Способная полюбить

Поднимаясь в офис, я слышала каждый удар моего сердца и тяжело дышала. Выйдя из лифта, я пошла через некоторых сотрудников в кабинет отца. Весь маленький путь я чувствовала их взгляды на спине и казалось даже эмоции. Злость, зависть, предвкушение, сочувствие, было такое ощущение что, если бы передо мной поставили человека я бы без ошибки сказала, что за эмоции он сейчас испытывает. Дойдя до кабинета, я постучала и услышала короткое «да».

—Явилась наконец-то – отец сидел спиной ко мне, я почувствовала в воздухе запах табака. Папа курит только тогда, когда нервничает или злиться.

—Папа я...

—Молчи, ты врала мне Кет – развернувшись он посмотрел мне прямо в глаза – ты все это время врала мне. Хорошее настроение, цветы, тайные разговори и те подарки для себя любимой, так ты мне говорила да? Как долго ты с ним?

—Больше месяца.

—Больше месяца все было ложью. Того мишку с подсветкой это он подарил да? И никакого давнего друга не было – он скорее не спрашивал, а утверждал – Он посмел прикоснуться к тебе без моего разрешения, он поплатиться за это – Грегор встал прямо перед дочерью – ты пока не будешь с ним видеться Кетрин, ты должна бросить его.

—С какой это радости? Ты сам мне говорил, что я выросла и могу сама принимать решения.

—Но не тогда, когда они приносят вред. Ты возвращаешься домой и сидишь там. Телефон ты тоже свой отдаешь.

В дверь постучали и открылись двери. В кабинет зашел Савелий. Напряженный, холодный и собранный, не было ни единого намека на какие-то радостные эмоции.

—Ты – ярость мгновенно вспыхнула в глазах отца – как ты посмел прикасаться к моей дочери?

—Я ее ни к чему не принуждал это было все по согласию.

—Это ты так мне прямо говоришь, что спал с ней? – папа медленно подходит и встает рядом с Вернавским. Два дорогих мне человека. Мой отец и мой парень. Оба сильные и убьют за меня любого. Папа может ударить Савелия без сомнений, а Савелий этого не сделает потому что это заденет меня. У меня в душе застыл ужас – Ты не увидишь ее никогда больше. Вы расстанетесь и на этом все закончиться. Никогда больше не смей приближаться к моей дочери.

—Вы не имеете права принимать за нее решения.

—Имею, когда дело касается ее будущего.

—Никогда я не откажусь от Кет.

—Тогда ты пожалеешь я обещаю тебе.

У Савелия кончалось терпение, и я это прекрасно видела. Он с такой силой сжал кулаки что побелели костяшки пальцев и напряглась его челюсть.

—Папа не нужно этого делать – я встала между ними закрывая собой Савелия – я прошу тебя не нужно. Не заставляй меня выбирать. Помнишь ты в детстве говорил мне что будешь принимать мой выбор каким бы он не был, будешь поддерживать меня во всем – у меня начиналась истерика – исполни это сейчас, не делай мне больно я прощу тебя – я вцепилась папе в плечи и смотрела в глаза.

—Это невозможно Кет, не сейчас, когда не будь ты поймешь меня.

Нет не пойму. Как можно заставить отказаться от любимого человека ради которого ты начала жить. Испытываешь неповторимые эмоции только с ним. Любовь – это наркотик. Попробовал ты хочешь еще и еще.

***

С того дня как у меня отобрали часть души пришло два дня. Я не помню точно, что было в тот вечер. Меня силой привезли домой где началась полная истерика. Я помню слезы и крики, которые, как оказалось, были моими. Слова матери что все пройдет нужно что бы папа остыл и темнота. Утром, когда я очнулась рядом лежала мама, она обняла меня и объяснила, что от переизбытка чувств я просто потеряла сознание. Она меня не упрекала и не выражала протеста насчет Савелия просто говорила, что у меня все было хорошо, но я ей не верила. У меня безумно болела голова и еще сильнее душа. Проверив комнату, я не обнаружила ничего из гаджетов. Телефон, планшет, ноутбук и даже наушники забрал папа.

Я очень мало ела, просто лежала в комнате и смотрела в потолок. Вечером приехал папа с перемотанной рукой. Как оказалось, они виделись с Савелием, и папа разбил ему нос и губу за то, что тот посмел прикоснуться ко мне. Я ничего пока что не могу сделать и это чувство пожирает меня из нутри. На третий день ко мне пришли девочки, перед этим как выявилось они сдали телефоны что бы я не смогла связаться с Вернавским.

—Господи Кет, ты выглядишь как мертвец – воскликнула Ника.

—Ты как? – они осторожно сели на кровать.

—Ужасно, у меня так будто забрали часть души.

—Твой отец не передумал?

—Да какое там. Как только я открываю рот начинается одни и те же слова что я никогда его не увижу. Лучше вы расскажите, как там в университете.

—Вы самая обсуждаемая новость. Всем интересно куда ты пропала. Вернавский тоже не появляется уже третий день на работе.

—Я бы тоже не появлялась перед студентами в таком виде.

—Каком? – удивилась Лера.

—Они два дня назад виделись. Папа разбил ему губу и нос. Слушайте, а вы можете мне помочь?

—Конечно – девочки переглянулись.

—Встретьтесь с ним, я умоляю вас, найдите его номер и встретьтесь с ним. Хотя бы что б я знала, что он в порядке. Пока еще ничего не решено. Мама с папой поговорят надавит как-то или что-то еще и тогда может все наладится.

***

Никогда в жизни я не думал, что может болеть так душа. Когда в тот злополучный день я увидел новости, сразу захотелось свернуть шею чем кто это сделал. На себя мне было плевать, но я понимал, чем все это обернется для Кетрин.

