Глава 8
Артём
Когда я вышел на ринг, толпа разревелась, кричала моё имя: «Хищник!» Я кивнул, сосредоточив взгляд на своём противнике. Но вдруг что-то холодное прокралось в мои мысли. Я оглянулся. Она была там.
Ария. Среди толпы. Я не мог в это поверить.
Что она делает здесь? Это не её место. Это место для бойцов, для тех, кто готов бороться, страдать, рисковать жизнью. А она... зачем она здесь? Это не безопасно для неё. В моей голове сразу возникла яростная мысль: «Она не должна быть здесь!» Амелия, её подруга, я бы мог понять, что она пришла, но Ария? Сколько раз я говорил ей, что бокс — это не место для слабых, что этот спорт может забрать жизнь? И вот она сидит среди толпы, её глаза — яркие, но совершенно неуместные в этом месте.
Моя злость нарастала с каждым мгновением. Даже сейчас, когда я стоял на ринге, я не мог сосредоточиться, потому что мысли о ней не отпускали. Вроде бы я был в самом центре этого боевого мира, но теперь передо мной была только она. Я должен был победить. Всё, что было важно, это победить. И не дать Вильсону ни малейшего шанса.
Бой продолжался, и каждый удар становился всё более жестоким. Я чувствовал, как рёбра начинают болеть, но это не имело значения. Я продолжал наносить удары, стараясь не думать ни о чём, кроме победы. Вильсон был крепким соперником, но я был быстрее, умнее, и эти пять месяцев подготовки не прошли зря. С каждым движением я ощущал, как он слабеет. Каждый удар был моим заявлением о том, что я не могу позволить себе проиграть. Это была моя жизнь, моя цель.
Я не думал о боли, не думал о том, как мои ребра ломаются под его ударами. Всё, что я ощущал — это жёсткость ринга, шум толпы и её лицо, которое не выходило у меня из головы.
Когда бой наконец закончился, я оказался на полу, вставая, чуть пошатываясь. Сломанные ребра — это было неважно. Главное — я выиграл. Я выиграл, но внутри меня было какое-то странное ощущение. Я победил, но меня терзали вопросы о том, почему Ария была там. Почему она всё это смотрела?
В раздевалке я привёл себя в порядок, быстро отошёл от боевой обстановки. Мышцы болели, но я знал, что меня ждёт больница. Не знаю, как долго я ещё выдержу без настоящего лечения. Я уже успел почувствовать, что без помощи врача мои травмы могут привести к гораздо большему.
Как только я вышел из раздевалки, я направился к выходу, где меня ждал мой BMW M5. Но там... стояла она.
Ария.
Без своей подруги. Без защиты. Одна. Стояла, как будто всё было нормально. Как будто я не говорил ей тысячу раз, что не должна быть здесь. Как будто я её не предостерегал от того, что может произойти.
— Ты что тут делаешь? — резко спросил я, не скрывая своей ярости.
Она посмотрела на меня с какими-то странными глазами, я не мог понять, что они значат. Это были глаза девушки, которая всё поняла, но не готова была признать. Я даже не мог понять, почему она не испугалась.
— Ты... ты победил, — сказала она с каким-то странным смешанным выражением на лице. Я не знал, что она хотела этим сказать. Возможно, она думала, что я буду рад видеть её тут, что она будет гордиться мной. Но я не мог этому радоваться. Я не знал, что мне с этим делать.
— Ты не должна была сюда приходить, — я почувствовал, как злость нарастает. Она стояла передо мной, как будто всё это было нормой. Как будто всё, что я делал, было правильно, и она в какой-то мере должна была быть горда тем, что я такой. Но я не был горд. Я был злой.
— Я не могу понять, почему ты здесь, — продолжил я. — Ты не в своём месте, Ария. Это опасно! Ты не понимаешь, что происходит здесь, что с нами происходит, когда мы выходим на этот ринг. Ты не можешь просто смотреть на это, как на какое-то шоу!
Она стояла молча, глаза её были полны чего-то... да, это были слёзы. Я видел, как её веки подрагивали, и я не мог понять, что именно вызвало у неё слёзы. Но всё это только добавляло масла в огонь. Она не должна была быть здесь. Это не её мир.
— Артем, я... — её голос был слабым, но она всё-таки заговорила. — Я просто хотела поддержать тебя. Ты ведь не один, не должен быть один.
— Поддержать меня? — я фыркнул, чувствуя, как мой гнев усиливается. — Ты не должна поддерживать меня здесь, понимаешь? Ты не должна была приходить! Ты ведь не понимаешь, что это такое! Ты не понимаешь, что я чувствую, когда я тут. Это не место для таких, как ты!
— Я... я не хочу уходить, — сказала она, но я видел, как её глаза наполнились болью.
Я резко развернулся и направился к машине, даже не спросив, нужна ли ей помощь. Она стояла там, всё ещё не двигаясь. Я остановился и повернулся к ней.
— Ты не можешь здесь быть, — повторил я, это было не просто предостережение, это было как приказ. — Больше никогда не приходи сюда. Ты мне не нужна здесь!
Я видел, как она замерла, и что-то внутри меня сжалось. Но я не мог остановиться. Я не мог позволить ей быть здесь, в этом мире, где все могли погибнуть за секунду. Я не мог позволить себе быть уязвимым.
Она посмотрела на меня, и я увидел в её глазах не только обиду, но и что-то... что-то, что заставило моё сердце ёкнуть. Но я не мог дать этому шанс.
— Я поеду один, — сказал я, не обращая внимания на её слова. — Ты не должна быть здесь.
Я не ждал ответа. Я сел в BMW M5 и завёл двигатель, но когда я выезжал, я не мог избавиться от чувства, что, возможно, потерял её.
И что-то внутри меня, что-то тёмное и отчаянное, подсознательно знал: я только что сказал ей не быть рядом со мной, но я сам этого не хотел.
Я поехал в больницу, но мысли об Арию не покидали меня.