Loading...

Весь состав семьи Кан смотрел на Чимина так, словно он был диковинным зверьком из дальних краёв, случайно забредшим в их зоопарк. Они не ждали его здесь, но он оказался перед ними. А сам Чимин вёл себя как застигнутое врасплох животное: замер на месте и отчаянно желал притвориться мёртвым.

Как только у него появился шанс сбежать от обязательств, он сделал это без раздумий. И так уже вышло, что обязательства сообщать невесте и её семье о том, что помолвка расторгнута, он тоже избежал, предоставив это отцу.

Он не видел господина Кана с женой и его детьми почти три месяца, и встретить их сейчас после всего того, что было, оказалось... неприятно.

— Чимин, — Суён повторила его имя с ещё большим восторгом, уже не сомневаясь, что это действительно он, и искренне радуясь встрече. — Как здорово, что мы встретились...

— И правда, — по голосу господина Кана не было понятно, говорит он всерьёз или это сарказм. — Ты избегал всех семейных ужинов, официальных встреч и разговоров, но судьба свела нас — подумать только! — в зоопарке.

Всё-таки сарказм.

Обычно расслабленный и уверенный Чимин заметно напрягся: его плечи чуть вздрогнули, а джинсовая куртка натянулась на застывших мышцах. Он пытался заставить себя не смотреть на этих людей, но они были прямо перед ним, и отворачиваться казалось слишком невежливым даже для такого грубияна, как он.

— Вижу, ты здесь не один, — госпожа Ким, как и прежде, была лишена тактичности и мягкости, а её взгляд, скользивший с лица Чимина на его спутницу и опускавшийся вниз, вплоть до протеза, оставался жёстким и осуждающим.

— Здравствуйте, — Йечжан додумалась поклониться, одновременно отступая в сторону, чтобы не мешать людям, следовавшим за ней, беспрепятственно переходить из одной локации в другую.

Ей никто не ответил тем же или даже приветственным кивком. Все четверо притворились, что не услышали её.

— Ты пришёл в моё любимое место, — Суён немного улыбнулась, запрокидывая голову и глядя на брата с нескрываемым восторгом. — Суджэ, он пришёл сюда!..

Йечжан слышала это имя прежде. Точнее, видела. В переписке с Чимином, который подозревал брата и сестру в шантаже.

Выходит, этот парень с фото был братом его невесты?

— С другой девушкой, — договорил Суджэ. — Он пришёл в твоё любимое место с новой подружкой.

Йечжан приоткрыла рот, испытывая острую потребность объяснить, что она не его «подружка», потому что ей совсем не хотелось ощущать на себе враждебность, исходящую от этой семьи, но Чимин разрушил её планы, вместо отрицаний сказав:

— Не то чтобы ваши родители купили Суён этот зоопарк, — его голос и взгляд похолодели до нуля градусов — настолько непривычно, что Йечжан пробрал озноб. — Или я чего-то не знаю, гендиректор Кан?

Суджэ прищурил глаза, моментально реагируя на скрытую угрозу в стальном голосе.

— Что ты можешь знать, если трусливо сбежал? — хмыкнула госпожа Ким.

— А папочка эту трусость покрывает, — добавил господин Кан.

— Прекратите, — Суён обернулась, чтобы приструнить родителей, а когда снова посмотрела на Чимина, её губы уже растянулись в извиняющейся улыбке. — Прости, мы так давно не виделись и ни о чём не спорили, что им трудно сдержаться. Может, переместимся в...

— Ты тоже прости, — Чимин неожиданно схватил Йечжан за руку, и его пальцы буквально впились в её ладонь. — У нас нет времени — другие планы. Только для двоих.

Йечжан не обязана была терпеть это и подыгрывать ему, но она хотела уйти не меньше Чимина и потому сжала его руку в ответ.

Это не скрылось от глаз Суджэ, и его прищур разбавила обида.

Чимину ничего не стоило хватать первую попавшуюся девчонку за руку, целовать, дразнить, ласкать, но семья Кан была неприкосновенна в самом ужасном смысле. Как будто он их презирал. Как будто они были ему отвратительны. Особенно Суджэ.

— Тогда в другой раз? — с надеждой спросила Суён. — Господин Пак будет счастлив, если мы как-нибудь пообедаем вместе.

— После того, как выгнал меня из дома без гроша за душой? — Чимин скрипнул зубами. — Очень сомневаюсь.

