы, а укусы все сильнее, от чего Шэнь тихо мычал, задыхаясь от внезапной боли. Но не смотря на некую редкость и грубость чаще он был крайне нежен и осторожен, а всё остальное он делал как бы играюче. С таким же игривым настроем он прикусил сосок Шэня, от чего тот начал толкать его в плечи, за которые держался, но это, как следовало догадаться, ни к чему не привело. Он на это лишь усмехнулся, облизывая его, от чего с уст Шэня сорвался томный вздох. Этот звук - одно из самых прекрасных вещей, которые Бинхэ услышал за этот вечер.
Одним резким движением они меняются местами, и теперь уже Бинхэ восседает сверху, придавливая учителя своим телом к кровати. Тот успевает лишь удивлённо ахнуть, но возражать не стал. Его лицо пылало всё большим смущением от осознания в какой постыдной позе они сейчас находятся.
- Я смотрю вы уже возбудились.
На проникающем из окна свету блеснула довольная улыбка, когда пальцы нарочно надавили на пах, от чего Шэню остаётся лишь прикусывать губу, сдерживая постыдные звуки, что так и наровятся соскочить с его уст.
- Скажи, ты это уже делал с кем-то?
Шэнь смутился, когда Бинхэ приблизился к его лицу с самодовольной улыбкой, которая означала лишь то, что ответ ему не нужен и он и так все понимает.
Бинхэ аккуратно чмокнул его в уголок губ, после чего отстранившись стянул с него брюки вместе с боксёрами, отправляя их куда-то к водолазке. Цинцю заметно нервничал, по этому на протяжении всего процесса удаления с тела лишней одежды, поэтому Ло не придумал ничего лучше, как напевать какую-то песенку себе под нос, надеясь, что это хоть как-то успокоит Цинцю, в чем он не ошибся, слушая чужое мелодичное пение он даже ненадолго прикрыл глаза, но пришлось вновь напрячь тело, когда сильные руки раздвинули его ноги, зарокидывая их на широкие плечи, немного приподнимая его бёдра. Черт, Шэнь готов выть от того, как же все это не правильно. Не правильно было приходить сюда. Не правильно было поддаваться чувствам, которых вовсе быть не должно. Не правильно было заходить так далеко. Но чем дальше, тем меньше его волновало трещвонящее и больно отдающеемя в ушах "не правильно".
- Возможно сейчас будет немного больно, у меня нет смазки, по этому будем по-другому.
Шэнь, приподняв голову, в недоумении уставился на Ло Бинхэ, что в свою очередь, завидев пару любопытных глаз ухмыльнулся, облизывая два пальца с неким чавканьем, обильно смачивая их слуной, от чего Шэнь ещё добрых раз сто пожалел о том, что осмелился поднять на него взгляд.
Чёртов Бинхэ.
Чёртов пошляк.
Видя это Ло хихикнул, но когда его пальцы подобрались к сжисающемуся колечку мышц его лицо стало серьёзнее некуда. А иначе и быть не может, как тут смеяться - его учитель вовсе не имеет опыта и перед тем, как сразу два пальцы вошли в него на лице учителя он прочитал мелькнувшие нотки страха и сомнений. Ему и самому было страшно. Он боялся, что переборщит с напором и может сделать что-то, о чём будет жалеть.
Выждав несколько секунд Бинхэ начал медленно и не спеша двигаться внутри Шэня. Второму хотелось кричать от боли, но он решил стерпеть и до ноющей боли и кровоподтёков закусил губу, откидывается голову назад. Сейчас, смотря на него сверху вниз, Бинхэ выглядел крайне довольным. Довольный тем, как выглядит учитель под ним. По подушке и простынке распластались длинные волосы учителя, тело было неимоверно разгорячённого и таким поддатливым, а про лицо он вообще молчит - прикрытые веки, пылающие алым щёки, а эта прикусаная губа одним своим видом заставляла Бинхэ молиться всем богам мира, чтобы он не кончил даже не войдя в него. Этот вид уж слишком сильно возбуждает его и черт возьми, ждать он больше не может. Сделав ещё пару движений он выходит из него, на что получает в ответ лишь недовольное мычание.
