Глава 10. 💭 ◇Конец!◇
На следующий день Джисон пришёл в университет и заметил Минхо.
— Джи! — громко окликнул его тот, радостно размахивая рукой.
Хан улыбнулся и поспешил к нему.
— Привет! Идём? — предложил он.
Минхо кивнул в ответ.
Они остановились возле аудитории. Джисон прислонился к подоконнику, а Минхо стал рядом.
— Как спалось? — поинтересовался он.
— Отлично, — ответил Джисон, светясь от радости.
— Я тоже хорошо выспался.
— Смотрите-ка, кажется, наш призрак и инопланетянин наконец-то помирились, — раздался насмешливый голос откуда-то сбоку. — Видимо, Хан сумел провести нужный ритуал.
Компания хохотнула.
— Прибереги язык, пока не оторвали, — резко отреагировал Минхо, а Джи слегка улыбнулся, посмотрев на него.
Компания удивлённо переглянулась.
— Ты что, говорить умеешь…?
— Ничего себе…
— А я думал, ты немой! — воскликнул один из студентов, явно не ожидав услышать голос Минхо.
Минхо прищурился и спокойно, но сдержанно произнёс:
— Думать – не вредно. Но лучше бы вы занялись своими делами.
Компания на секунду затихла. Джисон с трудом сдерживал смешок, наблюдая за растерянными лицами ребят.
— Ну ты даёшь, Хо, — прошептал он, слегка подтолкнув Минхо плечом. — А я уж думал, ты вечно будешь молчать.
— Просто раньше было незачем говорить, — спокойно ответил Минхо и посмотрел на Джисона. — А теперь есть.
Слова повисли в воздухе, не требуя объяснений. И снова наступила та самая тишина, но теперь она принадлежала только им двоим.
— Ну, пошли, — сказал Минхо и открыл дверь аудитории, пропуская Хана вперёд.
После занятий они вышли вместе. Осень постепенно вступала в свои права: в воздухе витал лёгкий запах опавших листьев, солнце касалось лица, оставляя короткое, но приятное тепло.
— У тебя сегодня есть время? — спросил Минхо.
— Для тебя – всегда, — ответил Джисон и усмехнулся. — Даже если я этого не показывал раньше.
— Показывал. Я просто тогда не знал, как это видеть, — ответил Хо честно.
Они свернули в сторону кофейни за углом. Маленькая, почти незаметная, она стала их небольшим убежищем от шума и взглядов. Внутри звучала тихая джазовая музыка, и никто не обращал на них внимания.
Минхо заказал им по тёплому напитку. Они сели у окна. Джисон внимательно смотрел на друга – взгляд его был спокойным, уверенным.
— Ты ведь давно это чувствовал? — тихо спросил он.
— Как ты начал разговаривать со мной, — признался Минхо. — Просто не знал, как тебе об этом сказать. И боялся, что, если скажу – всё изменится. Что потеряю тебя.
— А теперь?
— Теперь... я нашёл тебя. Настоящего. И себя – рядом с тобой. Спасибо, что вернул мне голос.
Джисон накрыл руку Минхо своей ладонью.
— Хо… ты всегда был таким молчаливым?
— Нет, — парень сделал глоток тёплого напитка. — Раньше я говорил. Много. Но потом… начал замолкать. Меня не слушали, смеялись, когда я пытался быть откровенным. Слова оборачивались против меня. Всё время. Тогда я и дал себе слово – молчать.
— Но…
— Но ты вернул мне голос, — Минхо слегка улыбнулся. — А ты давно записываешь? И зачем вообще?
— Давно, — кивнул Джисон. — Это помогает мне… сохранять спокойствие. Когда мама погибла, я начал записывать всё – моменты, голоса, мысли. Хотел запомнить всё. Глубже. Навсегда.
А друзей у меня нет – все считают меня странным.
— Но ты другой.
— Разве что в твоих глазах, Хо.
— В моих глазах ты особенный.
Джисон опустил взгляд и тихо улыбнулся.
— Спасибо, — прошептал он.
Они сидели долго. Время будто перестало существовать. Солнце уже клонилось к горизонту, а чашки были пусты.
Когда они вышли на улицу, Джисон обернулся к нему:
— Хо... Я рад, что ты снова начал говорить. Но знаешь... Даже когда ты молчал, я всё равно тебя слышал.
Минхо опустил взгляд, и на его губах появилась та самая лёгкая, редкая улыбка, от которой у Джисона ёкало сердце.
— Тогда слушай и дальше, — прошептал он. — Потому что я больше не замолчу.
И в этот момент, когда улица уже погружалась в вечернюю дымку, они просто стояли рядом. Молчали. Но слышали друг друга – ясно, как никогда.
Ветер мягко теребил полы их пальто, напоминая, что осень не ждёт. Но они не спешили. Время по-прежнему не имело значения – не здесь, не сейчас.
Джисон посмотрел на Минхо – взгляд тёплый, немного растерянный, как будто он всё ещё не до конца верил, что это на самом деле происходит.
— Знаешь, — тихо сказал он, — я всегда думал, что тишина – это одиночество. А теперь понимаю, что она может быть домом.
Минхо кивнул, будто подтверждая, что чувствует то же.
— С тобой – да, — произнёс он. — С тобой – она живая.
Они двинулись дальше, не разрывая молчания. Улицы редели, фонари зажигались один за другим, словно освещая им путь. Мир шептал, но не мешал. Осень принимала их в свои объятия, и каждый шаг звучал как обещание: теперь всё будет по-другому.
Потому что иногда, чтобы найти голос, нужно, чтобы кто-то просто услышал твою тишину.
И они шли рядом – двое, ставшие друг для друга голосом и эхом, светом и тенью. Просто были. Вместе.