Глава 14
Пять дней прошло с тех пор, как мы со Скоттом были в доме моих родителей. А я всё ещё не могла разобраться в своих чувствах.
Поведение мамы было странным, отец что-то подозревал, она лгала о наших встречах, а в её гардеробе я нашла странную вещь. Я не понимала, что всё это значит и как события связаны между собой.
За это время ко мне приезжали Сэм и Хлоя. Они пытались отвлечь меня от тревожных мыслей, но причину моего подавленного состояния не знали. Я и сама не хотела делиться ею с окружающими.
Странно, но единственный человек, кто знал всю историю целиком, был Скотт. Несмотря на свою работу и занятость, он старался уделять мне как можно больше внимания и всячески поддерживать. Мы с ним снова начали разговаривать по вечерам и даже иногда прогуливаться по окрестностям района под светом полной Луны. Я была рада, что он рядом.
Том всё это время молчал и куда-то пропал. Я пыталась звонить и писать ему, но мои попытки связаться с ним были безрезультатны. В конце концов, я решила полностью уйти в свою научную деятельность и закончить диссертацию. Через несколько месяцев меня ждало представление моей работы на суд научного сообщества и её защита в стенах университета. Поэтому я решила заняться полезным делом и начать подготовку к этому событию.
Сегодня на улице была пасмурная погода, небо было затянуто серыми тучами, что было редким явлением для Калифорнии. Несмотря на непогоду, я решила поработать во дворе, устроившись на мягком садовом кресле. Я была в слишком возбуждённом состоянии, меня продолжали одолевать тревожные мысли и ощущение чего-то недоброго. Как я ни пыталась читать напечатанный текст, моё внимание продолжало быть рассеянным и хаотичным. В какой-то момент меня накрыла сильная злость за неспособность сосредоточиться и взять себя в руки.
В этот момент мой телефон издал звук входящего звонка, а по столу пошла слабая вибрация. Взглянув на экран, я увидела фотографию Тома. Это вызвало во мне новый приступ недоумения и растерянности.
— Слушаю, — произнесла я холодным голосом, стараясь говорить как можно равнодушнее.
— Приветствую вас, доктор Уильямс. Как ваши дела?
— У тебя ещё хватает наглости спрашивать об этом?
— Прости меня, — голос Тома вдруг стал тихим и тяжёлым. — Я очень виноват перед тобой.
— Это ещё мягко сказано. Что ты можешь сказать в своё оправдание?
— Мне очень стыдно, и я не могу придумать, как загладить свою вину перед тобой.
— А банальный разговор не пробовал? — я говорила максимально саркастически, чтобы показать своему собеседнику всю глубину своего возмущения.
— Это вы мне как психотерапевт советуете? — в динамике послышался едва заметный смех, что ещё больше возмутило меня.
— Это я говорю как здравомыслящий и адекватный человек. Методы поведения законченного эгоиста и безразличного, самоуверенного нахала не для меня.
— Справедливо, — Том тяжело вздохнул, а затем тихим голосом произнёс: — Лив, я сожалею о своём поведении и своём неуважительном отношении к тебе, но у меня на это были веские причины.
— Вот как? Просветишь меня насчёт этих причин или так и будешь продолжать вести себя как последний урод?
— Оливия, мне сейчас очень больно это говорить, но пойми... — Том замолчал, по всей видимости, собираясь с мыслями для продолжения разговора. — Я недавно понял, что меня к тебе тянет, но не как к девушке, а скорее как к близкой подруге или сестре.
— ЧТО? — меня накрыл неимоверный шок от услышанных слов. — Что ты сейчас сказал?
— Ты сама должна была заметить, что наши отношения не продвигаются и не имеют будущего. Ты мне нравишься, и даже сильно, но сказать, что я испытываю к тебе платонические чувства, я не могу. Я устал обманывать тебя и себя, теша нас обоих ненужными никому иллюзиями. Меня к тебе тянет, и довольно сильно, но на ментальном уровне.
— Ты... Ты... — моя способность говорить начала давать сбои, и меня парализовало от подступающей ко мне истерики. — Знаешь, кто ты после этого?
— Возможно, для тебя я сейчас олицетворяю довольно неприятного и ненавистного человека, но я уверен, со временем ты поймёшь правильность моих выводов.
— Пошёл ты, Том!
