Señorita. | Ламин Ямаль

"Я не знаю, чем заканчивается любовь.
Если любовь заканчивается,
Видимо, это не она."
— Сергей Бодров.

     Первые лучи солнца едва пробивались сквозь неплотно задернутые шторы, когда пронзительный звук будильника разорвал утреннюю тишину. Эрика поморщилась, инстинктивно натягивая одеяло повыше. Рядом Ламин безмятежно спал, словно оглушительный звонок был не громче шепота. Его размеренное дыхание и полное игнорирование будильника только усиливали раздражение девушки.

    Она осмотрелась по сторонам, пытаясь определить источник звука. Телефон, судя по всему, оказался где-то на прикроватной тумбочке со стороны парня, но дотянуться до него, не потревожив Ламина, было невозможно. Каждая секунда этой какофонии отдавалась головной болью.

    С растущим раздражением девушка толкнула Ямаля локтем:
    — Ламин, — её голос звучал хрипло со сна. Никакой реакции. Она попробовала снова, уже громче: — Ламин!

    Тишина в ответ была просто возмутительной. Парень даже не шелохнулся, продолжая мирно посапывать. Это стало последней каплей.

    — Ламин, мать твою! — в её голосе прозвучали металлические нотки, от которых он наконец вздрогнул и открыл глаза. Не говоря ни слова, он потянулся к телефону и выключил будильник одним привычным движением.

    Дева резко села на кровати, чувствуя, как сон окончательно покидает её. Утренний свет теперь заливал комнату, придавая всему какой-то сюрреалистический оттенок. Она обернулась, одаривая Ламина недовольным взглядом. Парень, все еще сонный, потирал глаза, явно не понимая причину её раздражения.

    — я больше в жизни с тобой спать не лягу, — проворчала она, откидывая одеяло.
    
     — не понимаю, что не так? — Ламин приподнялся на локте, его взъерошенные со сна волосы и немного помятое лицо выглядели почти очаровательно, но девица была слишком раздражена, чтобы оценить это. — как по мне, отлично поспали.

    — у меня до сих пор в ушах звук будильника! — она встала с кровати, направляясь к двери. Утренняя прохлада заставила её поёжиться, но возвращаться за одеялом означало признать поражение.

    — ну да, получилось немного не романтично, — его голос стал мягче, игривее. — в следующий раз разбужу тебя поцелуями. — он театрально поднес ладонь к губам, посылая воздушный поцелуй в её сторону. Этот жест, такой типичный для него — наполовину искренний, наполовину шутливый — невольно вызвал у неё улыбку, которую она поспешила скрыть.

    — я не люблю, когда меня целуют с утра, — она старательно сохраняла строгое выражение лица. — перед этим надо хотя бы почистить зубы.

    — ты не можешь не любить, потому что у тебя ещё такого не было, — его фирменная самодовольная ухмылка появилась на лице, та самая, которая обычно и раздражала, и очаровывала её одновременно.

    Закатив глаза, дама повернула замок и вышла в коридор. Её сердце тут же замерло — дверь соседней комнаты была открыта, и оттуда доносились голоса Кейна и Шейлы. Паника моментально вытеснила остатки сна — они же сейчас увидят, как она выходит из комнаты брата!

    Действуя больше на инстинктах, она практически бесшумно преодолела расстояние до своей двери. Каждый шаг казался бесконечным, каждый звук — оглушительным. Наконец, оказавшись в безопасности собственной комнаты, она прислонилась к двери и выдохнула. Успела. В коридоре послышались шаги, подтверждая, что промедли она ещё секунду — и неловкой ситуации было бы не избежать.  
    
    После душа, тщательного ухода за лицом и укладки волос прошло почти час. Времени на неспешные размышления больше не было — нужно было заняться вещами в прачечной, которые она так и не закончила разбирать вчера.

    Спустившись на первый этаж, Эрика принялась складывать выглаженную одежду в чемодан, стараясь делать это максимально аккуратно, чтобы потом не пришлось всё перегладывать заново.
    
     Голос Шейлы, раздавшийся из кухни, прервал монотонную работу с вещами:
    — Эрика, милая, позови всех на завтрак!

    Девушка позвала Мунира, затем поднялась к Ламину. Сообщила ему об этом, он попросил подождать его пару минут и затем пойти вместе.
    
     Разговор за столом крутился вокруг предстоящей поездки в Джидду. Обсуждали детали перелета, планы на размещение, расписание матчей. Девушка едва вникала в разговор, механически отвечая на вопросы и кивая в нужных местах. Все её внимание было сосредоточено на часах, неумолимо приближающих момент признания.

