Интерлюдия.
5 ноября, 2024.
"В любимом человеке нравится даже недостатки, а в нелюбимом раздражают даже достоинства."
— Омар Хайям.
Сегодня было особенно лень вставать, но деваться было некуда. Если не заявиться на тренировку Флик снесёт мне голову. Первым делом отключил будильник и проверил телефон на наличие каких-то смс. Было сообщение от Алекс. Она безумно надоедала и неясно с какими целями постоянно написывала мне. Чаще всего я не отвечал — не видел в этом смысла. О чем с ней говорить? Если только весь диалог выслушивать как она просит прощения и говорит, что скучает.
По быстрому выполнил все водные процедуры, собрался. В сумку собрал тренеровочную одежду, бутсы и все нужное. На первом этаже встретился с Эрикой.
— доброе утро. — она улыбнулась при виде меня.
— доброе, — ответил я, стараясь звучать как можно более непринуждённо.
Она прошла мимо оставляя приятный аромат парфюма: что-то похожее на ветивер с петалией и акигалавудой. В последнее время каждая встреча с ней превращалась в испытание. Я не знал, как себя вести — то ли игнорировать очевидное притяжение между нами, то ли...
Я не поговорил с ней как обещал. Просто глупо и безответсвенно слился, оставляя её со своими проблемами. Но я просто не нашёл нужных слов и, это было позорно. Зачем тогда я начал все это, если теперь избегаю разговора как жалкий трус.
Каждый раз, когда я видел её внутри что-то замирало. Хотелось подойти, обнять, сказать как сильно она мне нравится. Но я не мог. Неизвестно как бы отреагировали на это родители, сама дева. Может она и не горит особым желаем возводить их отношения на новый уровень.
Отец отвёз меня на тренеровку, Эрику в университет. В раздевалке уже была практически вся команда, все поздоровались со мной. Я переоделся, надел специальную обувь. Снова взял телефон в руки. Падилья отправила ещё одно сообщение.
На тренеровке я совершенно не мог сконцентрироваться. Мысли все возвращались к Эрике и Алекс. Я знал, что надо что-то делать, ведь так не может продолжаться вечность. Надо как-то отдалиться от Эрики, иначе будет хуже нам обоим.
Мяч то и дело улетел куда-то не туда, пасы неточные, а удары слабые. Я злился на себя за несобранность, но ничего поделать не мог. В голове крутился один вопрос: "Как перестать чувствовать то, что я чувствую".
— Ламин, ну что с тобой?! — крикнул тренер, когда мяч прикатился к нему под ноги. Сегодня Ханси особенно придирчив, а у меня словно назло ничего не получается. — если завтра утром будет тоже самое, я не выпущу тебя в стартовом составе.
Я молча кивнул. Отбросив все мысли, я переключился на мяч. Нельзя упустить место в завтрашнем матче, я должен выйти в основу в любом случае. Остальная тренеровка прошла получше, но не идеально.
Собиравшись домой, я все же решил. Нужно встретиться с Алекс, возможно она единственный выход из этой ситуации. Написал ей смс, и она естественно согласилась. По-другому и быть не могло.
— эй, ты в порядке? Я такого дерьмового выступления от тебя давно не видел.
— все нормально. — огрызнулся я, но он не отставал.
— слушай, я же вижу что-то случилось. Может, поговорим?
Я остановился, разворачиваясь к нему:
— Форт, ты теперь у нас штатный психолог? Может, еще сеанс терапии проведешь?
— вообще-то я просто пытаюсь помочь, — он нахмурился. — но если ты предпочитаешь страдать в одиночестве — пожалуйста.
Весь день я пытался убедить себя, что поступаю правильно. Может быть, если я хотя-бы встречусь с Алекс, пойму, что она мне небезразлична?
В кафе я пришел раньше назначенного времени. Алекс уже сидела за столиком у окна, нервно теребя салфетку. Она выглядела безупречно — темные волосы уложены волнами, макияж идеальный, облегающее светлое платье подчеркивало фигуру.
Заметив меня, она вскочила:
— Ламин! — её глаза сияли. — я так рада, что ты пришел!
— давай без этого, — я жестом остановил её порыв обнять меня. — просто поговорим.
Её улыбка померкла, но она быстро взяла себя в руки:
— конечно. Я заказала твой любимый капучино.
— Алекс, — я сел напротив, глядя ей прямо в глаза. — зачем все эти сообщения? Чего ты добиваешься?
— я... — она запнулась, затем протянула руку через стол, пытаясь коснуться моей. — я очень сожалею о том, что случилось. Это была ужасная ошибка. Я не спала ночами, думая о тебе...
"А я не спал, думая о другой", — пронеслось в голове, но я отогнал эту мысль.
— ты же знаешь, что тот парень ничего для меня не значил, — продолжала она. — это была минутная слабость. Я люблю только тебя, всегда любила...
Я смотрел на неё и вспоминал, как когда-то верил каждому её слову. Как считал, что она — та единственная. Как строил планы на будущее. Теперь все это казалось таким далеким и нереальным.
— дай мне шанс, — её голос дрогнул. — один единственный шанс доказать, что я изменилась.
В голове всплыл образ Эрики. Её улыбка, её голос, то как она закатывает глаза, когда я говорю какую-то глупость. То как она искусно спорит со мной. Как мило смущается. Я понял — вот оно решение. Противоречивые чувства к двоюродной сестре должны исчезнуть, если я сойдусь с другой.
— хорошо. — снова вырвались перед тем, как я успел их обдумать. — давай попробуем.
Девушка просияла, но я почувствовал как совершил ошибку. Огромную ошибку. Другого выхода я не видел. Нужно было избавиться от непонятных чувств и как можно скорее.
