Душа Фриск

Эта мысль пришла к ней незаметно. Перечитывая письмо от Альфис, Фриск задумалась об истинной Решимости, о цветах душ, и, решив повторить материал мистера Грина, вдруг осознала, что в учебнике подозрительно четко изложены все характеристики, понятия и тактики. С одной стороны, такое легко могло раскрыться при бое, либо эту информацию просто кто-то спросил. Но, с другой стороны, кто это? Автор учебника решил остаться неизвестным. Фриск такое насторожило. Ее волновало и то, с какой тщательностью описан состав души. Душа — нечто сокровенное для монстров, то, что рассказывается лишь при близких узах, и их природу нельзя было бы описать столь точно. Либо автор находится в близости с монстром, либо принуждает его раскрыться. И, увы, шатенка склоняется ко второму варианту, потому что рассказ об одной душе был бы логичным, но... Статистика, цвета, карма, валюта, быт... Магия, состав, множество тактик... Фриск побледнела. Как посол, она должна разобраться со всеми делами с издательством и найти автора учебника.

— тук-тук, — в проеме показалась смущенная черепушка, — ты как? я был слишком напорист в этот раз?

Фриск резко активировала режим боя.

— малая?.. — Санс растерянно взглянул на девушку. Та ничего не ответила, лишь посмотрела на статус монстра.

«Санс, ОЗ — 1, АТК — 1, ЗЩ — 1. Не понимает, что происходит»

— Санс, скажи мне, — Фриск указала на учебник. — Ты ведь не знаешь, как драться с другими монстрами, верно?

— ну, честно, ангел, — усмехнулся тот, — только с некоторыми. промываю косточки монстрам из сноудина, если они ведут себя плохо, или, как ты уже знаешь, устраиваю нехорошее время для человеческих детишек. а что такое?

— Мне интересно, кто узнал столько информации, ведь я мало чего говорила, да и Альфис не рассказывала про тактики и души... Это ведь сакральное понятие для вас.

— а зачем устраивать бой на ровном месте, малышка? — Санс вытащил руки из карманов. — в любом случае, как у судьи подземелья, у меня прячется много косточек в рукаве. то, что ты видела, или видел тот демон, — лишь часть моих сил. как я и говорил тогда, — глазницы потухли. — «не говори, что я не предупреждал...»**

— Прости меня, — прошептала Фриск, но режим не убрала. — Я подумала, что поле боя заставит тебя говорить более искренне со мной.

— детка, мне не нужны полевые условия для правды, — Санс прикрыл глазницы и развел руками. Его огонек магии заискрил, а улыбка стала шире. — тебе не нужно слушать демонов, а то ступишь не на ту дорожку.

— «А он не так глуп, как мне казалось», — выплюнула Чара. — «Ха, вот это да. Монстр врет как дышит, даже о том, что не врет. Вот умора!»

Фриск помотала головой. Она не отреагировала на зов Санса и не обратила внимания на смех Чары. Здесь, на поле битвы, она зависла. Девушка разрывалась между правдой и ложью, между атакой и пощадой, между смертью и жизнью, человеком и монстром. Слеза скатилась по щеке, но она не была знаком поражения. Нет, Фриск не собиралась сдаваться. Она сильна, у нее есть друзья: и люди, и монстры... Даже демон — на ее ангельской стороне. У нее осталось еще немного времени. От этих смешанных, но сильных чувств, Душа человека наполнилась РЕШИМОСТЬЮ. И Чара, и Санс узрели яркое свечение, несравнимое ни с чем другим. Такое сияние могла издавать лишь человеческая душа, что открыла свое ядро. Демон затаил дыхание. «Вот оно, вот оно!» — повторял он. Санс лишился дара речи. С минуту назад он звал Фриск деткой и малышкой, а сейчас его ангел стоит со слезами на глазах и светится, светится, светится! К нему вернулось воспоминание о том, кто однажды рассказывал ему о раскрытии ядра. Знаки, показываемые руками, мелькнули в сознании и исчезли. Что-то об уровне «любви», что-то о душе, что-то о беспроглядной тьме...