Я быстро завершила разговор. Меня охватила сильная и неконтролируемая дрожь от злости, которую я с трудом сдерживала. Впервые в жизни меня бросили, да ещё и таким низким способом — через телефонный звонок. Это стало для меня сильным ударом, который только усилил мою злость на предыдущие события.
Впервые потеряв контроль над своими эмоциями, я бросила телефон на стол, оставив на экране тонкую паутину трещин. Я уткнулась в экран ноутбука, пытаясь отвлечься на что-то другое. Однако, читая текст своей диссертации, я не могла избавиться от неконтролируемой злости и ярости, которые захлестывали меня.
В какой-то момент уровень злости стал настолько высоким, что я почувствовала электрический разряд по всему телу. Мои пальцы начали сильно колоть, и возникло ощущение жжения в них. Не знаю, что произошло потом, но из моих пальцев вырвался слабый электрический разряд, который прошёл по моему ноутбуку и отключил его. Корпус ноутбука заискрился, и в воздухе появился запах гари.
— Что за чёрт?! — воскликнула я, быстро отдёрнув руки от стола и горящего ноутбука.
Я смотрела на свои дрожащие пальцы безумным взглядом и пыталась найти логическое объяснение произошедшему. «Я не могла ударить током ноутбук. Это просто невозможно и не может быть правдой», — повторяла я себе, пытаясь успокоиться.
Меня охватила сильная паника и страх. Я быстро встала со своего места и побежала в дом. Осушив одним глотком целую бутылку воды, я пошла на второй этаж, чтобы смыть с себя напряжение. Стоя под холодными струями воды, я пыталась успокоить свой возбужденный разум и убедить себя, что всё это мне просто привиделось. «Лив, подумай логически. Ты была на взводе, и, видимо, настолько заведена, что тебе показалось всё это. А ноутбук просто перегрелся, и по всем признакам на воздухе коротнул один из контактов».
Холодная вода и рациональное мышление помогли мне прийти в себя. Когда я вышла из ванной, мне стало намного легче, чем до того, как я туда зашла. О столь странном событии я решила никому не рассказывать. У меня было желание поделиться произошедшим со Скоттом, но я убедила себя этого не делать.
Вечером, когда Скотт вернулся домой, я уже была в своём обычном состоянии и провела с ним самый обычный вечер. Ложась спать, я всё ещё чувствовала тревогу внутри, но как психотерапевт я убедила себя оставить эти переживания в стороне и взять себя в руки.
Спустя несколько дней я провела сеанс с женщиной, которая недавно развелась и с трудом привыкала к новой жизни. Пока я слушала о её переживаниях, я вспомнила о своих родителях и их кризисе в отношениях. За всё время их отдыха я ни разу не связалась с родителями, чтобы дать им возможность побыть наедине. И вот, когда сеанс закончился и пациентка ушла, я решила выпить кофе.
Пройдя в гостиную, я устало села в кресло. Телефон, лежавший рядом, предательски манил меня. Я хотела набрать отца, но не решалась. Однако, отбросив все сомнения, я взяла телефон и приложила его к уху. Послышались гудки, а затем я услышала до боли знакомый голос отца.
— Лив?
— Папа, привет.
— Как ты? Твоя мама сказала, что тебе уже лучше.
— О чём ты?
— Твоя простуда уже прошла? Синди сказала мне, что ты совсем слаба и не можешь о себе позаботиться.
Я была шокирована и не понимала, что происходит.
— Да, мне уже лучше, — ответила я.
— Я рад это слышать. Твоя мама рядом?
— Нет, она уехала домой недавно.
Мне было нелегко врать отцу, но я решила немного слукавить ради него и их семьи.
— Тебе стоило тоже отдохнуть, родная. Ты много работаешь и совсем себя не жалеешь в последнее время.
— Как только защищу свою работу и получу заслуженную научную степень, то обязательно организую себе долгожданный отдых.
— Я на это очень надеюсь.
— Так ты один остался на отдыхе? — спросила я, чувствуя, как меня накрывает волна эмоций.
— Да. Но в одиночку здесь совсем тоскливо, поэтому я думаю вернуться домой сегодня.
— Хотя бы неделю, но тебе удалось отдохнуть, что для тебя редкое явление.
— И не говори, — отец усмехнулся.
Затем он заговорил мягким и заботливым голосом:
— Я люблю тебя, милая. Береги себя и поскорей поправляйся.
— Я тоже тебя люблю, пап. Береги себя.
