23 часть
утро началось с гулкой тишины в квартире. вадима не было дома. он, как всегда, исчезал по своим делам, оставляя меня наедине с мыслями. слова, которые он сказал вчера, застряли в голове, не давая покоя: турбо изменил тебе.
я пыталась убедить себя, что мне не должно быть дела до турбо, что это всё уже не важно. но это не работало. внутри всё будто перевернулось, и я не могла понять, что чувствую, обиду, гнев или просто пустоту.
решив не сидеть дома, я оделась и вышла на улицу. прохладный воздух бодрил, но не особо помогал справиться с этим комом внутри. я медленно шла по пустым улицам казани, стараясь ни о чём не думать, но мысли всё равно крутились вокруг турбо.
и тут я его увидела. он стоял возле магазина с пацанами. они разговаривали, но, заметив меня, все замолчали. их взгляды были тяжёлыми, осуждающими. турбо тоже заметил меня. его глаза блеснули чем-то злым, почти ненавистным. он посмотрел прямо на меня, а потом резко отвернулся и ушёл.
я стояла как вкопанная, наблюдая, как он уходит. внутри всё сжалось. эти взгляды, эта тишина... всё будто говорило мне, что я сделала что-то ужасное. но что?
не зная, куда идти, я направилась домой. улицы были почти пустыми, и мои шаги гулко отдавались в морозном воздухе. я думала о том, что это всё не могло быть просто совпадением. кто-то специально всё устроил.
на полпути домой возле меня остановилась машина. окно опустилось, и я увидела водителя. а то есть самого рому за рулём.
—ты чего одна? — спросил он, наклонившись к окну.
я остановилась и посмотрела на него.
—гуляю, — сухо ответила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от злости.
—садись, — предложил он, распахнув дверь.
—откажусь, — коротко бросила я, отвернувшись.
но рома был настроен по-другому. он выскочил из машины, обошёл её, а потом схватил меня за руку.
—не упрямься, лик, — сказал он с лёгкой усмешкой, от которой меня передёрнуло.
—отпусти, — попыталась я вырваться, но он был сильнее.
он буквально засунул меня в машину, аккуратно, но настойчиво закрыв дверь за мной.
—ты серьёзно? — я смотрела на него с возмущением.
—давай без сцены, — сказал он, садясь за руль и захлопывая дверь.
машина тронулась, и я, скрестив руки на груди, отвернулась к окну, демонстративно игнорируя его.
—ты злишься на меня? — спросил он, не сводя глаз с дороги.
—я злюсь на всех, — буркнула я себе под нос.
он вздохнул, будто ему тоже всё это надоело.
—ты должна понять, что не всё так просто, как кажется, — наконец сказал он.
я повернулась к нему.
—тогда объясни, если знаешь что-то, чего не знаю я.
он промолчал, сосредоточившись на дороге.
—почему ты так ведёшь себя? — спросила я.
—потому, что не могу подставить пацанов своих. понимаешь? —рявкнул он.
он снова замолчал, и я решила, что этот разговор не имеет смысла.
машина остановилась возле моего дома. рома обернулся ко мне, но я уже открыла дверь и вышла, не сказав ему ни слова.
дома я долго сидела в комнате, обдумывая всё, что произошло. всё это казалось странным, неправильным. и я знала, что не смогу просто сидеть и ждать, пока всё само разрешится. мне нужно было что-то сделать.
ближе к 10 вечера домой наконец приехал вадим. он выглядел усталым, но как только зашёл в мою комнату, его взгляд оживился.
—лика, собирайся, — сказал он.
—куда? — удивилась я, отрываясь от книги.
—на базу к пацанам. в кафе.
предложение было неожиданным, но я всё-таки согласилась. вадим был каким-то странным, не то взволнованным, не то просто в хорошем настроении.
мы ехали молча, но тут вадим резко начал диалог.
—лик.. у меня тут новости есть. —с улыбкой на лице, начал он.
—тётя Оля хочет забрать тебя к себе. поедешь?
—в зеленодольск? это же моя мечта.. —засияла я, но резко погрустнела.
—я не поеду. —уверенно заявила я.
—почему же? ты же всегда так мечтала там жить.. да и просто побывать. —удивился вадим.
—не могу оставить всю эту ситуацию и сбежать как крыса. —хмыкнула я.
—лик..
—нет. и точка. —уверено буркнула я.
на этом разговор закончился.
мы подъехали к кафе. вывеска светилась тусклым голубым светом, а вокруг стояла привычная тишина, нарушаемая лишь звуками ночного города. зайдя внутрь, я сразу увидела рому. он сидел за столом, рядом с ним были двое парней, которых я раньше не видела. один из них был худым и нервным, с быстрыми глазами, второго же сложно было не заметить из-за его массивной фигуры. позже я узнала, что их звали цыган и лапоть.
