Хрупкое счастье.

Собираюсь ехать на сеанс нанесения татуировки. А Зевс крутится у моих ног и скулит. Наверное, думает, что я его с собой возьму. И я уже об этом думаю...

– Может, взять его с собой? – спрашиваю у Джейсона.

– Ничего с ним не случится. А Эшу он будет только мешать. Это всего на четыре часа. Успокойся.

– Ладно! Макс, ну ты там долго будешь копаться? У тебя же тренировка, – уже у двери кричу Максу. – Опоздаешь ведь!

– Иду. И я уже опоздал. – Появляется Макс и на ходу обувается. – Искал кроссовки.

– Даже я быстрее, чем ты собираюсь.

Когда вышли, Макс захлопнул дверь, чтобы Зевс не убежал из дома. Я сажусь назад в джип Макса, а Джейсон сел с ним вперед. Когда отъезжали от дома, услышала приглушенный плач щенка.

– Как будто ребенка оставляю одного..., – говорю, смотря на дом.

– Джесс, уймись, – говорит Джейсон.

– Она будет сумасшедшей мамашей, – говорит Макс Джейсону.

Я переваливаюсь вперед через центральную консоль, чтобы ударить Макса, но он уворачивается, а Джейсон смеется.

– Джей, вот увидишь, – не уймется Макс. – Заделаешь ей спиногрыза, она тебя достанет!

– Макс, ты точно сейчас отгребешь от меня! – Снова пытаюсь его ударить.

– Хватит меня бить! – орет Макс.

– Успокойтесь! А то сейчас мы куда-нибудь въедем, – пытается нас урезонить Джейсон.

Остальную часть дороги проехали спокойно. Для своей безопасности Макс включил музыку погромче, и мы просто ехали, особо не разговаривая. Они что-то между собой периодически обсуждают, но, судя по их лицам, ничего серьезного. Макс постоянно барабанит по рулю в такт музыке и качает головой, а Джейсон что-то говорит ему и улыбается. У меня же так гремит музыка за спиной, что ни черта не слышу. Кажется, я буду глухая! Максу я так и не сказала про Эрику, и сейчас он выглядит вполне как обычно. Мне не хочется портить ему настроение. Думаю, ему будет тяжело узнать причину их расставания...

Макс сначала завез меня и остановился подождать Джейсона. А Джейсон пошел со мной, чтобы познакомить с Эшем:

– Эш, привет. Это моя Джесс, будь с ней аккуратен. Она маленькая неженка. – Смотрит на меня, озорно улыбаясь.

– Прекрати! – проворчала на него. – Я не неженка и вполне могу надрать тебе зад! Эш, привет.

Теперь я улыбаюсь мастеру татуировок и он спрашивает:

– Ну ладно, Джесс. Ты уже знаешь, что хочешь?

– Да. – Достаю телефон и показываю ему фотографию.

– Отлично. Перекинь мне фото.

– Ладно. Тогда я поехал, - говорит Джейсон. – Через пару часов освобожусь и заеду, чтобы подержать тебя за руку. Я же обещал.

За это я стукнула его в плечо.

– Джейсон! Это всего лишь татуировка! Если тебе было не больно, то и мне будет нормально.

– Ладно, увидимся. – Поцеловал меня и пошел на выход.

Эш продиктовал мне свой номер телефона, и я скидываю ему фотографию. Мне любопытно, что же он будет делать дальше.

– Так значит, ты та самая, кто смогла урезонить Джейсона? – спрашивает, не глядя на меня.

– Ну..., урезонить, это сильно сказано.

– Но он на тебе женится.

– Ну да. Вы давно знакомы?

Эш выглядит старше Джейсона. Ему не меньше 35 лет. А может даже больше. И мне любопытно, как они познакомились.

– Где-то четырнадцать ему было, вроде... Точно не помню.

Эш распечатывает рисунок и подходит ко мне.

– Куда бьем?

Я показываю место.

– Ясно. Ложись сюда. Ага. А теперь немного на бок.

Ложусь, как он сказал, и наблюдаю за ним. А он продолжает указывать:

– Ногу сюда...

Поза не очень удобная, – подумала я.

– Как устанешь так лежать, скажи. Сделаем перерыв. Алкоголь не пила? – Эш надевает перчатки и достает иглу из упаковки. От ее вида мне стало не по себе.

– Нет, а что? – спрашиваю у него.

– От алкоголя кровь будет сильнее идти.

У меня, наверное, округлились глаза, потому что он засмеялся и спросил:

– Боишься?

– Не знаю, а стоит?

– Обезболивающей мазью намазать? Тут будет больно. – Он тоже показывает мне на ту часть лодыжки, что и Джейсон показывал ранее. Думаю, пошли бы они оба к черту. Никакой мази! Но вместо этого говорю:

– Нет. Давай так попробуем.

Вспомнила, как Джейсон дразнил меня и думаю, все будет нормально и без мази.

– Как знаешь.

Показываю ему подробно, где и что должно находится и Эш чем-то мажет мою кожу. Потом прикладывает распечатанный рисунок ровно на то место, что я показала. Проводит рукой и потом убирает лист. На коже остался отпечаток рисунка. Один в один. Тут я убедилась в правильности выбора рисунка. Выглядит круто. Я даже забыла, как страшно выглядит игла.

– Ну, начнем. Если что-то не так, говори.