— До встречи, родная.
Я положила трубку в полном смятении. В душе я не могла понять, зачем мама солгала отцу и что это значит. Меня охватил настоящий психоз и слабо контролируемая злость. Мой разум был теперь одержим одной идеей — узнать у мамы обо всём этом и расставить всё на свои места. Поднявшись со своего места, я направилась к входной двери дома. Когда я хотела открыть её, она резко распахнулась, и в меня врезался Скотт.
— Боже, Лив! Ты меня до инфаркта доведешь, — Скотт отшатнулся, глядя на меня с удивлением.
— Скотт, не сейчас. Мне не до твоих шуток.
— Что с тобой? На тебе лица нет, — Скотт внимательно смотрел на меня, следя за выражением моего лица.
— Я потом тебе всё расскажу, но сейчас мне нужно срочно уехать.
— Да? И куда, если не секрет?
— К родителям домой. Мне нужно увидеть маму.
— Твои родители уже вернулись с отдыха? Я думал, они ещё несколько дней будут на Гавайях.
— Я тоже так думала, но оказалось, что мама улетела домой и оставила папу одного.
— Зачем ей это нужно?
— Это я и хочу выяснить.
— В таком случае я за рулём.
— Что? О чем ты сейчас?
— Я о том, что ты явно слишком заведена сейчас. В таком состоянии не стоит сидеть за рулём автомобиля. Ты, как психотерапевт, должна сама это понимать.
— У меня нет времени спорить с тобой. Если ты действительно собрался ехать со мной, то поехали.
Мы вышли из дома и направились к припаркованному автомобилю. Как и сказал Скотт, он занял место водителя, а я устроилась на соседнем кресле. Дорога до дома родителей прошла в молчании. В начале пути я пояснила Скотту свой импульсивный поступок и его причины. Скотт был на удивление молчалив и спокоен. Для него это было не совсем типично, но я была благодарна ему за такое поведение. Когда я увидела знакомые ворота, моё сердце предательски ускорило свой ритм. Подъехав к дому, я тяжело вздохнула и выбралась из салона автомобиля.
— Мне пойти с тобой?
— Нет, Скотт. Я не думаю, что тебе стоит там появляться. Неизвестно, как моя мама отреагирует на моё появление. А твоё присутствие рядом может её разозлить. Подожди меня здесь.
Я вышла из машины и медленно направилась к дому. Как я и думала, дверь была не заперта, а охранные системы отключены. Это означало, что мама была дома и наш разговор неизбежен.
Первый этаж был пустым и безлюдным. Я осмотрела его и поднялась на второй этаж. Подойдя к спальне мамы, я увидела приоткрытую дверь, из-за которой доносились странные звуки. С каждым шагом я понимала, что происходит, но до последнего пыталась отрицать это.
Когда я открыла дверь и вошла в спальню, передо мной предстала картина, которую я не смогу забыть никогда. Кровать мамы была смята, а на ней лежали два тела. Мама мёртвой хваткой держала спину крепкого и коренастого мужчины, который нависал над её обнажённым телом.
Я вскрикнула, и мама с её партнёром прервались и повернулись ко мне. Когда я увидела лицо мужчины, я испытала самое сильное потрясение в своей жизни.
— Что здесь происходит? — спросила я.
— Лив, ты... — глаза мамы были полны ужаса и страха.
— Ты... Он... — я не могла собраться с мыслями. — Как ты могла?
— Лив... — голос Тома ввёл меня в ещё больший ступор и вызвал новый приступ истерики.
— Значит, поэтому я не подхожу тебе? Ты любишь женщин постарше, которые уже замужем!
— Позволь объяснить... — начала мама, но я её перебила.
— Да пошли вы оба! Я больше не хочу видеть ни его, ни тебя! Горите в аду, оба!
Я выбежала из спальни и помчалась к выходу. Выскочив на улицу, я быстро забралась в машину, задыхаясь от волнения.
— Что случилось, Лив? Что с тобой? — спросил Скотт.
— Уезжаем отсюда!
— Что там произошло?
— Всё потом. Сейчас ты должен увезти меня отсюда как можно скорее!
В этот момент на улицу выбежал Том. Скотт увидел его и резко сорвал машину с места. От такого стремительного движения нас обоих подкинуло и вжало в спинки кресел. Как только мы выехали со двора и миновали подъездные ворота, Скотт вывел машину на автостраду и немного снизил скорость.
