СДЕЛКА (Liskook)

- Ты занимаешься сексом по переписке во время занятия? Что с тобой не так?

Он вздыхает.

- Я не занимаюсь сексом. Это она занимается.

- Гм. Давай осудим ее, да?

- Почитай мои ответы, - предлагает он. - Я ей твержу, что я занят. Не моя вина, что она не понимает намеки.

Я прокручиваю переписку и обнаруживаю, что Чонгук говорит правду. Все сообщения, что он отправил за последние полчаса, переполнены словами «занят», «занимаюсь» и «поговорим позже».

Вздохнув, я открываю клавиатуру и начинаю набивать текст. Чонгук протестует и пытается выхватить у меня телефон, но поздно. Я уже нажала кнопку «Отправить».

- Вот, - объявляю я. - Теперь она отстанет.

- Честное слово, Манобан, если ты... - Он замолкает, прочитав сообщение.

«Это репетитор Чонгука. Ты мешаешь нам. Мы скоро закончим. Не сомневаюсь, еще полчаса ты спокойно высидишь в застегнутых штанишках».

Чонгук встречается со мной взглядом и хохочет так громко, что я не выдерживаю и улыбаюсь.

- Это будет эффективнее, чем твои недоделанные «оставь меня в покое», согласен?

Он хмыкает.

- Спорить не о чем.

- Надеюсь, твоя подружка заткнется хоть на некоторое время.

- Она не моя подружка. Эту «хоккейную зайку» я подцепил в прошлом году и...

- Хоккейную зайку? - в ужасе повторяю я. - Какая же ты свинья. Вот так ты называешь женщин?

- А если женщина заинтересована только в том, чтобы переспать с хоккеистом, а потом хвастаться перед всеми подругами, что она переспала с хоккеистом? Да, мы так их и называем, - едко парирует парень. - Между прочим, в этом сценарии именно я являюсь объектом.

- Пусть тебе от этого лучше спится... - Я тянусь за буклетом. - Давай перейдем к утилитаризму. Сосредоточимся на Бентаме.

Затем я провожу контрольный опрос по тем двум философам, что мы обсуждали сегодня, и радуюсь, когда получаю от Чонгука правильные ответы, причем даже на каверзные вопросы.

Замечательно. Может, Чон Чонгук не такой уж тупица, как я думала.

К концу часа я убеждаюсь, что он не просто вызубрил материал и выдал мне заученные ответы. Он все в полной мере постиг, причем настолько глубоко, будто и в самом деле проникся этическими идеями. Жаль, что на переэкзаменовке не дается право выбора, иначе, я уверена, он блестяще сдал бы экзамен.

- Завтра приступим к постмодернизму. - Я вздыхаю. - По моему скромному мнению, это, наверное, самое запутанное учение в истории человечества. У меня репетиция до шести, а потом я свободна.

Чонгук кивает.

- А у меня тренировка до семи. Как насчет восьми?

- Меня вполне устраивает. - Я складываю учебники в сумку и иду в туалет. Когда я выхожу, то вижу, что Чонгук копается в моем айподе.

- Ты шарил в моей сумке?! - вскрикиваю я. - Неужели правда?

- Твой айпод выпал из наружного кармашка, - возражает парень. - Мне захотелось посмотреть, что у тебя на нем. - Не отводя взгляда от экрана, он начинает читать имена вслух: - Etta James, Adele, Queen, Ella Fitzgerald, Aretha, Beatles. Боже, до чего странная эклектика! - Неожиданно он озадаченно качает головой. - Слушай, а ты знаешь, что у тебя тут One Direction?

- Серьезно? - с сарказмом говорю я. - Наверное, само загрузилось.

- Кажется, ты напрочь лишилась моего уважения. А ведь ты, как-никак, учишься на музыкальном.

Я выхватываю у него айпод и прячу его в сумку.

- One Direction делает великолепные гармонии.

- Позволю себе не согласиться. - Он решительно вздергивает подбородок. - Я составлю тебе плейлист. Очевидно, тебе надо уяснить разницу между хорошей музыкой и дерьмовой.

- До завтра, - цежу я сквозь зубы.

Чонгук, захваченный своей идеей, перебирается к iMac на своем столе.

- Что ты думаешь насчет Lynyrd Skynyrd? Или тебе нравятся только те группы, где мужики выступают в одинаковых нарядах?

- Спокойной ночи, Чонгук.

Я выхожу из комнаты. Я готова рвать на себе волосы. Я не могу поверить, что согласилась целых полторы недели заниматься с ним.

Да поможет мне бог.

На следующий вечер Дженни звонит в тот момент, когда я вылетаю из музыкального корпуса после очередной катастрофической репетиции с Бэкхеном.

- Ого, - говорит она, когда слышит мой тон. - Что это с тобой?

- Бен Бэкхен, - сердито отвечаю я. - Репетиция была кошмарной.