    Наконец, когда тарелки опустели и разговор начал затихать, парень выпрямился на стуле. Дама почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее.

    — у нас есть объявление, — голос парня звучал удивительно спокойно, почти буднично. Он бросил короткий взгляд на Эрику, но она не могла заставить себя поднять глаза от скатерти. В кухне воцарилась тишина, нарушаемая только звяканьем чашки, которую Шейла медленно опустила на блюдце.
    
      В общем, мы с Эрикой вместе, — произнес Ламин тем же спокойным тоном, словно сообщал прогноз погоды, а не новость, способную перевернуть жизнь всей семьи.

    Время словно застыло. Девица физически ощущала, как секунды растягиваются в вечность. Шейла так и замерла с приоткрытым ртом, Мунир оторвался от своей тарелки, в которой до этого момента задумчиво ковырялся вилкой. Только Кейн, казалось, остался равнодушным к этому заявлению, продолжая с аппетитом уплетать завтрак.

     Дева чувствовала на себе взгляды всех присутствующих, но не могла заставить себя поднять глаза. Воздух в кухне стал густым и тяжелым, каждый вдох давался с трудом. Она машинально теребила край скатерти, пытаясь справиться с накатывающей паникой.

    — и давно? — голос Мунира прозвучал неожиданно мягко, без осуждения, которого так боялась Эрика.

    — нет, — ответил Ламин, и в его голосе промелькнула едва заметная нотка неуверенности — первый признак того, что он тоже волнуется, несмотря на внешнее спокойствие.

    — ну что же сказать... — начала Шейла, и девушка невольно затаила дыхание. — технически вы друг другу никто, а формальность это не повод. Поэтому мы рады за вас, будьте счастливы.

    Эти простые слова произвели эффект разорвавшейся бомбы в сознании дамы. Она почувствовала, как огромный груз, давивший на плечи последние дни, начинает исчезать. Неужели всё действительно может быть так просто? Она наконец осмелилась поднять взгляд и увидела улыбающееся лицо Шейлы. Мунир тоже выглядел совершенно спокойным, даже довольным. Это казалось настолько нереальным, что Эрика на мгновение усомнилась, не спит ли она.
    
    Вскоре уже приехал автобус, который забирал всю команду и их спутников. Команда на удивление радостно приветствовала девицу. Тут даже Ямаль удивился. К Алекс никто такой доброты не проявлял. При том ребята ещё были в шоке, от того что Эрика полетит с ними, ведь до этого её место занимала Падилья. Конечно, некоторые не могли опустить безобидные шутки в адрес Ламина и дамы.
   
    В аэропорту они встретились с Аннели, которая прибыла другим автобусом. Уже в самолёте развернулась настоящая битва за место рядом с девой. Ламин и Аннели, словно дети, начали спорить, кто будет сидеть с девушкой.

    — я её парень, мне полагается, — аргументировал Ямаль, скрестив руки на груди.

    — а я её лучшая подруга, и у нас куча секретов для обсуждения, — парировала Аннели, явно наслаждаясь ситуацией.

    — давайте решим это цивилизованно, — вздохнула Эрика, наблюдая за их перепалкой. — "Камень, ножницы, бумага"?

    Они сыграли под внимательными взглядами других пассажиров. Аннели победила, торжествующе показав язык Ламину.

    — может, ещё раз? — с надеждой спросил он, но блондинка уже плюхнулась на место рядом с девушкой.

    — извини, красавчик, правила есть правила, — подмигнула она.

    Во время полета Аннели жадно выпытывала подробности утреннего признания родителям. Эрика рассказывала шепотом, хотя в гуле самолета их вряд ли кто-то мог услышать.

    — и они просто... приняли это? — недоверчиво переспрашивала подруга.

— представляешь? Я сама до сих пор не верю.

    Джидда встретила их удушающей жарой. Выйдя из самолета, Эрика почувствовала, как горячий воздух буквально обжигает лёгкие. После прохладной Барселоны тридцатиградусная жара казалась настоящим испытанием.
   
    Начали заселяться в отель. Пока всех только начали распределелять, Ламин уже махая двумя карточками в руке, шёл к Эрике.
   
    — я взял нам номер на двоих. — с довольной улыбкой он крутил в руках карточки. А затем отдал одну деве, она приняла.
   
    — а меня спрашивать не надо? — возмутилась девушка.
   
