Решайся!

Головокружительная поездка домой на крутой машине уже не радовалась, так как впервые. Может это из-за усталости, а может из-за непонятного предчувствия, которое заставляло замирать сердце и начинать свой бег вновь, ещё быстрее, и доставляя неприятные ощущения.

Дома было тихо, так тихо, что эта тишина давила столь сильно, что заставляла идти вдоль стены, находя ее опорой.

Алан был в кабинете. Я сначала его не заметила и уже собиралась выйти, как заметила его ногу, торчащую из-за стола.

Вокруг было море осколков от бутылки вина, само винное пятно на светлом ворсе ковра, соседствующее с бордовым пятном уже крови.

Сердце колотилось, как бешеное, заставляют слышать только его мерный стук. Но меня волновало не мое сердцебиение, а Алана.

То, что я увидела еле вздымающуюся грудь можно считать невероятным везением. Руки тряслись как у паралитика и непонятно, как получилось набрать номер скорой, а потом и полиции.

Они приехали уже через несколько минут. Всё это время я сидела подле Алана и пыталась вытереть кровь с лица Алана. Именно пыталась, потому что трясущиеся руки не давали этого сделать.

Весь оставшийся день я провела на допросах в отделении полиции. Никогда не думала, что со мной такое случится и меня отнесут к подозреваемым в убийстве. Теперь вся надежда на Алана, но он сможет рассказать, когда очнётся. Если хоть что-то вспомнит.

А пока я на домашнем аресте до выяснения обстоятельств.

Ночь я провела в темноте, разрезаемой теплым светом одной свечи, в компании музыки и бутылку вина. Чем ещё заняться на домашнем аресте поздним вечером?! Только пить.

Спустя полторы недели...

- Алан так и не проснулся?!- протянул Ник, сидя за столом на кухне.

- Нет. Спасибо, что пришёл, а то я готова была на стенку лезть от одиночества и отчаяния,- поставив перед другом кружку с чаем, сказала я.- Если он не очнётся, или что ещё хуже умрёт, меня посадят за решетку, ведь там были только мои отпечатки пальцев и Алана, никаких зацепок.

- Будем надеяться на лучшее, не нагружай себя,- похлопав меня по плечу, произнёс Ник.- Что сказали родители Алана?!

- Отец сказал, что нечего разбираться, это я покусилась на жизнь их сына, хоть и рано. Нужно ведь было сначала замуж выйти. А его мама не поверила, сказала, что я слишком слаба для того решения,- вздохнула я.- Все ждут решения суда.

- Хватит хандрить, смотри, я тебе торт купил, ешь.

- Не хочу, наелась.

- Ты когда в последний раз ела?!

- Э... Не помню... Давно...

- Зато я помню, на следующий день после случившегося. И все, больше ничего, кроме спиртного и воды, ты сейчас губишь свое здоровье.

- Зачем оно мне в тюрьме?!

- Тебя туда ещё не посадили и не посадят. Тем более, что на тебе даже лица нет. Кожа стала пергаментной и серой, как у трупа.

- Мне все равно...

- А мне нет,- стукнул он по столу кулаком.- Так что съешь хотя бы это.

- Хорошо, ладно...

POV Алан.

Пробуждение было тяжёлым, словно я прорывался сквозь вату. Как только я открыл глаза, то сразу ослеп от яркого света.

Я был в больнице, в VIP-палате, не то, что у Леоны. Светлые больничные стены украшены парой картин с абстракцией, одинокий цветок в большом горшке в углу и несколько апельсинов на тумбочке подле кровати разбавляли скучный и скудный интерьер.

На стуле около меня сидел отец и спал, положив голову себе на плечо. Он выглядел осунувшимся и безумно уставшим.

Я неловко двинулся и папа проснулся.

- Ты жив?! Ты очнулся?!- словно не верят своим глазам, спросил он.- Как мы с мамой волновались.

- А что я делаю в больнице?!

- Ты почти умер, тебя обнаружили в кабинете, нападавшего ещё не посадили, ведь не хватает твоего голоса, но все улики указывают на эту дряную девку - Элеонору Вест, кажется милой. а на деле...

Только сейчас я стал вспоминать. И не она виновата, а давний друг, оказавшийся предателем. Кто бы мог подумать. Ему были нужны лишь деньги моей семьи.

