16 часть
рома сидел на кухне, молча курил, но его взгляд постоянно уходил в сторону двери, за которой была я. после моего срыва он будто задумался, хотя его грубое поведение давало понять, что ничего его не трогает.
время шло к полуночи. я сидела в комнате, свернувшись калачиком на диване, обнимая подушку. всё внутри дрожало, но я пыталась держать себя в руках. внезапно дверь приоткрылась, и в проёме появился рома. он был в привычно нахальном образе, с циничной усмешкой, но теперь его взгляд был тяжёлым.
в руке он держал две сигареты. одну сразу закурил сам, а вторую протянул мне.
— на, расслабься, — бросил он равнодушно.
я замотала головой, отодвигаясь.
— нет, спасибо, я не курю.
его лицо помрачнело.
— я сказал — на.
в голосе прозвучала угроза, и я, боясь очередной вспышки его агрессии, осторожно взяла сигарету.
— ты всё равно не умеешь сказать «нет», — хмыкнул он и сел на стул напротив.
я только держала сигарету в руках, боясь даже взглянуть на него. он, кажется, заметил это.
— да ладно, не трясись ты так. не
укушу, — проговорил он с кривой усмешкой, затягиваясь дымом.
— зачем ты пришёл? — тихо спросила я, пытаясь справиться с дрожью.
рома неожиданно сменил тон. он чуть прищурился, внимательно глядя на меня.
— слушай, а чего ты вообще у вадима тусуешься? где твои родители? чё, выгнали тебя, что ли?
его прямолинейность ошарашила меня. обычно он не задавал вопросов, касающихся моей жизни. я подняла на него взгляд, чувствуя, как сжимается горло.
— их нет, — выдохнула я.
рома нахмурился.
— как это «нет»?
— погиб… — начала я, но голос сорвался. слова застряли в горле, и я опустила глаза.
рома молча наблюдал за мной, и его нахальная маска вдруг исчезла.
— ты серьёзно? — его голос стал тише.
я кивнула.
— мне было пятнадцать … я осталась одна. вадим — единственный, кто меня забрал к себе.
рома медленно затянулся сигаретой, смотря куда-то в сторону.
— ну ты даёшь… — пробормотал он.
в комнате повисла тяжёлая тишина. я ожидала от него очередного грубого комментария, но он только сидел, теребя сигарету.
— поэтому ты такая… правильная? — вдруг спросил он.
я бросила на него взгляд.
— что?
— домашняя. приличная. боишься шаг в сторону сделать, — уточнил он.
— ты даже не знаешь меня, — прошептала я, почувствовав, как злость и обида поднимаются внутри.
рома усмехнулся, но на этот раз грустно.
— может, и не знаю.
он встал, потушил сигарету и бросил её в пепельницу.
— ложись спать, девочка. завтра всё забудешь.
рома ушёл, оставив меня с мыслями, которые, я знала, не дадут мне уснуть.
я сидела на диване, поджав колени и уткнувшись лицом в подушку. в груди тяжело сжималось, воспоминания накатывали волной, которую я уже не могла сдерживать. слёзы катились по щекам, и я всхлипывала так тихо, как могла, боясь, что рома услышит. но, похоже, скрыть это не удалось.
дверь в комнату открылась, и я услышала его шаги.
— ты чего ревёшь? — резко спросил он, стоя в дверном проёме.
я ничего не ответила, лишь сильнее вжалась в подушку, надеясь, что он уйдёт. но он не ушёл. вместо этого рома подошёл и сел рядом.
— лика, хватит, ты меня пугаешь, — сказал он грубовато, но в голосе слышались нотки беспокойства.
я подняла на него заплаканное лицо.
— оставь меня, пожалуйста, — прошептала я, чувствуя, как слёзы начинают литься с новой силой.
рома вздохнул, обхватил голову руками и на мгновение закрыл глаза, будто пытаясь совладать с собой. потом он немного неуклюже протянул руку и положил её мне на плечо.
— ну, эй… хватит. всё нормально.
его голос был резким, но в нём звучала какая-то искренняя забота. я чувствовала, что он сам не знает, как правильно поступить в этой ситуации.
— ничего не нормально… — всхлипнула я, пытаясь вытереть слёзы.
— я устала, рома. от всего.
он замолчал, обдумывая мои слова.
— ты думаешь, ты одна такая? — вдруг спросил он, с лёгкой грубостью.
— у всех свои проблемы. просто… нужно держаться, понимаешь?
— я не могу больше, — прошептала я.
рома нахмурился. его взгляд стал серьёзным.
— можешь. и ты будешь.
он резко встал и начал ходить по комнате, нервно теребя пачку сигарет в руках.
— я таких, как ты, не понимаю. вам бы только слёзы лить… вместо того чтобы бороться, — буркнул он, но через секунду посмотрел на меня и смягчился. — ладно, не плачь. я не хотел.
он сел обратно рядом и, на удивление, аккуратно взял меня за руку.
— лика, ты сильная. я это вижу. ты просто этого пока не понимаешь.
