Part 30
До физкультуры время тянется, как резиновое. Из-за жары ужасно хочется спать, на улице ни дуновения ветерочка, а в классах так и подавно. Вваливаясь в раздевалки для физкультуры, Субин думает, не принять ли ему душ ещё и до урока, потому что освежиться хочется до ужаса. Он еле успевает ополоснуться, и в тот же момент в раздевалку вваливается потная толпа с предыдущего урока, стонущая и почти шипящая, словно вода на сковородке.
— Боже мой, — Бомгю в ужасе. — Хорошо, что у нас занятие позже, там хоть солнце уже почти ушло!
— Зато эти ребята сейчас уже пойдут домой и в общежитие, — резонно замечает Тэхён, стаскивая с себя рубашку, и Субин поспешно отворачивается, чтобы не смотреть на его плечи, испещрённые следами укусов. Боже мой, эти детишки просто дикие. Ёнджун, конечно, тоже оставляет ему следы, но их обычно всего парочка, а на Тэхёна как будто напала стая диких псов. Хотя, возможно, это была жертва, чтобы Бомгю не кричал.
На этом моменте Субин отказывается думать дальше. Должно быть, Ёнджун уже на стадионе, и сегодня они должны скакать с трамплина через козла, и прочие акробатические штучки, так что урок обещает быть занятным.
Они высыпают на стадион, и к счастью, за деревьями уже не видно солнца, а поле украшено длинными тенями, сквозь которые только сверкают золотистые полоски. Увы, но стадион всё ещё нагрет, и от земли идёт жар.
— Ох, стоило идти в бассейн, — Кай обмахивается руками. — На улице ни ветерка!
— А зимой ты бы стонал, что тебе холодно лезть в воду, — справедливо замечает Бомгю. — К тому же, ты хочешь ходить везде с Субином, а Субини-хён ни за что не пойдёт в бассейн.
— Я могу пойти в бассейн и скинуть тебя туда прямо сейчас, — цыкает Субин, выискивая на скамейках Ёнджуна. И находит.
Тот сидит вместе со своей группой у дорожки, рядом со всеми необходимыми снарядами для акробатических номеров, которые им сегодня предстоят.
— Ого! — непроизвольно вырывается у Субина. На Ёнджуне ну очень короткие спортивные шорты, и почему-то Субин даже не сомневался, что такие существуют у него в гардеробе. Они прямо-таки на грани неприличного, но именно что на грани, всё, конечно, надёжно закрыто, но тем не менее большая часть длинных ног Ёнджуна красуется, ничем не прикрытая, от бёдер и до самых щиколоток. По бокам на шортах даже есть небольшие разрезы. Если подумать, подобные шорты Субин много раз видел у девушек, но те, что были на Ёнджуне, были соответствующего размера и фасона, так что он явно не одолжил их в женском отделе. Неужели для мужчин тоже делают такую одежду?
— У тебя сейчас слюни потекут, — говорит Тэхён, пока Бомгю старательно изображает впавшего в ступор Субина, тараща свои глаза и разевая рот так, что будет неудивительно, если туда и правда залетит муха.
Ёнджун переговаривается со своими одногруппниками, держа ладони на коленях, но, заметив Субина, улыбается и поднимается с места, принимаясь разминаться, и Субин прыскает, не в силах сдержать смех от этого представления, но направляется со своей группой к нему. Ёнджун садится обратно на скамейку, давя хитрую улыбку.
— Значит, это и есть моя награда? — спрашивает Субин, улыбаясь. — Коленки сдвинуть не забудь, хён, а то у меня и правда случится тепловой удар.
— Я же обещал тебя порадовать, — Ёнджун улыбается в ответ, двигаясь и позволяя Субину сесть рядом с собой. Субин легко опускает ладони на колено Ёнджуна и говорит: «Ты очень красивый. Я скучал»
Ёнджун же берёт его за руку и отвечает: «Я тоже скучал. Устал?»
Субин пишет: «Устал. Будешь танцевать?»