А сердце становилось все ярче, и тела Фриск почти не было видно. Сама девушка словно находилась где-то внутри себя. Перебарывая, усмиряя эмоции, подавляя свои переживания, она была близка к полному, абсолютному ответу на все свои вопросы. Ее чуть слышимый голос донесся до свидетелей данного действа, тихий и почти непримечательный. Но все четко слышали ее слова:

— Простите, что иногда я не могу оправдать вашего ожидания. Прошло пять лет, до сих пор ничего не сделано. Страх, боль и темнота... Я никак не знаю, что произойдет в будущем. Простите меня... Но я все равно продолжаю мечтать. Извините, что я все еще не сдалась, что я все еще надеюсь. У меня слишком много вопросов и слишком много любопытства. Я не могу жертвовать своими близкими, но таков мой путь. Я прошу прощения у всех за то, — Фриск вытерла слезы и посмотрела прямо Сансу в глаза, — что моя решительность заставляет меня двигаться дальше и бороться за наше счастье.

Ее взгляд выражал столь многое, что описать словами не получилось бы даже у очевидцев. Но Санс понял, что таил в себе этот взгляд, и лишь ответил:

— будет нелегко. но я верю, ты справишься.

И алое пламя, что исходило из души Фриск, озолотилось. Чара поняла, что файл сохранения установился прямо в комнате. Если раньше девушка пользовалась уже установленными точками, над которыми поработал Флауи, то прямо сейчас она смогла создать свой собственный пункт. Обретая любовь без «любви», она достигла такого высокого уровня, что и правда восстановила НР, потянувшись к «точке сохранения». Пока что файл был безымянным, ведь времени подумать над названием, в отличие от Флауи, не было.

— Оу, — кажется, Фриск увидела плод своих эмоций. — Это... Навевает воспоминания.

— «Теперь ты снова можешь вернуться и повторить один день столько раз, сколько пожелаешь», — ухмыльнулась Чара, растворяясь в воздухе.

— малыш, все хорошо? — Санс бросился к Фриск и осмотрел ее. — нигде не болит? не устала?

— Я в порядке. Спасибо тебе, — шатенка обняла скелета. — Давай используем это сохранение в экстренных случаях.

— нужно замаскировать его, ангел, — нахмурился Санс.

— Да, ты прав, — Фриск призадумалась. На что похожа звезда сохранения?.. А может?.. — Санс, как вы создаете свои магические атаки?

— очень просто, детка, — ширококостный усмехнулся. — мы направляем свою магию и формируем из нее атаку, которая нам нужна. мы не думаем о том, чем должно быть то или иное действие, просто на миг представляем и — вуаля! — Санс покрутил голубую косточку (возможно, фалангу пальца) над своей ладонью.

— Ого! Значит, это то, что нам нужно! — Фриск снова обратила взгляд на звезду сохранения. Закрыв глаза, девушка попыталась сконцентрироваться. Протянув руки к файлу, Дриимурр представила, как сияющий объект приобретает более точные и ясные очертания. Приоткрыв один глаз, она обнаружила, что тактика работает: звезда начала деформироваться в необычную напольную лампу. Скелет засмеялся.

— значит, поиграем в прятки с папирусом позже? — пошутил он. Фриск только сейчас осознала, что лампа была именно такой, какая до сих пор, наверное, стоит в лесу Сноудина рядом с наблюдательным пунктом. Шатенка улыбнулась. Ее посетили теплые воспоминания о первой встрече с неугомонными братьями. — что ж, раз ты хочешь разобраться с этой страннкостью, то стоит начать с того, кто написал эту книжку, так? — Санс вернулся к теме разговора.

— Да, да. Мы должны начать сейчас же. Я попрошу в издательстве назвать имя автора. Если так не пойдет, то придется прибегнуть к козырю-информатору.

— чем я могу помочь тебе, малыш?

— Я напишу записку директору. Мы не сможем появляться в университете какое-то время. Ты можешь передать сообщение, если не затруднит.

— хорошо, конечно, — скелет почесал свой череп. — тогда я могу созвониться с кем-нибудь из друзей и попросить конспекты.

— Ты — лучший! Спасибо! — Фриск крепко обняла скелета и подошла к письменному столу. — А сейчас — за дело.

***

Монстры расступились, удивленно смотря на пришедшего. Альфис, повернувшись к нему, раскрыла рот. Из него вырвалось лишь имя.

