34.
После того как мы с Даней зашли в его комнату, и он закрыл дверь, наступила какая-то странная тишина. Мы оба как бы немного замерли в ожидании, что же будет дальше. Я не могла не заметить, как он стал немного напряжённым, но в то же время его взгляд был такой привычно расслабленный, как будто ничего не случилось. Я решила нарушить это молчание.
— Что это было? — спросила я, глядя на него. Он слегка приподнял брови, будто не понял, о чём я.
— Ты про что? — ответил Даня с игривой улыбкой, на которую я сразу же не купилась. Он прекрасно знал, о чём речь, но снова пытался вести себя так, как будто я говорю о чём-то совсем другом.
Я не смогла сдержать раздражение.
— Не притворяйся дураком, Даня. Ты же знаешь, о чём я! — сказала я с лёгким упрёком в голосе. Я понимала, что он делает это нарочно, чтобы поиграть со мной, но в этот момент мне совсем не хотелось быть в роли, где я должна постоянно разгадывать его поведение.
Он посмеялся, но я заметила, как его лицо немного изменилось. Даня всегда любил в таких ситуациях включать своё чувство юмора, но мне стало ясно, что этот момент ему тоже важен, он не был равнодушным. Он ещё раз улыбнулся и продолжил притворяться, что не понимает:
— Ну серьёзно, о чём ты?
— Зачем ты ставил свою руку на мою ногу? Я же могла при всех тебя там засосать ! — вырвалось у меня. Он, конечно, знал, что я об этом говорю, но продолжал играть свою роль. Видя, как я расстраиваюсь, он вдруг подошёл ко мне. Я невольно шагнула назад и упёрлась в стол, и тут же он оказался так близко, что я могла почувствовать его тепло.
Даня поставил руки по бокам, слегка наклоняясь ко мне. Я ощутила его дыхание, и момент стал каким-то совершенно особенным. Всё вокруг стало тише, как будто только мы двое и этот момент имели значение.
— А я что виноват? — начал он тихо, почти шепотом, — Что ты такая милая, когда общаешься с моей мамой. Я что, могу устоять?
Он снова подмигнул, и его слова вызвали в моей груди странное, тёплое ощущение. Это была не просто шутка, а какой-то неуловимый комплимент, который заставил моё сердце прыгать от радости.
Я подняла взгляд и встретила его глаза, и вдруг всё стало ещё более нежным и интимным. Даня посмотрел на меня, будто пытался понять, что я сейчас чувствую, и, не отрываясь от моего взгляда, он медленно наклонился, его губы почти касались моих. Я не могла больше сопротивляться и просто закрыла глаза.
Поцелуй был мягким, но в нём было так много значений. Это был не просто поцелуй, а момент, в котором переплетались все наши чувства и переживания. Даня поцеловал меня с такой лёгкостью и теплотой, что я почувствовала, как моё сердце ускоряет свой ритм. Его губы были нежными, и этот поцелуй как бы дарил мне покой, понимание и какую-то особенную уверенность. Это было нечто большее, чем просто жест — это был момент близости, в котором не было ни слов, ни границ.
Когда мы оторвались друг от друга, я ощутила, как внутри меня что-то меняется. Он снова посмотрел на меня с тем взглядом, который я уже хорошо знала — тёплым, уверенным, наполненным чувствами. Я не могла не улыбнуться, и он ответил мне той же улыбкой. Мы стояли так несколько секунд, просто наслаждаясь моментом, и я поняла, что для нас с Даней такие маленькие, но значимые мгновения — это то, что действительно важно.
После того, как Даня поцеловал меня, атмосфера в комнате изменилась. В воздухе повисла какая-то особенная напряжённость, и я почувствовала, как его взгляд стал более серьёзным. Он смотрел на меня, как будто что-то обдумывал, а потом, не сказав ни слова, неожиданно подошёл ещё ближе и упёрся в меня, ещё больше прижимая к столу. Я не успела понять, что происходит, как он вдруг взял меня за талию и буквально поднял, аккуратно усаживая меня на стол.