Ёнджун просто кивает на этот вопрос, и Субин говорит вслух:
— Тогда я тоже пойду.
— Ты можешь не идти, если не хочешь.
— Если бы я не хотел, я бы не пошёл, — улыбается Субин и замечает на себе чей-то взгляд. Так и есть — это Йена. Конечно, они тут за ручки держатся, но всё же... Субин не мог назвать её взгляд враждебным или обиженным, но и доброжелательным он тоже явно не был.
— Ты поговорил с Йеной? — понизив голос, спрашивает Субин. Ёнджун морщится:
— Если честно, нет. Она сказала, что мы поговорим после пар. Это немного неприятно, если честно.
— Что неприятно?
— Когда люди принимают желаемое за действительное, а правду, которая им не нравится, просто игнорируют, — вздыхает Ёнджун. — Только слепой бы не заметил, что мы встречаемся. Я уже всем друзьям рассказал.
Субин не знает, что ему ответить, но его наполняет чувство гордости и ответственности, а также лёгкая печаль из-за того, что Ёнджуна что-то беспокоит. Так что он просто ещё раз сжимает его руку и вырисовывает большим пальцем круги.
Затем начинается разминка, инструктаж и обучение. Учитель вызывает добровольцев первыми, и Ёнджун охотно идёт прыгать с трамплином через козла, сначала становясь на него коленками, а затем бодренько перелетая через препятствие. Субин любуется тем, как ловко он это проворачивает, раздвигая ноги врастопырку, и выгибается в струнку, как заправской гимнаст, поднимая руки вверх и немного актёрничая.
Затем они повторяют всё показанное: сначала с трамплина запрыгивая коленками на козла, затем перелетая его, а потом и перепрыгивая ногами врозь.
— Ай да хён, — хихикает Бомгю, возвращаясь на своё место с покрасневшими коленками, — а шорты-то у него какие хорошие!
— Мне не важно, что ты скажешь, — мурлыкает Субин. — Мне и так зашибенно.
— А мне что-то не очень, — бормочет Тэхён. — Я точно это перепрыгну?
— Смотри, если девочки, которые слабее и ниже тебя, смогут, так тебе точно нечего бояться, — резонно замечает Кай.
— У девочек между ног не висит ничего, за что следует переживать, — ворчит Тэхён.
— Думаешь, им не будет больно, если они в козла врежутся? — хмыкает Кай. — Уж поверь мне, у них там тоже есть кое-что болявенькое...
Вскоре приходит и их очередь прыгать ногами врозь. Субин, хоть и не самый спортивный и гибкий человек, благодаря своему росту успешно преодолевает козла — для него это было похоже, как если бы он его просто перешагнул. Тэхён разволновался, но зря — тоже благополучно перепрыгнул. Кай, достойный ученик Ёнджуна, перемахнул аж несколько раз — ему зашло. А вот Бомгю наткнулся на неожиданное препятствие, вонзившись в козла, как коса на камень, и издал серию хаотичных воплей.
— Видимо, квота на раздвигание ног на эту неделю исчерпана, — сетует он после того, как учитель исчерпал все попытки ему помочь. Тэхён качает головой:
— Хватит делать вид, как будто я тебя замучил до полусмерти.
— Я просто шучу, Хёни, — Бомгю щипает его за бицепс, а затем трётся щекой о его плечо. — Мне нужно привыкнуть к твоей выносливости. Ах, какой ты сильный, какой ты круто-о-ой...
Тэхён зажимает ему рот рукой, но посмеивается. Субин с Ёнджуном посмеиваются над ними, обмахиваясь ладошками. Напрыгавшись вдоволь и коленками, и ногами врозь, Субину хотелось только лечь, но Ёнджун ещё полон сил, так что принимается ходить на руках. Его футболка свешивается вниз, удерживаемая только резинкой шорт, которые тоже опасненько задираются. Субин ловит его за ноги:
— Хён, ты решил порадовать не только меня, но и весь честной народ? Так не честно.