— Так ты расскажешь, что это сейчас было? — Скотт посмотрел на меня напряжённо. — Надеюсь, это не то, о чём я подумал.
— Если ты о том, что моя мать спит с моим бывшим, тогда ты подумал правильно!
— Подожди. Твоя мать спит с этим твоим перекачанным парнем? — Скотт снова широко открыл глаза и внимательно осмотрел меня с ног до головы.
— Том не мой, — процедила я каждое слово с неимоверной злостью. — Он бросил меня несколько дней назад.
— Он бросил тебя ради твоей матери? — воскликнул Скотт слишком громко, что вызвало во мне новый приступ злости. — Видимо, стероиды убили последние мозги в нём.
— Скотт, мне сейчас не до твоих комментариев, — я громко всхлипнула, и мой голос дрогнул.
— Прости меня, — Скотт мгновенно притих и сидел с виноватым выражением лица. — Ты уверена, что между ними что-то было? Может, твой бодибилдер приехал к твоей матери поговорить о тебе?
— Скотт, там сложно было что-то не понять. Я зашла в спальню к матери и увидела, как она и Том там... — мой голос сорвался, и я не нашла сил продолжить свою мысль.
— Паршивая картина, — тихо проговорил Скотт, и его глаза в этот момент приобрели какой-то странный отблеск. — Что ты собираешься делать?
— Я? Как минимум расскажу отцу обо всём этом. Он не заслужил такого отношения к себе и не должен быть в неведении.
— Ты уверена, что готова разрушить брак своих родителей?
— Уверена. Я психотерапевт и никогда не буду поощрять обман, лицемерие и фальшь, тем более внутри своей семьи, — меня накрыла сильная дрожь, и я обхватила себя руками. — А ведь отец оказался прав, и всё это время чувствовал, что что-то не так.
— Ты думаешь, они давно уже встречаются?
— Мне кажется, они могли сблизиться после их знакомства на приёме отца. Мать тогда слишком странно отреагировала на Тома, — я стала вспоминать взгляд матери, её поведение в тот вечер и её последующие расспросы о Томе. — Теперь всё встало на свои места. Том отдалился от меня после приёма. В то же время мать начинает врать отцу о поездках ко мне и уезжать часто из дома. Всё теперь объяснимо.
— А знаешь что?
— Что?
— Пошли они, — Скотт сделал своё классическое, надменное выражение лица и как ни в чём не бывало произнёс. — Ты обязана сообщить отцу обо всём этом. А вот своего дружка тебе следует осадить и поставить на место после такого.
— Я не хочу больше видеть его, — прошептала я, закрыв свои глаза. — Как и мать. Они оба для меня перестали существовать.
— И даже без мести и желания проучить их обоих?
— Да, без этого. Я выше всего этого и не поддерживаю месть в любых её видах.
— Выбор твой. И что ты собираешься делать дальше?
— Я хочу отдохнуть, — прошептала я, устало откинувшись на спинку своего кресла. — И желательно где-нибудь, где меня не достанут ни мать, ни Том.
— Думаешь, они захотят поговорить с тобой?
— Уверена в этом.
— В таком случае они могут в любой момент приехать к тебе на разговор.
— Поэтому мы сейчас приедем домой, соберём необходимые вещи и свалим куда-нибудь подальше, где нас никто не сможет найти.
— Интересное предложение. Куда отправимся?
— Я пока не знаю, но придумаем по ходу событий.
За разговорами я и не заметила, как Скотт подъехал к моему дому. Выйдя из автомобиля, я быстрым шагом направилась внутрь дома, желая как можно скорее покинуть эти стены. Сборы заняли не больше часа, и в скором времени я и Скотт вышли из дома с двумя чемоданами. Когда мы грузили вещи в автомобиль, на подъездную дорожку резко заехал автомобиль отца. С водительской стороны открылась дверь, и отец с бледным лицом быстрым шагом подбежал ко мне.
— Лив, что случилось? Когда я приехал домой, твоя мама была в слезах. Из её невнятного рассказа я понял, что у вас что-то произошло.
— Папа? Когда ты вернулся? Утром ты ещё был на отдыхе.
— Прилетел пару часов назад. Я приехал домой и обнаружил твою маму в не совсем адекватном состоянии. — Отец сделал паузу и окинул меня напряжённым взглядом. — Лив, что произошло?
