Глава 17
Допивая вторую чашку кофе в здании главного аэропорта Лос-Анджелеса, я нервно поглядывал на часы. Ну почему рейс задерживают? Лили должна была прилететь еще двадцать минут назад. Я начал жалеть, что не курю. Было бы, чем заняться, потому что от остывшего невкусного кофе меня уже тошнило. Прошло всего лишь два дня, а я, как последний идиот, не могу найти себе места. Случилось то, чего я так боялся! Я стал зависимый, я нуждаюсь в ней, полностью оказался в ее власти. И самое страшное – не то, что я не могу это контролировать, а то, что мне это нравиться! Мне до безумия хочется увидеть Лилиан. Эти два дня, я только то и делал, что рисовал ее, причем подсознательно. За что бы я ни брался, проект здания или ландшафтный эскиз, в итоге, из листа бумаги на меня смотрели большие синие глаза. Карандаш будто сам выводил изящные брови и нежную полуулыбку. У меня собралась уже целая коллекция ее портретов, только вот одного рисунка, я никак не мог найти. Тот, где изображена Лили на склоне горы, у края пропасти. Куда он мог подеваться?
Объявили рейс, и мое сердце екнуло, а потом забилось в два раза быстрее. Боже мой, я волнуюсь. Когда в последний раз я ощущал такое? Даже и не вспомню. Как маленький ребенок при виде сладостей. Сейчас. Всматриваясь в каждого, идущего мне навстречу, я искал знакомые черты. Вот она, такая хрупкая, с чемоданом в руке. Робкая улыбка коснулась ее лица, как только она меня увидела. Я бросился к ней, но застыл в полуметре, наблюдая, как она замедляет свой шаг и ставит на пол чемодан. Кажется вечность, мы стояли и смотрели друг на друга, не решаясь заговорить. Но и так было все понятно, по глазам. Я не выдержал и схватил ее в охапку, прижимая к себе и шепча на ухо:
- Не смей уезжать так надолго! Слышишь?
- Не буду, - пообещала она.
- И что это за место, где не ловит мобильная связь? Я чуть с ума не сошел, - пожаловался я.
- О, это самое красивое место на земле, - воскликнула Лили восторженно. – Бабушка не любит шум и суету, поэтому живет за городом.
- Ты скучала?
- А ты как думаешь? – серьезно ответила она. – Очень. Я ведь бабушку полгода не видела.
- Плутовка! - я начал ее щекотать. От смеха у нее выступили слезы, а в глазах заблестели задорные искорки. – Ты ведь знаешь, о ком я спрашиваю.
- Ник! Хватит. Пожалуйста, - молила Лили, - на нас люди смотрят! Ну, ладно. Я очень скучала по тебе. Правда.
Она поднялась на носочках и поцеловала меня в губы, обнимая за шею.
- Вот это уже другое дело! – усмехнулся я. – А теперь пошли отсюда, если не хочешь опять также очаровательно покраснеть, как в прошлый раз. Мне не терпится, как следует заняться тобой, - добавил я ей на ухо. Я не удержался и рассмеялся, увидев, как два розовых пятна снова проступают на ее щеках. Кто-то назовет меня эгоистом, но мне нравилось дразнить Лилиан. В такие моменты она была столь очаровательна, что я не мог сдерживаться.
- Николас Пирс! – ее пальчик воткнулся мне в грудь, а глаза метали молнии. – Если ты еще раз что-то подобное выкинешь, - она громко вздохнула, - я... я... в общем, ты пожалеешь!
- Понял. Теперь мне ясно, - заверил я Лили, стараясь не улыбнуться и забирая ее чемодан. Она только покачала головой:
- Так я и поверила.
Приехав на наше местечко с видом на гору Маунт-Ли, я заглушил мотор и потянулся к Лилиан с поцелуем. Мне хотелось это сделать всю дорогу. Я зарылся рукой в ее волосы и нашел губы, такие мягкие, нежные. Приоткрыв их языком, я ощутил привкус мяты и потерял голову совсем. Мне хотелось большего. Намного большего, того, что я один раз уже испытал. Вместе с ней. Когда она с той же страстью вернула мне поцелуй, я начал действовать более решительно. Отстранившись на секунду, чтобы перебраться на заднее сидение, я потянул Лили следом за собой. Она пристально смотрела мне в глаза, в то время как ее робкие пальчики сбросили с меня куртку, пробрались под футболку, и, нащупав край джинсов, застыли в нерешительности. Застонав, я усадил ее к себе на колени верхом, сильно прижимая к тому месту, которое требовало сейчас наибольше внимание. Быстро расстегнув пуговицы ее пальто и блузки, моему взору открылась самая идеальная грудь в мире, на мой взгляд. Она была создана для меня, белые полушария как раз помещались в мои ладони. Проведя большими пальцами по розовых сосках, я увидел, как они напряглись и затвердели. Обхватив один зубами, я слегка прикусил его и втянул в рот, принявшись посасывать. Другой я тоже не обделил вниманием. Откинув голову назад, Лили издала не то стон, не то всхлып. Ее руки гладили мою спину, иногда царапая ногтями, но это лишь усиливало мое желание.
- Я был не прав, - прошептал я. – Соврал.
- Ты о чем? – выдохнула она, ее глаза напоминали в этот миг два озера, окутанных в утреннем тумане.
- Помнишь, ту историю с краном? – я принялся целовать ее шею, подбираясь выше к мочке уха. – Так вот, я соврал, когда сказал, что ничем особенным ты от других не отличаешься. У тебя самая прекрасная грудь. И я хотел тебя с того самого момента, как только увидел.