В чём он был уверен, так это в том, что без подстрекательства госпожи Ким через господина Кана его отец не решился бы так жёстко действовать с сыном. Он бы злился и психовал, но не вышвырнул бы его из дома за отказ жениться, потому что Чимин был и оставался единственным преемником и следующим на пост главы Jim.

Если только проклятый Суджэ не намеревался лишить его не только гордости, но и его законного места.

— В любом случае, — Суён по-прежнему ему улыбалась. — Давай ещё как-нибудь встретимся, ладно?

Чимин коротко кивнул, отвечая на заданный вопрос и вместе с тем прощаясь со всеми, кого так не хотел видеть, прежде чем устремиться к центру парковой дорожки.

Из-за скреплённых рук Йечжан была вынуждена пойти за ним.

Он сдерживал свой темп ради неё, хотя в глубине души хотел сорваться на бег и как можно быстрее скрыться в толпе — только вдали от этой семейки он мог бы наконец спокойно выдохнуть.

— Я ошибался, — забормотал он, вынуждая Йечжан наклоняться ближе, чтобы хоть что-то слышать. — Думал, что Суён возненавидит меня настолько, чтобы при встрече хотеть не просто шантажировать, а разорвать меня в клочья. Но она всё ещё из тех, кто убивает добротой...

И из-за этого Чимину хотелось вести себя ещё хуже, ещё резче, грубее, невоспитаннее, как он делал это со всеми бабочками-однодневками, до которых с первого раза не доходило, что всё кончено.

От злости его шаги становились шире и быстрее, и Йечжан приходилось чаще наступать на протез, чтобы не отстать. Такими темпами и новая подкладка натёрла бы.

— Чимин, — как упрямый ослик, она остановилась посреди дороги и потянула его назад. — Чимин, не беги, пожалуйста.

У них обоих дыхание уже было немного учащённым, но только сейчас он заметил красные пятна на щеках Йечжан.

Она так сильно запыхалась?..

— Не бегу, — он тоже остановился, приподнимаясь на носочках на пару коротких мгновений и поглядывая в ту сторону, из которой они пришли.

Он знал, что никто за ним не гонится, но эта смесь эмоций — концентрированное удивление, страх перед прошлой жизнью и неловкость — вызывала у него лихорадку.

— Ты в порядке? — спросил он Йечжан, расслабляя свои пальцы и пробегаясь ими вверх по её руке, чтобы смахнуть с плеча спутавшиеся от быстрой ходьбы и ветра волосы.

— Да-да, — она закивала. — Я в порядке. А ты?

Чимин колебался с ответом, так и не разобравшись, что именно чувствует после этой встречи. Всего секунду назад он был зол, а теперь вдруг пришло опустошение.

Он встретил свою бывшую невесту и бывшего лучшего друга, и он представить себе не мог, что будет чувствовать себя так некомфортно.

— Не знаю, — ответил он. — Кажется, меня немного... встряхнули. Да, здорово так встряхнули.

— Понимаю. Я тоже чувствовала бы себя «встряхнутой», если бы одновременно встретила причину, по которой ходила в этот зоопарк уже миллионы раз, и причину, по которой меня шантажируют...

Йечжан вовсе не ревновала. Тут не к кому было ревновать, а в первую очередь некого.

Подумаешь, его бывшие. У Йечжан тоже один был, и с ним Чимин каждый день обедал и играл в футбол.

— Там было противостояние миров, но всё, что тебя волнует, — тот факт, что я ходил сюда с Суён и целовался с Суджэ?

— Волнует?! — Йечжан подбоченилась, собираясь защищаться. — С чего это должно меня волновать? Мне на такое всё равно. Ты много куда и с кем ходил и много кого целовал...

У Чимина вырвался раздосадованный стон.

— Сколько раз говорить, что в случае с Суджэ он меня поцеловал, а не я его? — по лицу Йечжан было понятно, что она не видит разницы. — С девушками мне всё равно, кто сделал первый шаг, но Суджэ — не просто какой-то парень с вечеринки, если ты этого не поняла. Он — друг моего отца, брат моей бывшей девушки и гендиректор сети отелей моей семьи. И он меня поцеловал, невзирая на работу, помолвку и мои чувства.

— Я поняла это, Чимин, — рука Йечжан легла на его плечо, которое всё ещё подрагивало от переполнявших его эмоций. — Но теперь это позади, верно? Вы встретились и разошлись, и ничего страшного не случилось в процессе.

