8
Тут мы дошли до угла улицы, где можно было свернуть направо или перейти дорогу. Женщины перед нами пошли налево, а компания Джина–направо. Мы с Джисоном переглянулись.
_______________________________________________________________
Конец флэшбэка
Ликс замолчал. Чан внимательно посмотрел на Феликса и перевёл взгляд на Минхо.
Б.–А вы знали, что эти двое за вами следили?
М.–Мы узнали об этом чуть позже. Но если честно, я чувствовал, что что-то не так. Как будто кто-то не переставая пялился на меня.
Ф.–Теперь ты знаешь кто это был.
М.–Если быть точным, я узнал ещё вчера.
Банчан слушал их разговор и его выражение лица менялось с каждой секундой. Он не догонял ход мыслей этих двоих.
Ф.–Так что ты тут делаешь? Почему ты не с Хёнджином?
М.–Я расскажу, когда ты дойдёшь до нужного момента.
Ф.–До сегодняшнего утра?
М.–Да. А то Чан совсем ничего не понимает.
Б.–Вот именно.
М.–Феликс, продолжай. А ты скоро во всём разберёшься.
Flashback, pov:Феликс
Женщины перед нами ушли в другую сторону, и больше людей между компанией Хвана и мной с Джисоном не было. Это тревожило, но я всё равно свернул направо, а Хан за мной. Мы старались идти одновременно и быстро, и беззвучно, но это было не так легко. Я понял, что идти так же тихо, как до ухода женщин–не вариант. Так Хёнджин с друзьями могут что-то заподозрить. Я написал Джисону.
Переписка
Я–Ничего, перед нами ещё есть люди.
Я–Не крадись так, издавай хоть какие-то звуки.
Дж.–Они же нас услышат.
Я–Вот именно, они будут нас слышать, а значит будут
думать, что мы просто прохожие.
Дж.–А если голоса наши узнают?
Я–Ничего не говори. Иди спокойно, но молча.
Дж.–Хорошо.
Конец переписки
Мы шли и делали вид, что мы нормальные люди и не преследуем тех, чьи издевательские шуточки слышали в школе каждый день.
После того, как мы свернули, перестали ходить люди и ездить машины. По тротуару шли только мы и они. Это настораживало, но мы шли дальше. Хёнджин, Хо и Чанбин о чём-то разговаривали, я особо не вникал. Вдруг Чанбин резко остановился. Сказать что мы с Ханом испугались–не сказать ничего. Я стал на месте, не мог даже пальцем пошевелить. Тогда Джисон схватил меня за плечо и прижал к стене. Сам одел капюшон, стал рядом и включил телефон, делая вид, что что-то показывает мне. В мыслях я материл Хана, за то, что придумал устроить слежку, и себя, за то, что я не отговорил его. Боковым зрением я увидел, что Чанбин просто остановился завязать шнурки и присел на корточки. Хёнджин смотрел на него сверху вниз, а мы с Джисоном молились, чтобы он не повернулся к нам. Джисон серьезно посмотрел на меня, как будто это я предложил ходить за их бандой. Нам повезло. Чанбин всё таки справился со своей обувью и поднялся. Они пошли дальше, а мы последовали за ними. Я переживал, что кому-то из них опять приспичит остановиться, и опять прижаться к стене у нас с Ханом уже не выйдет. Я поставил себя и Джисона на место Хвана, Минхо и Чанбина. Было бы странно, если бы какие-то люди шли за нами и прижимались к стене каждый раз, когда мы останавливаемся. Я бы точно начал сомневаться, не ненормальные ли они, и я был уверен, что троица впереди–тоже. Они точно слышали, что сзади кто-то идёт. Одно наше неаккуратное действие, и они будут специально останавливаться на каждом шагу, пока не убедятся, что мы следим за ними. К счастью, Хёнджин уверенно шёл вперёд, и двое его друзей от него не отставали. Они опять болтали, Чанбин не прекращал смеяться. Меня это успокаивало. Если они смеются, значит им весело. Значит настроение у них хорошее и даже если они нас заметят, сильно злиться не будут. Наверное.