    — неа.
   
    По пути к лифту Ламин с гордостью рассказывал, как очаровал администраторшу, чтобы получить один из лучших номеров:
    — Она сначала сказала, что все видовые номера заняты, но я включил своё обаяние... — он подмигнул, заходя в лифт.

    — то есть просто улыбнулся и она растаяла? — поддразнила девушка, нажимая кнопку их этажа.

    — эй, там была целая стратегия! — притворно возмутился он.
   
    Номер и вправду был с чудесным видом. Не так далеко находился стадион, на котором будут проходить матчи Суперкубка Испании. Ещё не стемнело, но Эрика представила какая красота здесь ночью.
   
    — где моё спасибо? — поставив чемоданы у входа он прошёл вдаль комнаты, остановился у панорамного окна рядом с девушкой.
   
    — спасибо, Ламин Ямаль. — повернулась к нему. Парень скривился от такого официального обращения. Затем он указал пальцем на свои губы. Улыбнувшись, девушка подошла ближе. Легко коснулась его губ своими, и отстранилась.
   
    — и это все? — разочарованно произнёс Ламин.
   
    — пока что да.
   
    Эрика легла на постель. Кровать была очень мягкой, но мысль о том что придётся делить её с ещё одним человеком расстраивала. Она бы с радостью спала тут одна.
   
    В дверь постучали, нехотя Ямаль пошёл открывать. В комнате сразу оказалась болтливая Аннели. Она удивительно осмотрела номер.
   
    — нихрена себе, нам бы такой вид. — девушка смотрела в панорамное окно. — у нас вообще непонятно что.
   
    — потому что надо не развлекаться непойми, а уговаривать сотрудников. — самодовольно ответил Ламин.
   
    — да с таким личиком как у тебя стоит только подойти, и самая лучшая комната достанется тебе.
   
    — спасибо за комплимент.
   
    Девушка фыркнула. — я вообще к Эрике пришла. Вам же на тренеровку через тридцать минут?
   
    Парень посмотрел на наручные часы:
    — нет, только через час.
   
    — вот же балбес. — пробубнила блондинка. — Эктор сказал мне, что через полчаса.
   
    — ну, видимо, он решил поскорее от тебя избавиться. — усмехнувшись сказала шатенка.
   
    — ладно, тогда я приду через тридцать минут. Пока пойду отблагодарю Форта. — с искринкой в глазах она покинула номер. Ламин покачал головой с улыбкой и прошёл к входной двери, чтобы закрыть её на замок.
   
    Затем парень распаковал чемодан, вместе того чтобы культурно повесить одежду на вешалки в шкаф, он просто побросал все на кресло. Эрика от такого даже оторвалась от ленты инстаграмма, наблюдая за этим безобразие с растущим ужасом.
   
    — повесь все в шкаф, — потребовала она тоном, не терпящим возражений.

   — я сделаю это потом, сейчас мне удобнее так, — он продолжал методично опустошать чемодан, который, казалось, был бездонным. Количество вещей уже превышало гардероб Эрики как минимум вдвое.
   
    — если ты превратишь этот номер в неясно что, я перееду от тебя в первый же день, — пригрозила она.
   
    — ну-ну, — даже не обернулся. Похоже даже не рассматривает эти слова как угрозу.
  
   Вскоре он лёг рядом. Приставать, к счастью, не стал. Эрика решила подремать. Ранний подъём до сих пор чувствовался, а сон в самолёте был сбивчивым и поверхностным.
  
   Проснулась когда уже стемнело. Из-за громкой грозы, которая, кажется, прогремела совсем рядом. Ламин все так же лежал рядом, такое ощущение как будто он никуда и не уходил.
  
   — ты был на тренеровке? — сонно спросила дева.
  
   — её отметили из-за плохой погоды. — по тону парень явно был этим доволен. — выспалась?
  
   Коротко ответив, Эрика удалилась в ванную. Нужно было как-нибудь взбодриться после сна, поэтому умылась прохладной водой. В самом деле почувствовала себя лучше. Вернувшись в комнату, сразу взялась за гаджет, на который пришло уведомление.
  
   Алекс Падилья
   — привет, Эрика.
   — слушай, прости меня, я всерьёз вела себя ужасно.
  
   Эрика перечитала сообщение несколько раз, не веря своим глазам. Каждое слово казалось нереальным, будто из параллельной вселенной. Алекс Падилья просит прощения? Та самая Алекс, которая...