Чимин не был так уверен. Господин Кан вряд ли сможет удержать язык за зубами и не разболтать отцу о том, что видел его сына на свидании. И не просто с девушкой, а с девушкой с инвалидностью.

— Пойдём, — Йечжан подтолкнула его вперёд. — Посмотрим на твоих бабочек. Они тоже сидят по террариумам?

— Нет, они свободно летают по всей теплице.

Сравнительно свободно, если учитывать, что реальный мир всегда остаётся за стеной.

⚽⚽⚽

От тёплого спёртого воздуха, что разгоняли горячие вентиляторы в углах помещения, волосы на затылке Йечжан стали мокрыми и липли к шее. Минимум раз в минуту она скручивала их в пучок на макушке, свободной рукой махая перед лицом, а тогда они вновь рассыпались по её плечам из-за отсутствия крабика или резинки.

— Эта выглядит обычной и непримечательной, пока складывает крылья, — Чимин легонько поддел восседающую на кусочке ананаса бабочку, стараясь заставить её упорхнуть и по ходу показать в данный момент скрытый красивый окрас, но она, привыкшая к повышенному вниманию, не собиралась никуда двигаться. — Но вообще это голубой морфо.

Чимин ткнул её пальцем снова.

— Может, не стоит? — спросила Йечжан, всерьёз волнуясь о том, что это милое безобидное существо укусит его.

— Стоит, — он вновь поддел бабочку, и в этот раз она не выдержала такой наглости и взлетела.

Её крылья затрепетали в воздухе, и в течение целых трёх секунд Йечжан могла наблюдать мерцающую голубизну с чёрным ободком. А тогда бабочка села на широкий лист какого-то тропического растения неподалёку от тарелки с ананасом и вновь притворилась обыкновенной.

— Очень красивая, — сказала Йечжан, опуская взгляд на свои ноги, чтобы не споткнуться на дорожке, выложенной из камней. — Но для меня загадка, откуда у них есть силы есть и даже летать в такой жаре...

Она опять помахала рукой перед своим лицом, стараясь не думать о том, что от её кушона уже и следа не осталось, потому что он весь потёк.

— Хочешь немного охладиться? — предложил Чимин.

Если это означало, что они выйдут на улицу и найдут какое-нибудь затенённое место, Йечжан была двумя руками и полутора ногами за.

— Ещё бы!

— Идём, — он взял её под руку, аккуратно спуская с крутого подъёма.

— Туда? — Йечжан указала на предыдущий зал, где не было бабочек, но по дорожкам расхаживали птицы, а в искусственной реке плавали огромные карпы кои. — Разве нам не вперёд?..

Чимин продолжал вести её в противоположную сторону от выхода.

— Пока нет, — сказал он, придерживая плотную силиконовую шторку, чтобы впустить её в предыдущий зал.

Сразу после улицы он казался жарким, но в сравнении с садом бабочек был немного прохладнее.

— Тут есть, где сесть, — аргументировал Чимин свой выбор, ведя Йечжан через деревянный мостик вглубь тропиков прямо к припрятанной за густыми зарослями беседке с деревянными стульями, напоминающими половинку кокоса-переростка из доисторического периода.

Йечжан села на тот, что стоял дальше от тропинки, обнаруживая, что сидя у неё лучше получается наслаждаться красотой вокруг, и уставшие от ходьбы ноги ноют не так сильно.

— Сиди здесь, — приказал Чимин, сам пробираясь обратно к тропинке.

— А ты куда?

— За мороженым, — ответил он как что-то само собой разумеющееся, о чём Йечжан и сама должна была догадаться.

Пока они ходили по теплице, Чимин не упускал возможности отвлечь себя и её от мыслей о той встрече, без конца болтая о животных, птицах, бабочках. Он хотел вернуть их хорошее настроение и шуточный флирт. Так старался, что ещё несколько раз называл её мошкой, утверждая, что это его авторское уменьшительно-ласкательное и что он продолжит так звать её в университете.

«Сион оценит», — с самой глупой усмешкой, которую Йечжан когда-либо видела, сказал он.

У неё же это вызывало только преувеличенно тяжёлые вздохи.

Ну какая она мошка? Как он может продолжать шутить об этом, когда у него на лице всё написано?

Встреча со старыми знакомыми его не просто встряхнула, а выпотрошила. Он оказался к ней не готов, так же, как и к совершенно разному отношению Суён, Суджэ и их родителей.