Я отдал ключи от своей машины, а он в ответ ударил меня по голове начатой бутылкой вина, которую мы выпили вместе, как друзья.

- Это не она, ее там не было.

- А где она была до этого?!

- В магазине, покупала одежду.

- Женщины, ничего нового.- пренебрежительно фыркнул он.

- Я ее туда отправил, потому что ее вещи я выкинул, мне они не нравились,- объяснил я отцу.- Хотел поехать с ней, но появились неотложные дела.

- Все равно пока она побудет под присмотром, а ты чуть позже дашь показания полиции, понял?!- дождавшись кивка, продолжил.- Зачем она тебе, я просмотрел информацию о ней, обычная серая мышь, плохие отношения с матерью. И не удивительно, она так ещё шлюха и таскала в дом мужчин, не стесняясь дочери, да ещё если она вылетит из университета отправится по стопам матери, ее мнения не спрашивают, как я понял.

- Что?! Что ты сказал?!

- Ты не знал?! Она скрывала это от тебя?! И правильно делала, нечего это знать. Зря я тебе рассказал, ой зря, голова-то у тебя дурная пока что.

- Всё равно пока никуда не денусь,- тяжело вздохнул я.

***

Дни шли за днями. Самочувствие улучшилось и тупая боль в висках стала сходить на нет. К моменту выписки из больницы я практически был в норме, просто нужно делать меньше резких телодвижений и побольше покоя.

Полиция несколько раз бывала у меня в палате и вытащили из моей памяти всё до мелочей. Я даже вспомнил, что бывший друг был в перчатках, поэтому не было никаких отпечатков пальцев, лишь мои.

Его быстро выследили по номеру машины и теперь он отбывает наказание в тюрьме. Очень быстро всё было решено, не успел даже оглянуться.

По дороге домой купил готовой еды, чтобы отпраздновать. Наверняка моя Леона совсем заскучала одна. Интересно, как она?!

POV Леона

Сегодня Ник уже привычно зашёл в гости и притащил черничное мороженое. Знает, засранец, что я люблю и никогда не откажусь.

Этим утром, в несусветную рань (вот кто приходит в пол седьмого?!) пришли из полиции и сняли с меня обвинения, так что я теперь не под домашним арестом. Но на улицу уже не хочется, привыкла дома сидеть.

Оказывается, Алан очнулся уже давно, а узнала я только сейчас. Интересно, когда я его увижу?!

Все время, пока я была занята, Ник пил кофе и рассматривал меня, внимательно так, будто товар на прилавке магазина. Хотя... Нет, будто мраморную статую.  Только закрылась дверь за офицером, как Ник резко подскочил ко мне, чуть не уронив чашку, в которой кофе осталось всего на четверть, но убирать это было бы ничуть не приятнее, чем если бы она была полной.

- Ты меня впервые видишь?!- спросила я.

- Нет, с чего ты взяла,- ответил он, убирая выбившуюся прядь моих волос за ухо, конечно же тоже мое, а не его.

- Ну, да, а то, как ты на меня смотрел все время и то, что ты сейчас делаешь - что это всё?!- иронично изогнула я бровь.

- А, что?!- резко оторвав руку от моего плеча, которая неторопливо наводила круги, пока я не сказала, и  смущенно почесал затылок.- Ну, это... Ты мне нравишься.

Поддавшись вперед, он только едва успел коснуться моих губ своими, шумно выдохнуть и поцеловать, как в квартиру врывается Алан, хотя это его квартира, и отталкивает Ника от меня.

Все это происходило будто в замедленной съёмке, а я даже не успела ничего сделать, как кулак Алана врезался, именно так это и было, в челюсть Нику.

- Это моя девушка,- рыкнул парень.- Я не посмотрю в следующий раз, что мы друзья и ты получишь сполна. Иди отсюда!

- Пока!- небрежно бросил Ник, потирая челюсть, где уже начал наливаться темно-синим цветом синяк.

Захлопнулась дверь и я осталась один на один с Аланом.

- Сколько раз он был здесь, пока я был в больнице?!

- Каждый день.

- И что вы еще успели?!- тихо сказал он вначале, но потом перешел на крик.- Ты решила, раз я в больнице можно немного побыть с моим лучшим другом?! Ну как он тебе, отлично трахается?! А?! Мне даже противно находится в своей квартире, представляя, какие вы тут устраивали оргии!

