14💘
Утро началось иначе. Не так, как обычно. В этот раз я проснулся с лёгким ощущением... тепла. Не только из-за солнца, пробивающегося сквозь жалюзи. А из-за воспоминания.
Нил целовал меня. Я действительно целовался с Нилом. Не во сне, не в фантазии, не в те странные моменты, когда я отворачивался, чтобы не смотреть на его рот слишком долго. Нет. Это было по-настоящему. И он держал меня за руку так, будто боялся отпустить.
Мы были одни, но будто бы весь мир в тот момент замолчал. Никто не мешал. Никто не прерывал. Мы говорили глазами, не словами. И вдруг я понял, насколько невыносимо я хотел быть рядом с ним всё это время.
— Доброе утро, — голос Нила, знакомый и немного насмешливый, прервал мои мысли. Я обернулся. Он стоял в дверях моей комнаты, уже одетый, в своей обычной футболке с капюшоном и джинсах.
— Ты всегда появляешься без стука? — буркнул я, с трудом скрывая улыбку.
— У тебя не было ключа от моего сердца, и всё же ты туда вломился, — сказал он, пожимая плечами.
Я чуть не подавился воздухом.
— Господи, ты сейчас это реально сказал?
— Ага, — ответил он и подошёл ближе. — Сегодня ты идёшь со мной. Мы пропускаем лекции.
— Мы? — Я приподнял бровь.
— Ты думаешь, я позволю тебе после вчерашнего снова запереться в своей башке? Нет уж. Ты идёшь со мной. У нас будет... день. Настоящий. Как у нормальных людей.
Я хотел возразить. Правда. Но он уже тянул меня за руку. А мне и не хотелось спорить.
...
Утро мы провели в кофейне, в той самой, что на углу рядом с кампусом. Обычно я туда не захожу — слишком многолюдно, слишком громко, слишком всё. Но с Нилом это было иначе. Он рассказывал истории, смеялся, показывал пальцем на странных прохожих. Я не смеялся вслух — я редко это делаю, — но уголки губ предательски подрагивали.
Он флиртовал. Не навязчиво, но уверенно. Я знал его интонации уже слишком хорошо, чтобы не понимать, что он делает. Его взгляд задерживался на моей шее чуть дольше, чем нужно. Он, казалось, получал удовольствие от того, как я краснею. Потому что да — я краснел. Этот чёртов Нил Джостен.
...
Во второй половине дня мы пошли в парк. Там был фестиваль уличной еды, случайно попали. Нил схватил меня за руку, потянул в толпу. Продавцы кричали, музыка гремела, дети смеялись — ад для моего мозга. Но Нил держал мою руку.
Он купил мне сладкую лепёшку, хотя я сказал, что не голоден. Уперся, пока я не взял. Я съел половину, а он съел остальное, забрав из моих пальцев и, кажется, намеренно касаясь их губами. Опять это его флирт.
— Ты невозможный, — выдохнул я.
— И всё же ты пришёл со мной.
Он был прав. Я шёл за ним и хотел идти ещё.
...
Ближе к вечеру, когда солнце уже клонилось к закату, мы остановились у фонтана. Нил сел на бортик, закинул голову назад, закрыв глаза. Ветер трепал его волосы, и он выглядел чертовски красивым.
— Знаешь, — тихо сказал он. — Я думал, ты никогда не признаешься.
Я не отвечал сразу. Я сел рядом. Вода плескалась рядом, прохладный воздух щекотал руки.
— Я и не признался, — сказал я. — Просто... не скрыл.
Нил повернул голову. Его глаза были совсем близко. Он улыбнулся.
— Для тебя это и есть признание.
Я не знал, что сказать. И тогда он, не дожидаясь, просто наклонился и поцеловал меня.
...
— Эй, Эндрю, — его голос снова вернулся ко мне, когда мы уже шли по дорожке обратно в сторону общежития. — А как думаешь, если бы ты не выступал вчера... ты бы всё ещё молчал обо мне?
— Я не знаю, — сказал я. — Наверное, да. Или, может, взорвался бы через неделю. Или месяц. Или... если бы ты исчез — понял бы, что больше не могу без тебя.
Нил ничего не ответил. Он только пожал мою руку крепче.
...
А потом — через несколько недель. Парень. Новенький. Видимо, только перевёлся. Высокий, тёмные волосы, уверенный взгляд. Мы стояли с Нилом у одной из витрин с напитками на территории кампуса, когда этот парень подошёл ко мне. Я даже не заметил сначала, насколько он близко. Он сказал что-то — я не услышал. Я ощущал только, что он стоит буквально на сантиметр от меня. И его рука почти коснулась моей.
В следующий момент к нам подошёл Нил.
Он без слов встал рядом, обхватил меня за талию — резко, уверенно, тепло. Я вздрогнул. И в ту же секунду мои ноги будто среагировали сами. Я чуть подпрыгнул и оказался на его бёдрах. Обе ноги обвили его талию, а руки автоматически легли на его плечи.
— Т-ты ч-что делаешь?! — прошипел я, чувствуя, как лицо начинает полыхать.
Он посмотрел на того парня, не скрывая ухмылки:
— Обозначаю свою собственность.
И, как ни в чём не бывало, развернулся и понёс меня прочь.
Я слышал, как за нашей спиной кто-то охнул, кто-то прыснул со смеху, кто-то зааплодировал. Среди голосов различил Кевина:
— Что... чёрт возьми, это было?!
— Пять баксов, я говорил, они встречаются! — воскликнула Элисон.
— Чёрт, я проиграл, — пробурчал Аарон.
Но мне было всё равно. Нил нёс меня, как будто я весил воздух, и смотрел так, будто видел только меня одного.
Я закрыл глаза и тихо прошептал:
— Придурок.
Он усмехнулся:
— Твой придурок.
...
Этот день был странным. Лёгким. Смех, поцелуи, смущение, красные щеки. Но главное — он. Он был рядом. И всё остальное не имело значения.