— Твоя радость не в том, что ты можешь смотреть, а в том, что тебе можно трогать, — ухмыляется Ёнджун снизу вверх. — Подумай-ка об этом.
Субин косится на его бёдра, открывшиеся в этом ракурсе с неожиданного угла, и хмыкает:
— У меня некоторые нехорошие идеи появляются, хён.
— Точно нехорошие? Нехорошие не надо, давай хорошие.
— Тебе, я думаю, понравится, — Субин щёлкает зубами и смеётся, наблюдая, как лицо Ёнджуна медленно краснеет, то ли он его намёков, то ли от того, что кровь к голове прилила.
— Мне нужно в душ, — ворчит он, становясь обратно на ноги. — Я весь потный, не трогай...
— Мне нравится, — Субин ловит его за футболку и притягивает к себе, но не торопится обнимать, помня, что они не одни, вместо этого он пальцами немного поправляет растрепавшиеся влажные волосы Ёнджуна. — Ты такой красивый. Будешь ещё волосы красить?
— Пока нет, — голос Ёнджуна смягчается. — А ты? Твой синий уже достаточно смылся, и корни отрасли. Хочешь ещё какой-нибудь цвет? Я могу помочь.
— Как думаешь, я смогу покраситься в блондина?
— Если покрасишь в блонд, мне придётся от тебя метлой воздыхателей отгонять, — улыбается Ёнджун. — Но попозже. Из синего в блонд трудно сделать без грязи. Давай я просто затонирую тебя в какой-нибудь нейтральный, и пусть отрастают, хорошо?
— Ты лучше знаешь, — кивает Субин. — Но потом хочу в светлый. Обещай мне, м?
— Обещаю, — Ёнджун щипает его за щёку, и в этот момент урок уже заканчивается; снаряды относятся внутрь, а студенты идут переодеваться и в душ. Вместо того, чтобы толпиться в общей душевой и раздевалке, Субин и Ёнджун направляются прямо так в свою комнату — они примут душ вместе и переоденутся для тренировки прямо сейчас, чтобы не ждать очереди, и нет смысла менять на рубашку и брюки, чтобы потом переодеться в танцевальное.
— Стой! — слышится голос позади них. Ёнджун и Субин разворачиваются оба, видя, как Йена приближается к ним. К счастью, сейчас в коридоре уже не осталось учеников, а те, что были, всё ещё находились в раздевалке.
— Ах, — говорит Ёнджун не слишком-то радостно. — Прости, Йена, я забыл.
— Мне вас оставить? — спрашивает Субин.
— Да, — резковато отвечает девушка, но Ёнджун возражает:
— Вообще-то, нет. Не нужно, — и поворачивается к Йене полностью: — Я знаю, о чём ты хочешь поговорить. Субин мой парень, поэтому пусть он лучше будет рядом. Я бы всё равно ему рассказал всё после, так что давай сэкономим время.
— Он правда твой парень, — девушка упирает руки в пояс, но затем закатывает глаза: — Честно говоря, я не то чтобы расстроена. Я скорее возмущена. Что для тебя всё наше время вместе ничего не значило? Я думала, мы близки! Или все эти часы в библиотеке тебе на самом деле просто... я не понимаю! Я скучная? Или некрасивая? Я думала, что ты позовёшь меня на свидание, а я для тебя, оказывается, пустое место?!
— Йена, ты моя однокурсница, а не пустое место, — говорит Ёнджун негромко. — И то, что мы ходили вместе учиться в библиотеку и помогали друг другу с заданиями, значит именно то, что мы учились вместе. И не больше. И не меньше. Я не думаю, что когда-то давал тебе повод считать, что мы нечто большее просто потому, что мы парень и девушка, которые учатся на одном курсе.
— Ты не можешь просто кокетничать со всеми, а потом делать вид, что между вами ничего не было! — возражает Йена. — Скажешь, не давал повода? Скажешь, что это всё возникло из пустых фантазий? Типа я сама себе всё надумала? Да?