—И что ты теперь будешь делать – тревожный голос Евы говорил с другой стороны телефона.

—Я поеду к ее отцу.

—Ты реально самоубийца.

Когда я вошел в кабинет я сразу увидел Кет. Мне хотелось подойти к ней и успокоить. Обнять и защитить ее от всего мира и даже от отца. Увидев ее красные глаза от слез и полный отчаянья взгляд у меня сжалось сердце. Каждое слово о том, что я должен исчезнуть из жизни Кет, было словно нож в сердце. Я ничего не мог сделать ее отцу. Я не смогу ударить его в ответ если он начнет меня бить потому что это заденет Кетрин, а у нее и так куча проблем. Мистер Шепард все решил, и мы с ней даже не попрощались. Весь вечер я засыпал Кет сообщениями и звонками. Наверное, на сотый раз подняли трубку и ответил Грегор.

—Только попробуй сюда позвонить еще раз, я вырву тебе руки.

Я понял, что связаться с ней никак не смогу. На следующий день я опять пришел к Шепарду в офис. Опять получив отказ, а в придачу разбитый нос и губу я поехал домой. Я узнал, что в университете собирают совет для того что бы решить, могу я работать или нет, если честно мне было абсолютно на это плевать. Сейчас вообще не до них. Я созванивался с Марком, и Владом, они пообещали попробовать найти того человека, который слил про нас информацию. Еще два дня прошли как в тумане. Кетрин не выходила у меня из головы. Как она там? Как ей спалось ночью? Она что-то ела сегодня? Мне хотелось знать все подробности. Я знал, что очень к ней привязался, но не думал, что на столько. Когда я увидел незнакомый номер я насторожился. Оказалось, что это Алексеева одна из подруг моей девушки. Она попросила о встрече и сказала, что это просьба Кет. Не раздумывая и секунды, я назвал первое пришедшее на ум кафе в центре и сказал, что завтра встретимся в 10.00.

***

Утром мы с Никой поехали в кафе, которое назвал Савелий Алексеевич, заняв один из столиков мы стали его ждать. Когда мы его увидели, то мысленно посочувствовали. Синяки под глазами и разбитая губа предавали ему совсем не узнаваемый вид. Где делся тот Савелий, который выглядел всегда на все сто?

—Здравствуйте.

—Как Кет?

—Вам честно ответь или для того что бы успокоить.

—Конечно честно Соловьева.

—Плохо, очень.

Вернавский очень сильно нахмурился –Что именно с ней?

—Мы были у нее вчера, она белее снега с красными глазами. Оливия сказала, что она мало.

—Господи – он зарылся руками в волосы – Алексеева вы должны передать что все будет хорошо. Я сделаю все что бы увидеться с ней.

—Она очень хотела, чтобы мы оценили ваше состояние – проинформировала я его – судя по внешнему виду вы тоже не очень.

—Мы с друзьями пытаемся выяснить кто слил информацию в сеть.

—И как успехи?

—Пока никаких – сухо ответил Вернавский.

—Ладно, состояние мы ваше оценили, про Кет рассказали думаю на этом можем распрощаться.

***

—Какого черта Грег? – я пулей залетел в дом и направился в столовую где застал его за завтраком – Я тебя спрашиваю, какого черта ты заставил Кетрин бросить Вернавского?

—Откуда ты знаешь, что я заставил ее сделать?

—Это не имеет никакого значения. Ты понимаешь, что творишь. Девчонка впервые в кого-то влюбилась, а ты из-за сплетен запер ее дома и заставил бросить его.

—Так будет лучше для нее – Шепард не собирался отступать.

—Для нее? А может для тебя? Ты просто испугался, да да ты просто боишься, что у тебя ее заберет другой мужчина – подтвердил я под его злой взгляд.

—Кастор это лож.

—Нет это правда. Она уже взрослая на такое у нее впервые. Она тебе ничего не рассказала, и ты стал злиться ведь всегда о ней все знаешь. А еще тебя бесит что он тот которого ты для нее искал – мы стояли друг напротив друга. На наши крики прибежала Оливия, но я не обращал на это внимания – Признай, что он подходит под все твои требования. Умный, богатый, красивый так к всему еще и влюблен в нее.

—Кастор...

—Где она? Я хочу немедленно видеть свою племянницу – развернувшись я пошел в ее комнату.

Открыв двери меня пробрала дрожь. На кровати лежала Кет. Она была бледная и другие глаза. С них как будто выкачали всю радость.

—Господи солнышко

—Кастор помоги, я умоляю тебя помоги – она вцепилась в меня, и я прижал ее хрупкое тело, которое начинало сотрясаться в рыданиях – дай мне его увидеть.

—Все хорошо солнце. Ты увидишься с ним.

—Правда? – в ее глазах появилась надежда

—Да – мы оба повернулись к дверям где стоял Грегор – ты можешь с ним встречаться. Я виноват перед тобой очень сильно. Я пойму если ты не простишь меня. Я испугался Кетрин, и очень сильно, когда увидел ваше фото. Я никогда не видел, что бы ты так на кого-то смотрела. А потом злился из-за твоего обмана.

—Я боялась тебе признаться, я думала, что ты будешь против – Кетрин смотрела на Грегора который сел на корточки перед ней и взял в руки ее ладони.

—Я не буду тебе врать и говорить, что позволил бы вам встречаться. Я не знаю, что бы сказал. Я испугался потому что он тебе подходит. Он идеальный парень для тебя – говоря это он бросил на меня взгляд.

—Прости, я хотела сказать тебе, но подумала, что ты будешь против, ведь он еще и мой профессор. Так что мы оба хороши – она улыбнулась.