— С-санс?..

— сап, народ, — скелет прошел прямо к королю монстров. — на пару минут, приятель.

Азгор и Санс отошли ближе к лесу. Остальные монстры отправились по своим делам и спать. На поляне остались ждать лишь Ториэль, Альфис, Папирус и Андайн. Друзья стояли возле одного из костров неподалеку, встревоженно наблюдая за собеседниками. Реплик слышно не было, и оставалось только по эмоциям Азгора гадать о содержании разговора.

— с малой все в порядке, — сразу успокоил Санс. Приемный отец Фриск выдохнул в облегчении. — но есть проблемка похлеще.

— Что случилось? — Азгор нахмурился.

— я подсмотрел в некоторые документы малой. это вышло случайно, но я не жалею, что это попало мне на глаза раньше дозволенного. правительство города потихоньку начинает зачистку монстров, и бедная Фриск пытается противостоять этому.

— Что за зачистка? — пальцы сильной лапы сжались вокруг трезубца.

— кажется, на краю города происходят похищения наших друзей. может быть, я надумываю, и эти похищения не связаны политикой, но что-то мне подсказывает...

— Не делай поспешных выводов, Санс, — Азгор немного расслабился и положил лапу на плечо скелета. — Фриск знает, что делать. Спасибо, что поделился информацией.

— держу в курсе, приятель.

Король монстров поспешил к Ториэль, чтобы рассказать о случившемся, а к Сансу подошли остальные друзья. После монолога, они крепко задумались о том, кто мог бы стоять за похищениями.

— Агрх! — простонала Андайн. — Я бы мигом нашла этого негодяя!..

— Ил-л-ли эт-тих... — Альфис поправила очки и обтерла вспотевшие лапки полами лабораторного халата. — П-папирус усиленно т-т-тренируется, и ск-коро мы сможем н-н-начать другую ст-т-тадию.

— Точно, брат! — воодушевился Папирус. — Я теперь смогу исполнять трюки покруче тебя!

— мой бро растет, — одобрительно кивнул Санс.

— А еще я встретил Цветок, и он теперь сможет стать Его Величеством! Мне так доктор Альфис сказала.

— Д-да... — рептилия начала еще больше потеть.

— тогда удачи, док. смотрю, у всех скелетонна дел. я пойду. буду впереди, — и Санс, как всегда, в своей манере, двинулся обратно в лес.

***

— Да, если душа слаба, то я смогу ее поглотить... — плачущий, дрожащий голос отражается эхом от стен. — Пожалуйста! Не над...

На мгновение голос утихает, слышны захлебывающиеся звуки. Через минуту раздается оглушительный рев и нервный смех.

— Вот этим вы и являетесь, твари, — победоносно прозвучал голос, похожий на тейлоровский. — Братишка будет доволен. Наконец-то эксперименты дают свои плоды!

***

Где-то там, в темноте, нечто плывет по течению. Оно огибает свои творения, созданные из ничего. Не видно ни зги, только звук шестеренок у большого циферблата часов. Только тихий шелест песка. Рядом с существом появляется неоновое окно. Оно переливается голубым, оранжевым и белым, информация скачет туда-сюда. Раскрывается безобразный рот в отвратительной ухмылке. 

Кажется, тьма сгущается. Нечто не обращает внимание на пустоту, на мглу. Оно завороженно вглядывается в неон, тянется к свету, который этот неон испускает из себя. Дотронувшись до панели, существо видит: цифры, знаки, буквы — все замерло. Часы перестали тикать, а песок — рассыпаться у ног. Перед омерзительным, расплывшимся созданием возникает еще одно окно. Это была кнопка с надписью "☼︎☜︎💣︎⚐︎✞︎☜︎ ❄︎☟︎☜︎ ☞︎✋︎☼︎💧︎❄︎ 👌︎✌︎☼︎☼︎✋︎☜︎☼︎"¹ на ней. Нечто двинулось к кнопке. За ним оставался толстый черный след, еще более темный, чем все, что окружало существо. Кряхтя от нетерпения, оно коснулось кнопки.