— Если ты хочешь инициировать отношения, тебе нужно было сказать об этом, — отвечает Ёнджун. — Словами через рот. Если это твоё желание, почему ты возлагаешь на меня ожидания, что я тебя позову на свидание? Потому что я не хотел тебя никуда звать. Да, если честно, я говорю, что ты сама себе это надумала. Пожалуй. Мне в целом нравятся парни, так что я не думаю, что мне есть резон «кокетничать» с девушками.
Субин слегка вздрагивает: он ощущает прикосновение Ёнджуна к своей ладони и берёт её, оплетая пальцами, а ещё он вспоминает, как Ёнджун просил его сказать словами на берегу, что Субин его любит, и вдруг понимает, что на самом деле Ёнджун, наверное, испытывал очень большие терзания в те времена, когда они начали флиртовать, но ещё не признались друг другу. Чёрт, даже Субин не мог себя не накручивать, что уж говорить о Ёнджуне, с его-то складом характера? Наверное, для него критически важно, чтобы всё было сказано вслух, без недомолвок и догадок, и эта ситуация — лучшее тому подтверждение.
— Тогда почему ты мне не отказал? — продолжает Йена с нажимом. — Почему не отверг меня? Почему ты продолжил со мной общаться? Разве это не значит подарить надежду зря?
— Йена, я понятия не имел, что я тебе нравлюсь, как я тебе тогда должен был отказать в том, о чём не знал? — в голосе Ёнджуна слышится лёгкая досада, и он вздыхает. — Слушай, я думал, если честно, что я тебе просто так интересен. Как человек. Но ладно. Просто... знаешь, ты умная и красивая девушка, но ты не должна отдавать себя тем людям, которые этого не оценят. Я не оценю...
— Но мы с тобой знакомы уже три года, — в голосе Йены прорезается мольба. — И мы хорошо друг друга знаем и понимаем...
— Я люблю Субина, — негромко говорит Ёнджун, и его ладонь в руке Субина напрягается, в поисках поддержки. — И у нас всё серьёзно. Я понимаю, что ты, возможно, чувствуешь себя обманутой, но у меня не было к тебе подобных намерений, и я не знал о твоих чувствах, но если бы и знал, мой ответ бы не изменился.
Аргументы у Йены кончаются. Она замирает в растерянности, но запал в её глазах утихает, и сердитость исчезает с её лица.
— Ах... крыть нечем, — она делает шаг назад. — Чёрт возьми! Какой ты... и на что я вообще надеялась?
— Ну... спасибо, что не стала строить мне пакости, — неловко вставляет Субин, — что? Такое тоже бывает, не смотрите на меня так.
— Ну, он, по крайней мере, смешной, — бормочет Йена себе под нос. Не попрощавшись и не сказав больше ничего, она уходит, сжимая лямку своей сумки.
— Надеюсь, эти чувства быстро её оставят, — расстроенно говорит Ёнджун. — Видеть, как твой любимый человек встречается с кем-то другим — та ещё пытка, кто бы что ни говорил про чужое счастье.
Субин ловит его за руку снова и мягко подтягивает к себе.
— Меня твои слова тронули, — признаётся он, робко улыбаясь. — Ты так серьёзно звучал, когда говорил, что любишь меня. Я думал, у меня сердце из груди выскочит, так переволновался.
— Дурачок, — удручённое выражение на лице Ёнджуна сменяется слабой улыбкой, — а что ты думал? Что я сейчас брошу тебя и ускачу в чужие объятия?
— Нет, я так не думал. Наоборот, просто... как-то воодушевился, — Субин утыкается носом ему в шею и вздыхает: — Я тебя тоже...
— Бинни, я потный, — слабо протестует Ёнджун. — И воняю...
— Ничего, — Субин целует его в шею, пользуясь безлюдностью коридоров. — Дай мне ещё минутку тебя пообнимать, мой драгоценный а-Жань.
— Ну как я могу сказать тебе нет, не могу и не хочу, — тихо смеётся Ёнджун, кладя руки ему на плечи и закрывая глаза.