- Настолько нравится, когда я внутри?
Шэнь промолчал, ибо понятно, что вопрос был риторическим, но похоже у Бинхэ были другие планы.
- Почему ты не отвечаешь?
Он наигранно обиженно надул губу, спуская с себя верхние одеяния. Он знал, что чтобы тот ему ответил нужно немного надавить. И похоже Шэнь Цинцю принимает его вызов. Он был уверен, что в этой игре одержит победу, но его уверенность пропала так же быстро, как и член Ло вошёл в него резко и почти во всю длинну, от чего тот, не сумев сдержать голоса болезненно вскрикнул.
- Тише, Тише, - Бинхэ провёл ладонью по его волосом, накручивая их на указательный палец. - Учитель, ответьте мне.
Чувство некой заполненности внутри пришло крайне быстро м внезапно, от чего голова Шэня пошла кругом, а мысли спутались во множество обрывистых клочков. Но выделенное Бинхэ "Учитель" заставило того на время прийти в чувства.
- Не называй меня учителем.
Шэнь опустил глаза и немного погодя добавил:
- Не сейчас.
Бинхэ лишь улыбнулся, подхватывая Шэня под бёдра, вновь сжимая их. Он начал двигаться. Не смотря на то, что вошёл он довольно варварски сейчас он старается приносить мужчине как можно меньше дискомфорта. Его толчки были медленными, и Цинцю сам не заметил, как начав привыкать стал требовать больше. Больше. Больше. Буквально недавно кричавший от боли Шэнь сейчас выгибается на встречу Бинхэ, который с радостью припадает к груди мужчины, вылизывая её как можно тшательнее. Вырывающийся из него голос с каждым новым толчком становился все нежнее и теперь куда больше был похож на стон насоажоения, нежели боли. Теперь к былому виду учителя добавились закатившиеся от наслаждения глаза, от вида которых Бинхэ был готов кончить прямо сейчас, но прилагая большие усилия сдерживается.
Черт, как можно быть настолько привлекательным.
Ло наращивал темп, выбивая из учителя все более пошлые звуки, сливающиеся с шлепками, звук которых разливался по комнате, когда Бинхэ входил полностью. Внути Шэня полыхал яркий алый пожар, разгоравшейся все сильнее, когда чувствовал, что находится на грани. Ещё немного, ещё пара толчков и он, сжав ногами шею Бинхэ, изливается на собственный живот, от чего тот невольно улыбается.
Делая ещё пару толчков он выходит из обмякшего тела и, помогая себе рукой, наконец кончает вслед за ним на простынь, но то, что потом ему придётся устранять разведенный им бардак, было проблемой завтрашнего Бинхэ, а сейчас он ложится рядом с мужчиной, заключая все еще немного полпагивающее тело в тёплые и трепетные объятия, потираясь щекой о его грудь. Но не пошло и пяти минут, как Шэнь подорвался с места, слепо каясь ладонью холодного пола в поисках какой-либо одежды. Бинхэ не на шутку испугался, но вымолвить что-то сразу он не мог, нужно было время, чтобы все обдумать, потому он лишь положил руку на его плечо, чем привлёк внимание Цинцю.
- Поздно. Останься.
Сейчас Шэня посетило некое чувство дежавю. Он и правда уже слышал эти слова недавно, но сейчас они были излишне. Нащупав на полу что-то на подобии футболки он небрежно накинул её на себя, после чего поднялся с кровати, утягивая за собой Бинхэ, что явно был не намерен его отпускать.
- Все в порядке, Бинхэ.
Он улыбнулся, опуская того обратно на кровать, проходясь кончиками пальцев по все еще немного красноватой коже на щеках.
- Я остаюсь. Просто хочу заварить кофе.
// написано на скорую руку, много ошибок, честно лень было редачить, а ещё т9 с ума сходит
Мой ТГК: https://t.me/jinxarr
Благодарю за прочтение