- Да ничего не было, правда. Он меня впервые поцеловал, Алан, поверь мне!- умоляла его я.

- Сейчас мы это и проверим,- грубо взяв меня за руку, он потащил меня в спальню.- Боже, с кем я связался?! Со шлюхой! Ничего, я тебя исправлю и ты будешь только моей, пускай это займет уйму времени.

- Алан, остановись, ничего не было!- молила его я, пытаясь вырваться.- Послушай меня!

- Чего тебе не хватает, Леона, чего?!-резко повернувшись, спросил он.- Я тебе купил горы вещей, водил в ресторан, окружили тебя любовью и заботой. А вместо радушной встречи после скучной больничной тишины я вижу, как моя девушка целуется с моим лучшим другом!

- Да это было неожиданностью, правда, это было впервые!- от злости на него сильно топнула я ногой и лучше бы этого не делала.

- Ха,- усмехнулся тот, повернув голову налево.- Ведешь себя как маленькая капризная девчонка, да ещё и врешь. Он держал тебя за зад, а ты была не против.

Рывок и я полетела в его сторону, больно оказавшись в его грудь. Какими бы крутыми не выглядели накаченные мышцы груди у парней это не отменяет того, что врезаться в них не нужно.

Алан приподнял меня над полом и так сильно сжал, что я не только почувствовала, но и услышала, как захрустели ребра. Я не выдержала, хотя пыталась из-за всех сил, закричала от боли. Воздуха сильно не хватало и я начала задыхаться. Когда я почти ушла в блаженную тьму, Алан ослабил хватку и в лёгкие стал поступать живительный сладкий воздух.

- Сегодня ты будешь кричать всю ночь напролет так, что в конце концов охрипнешь,- сказал он зловещим шепотом мне на ухо перед тем как отправить меня в полет на кровать, закончившийся неудачным приземлением о спинку кровати. 

- Какая же ты… предательница,- нависнув надо мной, сказал он.- Завтра же подаю на отчисление тебя из университета, будешь сидеть дома взаперти и мне неважно, чем ты будешь заниматься, больше ты одна никуда не выйдешь.

В его поцелуях не было прежней страсти и ласки, только наказание, которое причиняло боль не только физическую, но и душевную. Эти поцелуи были со вкусом горьких слез и крови. Он Тереза мои губы так долго и усиленно, что в конце я думала, будто от них осталось одно кровавое месиво.

Я лежала уже на полностью промокшей от моих слез простыне, а Алан спускался все ниже, срывая одежду, от которой оставались одни жалкие клочки.

У меня не получалось вырваться. Одной рукой он держал мои запястья, другой раздевал и исследовал мое тело,  а бедром держал мои ноги.

- Алан, пожалуйста остановись, Алан, мне больно!- молила его я.

В ответ он лишь усмехался и продолжал с удвоенной силой. Его глаза горели неудержимой яростью и безумием. Они потемнели, превратившись в черные смоляные и что самое ужасное, в них я видела себя. Поверженную, нелепую и разбитую.

Если мама узнает о случившимся, включая исключение из университета, а она узнает, не знаю, как она это делает, как она меня вызволит из тюрьмы, устроенной Аланом, как я отправлюсь зарабатывать деньги мамочке в борделе, она обещала мне, что я попаду к элитным шлюхам, обязательно и никуда я не денусь. Путана - это та работа, которая переходит из поколения в поколение и никуда ты не денешься.

Мне почти удалось абстрагироваться от мира, как Алан резко перевернул меня и поставил раком. Я горько усмехнулась. Так долго от этого лежала и что?! Все равно к этому пришла, все же мама была права.

Зашелестела фольга и я закрыла глаза, приготовившись к этому. Кто бы мог подумать, что все так закончится.

Я стала вспоминать счастливые моменты, которые произошли со мной со времен поступления в универ с надеждой, что мне это поможет меньше чувствовать, что произойдет дальше.

Не помогло.

Любые прикосновения я ощущала сильнее, чем обычно, намного. Но вот что действительно получилось отключить, так это разум, хоть и частично.

Я ощущала все, понимала и видела, но в голове было какое-то опустошение, если стукнет по чему-нибудь звонкому, то этот противный высокий звук раздастся везде, ни одного миллиметра не пропустив.