— Так она тебе не рассказала? Двуличная дрянь.
— Лив! Что всё это значит?
— А то, что я застала твою жену в постели со своим парнем! — Я вновь потеряла контроль над эмоциями. — Том и мама спят друг с другом.
— Что? — Отец дёрнулся, и его глаза широко открылись в приступе сильного шока. — О чём ты?
— Ты был прав. Она изменяет тебе с Томом. Я сегодня лично видела их в её спальне.
Эмоции снова взяли верх, и из глаз вырвался поток слёз. Я кинулась в объятия отца и крепко прижалась к его груди. Отец стоял с отрешённым лицом, но обнял меня своими крепкими руками. Я содрогалась в нескончаемых рыданиях и не могла собраться с мыслями. В этот момент рядом с нами появился Скотт и с удивлением посмотрел на нас с отцом.
— Лив, я... — Скотт резко замолчал, растерявшись от увиденной им картины.
— Скотт, это мой отец, Ричард Уильямс, — я отстранилась от отца и посмотрела в сторону Скотта. — Пап, это Скотт. Мой друг из Нью-Йорка, о котором я тебе рассказывала.
— Приятно познакомиться, мистер Уильямс. Лив много хорошего о вас рассказывала. Для меня большая честь познакомиться с таким великим человеком.
— Я не великий, но мне приятно познакомиться с тобой лично, Скотт, — отец окинул Скотта пристальным и внимательным взглядом. Затем его взгляд переместился к нашим чемоданам. — Вы куда-то уезжаете?
— Я хотела куда-нибудь уехать. Мне не хотелось бы встретиться с матерью или Томом. Не после того, что я увидела.
— Знаешь, у меня теперь возникло такое же желание, — голос отца стих, но он старался сохранять самообладание и сдержанность.
— В таком случае предлагаю вам поехать с нами, мистер Уильямс, — Скотт говорил мягко и размеренно, посмотрев на меня и отца обеспокоенным взглядом. — Правда, мы пока сами не знаем, куда мы отправимся.
— На счёт этого у меня есть предложение, — отец отпустил меня из своих объятий и спокойно произнёс. — Предлагаю вам отправиться в наш загородный дом, который я совсем недавно приобрёл. Твоя мама не в курсе его покупки, поэтому там нас точно никто не побеспокоит.
— Ты купил загородный дом? Зачем?
— Я хотел сделать нам подарок на годовщину. Да и я с малых лет мечтал о тихом уединённом месте где-то на берегу океана.
— Тогда ты поступил, как никогда правильно. Ты заслужил хоть немного счастья.
— Мы оба это заслужили, дорогая. И сейчас предлагаю без лишних разговоров отправиться в нашу с тобой «тайную крепость».
Неожиданно для меня я увидела на лице отца слабую тень улыбки. В этой ситуации это было довольно неожиданно. Реакция отца вызвала ответную улыбку у меня, и мне стало немного теплее на душе. Я почувствовала, что, несмотря ни на что, я не одна, и отец рядом со мной.
Мы погрузили вещи в машину отца и решили ехать все вместе в одной машине. Я не знала, как отец отнесётся к присутствию Скотта с нами, но, судя по моим наблюдениям, он не был против такой компании.
Отец занял место за рулём, а я села рядом с ним на пассажирском сиденье. Скотт сел на заднее сиденье и начал внимательно осматривать салон автомобиля. Было заметно, что впервые за все время нашего знакомства Скотт был смущен и растерян.
Внезапно отец повернулся к Скотту и с интересом спросил:
— Скотт, Лив говорила, что ты работаешь в киноиндустрии.
— Всё верно, мистер Уильямс. Я актёр.
— Просто Ричард. Не вижу смысла в этих никому не нужных рамках.
«Просто Ричард?» Я никогда не слышала, чтобы отец позволял кому-либо обращаться к себе так неформально, особенно незнакомым людям. Что это с ним? Я не могла понять такое странное решение со стороны отца. Он видел Скотта впервые и даже не был с ним знаком, но сразу разрешил ему неформально обращаться к себе.
Моё внимание переключилось на мысли о матери и всей произошедшей истории. Мне было сложно переварить всё случившееся, а перед глазами стояла слишком болезненная картина.
Тем временем между Скоттом и отцом завязалась довольно дружелюбная беседа. Они общались на разные темы, и, к моему удивлению, сразу нашли общий язык.