— я так счастлива! — воскликнула она. — теперь все будет по-другому. Я не подведу тебя.
Кивнул, не в силах выдавить даже банальную улыбку. Внутри все сжималось, от мысли того, что я использую Алекс для отвлечения. Это было нечестно по отношению к ней. Но ведь она тоже поступила подло один раз, поэтому можно считать 1:1.
Весь вечер я провел с Падильей. Она рассказала какие-то не слишком интересные истории, а я и не делал заинтересованный вид. Говорила без остановки, словно боясь, что если замолчит я передумаю. Я думал над реакцией Эрики, знал, что она недолюбливает Алекс.
— может поедем к тебе? — спросил девушка, когда мы вышли из кафе.
— нет. — резко ответил я. — ещё слишком рано.
На самом деле я просто не хотел показываться с ней перед Эрикой так рано. Мне нужно было время, чтобы подготовить её. Только я понятия не имел каким образом.
Вернувшись домой поздним вечером, я поднимался к себе, надеясь не встретить сестру. Мне нужно было время, чтобы собраться с мыслями и решить, как сказать ей о произошедшем. Но я знал, что каждый день промедления только усложнит без того сложную ситуацию.
Лёжа в постели я все ещё пытался убедить себя, что поступил правильно. Что это единственный способ все исправить. Почему же тогда на душе было так паршиво? Почему вместо облегчения я чувствовал только тяжесть.
Телефон завибрировал. Новое сообщение от Алекс: "спокойной ночи, любимый❤️". Отвечать не было ни малейшего желания. Экран сам по себе погас.
Больше ломать мозг не стал. Теперь точно принял окончательное решение: надо перестать контактировать с Эрикой для лучшего прогресса, и проводить с Падильей побольше времени.
9 декабря, 2024.
Сегодня за завтраком я узнал, что Эрика вернётся. Безусловно обрадовался, но показывать это не стал. Я писал ей всю эту ужасную неделю, сам не понимая зачем. Ответила она лишь один раз — второго декабря, остальные попытки поговорить с ней оставались проигнорированы.
Та неделя была отлична относительно моему плану по забыванию Эрики, ведь если не видеться с человеком на протяжении какого-то время понемногу перестаёшь испытывать чувства к нему. По крайней мере, я так думал в первый день, но потом осознал, что все стало ещё хуже. Все мысли были заняты ей, и даже Алекс не спасала. Кажется я просто помешался на ней, ведь не одна другая девчонка не лезла в голову.
Каждое прикосновение Алекс, каждый поцелуй вызывали только одно желание — отстраниться. Я ловил себя на том, что постоянно сравниваю. У Эрики другая улыбка, она по-другому смеется, её глаза... Чёрт, я даже не мог спокойно смотреть Алекс в глаза, потому что они были не того оттенка карего.
Весь день я не находил себе места. Все думал, что скоро увижусь с Эрикой, как будто мы и вовсе не виделись год.
После последнего взаимодействия Алекс и сестры, я понимал что надо поговорить со своей девушкой. Не нужно, чтобы она постоянно подливала масла в огонь, а она это очень любит по отношению к Эрике. Желательно ещё высказать ей все так, чтобы она не психанула, ведь обычно когда речь заходит об определённой персоне, так и происходит.
Падилья была у меня в комнате, она что-то рассматривала в гаджете. Откладывать разговор я не считал нужным.
— нам надо поговорить. — закрывая дверь, сказал я.
— что-то случилось? — она отложила телефон.
— Эрика возвращается домой. И я хочу, чтобы ты держалась в рамках приличия.
— опять она. — девушка поджала губы. — почему ты так печешься о ней?
— потому что она не последний человек для меня. Я не хочу, чтобы между вами были конфликты. А если не можешь быть дружелюбной — просто не общайся с ней.
— ты странно к ней относишься. Может она для тебя значит что особенное? — недовольно говорила Алекс. — ты так и не сказал мне кто она вообще такая, и что делает у тебя дома.
— ты бредишь. — я усмехнулся.
Падилья хотела возразить, но осеклась, судя по всему, не желая спорить. Я понадеялся на её благосклоность.
Эрика вернулась вечером, — это я понял по хлопку соседней двери. На душе почему-то стало легче. Хоть мы и по-прежнему не будем общаться, но я мог видеть её. Даже этого было достаточно для спокойствия.
Шейла позвала на ужин. Без раздумий я пошёл вниз. Во-первых действительно хотелось есть, но а во-вторых хотелось увидеть Эрику впервые за неделю. По сравнению с вторым фактов, первый просто терялся.
За ужином я старался не смотреть на Эрику, хотя взгляд то и дело возвращался к ней. Она сидела напротив, почти не притрагиваясь к еде. Алекс, как назло, постоянно пыталась привлечь мое внимание — то прикасалась к руке, то что-то шептала на ухо. Я едва сдерживался, чтобы не отодвинуться.
Эрика выглядела уставшей, или может просто отстраненной. Она почти не участвовала в общем разговоре, только изредка отвечала на вопросы мамы. Кейн постоянно пытался привлечь её внимание, но она лишь слабо улыбалась в ответ.
— может расскажешь, как провела время у подруги? — спросила мама.
— нормально. — коротко ответила она, не поднимая глаз от тарелки.
Я знал, что виноват в её состоянии. Это я заставил её уйти из дома, это из-за меня она чувствует себя неуютно в собственной семье. Внутри все сжималось от осознания собственной трусости и глупости.
— милый, ты какой-то задумчивый. — прошептала Алекс, снова касаясь моей руки.
— все нормально. — я мягко, но настойчиво убрал её руку.
Эрика поднялась из-за стола первой, пробормотав что-то о том, что устала. Мне хотелось пойти за ней, поговорить, объясниться. Но я остался сидеть, глядя как она уходит.