17
Юля
Ещё никогда я не испытывала таких противоречивых чувств. Я хотела близости с Даниилом Милохиным и… боялась её. Я боялась влюбиться. Боялась потерять голову, раствориться без остатка в этом шикарном, сексапильном мужчине.
Сейчас я понимала, что начиная с самой первой встречи, друг о друге у нас сложилось не самое благоприятное впечатление. Он принял меня за шлюшку-секретаршу, раздвигающую ножки перед боссом, неважно каким. Я приняла его за мужчину, которого интересует только удовлетворение его сексуального голода.
Нет, безусловно, это нормально. Странно было, если бы он, глядя на красивую девушку не подумал ни о чём таком и не возбудился бы, трогая её тело. Это означало бы, что он гей. Нет, с этим у босса был полный порядок. Он хотел меня трахнуть, без всяких сомнений, но… остановился. И защитил меня от того мерзкого мужчины.
Если ему было плевать, если он был просто озабоченным засранцем, он не кинулся бы меня защищать. И всё-таки он кое-что смыслил в деле своего отца. Ладно, признаю, что он совершенно неожиданно для меня оказался умным, сведущим в бухгалтерском учёте. Это сразу стало понятно, как только я заняла прежнюю должность и начала больше времени проводить за работой, привычной для меня.
Его замечания, брошенные вскользь, выдавали в нём цепкий ум и знание тонкостей. Я вздохнула…
Даниил Милохин стремительно набирал очки в моих глазах. И как остановить резкий взлёт его акций на рынке наших отношений я не знала.
Как и не знала, что мне делать с моей тягой к Роджеру. К тому самому парню, о котором я не знала ничего. Но к которому меня влекло с безумной силой. Мы переписывались утром и вечером. В рабочее время я прятала телефон как можно дальше, чтобы не поддаваться соблазну. Я пыталась отрезвить себя.
Юля, это ненормально… Таять от простых букв на экране, даже не слыша его голоса при этом. Роджер написал, что мы созвонимся, как только я этого захочу. Я страстно хотела услышать вживую его голос и… боялась. Я боялась, что он окажется не таким, каким я его уже успела нарисовать в своих фантазиях, от которых в считаные секунды намокали трусики и низ живота сводило судорогой наслаждения. Всего парой предложений он заставлял меня испытывать сильнейшее возбуждение… Я не знала, что с этим делать. Меня влекло к двум совершенно разным парням с дикой силой. И ни один из них не мог дать мне того, что я хочу. Кроме секса, разумеется. Никто не хотел подставить ладони и согреть в них своё сердце. Я уже начинала думать, что любовь выдумали фанатики, такие как свидетели Иеговы.
Те вруны нарочно придумали, якобы любовь существует и старательно пытаются убедить в этом всех остальных. А мы, простые смертные, следуем дорогой этой лжи, обманывая самих себя. Может, есть только секс, химия между телами и больше ничего?..
Но любил же мой папа маму и до сих пор тосковал, сидя в саду на старых качелях, которые он установил специально для неё. И хранил её любимую шляпу, изредка касаясь широких полей… Ох, всё это было так сложно и день ото дня становилось всё запутаннее…
А тут ещё эта поездка в Волгоград с Милохиным. Мы будем наедине на протяжении такого большого количества времени!.. Боже дай мне сил удержаться от соблазна…
В назначенный день я уже сидела в коридоре своей квартиры, сжимая ручку чемодана побелевшими пальцами. Я не волновалась так сильно с тех самых пор, когда уезжала учиться и жить в Москву. Раздался телефонный звонок.
– Вы готовы, Юлия? – услышала я волнующий баритон Дани.
– Готова. Мой голос звучал уверенно, но сама я не чувствовала в себе ни капли той уверенности.
– Номер квартиры?
-Что?..
– Назовите номер своей квартиры. Я поднимусь и помогу вам спустить чемоданы. По моему опыту, девушки не путешествуют налегке.
– Триста восемнадцать. Так, Юля, соберись. Это всего лишь рабочая деловая поездка, подумай о дне рождении своего любимого папы!.. Не время предаваться грёзам непонятно о чём. В дверь постучали. Это был Даня. Чертовски горячий в чёрной рубашке и светлых порванных джинсах. Очки-авиторы на пол-лица, брутальная щетина и взлохмаченные волосы.