Когда отец свернул на просёлочную дорогу, через некоторое время мы подъехали к уютному и скрытому от посторонних глаз дому. Это был небольшой двухэтажный дом с огромными панорамными окнами на фасаде. Его двор был аккуратно оформлен всевозможными растениями, а вдалеке виднелся выход к берегу океана.
Когда отец припарковал автомобиль и заглушил двигатель, он повернулся ко мне лицом и с лёгкой улыбкой произнёс:
— Мы на месте. Добро пожаловать в наше скромное убежище.
— Ричард, не скромничайте. Ваше жилище далеко не скромное.
— На время нашего побега это наше общее жилище, — отец повернулся ко мне и с заботой произнёс: — Милая, ты как?
— Я в порядке. Спасибо, папа, что привёз сюда и разрешил нам со Скоттом пожить с тобой.
— Брось. Я рад подобной компании, — отец перевёл свой взгляд на Скотта. — И твой друг оказался довольно интересным собеседником.
— Спасибо, Ричард. Вы меня немного смутили.
— Хватит разговоров. Предлагаю пройти в дом и выбрать себе место обитания на ближайшее время.
Мы все вместе вышли из машины и направились к дому. Отец открыл дверь и жестом пригласил нас войти. Мы переглянулись и вошли внутрь.
Внутри дом был очень уютным и комфортабельным. На первом этаже располагались гостиная, совмещённая со столовой, небольшая кухня, кладовая и кабинет. На втором этаже было три спальни. Я выбрала себе самую дальнюю спальню с окнами на побережье.
Скотт и отец принесли наши вещи из машины, и мы устроились во дворе. Звук плеска волн и свежий морской воздух помогли мне немного успокоиться. Весь вечер Скотт ухаживал за мной, а отец организовал небольшой ужин. Вскоре отец принёс бутылку вина, разлил его по бокалам и закурил сигару.
— Лив, ты можешь рассказать, что произошло сегодня у нас дома? — спросил отец.
— Я уже говорила, что приехала к матери на разговор и обнаружила её и Тома в её спальне. Они были... сам понимаешь, в каком виде. После этого я убежала.
— Мне этот парень сразу не понравился, — сказал отец, нервно стряхнув пепел с сигары. — Надо было ещё на приёме выставить его.
— Он мне тоже не нравился, — задумчиво произнёс Скотт. — Есть в нём что-то напрягающее.
— Давайте закроем эту тему. Я не хочу больше разговаривать о Томе, — сказала я.
— Конечно, родная, — отец взял меня за руку и заботливо сжал её. — Он не стоит нашего внимания.
— И он точно не стоит твоих слёз и истерик, — Скотт презрительно фыркнул, закатив глаза. — Пошёл он далеко и глубоко.
— И Синди вместе с ним, — отец осушил свой бокал и обречённо посмотрел в сторону пустой бутылки. — Надо было брать две.
— У меня есть бутылка виски Сэма. Если вы готовы совершить преступление и завладеть чужим имуществом, то я с радостью принесу её вам, — предложил Скотт.
— Если ты составишь мне компанию, то я не буду против, — ответил отец.
Я встала со своего места и окинула Скотта и отца усталым взглядом.
— Мне что-то нехорошо, и я жутко устала.
— Конечно, милая. Доброй ночи.
— Тебя проводить?
— Нет, Скотт, я в состоянии дойти до спальни самостоятельно. Ты лучше составь папе компанию. Ему сейчас требуется помощь не меньше, чем мне.
— Будет сделано, док. Даю тебе слово.
С этими словами я оставила Скотта и отца и направилась в свою спальню. Уже лёжа в кровати, я всё никак не могла осознать всё произошедшее в своей голове. Мать и её измена отцу с моим несостоявшимся парнем, картина их обнажённых тел рядом — всё это разорвало глубокую рану в моей груди и вызывало неимоверную боль. Я зарылась в одеяло, упала лицом в подушку и вновь предалась нескончаемым рыданиям. Мне хотелось одного — спрятаться от всего мира и не видеть никого.
Для себя я решила находиться в своём уединении ровно до того момента, пока мой разум вновь не будет собранным, а я окончательно не приду в себя. Как психотерапевт, я понимала, что на это потребуется какое-то время, но я была готова выждать его. Ради себя и своего нормального состояния, я должна была перебороть всё это и быть сильной, несмотря ни на что.