- Но ты ненавидел меня, грубил, оскорблял.
- Все так. Но лишь потому, что ты мне ужасно нравилась. И я боролся сам з собой, убеждая себя в том, что не нужно к тебе прикасаться, - я обхватил одной рукой ее ягодицы и чуть приподнял, избавляясь от джинсов и доставая презерватив. В прошлый раз у меня вообще из головы вылетела всякая предосторожность, чего раньше никогда не случалось. Затем я приподнял ее юбку, обнажая стройные ножки в кружевных чулках. Господи, она убить меня хочет?! Я еле сдерживался, чтобы не наброситься на нее, как первобытный человек. Лили сгорая от нетерпения, помогала освободиться от такой ненужной, в этот час, одежды. Ее страсть была равна моей, она также сильно хотела меня, как и я ее. И это заводило меня еще сильней. Входя в нее, я почувствовал, как Лили раскрывается мне навстречу, впуская дальше, глубже. Я с такой силой обхватил ее руками, что казалось, тонкие косточки вот-вот сломаются, заставляя двигаться вместе со мной. Впиваясь в мои губы, поцелуем, она застонала. Ее руки лихорадочно блуждали по моей спине, плечах, груди. Мое имя сорвалось с губ, и сладкая дрожь сотрясла ее тело. Мне нравилось наблюдать за ней, как в момент наивысшего наслаждения она закусывает губу, пытаясь сдержать крик, как медленно возвращается в реальность. Чувствуя, что скоро и я достигну своей кульминации, я несколько раз, резко вошел целиком. Мощная волна оргазма прошла сквозь меня, и я откинулся на спинку сидения, увлекая за собой Лили. Она положила голову мне на грудь и прижала ладошку к моему сердцу, которое только начало успокаиваться. Я услышал тихий шепот:
- Ты теперь будешь презирать меня? За то, что я позволила такое? Как же я опустилась...
- Лили, милая, что ты такое говоришь? - Нежно целуя ее в губы, ответил я. – Ты для меня особенная, и всегда будешь ею.
Как ей могло в голову такое прийти? Разве не понимает, что творит со мной? Сейчас для меня не существовало никого кроме нее.
- Теперь я понимаю, почему девушки толпами за тобой ходят, - как-то нервно рассмеялась она. – Если ты каждую так искренне заверяешь, и к тому же так занимаешься любовью..., - Лили покачала головой.
- Лилиан, перестань нести чушь! Слышишь? Давай лучше полюбуемся вместе закатом. Смотри как красиво!
Я был очень зол на себя. Ведя такую любвеобильную жизнь раньше, как я мог ее теперь убедить, что она и вправду дороже мне всего на свете.
В университете, увидев, что мы с Ником идем вместе, держась за руки, наши друзья бурно нас поприветствовали. А Джастин и Сем вообще подняли такой шум, что мне захотелось бежать и от них, и от их дурацких шуточек. Спасти нас могли только занятия, которые вот-вот уже должны были начаться. Под этим предлогом, мы и улизнули подальше от нашей шумной компании. Сначала Николас провел нас с Эшли, а потом направился в свой корпус.
- Эш, как думаешь, они еще долго будут? – спросила я подругу. Я не очень любила находиться в центре внимания.
- Ты о чем? – не поняла она. Или не хотела понимать в данный момент, так как была занята, наблюдая за одним парнем. Он шел навстречу нам, в темном деловом костюме и с папкой в руке. Выглядел он немного старше остальных студентов. И что самое удивительное, проходя мимо, этот мужчина даже не взглянул на Эшли, что было само по себе уже святотатством. Что-то, а мою подругу заметил бы даже слепой. – Что ты спрашивала у меня? – она повернулась, наконец, ко мне, рассеяно покусывая губу, что явно свидетельствовало о глубоком смятении.
- Я спрашивала о ребятах. Забудь, это не так уж важно, - ответила я. Эшли кивнула и молча направилась в лекционный зал. Странно, подумала я, обычно, она бы не отстала, не узнав, что я хотела от нее. Оглянувшись еще раз на того парня, я увидела, как пройдя к концу длинного коридора, он повернул в отдел кадров. Снизав плечами, я последовала за Эш, пытаясь отыскать ее среди пару сотен студентов. И почему она вечно забирается на самые верхние ряды? Поднимаясь к ней, я почувствовала, как то кто-то больно схватил меня за руку:
- Я же сказала тебе, не трать времени зря, - прошипела Синтия, - он все равно будет мой.
- А ты не думала, что Николас будет с той, с кем он сам захочет? – парировала я. Неужели видела нас? Она поистине вездесуща.
- Конечно, захочет. Со мной, еще как захочет, - рассмеялась Синтия. – Посмотри на меня, и сравни с собой. Он ведь не слепой.
С силой вырвав руку, я поспешила к Эшли. Настроения как не бывало. И как ей удается за одну секунду испортить весь день? Впрочем, я сама виновата, не надо воспринимать все так близко к сердцу.
- Что эта тварь хотела от тебя? – спросила Эш, как только я присела возле нее. Она говорила шепотом, так как в этот момент зашел профессор Джонсон и начал лекцию.
- То, что и всегда, не обращай внимания, - грустно улыбнулась я. – Нужно же ей за чей-то счет самоутвердиться. А то у бедняжки Синтии самооценка падает.
Я пыталась шутить, но на самом деле, на душе было скверно. Мало слушая лекцию о восточной культуре, я отвернулась к окну, вспоминая последние дни.