21.«я ухожу».
pow.author.
Тем же вечером, когда все собрались за ужином, Белла закатила истерику по поводу того, что они забыли о Глории, ведь все начали есть не обращая внимания на то, что нет блондинки. Тяжело вздохнув, Роберт начал объяснять, что Беккер уехала в центр по делам, а потом у неё задание и она вряд ли заглянет домой раньше двух часов ночи. Сказав напоследок, что жертва слабенький, а Глория – самый сильный и профессиональный его сотрудник и что переживать не стоит, Коллинз увидев облегчение сестры, слабо улыбнулся, добавляя, чтобы все ложились спать и не ждали Андерсон, ведь завтра тяжёлый для них день – пробный экзамен.
Все успокоились по поводу блондинки, но начали переживать из-за экзаменов, ведь от них зависит будущее поступление в университет и каждый родитель требует, чтобы его дитя было лучшим. Активное обсуждение учёбы в университете и планов добавить в «элиту» Глорию с Ричардом, прервала вошедшая на кухню Андерсон, в странной шляпе и уже переодетая в домашнюю одежду. Крикнув торжественное «тадам» Беккер сняла шляпу, хлопая по спине подавившегося от удивления Роберта. Вместо привычных блондинистых волос у девушки они были ярко розового цвета.
Молчание прервал восторжённый писк Беллы и её крики о том, что Глория – богиня. Оглядев всех, Беккер увидела восторг только в глазах Беллы, поэтому сразу же поникла, начиная думать, что подобрала ужасный цвет, что ей он не идёт, в общем – загоняться по этому поводу.
— Мне не идёт?— Андерсон сжала в кулачке футболку, выводя из транса всех присутствующих своим вопросом.
— Ты просто стала ещё красивей с этим цветом вот все и поражены твоей красотой!— принялся успокаивать свою девушку Айзек, прекрасно зная, что она уже успела много чего надумать про свой новый цвет волос.— Тебе очень идёт.
Все начали кивать головами, в подтверждение слов Коллинза, кроме самого старшего в их компании. Тот сложил руки на груди, разглядывая подругу и о чём-то думая.
— Роб, мы можем поговорить?— розоволосая кивнула в сторону выхода с кухни.
Встав со своего места, Коллинз вышел с кухни, слыша шаги сзади. Выйдя на террасу, друзья сели на качели, какое-то время храня молчание. Глория думала, как правильно начать разговор и какую новость стоит сказать первой, а Роберт не торопил, видя напряжённость подруги. Тяжело вздохнув, девушка всё-таки собралась духом, начиная что-то говорить Робу о готовом бизнес-плане, о том, что она уже нашла помещение и заканчивая всё той фразой, которую Коллинз хотел слышать, как друг, но как работодатель – боялся её.
— Я ухожу с киллерства. Возможно временно, а возможно навсегда – не знаю, но сейчас я не хочу этим заниматься.— девушка боялась посмотреть на парня и увидеть в его глазах разочарование.— Завтра у меня экзамен, результат будет известен в тот же день. Я планирую открыть кафе ближе к середине лета и в сентябре улететь учиться. По моим расчётам я смогу закончить университет за два года.
— А Айзек?— единственное, что спросил Роберт, понимая, что если Андерсон расстанется с его братом – университет она закончит за полтора года, а то и меньше.
— Я постараюсь найти компромисс. Улетать мне ещё не скоро, поэтому знать ему сейчас об этом не нужно.— Глория сложила положила голову на плечо другу.— Мы и так постоянно ссоримся… Не хочу, что бы моя учёба в другом городе была ещё одной причиной наших вечных ссор.
Они сидели на улице ещё минут пятнадцать, обсуждая планы Глории, Роберт время от времени говорил как было бы сделать правильнее, объяснял девушке что лучше делать не делать и всё в этом роде. Заметив, что девушка поёжилась от очередного вечернего ветерка, Коллинз предложил зайти в дом. На диванчиках в гостиной расположились жители дома, о чём-то разговаривая, даже толком не обращая внимания на зашедших.
