Глава 178.
Спустя неделю мне разрешают уехать, и я немедленно делаю это. Но первым делом я отправляюсь не домой, а в женскую консультацию. Тянуть с учётом больше нельзя. Без записи не примут, а я попробую. В результате, я набиваюсь на приём только в конце смены, а мне ведь некуда торопиться.
Врач кажется мне хорошей женщиной. Она спокойно расспрашивает, что и как. Выписывает кучу направлений на анализы. Просит поднять футболку, чтобы послушать этим... стетоскопом или фонендоскопом. Когда её глаза поднимаются на грудной район, она хмурится.
- Это ожоги от сигарет.
- Да, но я не курю, - смотрю в её глаза,глубоко вздыхая.
- Тебя били после того, как был зачат малыш?
Краткими отрывками всплывает последняя пощёчина Ковалёва, нанесённая мне. Вспоминается, что я сама била себя по животу, пытаясь спровоцировать выкидыш.
Столько всего позади...
Мне нечего сказать.
Мне стыдно за всё... особенно за Джульетту, особенно за Егора... за всё, чего не должно быть в жизни нормального человека.
- Я правильно понимаю, ты, Юлия Бестужева, приходишь сюда в положении, заявляешь о том, что тебе ещё нет восемнадцати, тебя били...
- Возможно, вы слышали об одном... преступнике, - выдавливаю я, перебивая женщину, садясь на кушетку. - Его имя Владимир Ковалёв.
- Это тот ещё, который пензенского мальчишку на убийство спровоцировал?
- Да, это он. Так вот, меня насильно удерживали у него с осени прошлого года с небольшими перерывами. Ровно неделю назад я сбежала, и сегодня я у вас, - понимаю, что на глаза наворачиваются слёзы. - А тот пензенский мальчишка - отец моего ребёнка. Я надеюсь, Вы не под властью Владимира?
- Если на то пошло, то я, скорее, под властью Анастейши Дайсон, - она хихикает. - Я её сестра... но мы не общаемся. В общем, я за тебя берусь, но смотри, чтобы все анализы сдала к следующему приёму, то есть к двадцатому марта.
- Я не хочу этого ребёнка, - произношу я, понимая, что делаю больно самой себе.
- Посоветуйся с мамой, и на приём я жду тебя с ней, - говорит она, и я, забрав выданную папку с бумажками, покидаю кабинет.
Неосознанно начинаю анализировать прошедшую неделю. Карина Вольная меня непонятно за что ненавидит; все парни, включая Назарова, надо мной подшучивают, считая слабачкой. Ко мне хорошо относятся только Анастейша, Кайла, Эшли и Ангелина; остальные - либо нейтрально, либо отрицательно.
Я написала Егору восемь сообщений от лица Катерины Ковалёвой, вызвав коварный смех, направленный в сторону противника, и предположение Дайсон, что я могу оказаться её ребёнком, а то есть ребёнком Владимира.
"Что было раньше, то было раньше. Не живи прошлым. Прошлого больше нет. Всё. Его никак не вернуть. Как бы не хотелось. Это просто воспоминания. Ничего больше." - так просто.
Самые простые слова, которые сейчас ему очень нужны. Да, я поступила безумно, прикинувшись Катериной.
А может, я, правда, их дочь? Чему верить? Чему не стоит? Не знаю... я до сих пор ничего не знаю.
Закинув документы в рюкзак, одолженный у Ксюши на время, я направляюсь домой. Еду на метро до своей станции, чувствуя на себе многочисленные взгляды, от которых я прячусь под капюшоном куртки.
У меня поменялось восприятие мира.
Звоню в домофон, надеясь, что кто-нибудь откроет. Они оба могут быть на работе, а Алиса в садике. Но уже конец рабочего дня. Сбрасываю, набираю номер квартиры ещё раз. Чувствую, как колени начинают дрожать.
- Кто? - родной голос мамы раздаётся очень внезапно.
- Мама, это я, Юля, - слабо произношу я.
Следует противный писк. Я открываю дверь, забегая в подъезд. Словно забыв про лифт, бегу по лестнице. Достигаю своего этажа, стучу в дверь.
Мама, быстрее, я очень волнуюсь!
Она открывает и сразу же облегчённо вздыхает, очевидно, ожидая, что всё это розыгрыш. И только я переступаю порог, мама заключает меня в свои материнские объятия, заставляя невольно заплакать навзрыд и упасть перед ней на колени, крепко держа за руки.
Я дома! Как же долго меня здесь не было! Боже, вот она, женщина, которую я так желала видеть!
- Юленька, как же так? - мама поднимает меня, уводя в мою комнату.
- Мама, я беременна, - бормочу я. - От Егора беременна.
- Ты же любишь его, - мама проводит рукой по моим немного отросшим волосам.
- Любила, - поправляю я. - Мама, он моей рукой нажал на курок и убил девушку! Он сделал и это, - снимаю куртку, задирая футболку, обнажая свои шрамы. - Мне столько всего нужно тебе рассказать!
- Вадим скоро придёт. Думаю, не нужно, чтобы он знал... пока. Он к тебе в комнату не заходит, а я приду ночью, и расскажешь, хорошо?
Я киваю, поворачиваю голову и вижу улыбающуюся Алису, которая, поймав мой взгляд на себе, начинает шлёпать босиком по полу. Я с тяжестью поднимаю её, крепко обняв и услышав драгоценное: "А мы тебя ждали!"
Боже мой, спасибо тебе за то, что я дома!