Держись, Юля, это всего лишь твой босс!.. И у вас нормальные деловые отношения.
– Давайте это сюда, Юля. Даня подхватил два чемодана и начал спускаться по лестнице. Я закрыла квартиру и пошла за ним. На улице нас дожидалось такси.
– Едем, – небрежно бросил водителю Даня. Автомобиль тронулся, увозя нас в аэропорт.
–Выглядите бледной, Юлия. У вас хорошее самочувствие? – Да, босс…
– Я могу попросить вас называть меня просто Даня? Без чопорного обращения? Хотя бы тогда, когда мы не на работе?.. Разумеется, как только мы коснёмся рабочей области, не стоит обращаться ко мне по имени. Но сейчас…
– Хорошо, Даня. Даня. Чёрт… Мне нравилось его имя. И меня очень волновал аромат его туалетной воды, который я чувствовала.
– Как будет проходить наша поездка, Даня?
– Беспокоитесь, что опоздаете к юбилею отца?.. Не стоит. Даня улыбнулся, повернувшись ко мне. Больше всего я хотела бы сейчас увидеть его потрясающе зелёные глаза, понять, с каким выражением он на меня смотрит. Но вместо этого в чёрных линзах его очков я видела только саму себя. И ничего больше. Мне показалось, что это какая-то игра. И ставка в ней – я. Даня будто нарочно отгородился от меня своими очками.
– Как я уже говорил, сначала доставим вас в целости и сохранности к вашему папаше. Проведите с ним столько времени, сколько потребуется.
– Спасибо, Даня… Но лучше не произносить эту фразу при моём отце. Тогда он точно меня никогда не отпустит!.. Лучше сразу оговорите нужный срок. Даня улыбнулся:
– Как давно вы не были дома, Юлия?
Я задумалась:
– Больше года. Последний раз я приезжала к отцу полтора года назад, на Рождество. Я произнесла эту фразу вслух и ужаснулась… Как давно это было! Неудивительно, что мой папа в последнее время созванивался со мной всё чаще. Я почувствовала себя неблагодарной и плохой дочерью. Отвернувшись в стекло автомобиля, я всхлипнула и попыталась украдкой вытереть набежавшие слёзы.
– В чём дело, Юля? – раздался голос Дани совсем рядом. Аромат его туалетной воды окутал меня с головы до ног.
– Ничего не случилось, Даня. Минутная слабость.
– Так не пойдёт, Юля. Мы с вами устанавливали доверительные отношения не для того, чтобы портить их в настоящее время. Поездка получится отвратительной, если мы будем сидеть по разным углам и отмалчиваться. Даня настойчиво развернул меня за плечи и всунул в руки носовой платок. Я всхлипнула ещё сильнее.
– Так. Живо говорите, в чём дело? Есть причина, по которой вы не можете лететь в Волгоград?
– Нет… Всё нормально. Правда-правда, – заверила я Дане, чувствуя себя маленькой девочкой.
– Не похоже, что всё нормально.
– Просто я поняла, что так давно не была у своей семьи в гостях… И мне стало жутко стыдно. Я плохая дочь. Я пыталась отдышаться и не лить слёзы, промачивала намокшие ресницы платком, радуясь, что не накрасила ресницы тушью.
Даня отобрал у меня платок и скомандовал:
– Закройте глаза, Юлия. Так как вы это делаете, вы только разотрёте свои глаза ещё больше. Я подчинилась его приказному тону и послушно выполнила всё, о чём он меня попросил. Тотчас же мягкая ткань коснулась моего лица, аккуратно впитывая слёзы.
– Вот так гораздо лучше. А теперь выпейте вот это. Даня всунул мне в руки бутылку минеральной воды без газа. Даня достал эту бутылку из небольшой сумки.
– Выпейте и успокойтесь. Не надо укорять себя и вешать ярлыки. Вы же не просто так просаживали свою жизнь всё это время? Вы пытались добиться успеха и устроиться в этой жизни самостоятельно. Так?.. Я согласно закивала.
– Тогда вашему отцу можно за вас гордиться. У вас это уже получается. Так что оставьте слёзы на потом. Будете плакать от счастья, когда сожмёте в объятиях своего отца.
Мне значительно полегчало. И я была благодарна Дане за внимание и трепетную заботу. Я и не знала, что он бывает таким. Похоже, что поездка будет полна сюрпризов.
Как думаете что будет в этой поездке?