Изнанка Света || Пау Кубарси ||

После общего снимка команда начала расходиться по своим делам. Кто-то ушёл в раздевалку, кто-то задержался на поле, отрабатывая удары. Эми опустила камеру и на мгновение просто выдохнула. Она чувствовала приятную усталость — ту самую, которая приходит после хорошо сделанной работы.

— Отличный кадр вышел, — сказал Педри, проходя мимо и мельком глянув на экран камеры. — Мы там как настоящая семья.

— Потому что вы и есть семья, — ответила Эми, не задумываясь.

Слова вырвались сами, и она только потом поняла, насколько искренне это прозвучало. Педри улыбнулся и кивнул, словно соглашаясь.

Эми направилась к краю поля, проверяя фотографии. Каждый кадр был наполнен движением и эмоциями — сосредоточенные лица, короткие взгляды, дружеские касания плеч. Но чаще всего объектив ловил Пау. Не специально — просто он будто сам оказывался в центре кадра.

Пау в это время сидел на скамейке, медленно перекатывая мяч ногой. Он наблюдал, как Эми разговаривает с Натальей и Лаурой, как смеётся, как уверенно держится среди людей, которые ещё недавно были для неё чужими. Его слегка кольнуло внутри — не ревностью в привычном смысле, а страхом. Страхом того, что она может быть слишком сильной, слишком самостоятельной... и однажды просто уйти дальше.

— Ты сегодня много улыбаешься, — заметил Гави, плюхнувшись рядом с ним.

— Да? — рассеянно ответил Пау.

— Да. И слишком часто смотришь в одну сторону.

Гави кивнул в сторону Эми и ухмыльнулся. Пау ничего не сказал, только тихо выдохнул.

Через несколько минут Эми подошла к скамейке, чтобы убрать камеру в сумку. Пау поднялся.

— Ты уже заканчиваешь? — спросил он.

— Почти. Основное я сняла, остальное уже во время матча.

Он кивнул и несколько секунд молчал, будто подбирая слова.

— Ты хорошо вписалась, — наконец сказал он. — Команда тебе доверяет. Это... редкость.

Эми посмотрела на него чуть дольше обычного.

— Я просто стараюсь быть собой, — тихо ответила она. — Наверное, этого иногда достаточно.

Их разговор прервал Ламин, подбежавший с мячом:

— Эми, если я сегодня забью, ты обязана сделать лучший кадр в своей жизни!

— Тогда тебе придётся забить, — рассмеялась она.

Ламин убежал, а Пау снова остался рядом. Между ними повисло спокойное молчание — не неловкое, а почти уютное.

— Ты нервничаешь перед матчем? — вдруг спросила Эми.

— Всегда, — честно признался он. — Но сегодня... меньше.

Она поняла, что он хотел сказать, и это отозвалось в груди тёплым, осторожным чувством.

Перед уходом Эми ещё раз оглянулась на поле. Тренер уже собирал игроков, атмосфера постепенно менялась — становилась более собранной, напряжённой. Начинался матч, и вместе с ним — новый этап.

Когда Эми поднялась на трибуну, чтобы занять своё место для съёмки, она почувствовала, как телефон завибрировал. Сообщение от Пау:

«Не теряйся после матча. Я хочу кое-что тебе сказать.»

Она перечитала сообщение дважды. Сердце забилось чуть быстрее, но она не ответила сразу. Вместо этого подняла камеру и навела объектив на поле.

Матч начинался.

И Эми вдруг ясно поняла: сегодня изменится не только счёт на табло.

Матч начинался.

Шум трибун нарастал, словно волна, накрывающая поле. Эми глубоко вдохнула и позволила работе взять верх над мыслями. Камера снова стала продолжением её рук. Первый свисток — и игра пошла.

Она ловила стартовое напряжение: быстрые передачи, резкие развороты, сосредоточенные лица. Пау был собран, даже жёстче обычного. Эми замечала это сразу — по тому, как он держал корпус, как смотрел вперёд, будто отсекал всё лишнее. В том числе и её. И это почему-то только усиливало ощущение важности момента.

На двадцатой минуте Гави сорвался в рывок, трибуны взорвались криком. Эми успела сделать серию кадров — мяч, движение, эмоции. Через несколько минут Педри отдал точную передачу, и игра стала быстрее, плотнее, напряжённее. Это был тот матч, в котором каждая ошибка могла стоить слишком дорого.