— Кстати, Ри…— обратился к розоволосой Роберт, смотря на то, как девушка садиться на колени брата, обнимая его.— Я… Я хочу оплатить всё, что касается твоего образования. Университет, квартиру, если нужна будет… Даже продукты. Просто дай мне это сделать, я хочу по настоящему заботиться о тебе, как о своей дочке.
— Спасибо.— Беккер тепло улыбается, позволяя своим пальчикам сжимать края домашней футболки и легко кивает головой, давая понять что она вовсе не против такого расклада событий. Она вовсе не против подобной заботе лучшего друга. Отцовской заботы, которую она получала почему-то только от него.
С самого детства Андерсон ненавидели собственные родители, по какой-то понятной только им причине. Тогда ещё девочка молча всё терпела, позволяя время от времени брату находить её порезы на теле, умалчивая о настоящей причине. А Барри действительно не понимал чего его сестре не хватало… Любящая семья, деньги, красивая одежда, новые игрушки – всё это было у них обоих, как казалось мальчишке. Вот только это всё действительно было только у него. Старшую же любили только на его глазах, но как только Беккер исчезал из поля зрения – её гнобили, говорили что она бесполезная в этой семье, несколько десятков раз даже позволяя себе рукоприкладство, несколько раз ломая ребёнку кости, а потом фальшиво переживая, ведь «я заигралась и упала с лестницы». Брат и сестра даже пару раз ссорились из-за её порезов, ведь «какого чёрта? у тебя есть всё! чего тебе ещё не хватает, Лори?». Позже, в четырнадцать, когда её выгнали из дома в собственный день рождение, сказав Барри что та сама сбежала, Глория встретила Коллинза. Тогда она впервые рассказала кому-то о всём, что накапливалось в течении жизни, позволила себе выплакаться на плече у будущего лучшего друга. А потом знакомство с Томпсон… Девочка, смотря на уверенную в себе старшую неосознанно начала брать с неё пример, с каждым разом всё больше и больше позволяя себе ругаться с теми, кто дали ей жизнь, но не позволяли её нормально прожить. Роберт и Виктория стали её родителями, ругая за порезы на запястьях, после бережно их обрабатывая и обнимая Андерсон с обоих сторон, тем самым успокаивая и вскоре на тонких запястьях старые порезы зажили, а новые перестали появляться . Они подарили ей родительскую любовь, семейное счастье и заботу – то, что не смогли ей подарить родные родители. Именно поэтому, когда Томпсон впала в кому после аварии, Глория винила во всём себя, а лезвие как-то само прошлось по уже зажившим ранкам, возобновляя их. На следующий день после аварии Роберт нашёл практически бездыханное тело Андерсон на кровати, в собственной комнате в его офисе, с перерезанными венами. Её спасли, диагностировали глубокую депрессию, позже – дистимию. Коллинз всё ещё помнит, как сильно испугался, услышав такой страшный диагноз как «дистимическое расстройство», но тогда врач его успокоил, объясняя, что дистимия это как депрессия, но менее тяжёлая и более продолжительная.
Поддавшись тёплым воспоминаниям о семье из трёх человек и усталости Глория сладно заснула прям на руках у брата, тихонько посапывая в его плечо, не просыпаясь даже от того, что Айзек взял её на руки и понёс в комнату. Лишь глубокой ночью, розоволосая открыла глаза, чтобы перевернуться на другой бок и обнаружив знакомую руку на своей талии, аккуратно перевернулась, прижавшись вплотную к тёплому телу и тыкаясь носом в грудь парню, так же обнимая его в ответ.
•.•.•.•.•.•.•
простите, за то, что долго не появлялась. мне не нравилось то, что я пишу, поэтому я взялась за написание второй книги, чтобы дать себе немного отдохнуть от этой.
теперь я немного чётче вижу то, что хочу написать здесь.
1115 слов