- Он опять пытается украсть у тебя все хорошие ноты?

- Хуже. - Я слишком взбешена, чтобы пересказывать случившееся, я и не пересказываю. - Джен, мне дико хочется подкрасться к нему, когда он будет спать, и придушить подушкой. Нет, мне хочется прикончить его, когда он будет бодрствовать, чтобы он успел увидеть радость на моем лице.

Ее смех щекочет мое ухо.

- Черт. А он здорово достал тебя, да? Хочешь поговорить об этом за ужином?

- Не смогу. Я сегодня встречаюсь с Чоном. - Еще одна договоренность, которую у меня нет желания выполнять. Моя мечта - принять душ и улечься перед телевизором, но я знаю Чонгука, он станет преследовать меня и орать, если я осмелюсь отменить нашу встречу.

- До сих пор не могу поверить, что ты согласилась на эти занятия, - тянет Дженни. - Наверное, он умеет убеждать.

- Типа того, - соглашаюсь я.

Я не рассказывала Дженни о нашей сделке с Чонгуком главным образом потому, что хочу оттянуть тот момент, когда она узнает о моей одержимости Сехуном и начнет меня поддразнивать. Знаю, я не смогу вечно скрывать от нее правду - у нее наверняка возникнут вопросы, когда выяснится, что я иду на вечеринку с Чонгуком. Но к этому времени я успею придумать хороший предлог.

Есть вещи, в которых стыдно признаваться даже ближайшей подруге.

- Сколько он тебе платит? - с любопытством спрашивает она.

Я, как дура, называю первую попавшуюся сумму.

- Э, шестьдесят.

- Шестьдесят долларов в час?! Мать честная. Безумие какое-то. Тебе стоит пригласить меня в ресторан и угостить хорошим стейком, когда вы закончите.

Угостить стейком? Черт. Да такой стейк стоит моего заработка за три смены!

Вот доказательство того, что врать плохо. Вранье всегда возвращается, чтобы укусить вас за одно место.

- Обязательно, - беззаботным тоном говорю я. - Кстати, мне пора. На сегодня Трейси машину мне не дала, так что мне нужно вызвать такси. Увидимся через пару часов.

Такси довозит меня до дома Чонгука, и я договариваюсь с водителем, чтобы он заехал за мной через полтора часа. Чонгук предупредил меня, чтобы я спокойно заходила в дом, так как за ревом телевизора или стереосистемы звонок никто не слышит. Однако сейчас в доме стоит тишина.

- Чон?! - кричу я от двери.

- Я наверху, - слышится его голос.

Я поднимаюсь в его спальню. Он одет в спортивные брюки и белую майку-борцовку, которая подчеркивает красоту его идеально сформированных бицепсов и сильных предплечий. Я не могу отрицать, что его тело выглядит... притягательно. Он крупный, но не такой грузный, как футбольные полузащитники, высокий, гибкий и мускулистый. На правом предплечье я вижу татуировку: черные языки пламени тянутся к плечу, огибая бицепс.

- Привет. А где твои соседи?

- Сегодня же пятница - где, по-твоему, они могут быть? Тусуются, - мрачно отвечает парень, доставая лекции из валяющегося на полу рюкзака.

- А ты предпочел позаниматься, - замечаю я. - Даже не знаю, что лучше: восхититься твоим героизмом или пожалеть тебя?

- Манобан, я не тусуюсь во время сезона. Я уже говорил тебе об этом.

Говорил, но я ему не поверила. Как это он не тусуется каждый вечер? Я имею в виду, взгляните на этого парня. Да он прекраснее и популярнее, чем Бибер. Ну, во всяком случае, чем тот Бибер, каким он был до того, как сорвался с катушек и бросил свою обезьянку в чужой стране.

Мы устраиваемся на кровати и сразу принимаемся за работу, но каждый раз, когда Чонгук принимается читать теорию, я мысленно возвращаюсь к сегодняшней репетиции. Во мне продолжает кипеть гнев, и испорченное настроение, как ни стыдно мне признавать это, отражается на наших занятиях. Я въедливее, чем хотела бы, и страшно раздражаюсь, когда Чонгук неправильно истолковывает материал.

- Неужели так сложно? - ворчу я, когда он в третий раз не может ответить на вопрос. - Он говорит...

- Ладно, я все понял, - обрывает меня парень, досадливо хмурясь. - Незачем кидаться на меня, Манобан.

- Извини. - Я на мгновение закрываю глаза, чтобы успокоиться. - Давай перейдем к следующему философу. Вернемся к Фуко в конце.

Чонгук сурово смотрит на меня.

- Никуда мы переходить не будем. Во всяком случае, до тех пор пока ты не расскажешь, почему тебе так и хочется откусить мне голову. Что, Лапочка игнорирует тебя в квадрате?

Его сарказм только подстегивает мое раздражение.