Как впрочем и Алан. Никогда не думала, что его прежде ласковые приятные прикосновения, приносящие сладостную муку, превратятся в простое отвращение.

Мысли в голове телки медленно и неторопливо, а движения тел ускорялись.

***

Утро для меня началось резко и весьма неожиданно. Все ныло и стенало на все лады, а я делала это вместе со своим телом. Да, я сейчас ощущаю себя так, будто моя голова и остальная часть туловища вообще никак не соединены и это в принципе невозможно.

Никого не было. В квартире. Вообще, пусто. И хорошо.

Уже стоя в душе, я поняла, что помню произошедшее ночью весьма смутно, лишь эмоции и те приглушены. Будто все пол слоем ваты.

Все понятно, моя психика полетела к чертям собачьим. Может стоит обратиться к психологу или сразу в психушку обратиться?! Хотя нет, до второго варианта ещё не дотянула маленько...много.

Это броуновское движение по квартире было похоже на бред опьяневшего сумасшедшего. Именно так я шла до кухни. В одном мужском халате под которым ничего не было и похоже не будет, не сегодня.

Утро оказалось пятью часами вечера. Так что ни о каком завтраке не могло быть и речи. Только полдник и не слова больше.

Только моим планам было не суждено сбыться. В холодильнике, на полках и в ящиках было пусто.

Но я точно помню, что вчера было столько еды, сколько не съешь за один раз. Но не мог же Алан съесть это всё, а значит он зачем то все выкинул. И что плохого ему сделала еда.

Я выпила стакана три воды и вернулась в постель. Удивительно, но я сразу же уснула, хотя проспал весь день, так ещё и до безумия голодная.

Очнулась я лишь тогда, когда услышала звук закрывшейся двери. И тут же залезла под кровать и притихла. Я слышала через раз, надеясь, что Алан меня не найдёт.

Заглянув в спальню, он пошёл дальше, при этом зовя меня так, будто ничего и не было этой ночью. Но я то помню, пускай и не всё.

Спустя минут сорок он пришел в спальню, поставил какую-то тарелку на тумбочку и лег на кровать. Прошло ещё минут двадцать и я больше не могла терпеть. Я хотела очень сильно есть. А надежда на столь близкую пишу дразнила меня все больше.

Я тихо выползла из-под кровати, и подхватив тарелку, побежала в гостиную. Кстати, содержимое оказалось весьма недурным, филе курицы в каких-то пахучих специях и отварные овощи. Маловато, но лучше что-то, чем ничего!

  Я сидела спиной ко входу, да ещё была так занята поеданием пищи, что ничего не замечала вокруг. А надо было бы.

Потому что упавшие на плечи из ниоткуда руки, испугают кого угодно.

Лучше бы я подавилась, честное слово. Все, что со мной случилось, так это я притихла, как мышь, и задержала дыхание.

- Мы сейчас поедем в ресторан,- тихо прошептал мне на ухо Алан.- Одевайся.

- Зачем?- мой голос звучал слабо и надрывно.

- Мои родители хотят тебя снова увидеть. И кстати, что бы они ни сказали, ты со всем согласна, а лучше помалкивай, все сам скажу. Поняла?!

- Да...

- Одежда в спальне на кровати, у тебя двадцать пять минут, иди.

Отставив тарелку с почти нетронутой едой, я отправилась одеваться. Мне не хотелось ему сопротивляться или говорить что-то поперек его слова. И тут я поняла...

Я боюсь Алана. 

Также боюсь, как и маминых клиентов. Те же ощущения, что и раньше. Вот только тогда не случилось самого главного, мне удалось сбежать. Но не в этот раз.

В коробке лежал брючный костюм темно-винного цвета. Чрезвычайно закрытый, только небольшой вырез каплей в зоне декольте. Как раз там, где не видны синяки.

Макияж скрыл всю опухлость и усталость с лица. А волосы я убрала в простой пучок, выпустив пару прядей у лица. Это придаст кокетливости внешнему виду, да и свежести в целом.

Уже в машине я сидела около Алана и смотрела в окно. Его рука покоилась на моем бедре, но я не убирала ее, не хочу проблем позже. И так неизвестно, чем все закончится сегодня, но мне заранее страшно.