Глава 137.
Моя семья и её гости усаживаются за стол около одиннадцати вечера, я же остаюсь у себя, снова теряя всякое настроение. Слышится смех взрослых. Мелкие не дотерпели и уснули.
Никогда не забуду, как я когда-то дулась на папу за то, что он меня не разбудил, когда уснула, хотя прилегла на пару минут. В тот Новый год я что-то очень сильно хотела загадать, но... проспала всё.
- Юля, ты идёшь? - Полина заглядывает в мою комнату, чуть приоткрыв дверь, которую теперь я отчаянно запираю. - Эй, что опять? Давай, собирайся! - девушка подходит к платьям, висящим на вешалках. - Белое, зелёное или бордовое?
- Полина, можно без меня, правда?
- Значит, белое. Юля, я понимаю, что у тебя что-то произошло, и это что-то напрямую связано с моим братцем, ну так давай, покажи ему, кто из вас сильнее, - она улыбается, кидая мне белое платье.
Мне остаётся только смириться со своей судьбой и покорно дожидаться утра, когда все начнут открывать подарки. Мой должен сделать Егору больно или хотя бы задеть. Коварная шутка уже готова и упакована. А главное, что именно я хотела сказать, пойму только я и он. Возможно, я ещё заплачу за это сполна, но мне больше незачем заботиться о своём будущем.
Пусть меня уже убьют. Пусть это сделает Егор. Пусть это будет мучительно.
Я хочу жить, но мой рассудок давно не в себе.
Уже не раз я хотела найти Анастейшу, чтобы попросить её о помощи, но она будто под воду канула. Ни маячка, ни встречи. И Анастейша, и Ксюша, и все остальные, видимо, сейчас прячутся.
Я хочу убежать от себя.
Мне пора признаться в своих грешных чувствах... хотя бы самой себе, чтобы больше не спорить с внутренним "я".
Не стесняясь Полины, снимаю пижаму, оставаясь в белье, я надеваю платье и подхожу к зеркалу, которое по-хорошему стоит завесить.
Смотрю на себя, узнавая всё ту же исхудавшую девушку.
Нет, это не я.
- Здравствуй, девушка А, - говорю я своему отражению, прекрасно понимая, что за этой девушкой кроется прежняя Юля, то есть маленькая девочка с наивными голубыми глазами.
- Что, прости? - уточняет Полина, а я улыбаюсь новой знакомой, пытаясь казаться дружелюбной.
Возможно, также делает Булаткина. Она хочет растормошить меня, как я хочу растормошить А, но сама А искренне желает забиться в угол и тихо сидеть, дожидаясь конца.
При всём этом я и А противоречим друг другу, хоть и соединяемся в одном человеке.
Я хочу понять что же всё-таки чувствую к Булаткину и, может быть, даже побороться за отношения с ним, если чувства дьявольски сильны. А вот А хочет избегать его, не хочет видеть, боится до дрожи.
Мы чертовски разные.
Юля жила и живёт сердцем, А - разумом и рассудком.
- Поль, пять минут! - кричит кто-то из гостиной.
Булаткина судорожно хватает пудру, и я даже не успеваю понять, когда она успела найти её. Она ловкими движениями приводит лицо А в порядок, хватает её за руку и выводит в зал.
Свободное место, традиционно назло желаниям А, осталось только рядом с Егором. Не начиная скандала, я сажусь и пробегаюсь по присутствующим.
Начинается речь президента, которую я не слушаю.
Рука рядом сидящего парня сжимает мою, находящуюся на коленке. Сейчас он будто даёт обещание, что новый год будет лучше, чем уходящий.
Куранты. Все поднимаются с мест. Про себя считаю удары, наблюдая за тем, как папа и Николай Борисович синхронно открывают бутылки шампанского, начиная разливать по бокалам. Папа наливает даже мне, вызывая желание закатить глаза. Мы чокаемся, и я вспоминаю про желание.
Хочу, чтобы от меня отстал Ковалёв и чтобы Егор исправился.
Практически нереально.
Шампанское выпиваю почти залпом, но меня понять можно. Слишком хочется, чтобы желание исполнилось. Начинается гимн, и я облегчённо выдыхаю. Самая суетливая минута года уже позади. Все собравшиеся стоят прямо, а отцы даже подпевают.
Но всё заканчивается так же быстро и внезапно, как и началось.
Я кладу в свою тарелку немного оливье, потому что без него этот праздник смысла не имеет. Съедаю и уже собираюсь идти. Егор, однако, изволит меня задержать, взяв за руку.
- Я, кажется, знаю, что ты пожелала, - заманчиво шепчет парень.
- Эй, голубки, больше двух - говорят вслух! - Полина начинает смеяться, показывая на нас ладонью.
- И что же я пожелала по-твоему?
- Оставлю догадку при себе, но моё желание можешь исполнить только ты, - он кусает губу, - даже прямо сейчас. Ничего ведь не случится, если мы сейчас вместе покинем застолье, - Егор пожимает плечами. - Прошу прощения, мы вынуждены удалиться, - высокомерно произносит парень, обращаясь к собравшимся.
Юля, не совершай ошибку! А, угомонись или просто заткнись!
Мы выходим из-за стола, покидая гостиную и оказываясь в коридоре, заходим в мою комнату. Егор останавливается, запирая дверь, чтобы никто не мог нас отвлечь.
Мгновение... я уже прижата к стене.
Глаза в глаза. Губы в губы. Дыхание в унисон.
Да, Егор, подари мне немного счастья перед сном в новогоднюю ночь... помоги мне забыться...