Мои глаза расширились от удивления, и я, немного растерянная, тихо спросила:
— Что ты делаешь? — мой голос был почти шёпотом, отчасти потому, что я не совсем осознавала, что происходит. Даня посмотрел на меня с таким видом, будто всё, что происходило, было вполне естественно. Его лицо было близко, и его дыхание становилось всё ощутимее на моей коже.
— Просто тебе там будет удобнее, — сказал он с лёгкой улыбкой, но его взгляд был серьёзным, как будто каждое его движение было продуманным. Его руки всё ещё держали меня за талию, а его пальцы нежно скользили по моей коже, создавая ощущение тепла и близости.
Но вот что-то в его глазах изменилось, и он снова посмотрел на меня так, будто что-то хотел сказать. Он поднял руку и начал играть с моими волосами, аккуратно проскакивая пальцами между прядями, как будто наслаждаясь их мягкостью.
— Ты меня так раздражаешь, — сказал он, но в его голосе не было злости. Напротив, его слова звучали с какой-то игривой нотой, и я почувствовала, как его пальцы играют с моими волосами, то запутывая их, то легко раздевая. Он слегка наклонился ко мне, а я почувствовала, как его лицо становится всё ближе.
— Но ты такая... ахренительная, — добавил он, с заметной искренностью в голосе, но при этом всё с тем же лёгким раздражением, как будто он был одновременно очарован мной и немного уставший от этого ощущения. В его словах было нечто большее, чем просто комплимент — он говорил это с такой силой, что я почувствовала, как мои щеки вспыхнули.
Даня продолжал теребить мои волосы, его ладонь теперь мягко касалась моего затылка. Я не могла отвести взгляд от его глаз, потому что они были полны такого особенного настроения — неуверенности и уверенности одновременно, как будто он был на грани того, чтобы сказать или сделать что-то важное.
И в какой-то момент его взгляд стал настолько интенсивным, что я почувствовала, как он вдруг наклоняется ко мне. Он не спрашивал разрешения, не ждал, когда я что-то скажу — он просто поцеловал меня. Это был страстный поцелуй, наполненный всей той эмоцией, что не могла найти выхода в словах. Его губы прижались к моим, и я почувствовала, как его целеустремлённость проникает в меня. Это был не просто поцелуй — это было столкновение двух миров, которые казались такими разными, но в этот момент сливались в одну, в ту самую точку, где всё теряло значение, кроме нас двоих.
Его руки снова пробрались под футболку и стали гладить голую спину, от чего по спине прошли мурашки. А я невольно обвила его шею, ощущая, как он прижимает меня к себе. Он поцеловал меня глубже, и я почувствовала, как его эмоции переполняют меня. Он был страстным и уверенным, и в этом поцелуе было столько всего — и напряжения, и желания, и чего-то очень искреннего, что трудно было выразить словами. Всё вокруг исчезло, и мы оставались только вдвоём, поглощённые этим моментом, в котором не было ничего лишнего.
Сначала, когда Даня прижал меня к себе, его руки неожиданно скользнули вниз, ощущая мягкость моих бедер. Его пальцы крепко сжали их, но не грубо, а словно пытались запомнить каждую линию моего тела. Я, инстинктивно, провела руками по его волосам, чувствуя, как они мягкие, но в то же время жёсткие от стиля, и сжала их. Это было как подсознательное желание держать его поближе, не отпуская.
Он не отстранился, продолжая поцелуй, и я не хотела, чтобы он уходил. Всё казалось таким естественным, когда его губы, наконец, на мгновение оторвались от моих. Я почувствовала пустоту, но она быстро исчезла, когда он переместился к моей шее. Его дыхание было горячим и чуть неровным, когда он поцеловал меня в нежное место у основания шеи. Это ощущение было как нежное прикосновение, которое заставляло моё сердце биться быстрее.
Даня продолжал целовать мою шею, его губы то касались её с лёгким, почти неуловимым поцелуем, то становились более настойчивыми, чувственными, и мне казалось, что он исследует меня, находя каждую точку, которая заставляла меня дрожать. Его губы оставляли горячие следы на моей коже, и каждый новый поцелуй был как маленький шёпот, тянущий меня всё глубже в этот момент, где всё остальное исчезало.