И тут же стрелки циферблата устремились назад, а песок начал сыпать с удвоенной скоростью. Где-то вдалеке, в самой гуще темноты, загремели колокола. Перекошенная улыбка стала еще шире. Теперь-то, думало создание, все готово для безумного, но, несомненно, грандиозного плана.

Все в этой Вселенной начинает приобретать интересный, очень интересный поворот.

***

Укрывшись одеялом, Фриск повернулась к стене и быстро заснула. 

Во сне девушка вспоминала старую колыбельную, сказочную и прекрасную, как магия, как истинное волшебство. Представив на мгновение опушку леса, где нет снега и льда, шатенка легла на свою кровать. Так-то лучше. Где-то вдалеке послышались бубенцы, блестки посыпались с хвои. Фриск оказалась на траве, раскинув руки в стороны, и смотрела на небо, полное звезд. Огромная луна улыбалась ей, и от этой улыбки исходил добрый, теплый свет. В мыслях девушка наблюдала за голубыми огнями, снующими между деревьев. Будто птицы, они печально порхали среди елей и сосен. Голос, звучащий в голове, пошептал:

— Время бесконечных грез среди серебряных рос...*

И тогда Фриск медленно поднялась. Она запела вместе с внутренним голосом. Шагая по тропинке навстречу огонькам, убегающим вдаль, Дриимурр вторила волшебным словам:

— Обрати свой взор к стране волшебной... Время петь в стране мечты...

Вот дорожка кончается, дыхание выравнивается. Гуляя где-то на краю леса, Фриск собирала цветы и плела венки. Ее ничего не волновало. Никакие заботы и проблемы более не трогали ее. Она танцевала под таинственной луной, медленно и нежно водя руками в воздухе, кружась вместе с огоньками. Фриск чувствовала единение с окружающей ее природой. Она будто стала ее частью. Прямо сейчас она продолжала петь во сне, более глубоком и мягком. Незаметно для самой шатенки, на глазах выступила пара слезинок. Девушка замолчала, как только голос снова перешел на шепот.

— За древним лесом спрятан сад. Зачарованный, он ждет тебя, — и красивая арка возникла перед глазами. А за ней — прекрасные цветы, каких не видывал свет: причудливые формы, тонкие стебли, манящий аромат. Фриск никогда не была настолько счастлива. — Ждет сердечным зеркалом, волшебных врат бесконечной зари... Навсегда...

И правда: за окном в комнате уже начало светать. Но Фриск спала, ее не заботил вид за окном. Ее волновали долина и сад, лес и колыбельная, что пелась голосом, словно где-то вдалеке:

— Время петь в стране мечты... Время горевать без чистоты, — эхо повторяло последнее слово снова и снова, прощаясь с красочным сновидением.

Фриск  услышала звон колокольчиков у себя в голове. Последние ноты воображаемой арфы завибрировали и утихли. Девушка проснулась. Впереди ее ждали трудности, напряжение и невзгоды, проблемы, которые она обязана преодолеть. С волнением, возникшим сразу, нужно было что-то делать. Но позже. 

***

— Ты сможешь, Папирус! Да, вот так! Не сбавляй темпа! Молодец! — Андайн в теплой одежде стояла посреди пустынного Сноудина, рядом с новогодней елкой. Под пушистыми ветками уже не лежали подарки, но огоньки на дереве все еще остались, хоть и не сияли разными цветами. Шел снег, и было весьма скользко, но Главу Королевской Стражи не заботили осадки. Хороший боец должен быть хорошим в любых условиях. Кости Папируса помогали перенести плохую погоду и аномальную температуру. Высокий скелет с нье-хе-хеканьем наворачивал круги вокруг родного города после пятисот отжиманий и трехсот семидесяти подходов комплексов упражнений. Да, в тренировках Андайн не знает пощады.

— Разогрелся? Теперь побежали на гору, там есть, где развернуться!

Через полчаса дуэт остановился у входа в Жаркоземье. Над монстрами возвышалась опасная скала.

— Как ты туда залезла? — Папирус сощурился, пытаясь в пару и дыму механизмов Ядра найти вершину. Увы, неудачно.

— Расскажу потом, — воительница отмахнулась и сняла куртку, шарф и теплые наушники. Оставшись в футболке, джинсах и сапогах на шнуровке, она приняла боевую стойку. — Вставай рядом и повторяй за мной! Я научу тебя большему, чем твой ленивый старший братец!