—привет, лика, — рома сразу кивнул мне, на его лице появилась лёгкая улыбка.
я коротко кивнула в ответ и села рядом с вадимом.
—садись, не стесняйся, — сказал он, толкнув меня локтем.
я вздохнула и, опустив взгляд, уселась за стол. вокруг стояла лёгкая неразбериха: парни переговаривались между собой, что-то обсуждали, иногда смеялись. вадим пару раз пытался втянуть меня в разговор, но я отказывалась. просто сидела и молчала, наблюдая за всеми.
только рома смог разговорить меня. он спокойно сел чуть ближе и завёл какой-то нейтральный разговор.
—чего такая грустная? — спросил он, глядя на меня.
—просто день такой, — коротко ответила я.
—расскажи лучше, как там дела у тебя? — рома ухмыльнулся, пытаясь наладить контакт.
разговор с ним шёл легче, чем я думала. я немного расслабилась, отвечая на его вопросы.
но через час в "снежинку" зашли ещё двое. это были вова адидас и кащей. я сразу почувствовала, как воздух будто сгустился.
вова адидас бросил на меня какой-то злой взгляд. в нём было всё: ненависть, ухмылка победителя, будто он что-то знает, а я — нет. его взгляд буквально прожигал. а вот кащей посмотрел на меня иначе. в его глазах читались извинения, он будто говорил мне без слов, что не хочет, чтобы я была здесь.
—пойдём, лик, — вдруг резко сказал рома, вставая.
—куда? — удивилась я, но он не ответил, лишь кивнул, чтобы я шла за ним.
он завёл меня в дальнюю комнату кафе. там было тише, почти пусто, только гул голосов доносился из основного зала.
—зачем мы сюда пришли? — спросила я, глядя на него.
—тут потише, поговорим, — ответил он, присев на стул.
рома явно хотел как-то сблизиться, его тон стал мягче, почти дружелюбным. но мне это всё казалось странным.
—рома, — вдруг начала я, решив наконец спросить то, что мучило меня весь вечер.
— почему все из универсама так на меня смотрят?
его лицо сразу изменилось. лёгкая уверенность пропала, и он замялся, не зная, что ответить.
—лик... это... сложно объяснить, — пробормотал он, избегая моего взгляда.
—нет, объясни, — я не отступала, чувствуя, как внутри нарастает раздражение.
рома вздохнул, но ничего не сказал. только посмотрел на меня так, будто хотел сказать что-то важное, но не мог.
до полуночи мы с ромой сидели в дальней комнате "снежинки", просто болтали. разговоры шли легко, но я всё равно чувствовала себя некомфортно. в голове крутились недавние события, взгляды ребят из универсама, и слова вадима о том, что турбо мне изменил.
но ближе к 12 ночи мне стало заметно хуже. я почувствовала, как по телу пробегает озноб, голова начала кружиться.
—лик, ты чего? — рома заметил моё состояние и сразу нахмурился.
—кажется, я заболела, — еле проговорила я, чувствуя, как температура поднимается всё сильнее.
рома молча встал и помог мне подняться.
—пойдём к вадиму, скажем ему, — сказал он, поддерживая меня под руку.
мы вышли в общий зал. рома крепко держал меня, пока я старалась идти, не показывая, насколько мне плохо. вадим стоял возле стола и что-то обсуждал с кащеем и вовой адидасом.
—вадим, она заболела походу, — спокойно, но настойчиво сказал рома, обращаясь к нему.
вадим посмотрел на меня и нахмурился.
—чего встали? отвези её домой, присмотри за ней, пока я не приеду, — резко бросил он роме, прерывая свой разговор с кащеем и адидасом.
рома ничего не ответил, просто кивнул, обнял меня за плечи и повёл к выходу.
дорога до дома прошла в тишине. я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на своём дыхании. в голове пульсировали обрывки мыслей, но я не могла ни о чём думать нормально.
рома помог мне выйти из машины, подняться по ступеням и зайти в квартиру. он аккуратно положил меня на кровать, накрыл одеялом и молча сел рядом.
—я останусь, пока вадим не приедет, — тихо сказал он, смотря на меня.
я только кивнула, не в силах говорить. мои веки стали тяжёлыми, и вскоре я провалилась в сон, под тяжёлый звук дождя за окном.
в полусне я чувствовала, как кто-то поправляет одеяло, словно старается убедиться, что мне тепло. тихое присутствие ромы рядом успокаивало, даже несмотря на всё, что я знала или думала о нём.