Возможно, он подумывал обсудить это, но по факту ему не нужно было ничего объяснять Йечжан — она всё понимала. Она чувствовала бы себя так же, если бы нечаянно где-нибудь столкнулась с Гаоном, Юон и их родителями.

— Твоё охлаждение уже здесь, — голос Чимина раздался откуда-то снизу, и Йечжан, превозмогая усталость, приподнялась со своего места, чтобы взглянуть на тропинку вдоль реки, по которой он шагал.

В правой руке у него был разноцветный рожок со вкусом бабл-гам, а в левой — стакан замороженной колы.

— Чур, мне рожок, — сказала Йечжан, протягивая руки в его сторону ещё до того, как он ступил на деревянный пол беседки.

— Так и знал, что ты его захочешь, — сказал Чимин, гипнотизируя мороженое взглядом перед тем, как отдать хрустящий вафельный стаканчик Йечжан, а самому присосаться к трубочке с ледяным напитком.

— Я и лёд из колы хочу, — предупредила она, слизывая закрученный кончик рожка языком. — Так что оставь и мне.

Вокруг было тихо, не считая приглушённого гудения вентиляторов и доносящегося с разных сторон щебетания птиц. Ни один посетитель не прошёл мимо беседки, пока они ели, выглядывая оранжевые и белые спины карпов, проплывающих под мостом туда-обратно. Казалось, в этом саду они были только вдвоём и никто не мог их подслушать или подглядеть за ними за исключением пары уток, чистящих пёрышки в кустах.

— Так с каких пор тебе нравятся бабочки?

— Мне? — Чимин разжал губы на вопросе, и кристаллики тёмно-коричневого льда поползли по трубочке обратно в стакан. — С чего ты взяла, что мне нравятся бабочки?

— Ты ведь хотел сюда прийти, — напомнила Йечжан.

— Потому что я думал, что они могут понравиться тебе. Как и сам зоопарк в целом. Казалось, ты нигде не была со своего переезда в Сеул.

Познакомить её с этим прекрасным городом было задачей Гаона, но он просрочил это дело на несколько месяцев вместе с настроением на подобные свидания. Йечжан думала, что его гадкое поведение отобьёт у неё желание когда-либо снова гулять так с кем-то, но Чимин был исключением.

Он был ходячим исключением среди хамов, оказавшись белым и пушистым при правильном подходе, исключением среди плейбоев, отказавшись соблазнять девушек в его вкусе, чтобы присмотреть за Йечжан на вечеринках, исключением из богачей, выскребая из кошелька последнюю мелочь, чтобы купить им мороженое, и исключением среди друзей. Потому что дружеские отношения обычно не выходят за рамки флирта, а Чимин вышел, и теперь Йечжан ловила себя на том, что поглядывала не просто на его лицо, а именно на его губы — пухлые и немного вытянутые после недавних бормотаний.

Другим было так легко поцеловать его — с согласием и без, — а Йечжан чувствовала себя полной дурой, когда просто думала об этом.

— Неправда, я была, — возразила она. — В боулинге, деревне Гонджу и в нескольких крутых клубах... Кстати насчёт последнего, ты ещё не смотрел ближайшие вечеринки?

Вся почта Чимина была завалена инсайдерской информацией, предложениями и приглашениями, но он игнорировал возможные варианты, потому что не был уверен, что хочет идти туда с Йечжан.

Зачем? Чтобы помогать ей искать подходящего парня? Чтобы волноваться, что она уйдёт с кем-то не тем? Чтобы волноваться, что она просто уйдёт? Без него. И что будет стонать для кого-то другого, такая наивная, честная, открытая, и этот кто-то будет пользоваться ею всю ночь, а может и дольше.

— Теперь тебе нравится атмосфера или ты всё ещё надеешься, что подцепишь там кого-нибудь? А может и что-нибудь, потому что не все носят с собой справки от врача, знаешь ли...

Он и раньше был скептиком, в упор не видя своего поведения и своих причин для походов на вечеринки, но его попытки её отговорить сейчас были просто смешными.

— Что это? — спросила Йечжан с подозрением. — Ты всё ещё не веришь, что у меня выйдет познакомиться с горячим парнем на вечеринке? Или в то, что у меня дойдёт до чего-то с кем-то без опыта секса с инвалидом?

Это было некрасиво — упоминать Суён в такой момент, но она не успела вовремя остановиться и промолчать.