И в доказательство к словам она создала из магии копье, активировав режим битвы. Без предупреждения в Папируса полетели голубые неоновые стрелы, золотые наконечники копий, а душа скелета окрасилась в зеленый. Младший из братьев успел только создать стену из костей, чтобы его не задело. Но вот о земле под ногами он не позаботился, и вскоре копье поранило ногу, возникнув снизу и проткнув ботинок.

— Ты должен думать не только о том, чтобы защитить или атаковать в стороне, но и делать это из под земли и с небес, — Андайн сложила руки на груди. — Твои костяные атаки специализируются на том, чтобы атаковать по бокам, хоть они и выходят сверху и снизу. Используй свои навыки больше, чем максимум! 

Настал ход Папируса. Что ж, он — способный ученик, схватывающий на лету, и он докажет это! Вложив достаточно силы и РЕШИТЕЛЬНОСТИ в свою атаку, он попробовал создать кости из под земли сразу рядом с ундиной.

— Неплохо, панк! Но ты можешь лучше! — Андайн легко отпрыгнула на безопасное расстояние. — Покажи мне свою специальную атаку***!

Девушка открыла рот от удивления, как только увидела ее. На нее с воздуха глядел череп, раскрывающий пасть. Изо рта пальнул луч, и воительнице пришлось перекатиться в сторону, чтобы ее не поджарило.

— Используй эту штуку вместе с костями! — крикнула она скелету. — А еще будет круче, если от этого животного будет не только голова!

— Я попробую сделать из него динозавра! — ответил Папирус и напрягся сильнее. На черепе выступили капельки пота, и вот созданные младшим братом кости собрались воедино. 

Внезапно перед глазницами Папируса замельтешили значки. Они пронеслись линейкой и исчезли. Андайн ждала от него действий, не заметив ничего подозрительного. Но вот скелет заметил: в нем поднялась сила, он ощутил в руках и ногах небывалую мощь. Душа заискрилась и забилась сильнее, ударяясь о ребра с гулким звуком. 

Андайн посмотрела на своего ученика обеспокоенно и подошла поближе. Почему он ничего не делает?

— Папирус, с тобой все-о-о?!. — вопрос перешел в возглас, а возглас — в крик.

***

— А я говорю, что здесь нужна эта формула! — писклявым и недовольным голосом возразил Флауи. Цветок в горшке поместился на полу, у ног ученой, которая сидела на своей кровати, легко раскладывающейся из куба. Рядом, обняв подушку, сидел Меттатон в EX-форме. Робот ничего не понимал, но с интересом наблюдал за словесными баталиями двух монстров.

— Тогда данные не сойдутся! А с моей формулой все встает на свои места! — в пылу яростной перепалки Альфис забыла про стеснение и робость. Она строчила в блокноте, украшенном рисунками аниме-персонажей, каракулями и портретами Андайн на полях.

— Конечно, не сойдутся! — не унимался цветок. Флауи зашипел и ткнул листком в блокнот. — Здесь расчеты неправильные, очки протри! И вообще, раз ты такая умная, то сама справишься без меня!

— Ты обещал вести себя хорошо, дорогуша, — упрекнул Меттатон. — Альфис работает над твоей проблемой сейчас, будь более терпимым.

— Д-да, и сп-п-пасибо, что указал на ошиб-бку, — стушевалась рептилия. Она и вправду протерла очки о край простыни, отчего заслужила громкий смешок и фырканье.

— Ладно, я понял, — вздохнул цветок. — Давайте уже продолжим считать эту...

— АЛЬФИС! — на первом этаже громыхнуло, и по эскалатору вбежала Андайн. Прическа Ундины была взъерошена, и даже если это показалось ученой милым, она лишь покраснела и спросила, что случилось. — Там Папирус... Лучше сама посмотри! Его нельзя в деревню! Он опасен!

Тут-то рептилия не на шутку забеспокоилась. 

— Я отнесу тебя, садись! — сев на корточки, поторопила Андайн. — Меттатон, поставь этот противный цветок обратно на стол!