Во втором тайме давление усилилось. Эми чувствовала это даже через объектив. Она перемещалась вдоль бровки, почти не замечая усталости. В какой-то момент Пау оказался совсем рядом, принимая мяч, и на долю секунды их взгляды встретились. Он не улыбнулся, не отвлёкся — просто посмотрел. Но этого было достаточно.

Через несколько минут момент случился.

Пау пошёл вперёд. Удар — резкий, точный. Секунда тишины, а затем стадион взорвался. Гол.

Эми сработала инстинктивно. Она поймала всё: напряжение в его лице до удара, мгновение абсолютной тишины, а затем — эмоцию, настоящую, необработанную. Команда рванула к нему, смех, крики, объятия. Пау на секунду закрыл глаза, будто позволяя себе выдохнуть.

Она знала — этот кадр будет особенным.

Финальный свисток прозвучал громко, почти резко. Победа. Не лёгкая, не случайная — выстраданная. Эми опустила камеру только тогда, когда игроки начали благодарить трибуны. Сердце всё ещё билось быстро, но теперь в этом ритме было удовлетворение.

В подтрибунном помещении было шумно и тесно. Эми отступила чуть в сторону, проверяя фотографии. Руки слегка дрожали — от усталости и адреналина.

— Ты это поймала? — спросил Педри, проходя мимо.

— Да, — кивнула она. — Всё.

Он улыбнулся и поднял большой палец.

В автобусе было громко. Смех, музыка, обрывки разговоров. Победы всегда возвращались именно так — живыми и шумными. Эми села у окна, прижав камеру к себе, и позволила себе просто смотреть на дорогу.

Пау подсел рядом спустя несколько минут.

— Ты не ответила, — сказал он негромко, без упрёка.

— Я хотела сначала доснять матч, — честно ответила она.

Он кивнул.

— Я не тороплю.

Некоторое время они ехали молча. Огни города медленно растворялись за окном.

— Я просто хотел сказать... — начал Пау и на секунду замолчал. — Сегодня, когда ты была на трибуне, я знал, что ты всё видишь. И мне было спокойнее.

Эми повернулась к нему.

— Ты сыграл отлично, — сказала она тихо. — Это было видно не только на табло.

Он улыбнулся — устало, но тепло.

Когда автобус остановился у базы, команда начала выходить. Шум постепенно стихал. Эми поднялась, закинув сумку на плечо.

Пау задержался рядом.

— Не потеряйся, — повторил он, уже почти шёпотом.

Она кивнула.

Сегодня действительно изменился не только счёт на табло.
Изменилось расстояние между ними — стало чуть меньше.

Эми вышла из автобуса одной из последних. Ночной воздух был прохладным, и после шума салона тишина базы ощущалась особенно отчётливо. Игроки расходились небольшими группами, кто-то смеялся, кто-то говорил по телефону, обсуждая матч. Победа ещё жила в движениях, в голосах, в расслабленных плечах.

Эми остановилась у входа, поправляя ремень сумки. Камера приятно оттягивала плечо — напоминание о проделанной работе. Она уже собиралась пойти дальше, когда почувствовала, что рядом кто-то замедлил шаг.

Пау.

— Ты всегда так смотришь после матчей, — сказал он тихо. — Будто всё ещё там.

— Иногда так и есть, — ответила Эми. — Некоторые моменты остаются внутри дольше, чем кадры.

Он кивнул, понимая. Несколько секунд они просто стояли рядом, слушая, как закрываются двери автобуса и стихает шум.

— Спасибо, что осталась, — добавил он. — Не потерялась.

Эми улыбнулась краем губ.

— Я же обещала... хотя и молча.

Он тихо усмехнулся, и в этом жесте не было напряжения — только тепло и облегчение.

— Спокойной ночи, Эми.

— Спокойной, Пау.

Она пошла первой, не оборачиваясь, но ощущая его взгляд спиной. И только когда оказалась в коридоре, позволила себе выдохнуть глубже обычного. Внутри не было ни тревоги, ни спешки — лишь тихое чувство, что всё движется именно так, как должно.

Эта ночь не принесла громких слов.
Зато принесла уверенность, что некоторые связи рождаются не из признаний, а из умения остаться рядом — вовремя и по-настоящему.

Спасибо огромное всем кто читает, очень приятно и я благодарна))

На меня внезапно нахлынуло вдохновение я прямо много пишу, спасибо всем большое, всех люблю))🫶🏻❤️‍🔥