    Эрика
    — привет.
    — все в порядке, я не в обиде.
    — возможно я тоже местами была жёсткой, извини.

    Она действительно не держала обиды. Всё, что произошло между ними, теперь казалось таким далеким и незначительным. Может быть, Алекс тоже это поняла?
  
   — ты не проглодалась? — она отключила телефон. Подумала. Девица не ела ничего после завтрака, но есть не хотелось.
  
   — нет. — снова легла на кровать. Желание куда-то ходить вообще нет, больше нравилось валяться и ничего не делать.
  
   — печально. Тогда я один схожу в ресторан, посижу с кем-то из команды. — поднявшись, он пошёл к своей кучи вещей, порывшись нашёл нужное. Переоделся прямо там же, ничуть не смущаясь. — не скучай, я ненадолго.
  
   — я не думала. — хмыкнула Эрика и опять углубилась в телефон.
  
   После ухода Ламина скучать долго не пришлось.
  
   Рания
   — так-так, а с каких это мы пор скрываем все от сестры?
  
   Эрика
   — ты о чем?
  
   Рания
   — а что есть большой выбор?😡
   — ты с Ламином полетели вместе с Джидду, хотя недавно не разговаривали даже. Тебе не кажется это странным?
  
   Девушка не хотела раскрывать все карты так скоро. Тем более она рассчитывала сказать это Шафике и Рании одновременно, а не по очереди. А ещё делать это без Ямаля, как-то неуважетельно, все же он тоже в этом участвует.
  
   Эрика
   — потом поговорим.
  
   Рания
   — я жду твоего звонка сегодня!!
  
   Отвечать не стала. Придётся позвонить, ведь эта мелкая не отстанет. Пока что дева решила разобрать вещи, а то придется их вновь выглаживать. Все шмотки уместились всего лишь на одну третью шкафа. А вот костюмы парня точно заполнят оставшиеся пространство. Если он, конечно, собирается их развещивать.
  
   Через примерно час он вернулся. Эрика сразу заставила его вешать свои вещи, он хоть и долго приперался, но все же стал развещивать их. Как Ламин закончил, дама сказала ему о звонке с сестрой. Безмятежно он прилёг рядом и бросил "звони". Его снисходительность порой пугала, но в то же время добавляла уверенности.
  
   Решила позвонить по видеозвоноку. Так будет удобнее, да и проще понять их эмоции. Пару секунд и Рания сразу принимает звонок. Замечает Эрику и Ямаля на экране и начинает приветственно махать в камеру.
  
   — привееет!! — задорно и громко говорит она. — я вас очень внимательно слушаю.
  
   — мама дома? Позови её тоже.
  
   — это обязательно? — обиженно произносит она и направляется к двери. — мама! Мама-а-а!! Срочно иди ко мне!
  
   Буквально через минуту прибежала Шафика с обеспокоенным видом. Заметив на экране парочку, села рядом с Ранией.
  
   — что случилось?
  
   — у них официальное объявление.
  
   — в общем, мам.. — дева тяжело вздыхает, парень поглаживает её по руку, успокаивая.
  
   — мы вместе. — продолжает он.
  
   Рания завизжала так, что Эрике пришлось отнести телефон подальше. Младшая что-то кричала, прыгала как сумасшедшая. Всё же она успокоилась, конечно, не так скоро.
  
   — а-а, точно, ты мне проиграла! — сестра указывает на Шафику, а та лишь кивает с улыбкой.
  
   — вы там вообще о чем? — непонимающе спрашивает девушка.
  
   — после твоего отъезда, мы с мамой поспорили. Она сказала типа вы сойдетесь минимум через месяц, а я сказала, что максимум через неделю!
  
   — стоп.. вы поспорили на то, как быстро мы будем вместе? — переспрашивала она, ещё переосмысливая.
  
   — боже, да! — она развела руками.
  
   Эрика перевела взгляд на Ламина. Он приподнял брови, но затем улыбнулся и рассмеялся. Ситуация абсурд. Самой хотелось рассмеяться.
  
   — и давно вы подобным занимались? — не унималась дама. Ладно Рания, но мама? Это кажется сверх странным.
  
   — давненько. — ответила Рания. — мам, ну ты хоть скажи что нибудь.
  
   — да что говорить то? По-моему и так понятно, что я рада за них.
  
   Разговор долго не продолжился. Сестра сказала, что им надо это отпраздновать и отключилась. После звонка Эрика переваривала все в голове. Все происходящее в жизни ощущалось как будто во сне.