— Вовсе нет, я просто... — Чимин набрал щёки воздуха, выдыхая медленно, на протяжении нескольких секунд, пока думал, как бы деликатнее ей донести свою точку зрения. — Искренне не понимаю, зачем тебе искать этого горячего парня? Не лучше ли взять паузу, чтобы разобраться со всем после...

Йечжан ждала от него чего-то подобного.

— После Гаона? — договорила она за него, в гневе размахивая рукой с рожком. — Ты сейчас строишь из себя заботливого друга и говоришь, что мне положено страдать в своей комнате, а не трахаться со всякими?

Это не то, что Чимин пытался ей сказать.

— При чём здесь вообще Гаон? — спросил он, с опаской поглядывая на мороженое, голубые и розовые капельки с которого стекали к краю стаканчика, планируя вот-вот сорваться. — Я имел в виду нас. Неужели тебе не нужна короткая пауза из-за нас? Это так... так легко для тебя?

Первая разноцветная капелька приземлилась на деревянную половицу, но вторая капнула на обнажённое из-за задравшегося платья бедро Йечжан. А за ней следом ещё две.

Чимин был готов поклясться, что расслышал капанье и даже тихий стон Йечжан, вызванный то ли холодом, то ли его словами.

— Л-легко? — мурашки забегали у неё под воротом.

Она должна была ему напомнить, что он здесь сердцеед — беззаботный, опытный, не щадящий чужих чувств знаток секс-игрушек, завсегдатай секс-вечеринок и тот, кому легко довести Йечжан до оргазма, а потом вести себя как ни в чём не бывало?

— Это мне-то легко? — переспросила она. — Мне?

У неё не было подготовленной заранее гневной тирады, но она уже начинала вырисовываться у неё в голове, когда Чимин вдруг соскользнул со стула и его холодные после стакана ладони накрыли её колени. Он слегка опирался на них, пока опускался перед ней, нырял головой едва ли не под подол платья и проводил кончиком языка по разгорячённой коже.

Мурашки покрыли не только спину Йечжан, но и ноги. Она чувствовала щекотание под подкладкой и в тех местах, которых априори не могла чувствовать. А язык Чимина слизывал мороженое и солоноватый привкус с шелковистой кожи, и его голова поднималась, задирая платье ещё выше.

— Что... ты... — Йечжан мучительно сглатывала после каждого слова, всерьёз беспокоясь о невозможности нормально дышать и соображать, пока его голова была там. — Делаешь... Чимин?

Его губы не обделяли ни миллиметра мягкой кожи, и как только платье ещё чуть-чуть приподнималось, он целовал справа налево, двигаясь к внутренней части бедра.

— Ты ещё не поняла? — он спрашивал полушёпотом между десятками и сотнями поцелуев, щекоча её тёплым дыханием. — Показываю, как трудно мне.

Он немного надавил на её колени, раздвигая их в стороны, а добившись желаемого, скомкал в ладонях мягкий подол. Йечжан даже не поняла, как это произошло, просто почувствовала, что теперь он целует её через тонкую ткань хлопковых трусиков, и весь мир за пределами этой беседки и этого сада остановился.

Голубые и розовые капельки продолжали падать вниз, образуя липкую лужицу на деревянном полу, а Йечжан растекалась на стуле — поцелуи Чимина были слишком хороши. Они разжигали в ней желание, с которым было бессмысленно бороться.

Очередной горячий выдох Чимина прокатился шелестящим «тш-ш» на её сдавленный стон, и она прикрыла рот ладонью, слыша собственное неравномерное дыхание. То её вдохи были глубокими, а выдохи — прерывистыми, то вдохи становились короткими, а выдохи — долгими и протяжными.

Ей было ужасно жарко. Так жарко, что хотелось сорвать с себя платье, а потом и нижнее бельё; нырнуть в реку или воспарить к потолку, а может просто закончить приторной лужицей блаженства, совсем как мороженое.

Лампы, имитирующие солнце, не заставляли её таять так, как губы Чимина.

Кем была Йечжан? Где? Почему? Она не могла сосредоточиться ни на чём, кроме своего тела, которое отзывалось на каждое прикосновение, каждый поцелуй так, что вафельный стаканчик под её пальцами хрустел.

Если после этого она всё равно будет говорить, что ей нужно на вечеринку для поиска парня, Чимин заберёт все — свои и Чонгука — проводные наушники и сделает так, чтобы она сама захотела забрать свои слова обратно.