я удивлённо посмотрела на него. впервые рома говорил со мной так… по-человечески. без насмешек, без лишней агрессии. его взгляд был серьёзным, но в нём читалась какая-то забота, пусть и замаскированная под суровость.
— ты правда так думаешь? — прошептала я.
рома пожал плечами, его губы дрогнули в кривой усмешке.
— иначе бы ты не сидела тут сейчас, в доме вадима. ты сильнее, чем кажешься.
я почувствовала, как тепло разливается по груди. его слова, хоть и грубые, почему-то подействовали. в этот момент рома был другим. может, на самом деле он такой и есть, просто привык носить маску.
рома посмотрел на меня долгим взглядом, в котором читалось что-то, чего я не могла понять. потом он резко встал и подошёл к окну, будто не мог больше сидеть на месте.
— знаешь, лика, я не такой уж плохой. — его голос звучал тихо, но твёрдо.
— просто у каждого своя роль. а моя — быть тем, кто выполняет грязную работу.
я смотрела на него, не зная, что ответить. его слова звучали странно, но я чувствовала, что это важно.
— тебе не обязательно быть таким, — прошептала я.
рома обернулся, его взгляд потемнел.
— мне — обязательно.
он посмотрел на часы, потом снова сел на диван и вытянул ноги.
— спи, лика. утро вечера мудренее.
но я не могла заснуть. его слова, его тон — всё это оставило во мне какое-то странное, тревожное чувство. будто этот вечер изменил что-то между нами. но что именно — я пока не понимала.
рома услышал мои всхлипы и снова зашёл в комнату, слегка приоткрыв дверь. я поспешно вытерла слёзы, не желая показывать свою слабость, но он уже всё понял. его взгляд был тяжёлым, но на этот раз без обычного сарказма.
— ты что, опять рыдаешь? — тихо спросил он, заходя внутрь и закрывая за собой дверь.
— нет, — соврала я, отворачиваясь.
рома не поверил. он подошёл ближе, сел рядом на кровать. его движение было резким, но не агрессивным, как обычно. я ждала очередной колкости, но вместо этого услышала неожиданно мягкий голос.
— ну-ка, хватит. — он коротко вздохнул.
— чего ты? из-за родителей, да?
мои губы задрожали, и я отвернулась ещё сильнее.
— это не твоё дело.
рома нахмурился, но не ушёл. он сел ближе, поставил локти на колени и уставился куда-то перед собой.
— да, может, и не моё. но раз уж я здесь, можешь выговориться.
я покачала головой, продолжая упрямо молчать. но вдруг почувствовала, как он осторожно коснулся моего плеча. это было странно, неловко, но по-своему успокаивало.
— лика, ты же всегда сильная. что с тобой сегодня? — его голос звучал сдержанно, но в нём появилась нотка беспокойства.
я не выдержала. слёзы сами собой полились по щекам, и я закрыла лицо руками, чтобы он не видел.
— да какая я сильная? — выдавила я сквозь всхлипы. — я просто притворяюсь. всё это — маска.
рома замолчал, видно, не зная, что сказать. он молча сидел рядом, и только тёплая рука всё ещё лежала на моём плече. через минуту он всё-таки нарушил тишину.
— знаешь, — медленно проговорил он,
— я тоже часто притворяюсь.
я удивлённо подняла на него взгляд. его лицо было серьёзным, даже немного грустным.
— ты? — спросила я, недоверчиво.
— да, я, — коротко ответил он.
— ты думаешь, мне легко? вот так ходить, гнуть пальцы, решать проблемы. на самом деле это всё... фигня. но если расслаблюсь, меня сожрут.
я внимательно смотрела на него, пытаясь понять, шутит он или говорит серьёзно. но он не улыбался.
— тогда зачем ты это делаешь? — спросила я.
рома пожал плечами.
— потому что выбора нет. а у тебя есть. так что не будь дурой, лика. живи нормально, как ты хочешь.
его слова неожиданно тронули меня. я чувствовала, что он не привык говорить подобные вещи, но всё же решился.
рома посмотрел на меня и неожиданно добавил:
— и перестань рыдать. ты так мне все нервы вымотала.
его грубоватая шутка вызвала у меня слабую улыбку. я кивнула, чувствуя, как постепенно возвращаюсь в себя. рома встал, потянулся и направился к двери.
— ладно, давай спать. а то утром опять буду с тобой разбираться, если ты из-за недосыпа дурить начнёшь.
и только когда он ушёл, я поняла, что впервые увидела в нём человека, который умеет переживать. пусть по-своему, грубо, но всё же.
я никак не могла уснуть. последние события тяжёлым грузом давили на грудь, мешали даже просто закрыть глаза. квартира утонула в тишине, нарушаемой лишь редкими шагами ромы за дверью. он был где-то рядом, кажется, в другой комнате. я слышала, как скрипнуло окно, потом – едва уловимый запах сигаретного дыма.
не зная, что делать, я встала с кровати. босые ноги осторожно ступали по холодному полу. дверь на балкон была приоткрыта – именно туда и направилась.
рома стоял, облокотившись на перила. сигарета медленно тлела в его руке, а взгляд был направлен куда-то вдаль, в темноту ночного города.
