a loss.
23 сент. 2025.г.
— Джису? Что случилось? – ещё не пробудившись ото сна, я включаю ночник и сажусь в форме лотоса на двухместной кровати. Время 03:28 ночи, за окном темно, на небе стоит полная и одинокая луна. Голос у Джису дрожит, я слышу всхлипы и нервные голоса на фоне.
— Чеён..*всхлип* там! Там Санбом, он.. *всхлип* Он в реанимации!
И всё же, внезависимости от того, держу я на него обиду после нашего расставания или нет, в миг моё сердце уходит в пятки. Боязнь потерять его дважды — окатило ледяной водой, а сон пропал за мгновение, вызвав чувство тревоги и беспокойства. Я прошу подругу отправить мне геолокацию больницы и натягиваю то, что попалось под руку, бросив телефон в сторону кровати.
Сердце моё стучит так быстро и громко, будто пытается проломить ребра и выскочить из груди, пачкая серый тонкий свитер. В ушах звон, ничего кроме собственных мыслей услышать не могу, от страха кржится голова, в глазах всё двоится и мрачнеет. Руки дрожат и не слушаются, а я с трудом надеваю кроссовки и бегу в сторону больницы на всех парах. Мысли об одном и том же, а что бы не заплакать навзрыд, я повторяю всё тише и тише, что бы никто не услышал :
" Лишь бы успеть.. Я успею, ещё немного. Совсем чуть чуть."
Перед глазами его яркий облик, улыбающийся и счастливый Санбом. Такой, каким я всегда его видела. И такой,каким он дал мне его запомнить. Черта с два я дам ему умереть, ни за что. Однажды я возможно пожалею об этом, но не сейчас. Не тогда, когда он мне так нужен.
У входа в здание сидела Джису и плакала, опустившись на холодную лестницу.
— Джису! – охрипшим голосом зову её негромко, она вскакивает с места и увидев, сразу бежит в мои объятия. Сердце всё ещё быстро стучит.. и я волнуюсь, волнуюсь так, как не волновалась никогда. Подруга отстраняется и без лишних слов тащит меня в сторону входа. Я как можно быстрее иду за ней.
К Санбому нас не пустили. Просидев у дверей его палаты ещё часа два, мы наконец смогли успокоиться и поговорить о том, что с ним произошло.
— Так он ведь.. он что, не говорил тебе об этом? – удивлённо спрашивает младшая Ким,словно есть то, что является для неё нормой, а я об этом не знаю.
— О чем ты говоришь?
— У него рак головного мозга, он об этом ещё три года назад узнал..
— Три года?.. Стоп, подожди. Он знал это ещё до того, как мы с ним начали встречаться? Рак мозга? Его ещё можно вылечить? Почему он не рассказал?
Джису вздыхает, отрицательно качнув головой.
— Когда он узнал об этом, то сразу же сообщил мне и попросил держать это в тайне. Я думала, что он уже рассказал тебе об этом перед вашим разрывом. Вот же придурка кусок!
С одной стороны, понимание того, что он имеет полное право не рассказывать мне о своих болезнях отрезвляло, но с другой, я, в конце концов, была его девушкой, и раз он скрывал это от меня так долго, была ли я той, кому он мог доверять? Скорее всего.. уже нет?
— Он принимал лекарство с тех пор, но отказывался от всех видов операции и лечения, а эти таблетки ему ничем не помогали! Лишь притупляли боль и делали его слабее.. – она снова начала плакать, тихонько всхлипывая и опуская голову к коленям.
Не зная что мне следует чувствовать и что нужно ответить, я лишь обнимаю её за плечи, стараясь поддержать и быть рядом.
****
Как оказалось, он потерял сознание и перестал дышать, случился короткий инфаркт. Однако после срочной операции, главный хирург сообщил нам о том, что спасти его не удалось, опухоль в правой полушарии его мозга возрасла и стала причиной внезапной смерти во время операции.
Похороны состоялись 25-го числа того же месяца. Родители Джису приехали из Швейцарии первым рейсом, узнав о смерти сына.
День похорон, прощание и последующие несколько дней я помню смутно, лица гостей, пришедших сопроводитть его в последний путь тоже мне уже не вспомнить. Правда пустота от потери насколько яркого и близкого человека в моей жизни всё ещё так весомо ощущается, словно все мои эмоции и чувства вырвали из груди и оставили где то в прошлом. А жизнь идёт дальше, время скользит сквозь пальцы, словно золотому песку в стеклянной банке, а на руках все те же шрамы, что были так давно. Все мои привычки возвращаются вновь.
Дневник Пак Чеён, 31 октября, 2025-й год.