Зять

Влад ещё раз покрутил в руках найденную фотографию.
Конечно, он знал, что существуют мужчины, которые любят мужчин, знал, что это, как признали европейские эксперты, не болезнь, это нормально. Но это было где-то там, не здесь, не в Беларуси. Нет, наверное всё же случалось, что парень влюблялся в другого парня и в его стране, но это значило лишь то, что долго он тут не задержится. Не было таких, которые бы любили свою страну так сильно, чтобы пожертвовать своей личной жизнью ради неё. Так думал Влад ровно до того момента, как нашел фотографию.
«Паша ведь не собирается уезжать? На новую работу устроился, активно занялся ею, не похоже... Хотя и парень этот не беларус, может Паша уедет к нему в скором времени? Вряд ли европеец переедет сюда... А может они вообще не в отношениях? Тогда почему он хранит эту фотографию? Может эта фотография и не его вовсе, может... Сестры?» Влад уже почти остановился на том, что эта фотография совсем Паше и не принадлежала. Это его сестры, или подруги, или любой другой женщины. Что она делала в его пиджаке? Может когда то давал поносить, или это вообще не его пиджак, девушки сейчас носят мужскую одежду, это модно. Но что то бросилось в глаза Владу в последний момент, что то маленькое и яркое на сумке парня. Маленькое, яркое и ... радужное. Значок. Символику, по крайней мере эту, Влад смог различить без особого труда. Это точно Пашин... Пашин кто? На этот вопрос не было ответа.

И вот сейчас, когда в здании университета не осталось почти никого, Влад ещё раз рассматривал фото. Оно вызывало у него смешанные чувства, и их было много. Но одно, главное, которого ему так не хватало уже много лет, он ощущал особенно остро. Облегчение. Он не один. Он ТУТ не один.
Влад не рискнул оставить фотографию в кабинете. Паша мог искать какие то бумажки и найти её. Он забрал её домой, положил в ежедневник на тумбочке около кровати.

(Спустя 2 месяца)
Паша во всю увлекся реализацией своего проекта. Только вчера он подошел к Владиславу Викторовичу без каких либо надежд на одобрение, потому что понимал, что ввиду такого количества мероприятий в университете, а соответственно и бумажной работы, ректору захочется, чтобы Паша занимался этим, а не своим проектом. У Паши был и план Б, он был готов заниматься бумажками после работы, но всё же и продвигать проект. Проблема заключалась в том, что ему нужны были и другие сотрудники, и даже пару студентов. Надеется оставалось только на чудо. Но Влад, на удивление спокойно, выслушал и сказал:
В: Конечно, Паша, занимайся. С мероприятиями справлюсь сам. Может хоть что то тут у нас задвигается. — Влад даже улыбнулся ему.
«Задвигается» было употреблено в прямом смысле. Проектом Паши были студенческие элктробайки на верятяках. Этой идеей он вдохновился ещё во время одной из командировок в Европу. Там электройбайки были повсюду, а в Беларуси их ещё не было. Он объединил эту идею с идеей о портативных ветряках и вышел готовый проект, который заинтересовал уже множество студентов. И Влада тоже. Но это было не единственной причиной положительного ответа на Пашино предложение. Влад боялся, что Паша уедет, что потеряет интерес, разочаруется, бросит всё уедет к своему ... к своему. А Влад снова останется один, против всех, один «не такой», и, что ещё хуже, его опасения подтвердятся: «Все « не такие» уезжают».  А он хотел больше узнать о Паше. Как он жил раньше? Как давно он понял свою... отличность? Что он планирует делать? Кто этот парень на фото? Есть ли кто то у него сейчас? И в ответах на эти вопросы он надеялся найти инструкцию к своей жизни, ведь ректор, которому было уже за 40, совсем не знал как жить.
В: Если помощь нужна будет, я всегда тут, ты знаешь. Даже если сплю.—рассмеялся Влад. Он всё ещё считал Пашу слишком наивным, всё ещё предвидел его скорое выгорание в этом месте. Но теперь он был готов предотвратить это.

И вот, Паша уже сегодня собрал всю рабочую команду. Он, пару преподавателей, студенты и аспиранты. Всего около 10 человек, начавших активную работу. С каждой новой идеей Паша бежал к Владу, чтобы тот одобрил её и дал совет. По началу Влад просто смеялся над взъерошенным Пашей, над его энергичностью и горящими глазами, невнимательно читал всё, что тот приносил. Но после пары зацепивших его взгляд строк, ректор всё больше вчитывался в то, что приносил декан; сам приходил к нему, когда тот долго не появлялся, интересовался делами проекта, активно участвовал в обсуждениях. Ни студенты, ни преподаватели ещё никогда не видели ректора таким активным. Когда тот пробегал, буквально летя, по коридору, сотрудники оборачивались, удивлялись, потом привыкли, но всё же не понимали причину такой энергичности ректора.
Так прошло несколько дней. Влад совсем забыл о мероприятиях накануне и о бумагах, залежавшихся на его столе. Он больше не досыпал до 11 в своем кабинете, а собирал с самого утра всех, кто был задействован в проекте. Это утро было не исключением. Все собрались в кабинете ректора, появились первые чертежи ветряков. Ещё совсем зеленые, но уже что-то.
С: Владислав Викторович, можно вас на минуту? — зашла в кабинет секретарша.
В: Секунду, Свет,— Влад еле оторвался и заглянул к Свете.
С: Владислав Викторович, тут из Узбекистана звонили, просят прислать план программы на полугодие.
В: это какой ещё?
С: который у вас на столе. По поводу всего того, что складируется у вас на столе уже по несколько раз звонили из разных инстанций.—немного раздраженно заговорила Света. Ей уже и неловко было объяснять высокопоставленным людям, что их реактору некогда подписать все эти документы, потому что он «носится с ветряными самокатами».
В: Понял... Что по срокам?
С: до конца месяца.
В:а сегодня?
С: а сегодня 29, Владислав Викторович.— фыркнула та.
Глаза Влада округлились.
В:Как? Уже 29?!
Света кивнула.
Ректор метнулся в свой кабинет. Хоть он и неохотно выполнял свои обязанности, работу потерять боялся, а потому поручал всяким молодым сотрудникам как Паша выполнить всё в срок. Но ТАКОЙ объем работы за одну ночь не выполнит в одиночку даже декан. Придется работать в четыре руки.
В: Павел, можно вас на минуту?
Паша оторвался от чертежей и выскочил за дверь к Владу.
В: Ты сможешь сегодня на ночь тут остаться? Надо будет перебрать все, что лежит у меня на столе, я совсем забыл что то...
П: Да вы что, Владислав Викторович, останусь конечно! — воскликнул Паша.— Вы нам так помогаете с проектом, теперь и моя очередь вас отблагодарить.
В: Я с тобой останусь, веселее будет.—улыбнулся Влад.
Мужчины снова зашли в кабинет, где разгоралась дискуссия среди студентов.