— Так я еще и противный! Я тут помочь пытаюсь, а вы... Поставь меня быстро! Руки убери! — но криков и пищания Флауи никто не слышал, кроме робота. Ученая и стражница уже были в пути, спеша к Водопадью.

***

Санс бесшумно зашел в комнату девушки. Подойдя к изголовью, он погладил Фриск по волосам. Спящая, она была мила и спокойна. Санс нечасто видел шатенку без улыбки, и сейчас с трепетом наблюдал за отсутствием каких-либо эмоций на ее личике. Он стоял перед прекрасным созданием, тихо посапывающим. Шторы в комнате были задернуты, было очень темно. «Лунный свет сделал бы ее кожу совсем белой», — подумал Санс и улыбнулся из-за шутки в своей голове. — «Совсем белой, прямо как кости».

Скелет прикоснулся челюстью к щеке Фриск, словно целуя. Парень увидел, как его душа засияла, просвечиваясь через футболку. Санс стал пленником разнообразных эмоций, они давно поселились глубоко в его сердце. Заметив, что Фриск двинула рукой во сне, старший телепортировался прямо на свой матрас. Что-то потекло по его ребрам. Это была магия души. Синяя вязкая жидкость каплями падала на его черные шорты. Сердце колотилось, в нем бушевала буря. 

***

— Тра-ля-ля... Воды сегодня неспокойные... — напевал Лодочник (или Лодочница?). — Люди сверху такие любопытные... Тра-ля-ля...

***

После похода на гору Эботт Джонсону стало вусмерть интересно, что же скрывает мир Подземелья за страницами обычных книг и учебников. Попросив Монику прикрыть болезнью, поездкой в другой город или чем знает еще, цветной парень поделился идеей с Эдвардом. Брюнет согласился.

Собравшись, они встретились у леса. Пробираясь через дебри, они чуть не наткнулись на больших белых собак в стальных доспехах. Эд поскользнулся на грязи и шлепнулся, утянув за собой Ника. Наверное, собаки не учуяли друзей из-за запаха земли, поэтому ушли. Выругавшись, парни поднялись на ноги и продолжили путь. Ник шел наобум, следуя только собственному чутью. С горы было видно город, и он запомнил местонахождение только с обрыва. Внизу было трудно отыскать правильный путь. К счастью, после долгих петляний, парни наконец пришли ко входу в пещеру. Сталактиты и сталагмиты встретили их оскалами и острыми концами, цепляющимися за одежду. Пробираясь через тоннель, Эд и Ник светили фонариком под ноги, чтобы не упасть. Где-то капала вода.

— Вот здесь, — Николас осветил широкую дыру. Эд взглянул внутрь и был ошеломлен.

— Каким образом Фриск осталась жива?

— Не знаю. Поэтому надо быть осторожнее, — цветной парень осторожно перелез за край и нащупал ногой небольшой выступ.

Спустившись и сломав несколько ногтей о грубые камни, парни окунулись в поляну золотых цветов.

— Как красиво... — Эдвард осматривался вокруг. Колонны поднимались ввысь, увитые лозами. Достав из рюкзака книжку, он посмотрел на картинку и узнал цветы в углу. 

****

Они были точно такими же, с этой поляны. Это и правда было Подземелье.

— Пошли, надо быстро все осмотреть, — Ник зашагал в сторону большой арки из потрескавшегося камня.

Кивнув другу, Голдман засунул учебник обратно в рюкзак и двинулся следом за другом.

***

Примечания к главе:

❣️*слова взяты из песни Narsilion — A Night In Fairyland (авторский перевод с английского)

❣️**цитата взята из игры «Undertale», by Toby Fox, Санс в бою. (настоящие слова: хах... кажется, это всё, а?.. только... не говори потом, что я тебя не предупреждал... )

***цитата взята из игры «Undertale», by Toby Fox, Папирус в бою. (настоящие слова: СДАВАЙСЯ ИЛИ ВСТРЕТИШЬСЯ С МОЕЙ... СПЕЦИАЛЬНОЙ АТАКОЙ!) 

****цитата взята из игры «Undertale», by Toby Fox, начальная кат-сцена

❣️Переводы со шрифта Wingdings:

¹Убрать первый барьер — REMOVE THE FIRST BARRIER