— ты чего не спишь? —я тихо окликнула его, остановившись на пороге.
он обернулся, его глаза сверкнули в свете уличного фонаря.
— а ты чего не спишь? —ответил он вопросом на вопрос, затянувшись.
—думал, уснёшь без задних ног.
я пожала плечами, подходя ближе.
— не получается. слишком много всего.
рома коротко хмыкнул и бросил на меня задумчивый взгляд.
—не боишься сюда выйти?
— нет, —ответила я, хотя это была лишь полуправда.
рома кивнул на стул рядом с собой.
—тогда садись. не люблю, когда за мной стоят.
я осторожно опустилась на стул, не сводя с него глаз. долго молчали. казалось, он был потерян в собственных мыслях, а я не знала, как прервать эту тишину.
внезапно он сам заговорил:
—ты думаешь, я всегда был таким?
его голос был хриплым, как будто ему было тяжело это произнести.
—каким? —спросила я, чувствуя, что разговор выходит на что-то важное.
он усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья.
—жестоким. грубым. ты ведь так обо мне думаешь, да?
я отвела взгляд, не зная, что ответить. он продолжил:
—у меня тоже когда-то была нормальная семья. мама, папа, брат. я был младшим. всегда хотел быть похожим на старшего.
рома замолчал, прикуривая новую сигарету. я не перебивала, просто слушала.
— потом родителей не стало. брат взвалил всё на себя, а потом... потом не стало и его. – голос дрогнул, но он быстро взял себя в руки.
— из-за таких, как те, с кем мы сейчас воюем.
он глубоко затянулся, глядя куда-то в пустоту.
—я тогда понял одну вещь: если ты хочешь выжить будь сильным. будь жестоким. иначе тебя просто сметут.
его слова звучали горько, будто он сам ненавидел ту правду, которую излагал.
— ты думаешь, я плохой? — неожиданно спросил он, посмотрев прямо на меня.
я опешила от его вопроса, но через несколько секунд ответила:
—я думаю, ты делаешь то, что должен.
он усмехнулся, но на этот раз его усмешка была печальной.
—может быть. но это не значит, что мне это нравится.
мы снова замолчали, но тишина была уже другой, не такой напряжённой.
— иди спать, лика, —сказал он после паузы.
— завтра новый день.
я уже собиралась уйти, но пару важных для меня вопросов не могли оставить меня в покое.
—слушай.. рома. а где сейчас вадим? и что он решил устроить?
рома замер на несколько секунд, словно обдумывая мои слова, затем усмехнулся.
— а ты упрямая, лика, — сказал он, затягиваясь сигаретой.
— ладно, раз уж так хочешь знать, слушай. но потом не жалуйся.
он сел на стул напротив меня, положив локти на стол, и внимательно посмотрел в глаза.
— вадим не пошёл туда ради переговоров, — начал он холодным, спокойным голосом.
— он позвал турбо и кащея, чтобы показать, что у него есть молодёжь, готовая за него впрягаться. а лапоть с цыганом – это уже совсем другое дело. их никто не видит, но они там. вместе с целой толпой наших за кафе снежинка.
я нахмурилась, чувствуя, как напряжение внутри нарастает.
—и что они собираются делать?
рома усмехнулся, но в его глазах не было ни капли веселья.
—они ждут. ждут, пока старшие универсама решат, что можно качать права. как только те начнут хамить или дерзить, всё закончится быстро.
я почувствовала, как холод пробежал по спине.
—ты хочешь сказать... они собираются...
рома перебил меня, кивая.
—устроить замес, да. если понадобится. вадим не оставляет ничего на случай. он всегда продумывает наперёд.
я посмотрела на него с ужасом.
— это ведь может плохо закончиться. не только для них.
рома фыркнул, откинувшись на спинку стула.
—ты думаешь, вадима это волнует? для него главное – показать силу. он не позволит никому унижать себя или нашу группировку.
я сжала кулаки, пытаясь справиться с паникой.
—я не могу просто сидеть здесь и ждать.
рома резко выдохнул, его взгляд стал острым.
— ты ничего не сделаешь, лика. ты останешься здесь.
— но...
— никаких "но", – отрезал он, поднимаясь со стула.
—я тебя сюда привёл не для того, чтобы ты лезла в наши дела. ты останешься дома. я сказал.
я смотрела на него, чувствуя, как внутри всё кипит. но спорить дальше было бессмысленно – рома был настроен серьёзно.
—лика, запомни. если ты попробуешь выйти из дома, я сам верну тебя обратно. не вынуждай меня быть жестче, чем уже был.
—и ещё. я не должен был говорить тебе правду, поэтому держи язык за зубами. я сейчас ради тебя рискую собой. —говорил рома серьёзным тоном.
—ты знаешь какие сейчас люди нас окружают, если ты спалишь то, что я тебе всё рассказал. мне не жить.
—будь умной девочкой. хорошо? —сказав это, он замолчал, ожидая мой ответ.
—спасибо.. —единственное, что я могла произнести.
—мне тебя жаль, правда. —сказав это он потрепал меня по волосам, а потом ушёл.
он вышел, оставив меня одну в оглушающей тишине.