Раздался шум машинки и Эш начинает. По началу ничего особенного. Больше неприятно, чем больно. И я уже начала мысленно ругать Джейсона за то, что он меня запугивал. Но чем больше проходило времени, тем чувствительнее становилось место нанесения рисунка. Я начала чувствовать боль, схожую, как при ожоге. Морщусь, но терплю. Когда Эш закончил делать купол медузы, становится все больнее и больнее. Ощущение: что-то между ожогом и укусом осы.

– Эш, отвлеки чем-нибудь...

– Больно?

– Да.

– Давай мазью намажу? Легче станет.

– Нет. Пока не надо. Расскажи, как с Джейсоном познакомился.

Эш протирает тканью место рисунка, вытирая чернила и кровь. Потом снова подносит машинку с иглой и рассказывает:

– Я вышел из салона, а он сидел у стены весь мокрый. Позвал его внутрь. У меня были кое-какие шмотки тут. Дал ему переодеться. Он особо не разговаривал, но я поступил так, как считал правильным. Только потом узнал, что тогда произошло. В тот день он повздорил с отцом. Угнал его тачку, приехал в Лос-Анджелес. И уже тут съехал с моста в воду. Утопил машину и сам чуть не утонул. Говорит, просто хотел насолить отцу. Но хрен его знает... Так у него появилась первая татуировка. Только потом я узнал, что ему только четырнадцать лет. Выглядел он значительно старше.

– Ты сделал ему тату волны на лопатке? – спрашиваю, вспоминая этот рисунок. Мне эта татуировка всегда нравилась.

– Да. А потом он уже захотел делать татуировки в стиле «Киберпанк».

– Так вот как эти линии называются... Мне всегда казалась, что это выглядит странно.

– Это его тема... Хочешь перерыв?

– Нет. Лучше быстрее закончить.

– Больше половины уже сделал. Осталось набить самый низ.

Джейсон и Эш были правы. На тонкой коже очень больно. Я кусаю щеки, язык и губы, чтобы не зареветь. Но это очень больно!

И вот заходит Джейсон и идет к нам.

– Ну, как дела? – Наклоняется над моей ногой и смотрит на работу Эша. Эш отвечает:

– Скоро закончим.

– Детка, ты как? Больно? – спрашивает Джейсон, уже смотря мне в лицо.

– Пошел в задницу! – говорю сквозь не пролитые слезы.

– Значит, больно. Мазью мазал? – спрашивает он, смотря на Эша.

Не хочет.

– Не слушай ее.

Джейсон ушел куда-то, но тут же появляется с тюбиком. Открывает и выдавливает на кожу. Когда прохладная мазь ложится на поврежденную кожу, чувствую облегчение и даже закрываю глаза. Джейсон садится рядом, а Эш размазывает мазь по всему рисунку.

– Только не говори мне «Я же говорил», – предупреждаю Джейсона.

– Даже не думал. – Берет меня за руку и лукаво улыбается. – Слезинку вытереть надо?

– Я тебя побью, – прошептала ему.

– Ладно-ладно. – Явно веселится надо мной.

Эш продолжил, и я уже начала ненавидеть этот звук! Спрашиваю у Джейсона:

– Как тебе может нравиться эти ощущения?! Это же просто жесть какая-то!

– Я же тебе говорил.

Я только прищурила глаза и поджала губы. А он рассмеялся.

Еще полчаса моих мучений и наконец-то Эш обматывает пленкой мою ногу и говорит Джейсону:

– Как ухаживать за татуировкой расскажешь ей сам.

– Да. Конечно.

Джейсон отдал деньги Эшу за работу. Потом мы вышли на улицу, и Джейсон говорит:

– Макс уже скоро подъедет.

Пока стоим, я постоянно посматриваю на рисунок, кожа болит, но мне все равно очень нравится. Эш, знаток своего дела, в точности повторил то, что я хотела.

– Нравится? – спрашивает Джейсон, смотря на мою ногу.

– Круто. Лучше, чем шрамы.

– Только по этой причине я разрешил тебе сделать татуировку.

– Будто мне нужно твое разрешение. Захочу и еще сделаю.

– У тебя красивое тело и татуировки только портят тебя.

– Ты сейчас понимаешь, что делаешь? Ты поддеваешь меня, чтобы я еще сюда вернулась.

– Ты не придешь.

– Почему?

– Сам процесс. Тебе не понравилось.

– Да. Тут не могу поспорить... Оказывается, у меня болевой порог такой низкий, что об него даже запнуться нельзя.

Перед нами останавливается черный внедорожник Макса, и мы садимся назад. А спереди с Максом сидит Доминик.

Мы были еще достаточно далеко от дома, когда уже увидели столб дыма.

– Что это? Что-то горит? – спрашиваю, переваливаясь вперед. – Это же не наш дом?! – спрашиваю я, а парни молчат. – Черт..., пожалуйста, скажите, что это не наш дом!

Они продолжают молчать, а Макс прибавил скорости. Вскоре уже было ясно, что это «Техас-дом». Огнем уже объято большая часть стены и крыша. Я выскакиваю из машины, как только подъехали. Даже в метрах двадцати чувствую жар от огня.

– Там же Зевс!

– Джесс..., уже слишком поздно, - говорит Доминик.

Меня захватывает паника и крик держится в горле. Прижимаю руку ко рту и не могу дышать. Джейсон обнимает меня, а у меня начинается истерика вперемешку с паникой. Макс звонит куда-то, Доминик просто держится за голову. Звуки горящего дерева вгоняют в ужас. Этот гул и треск один из самых страшных звуков, каких я только слышала...

Мне в глаза бросается то, что дверь горит не полностью. В основном сверху... Прежде чем кто-то что-то успел даже подумать, я вырываюсь из объятий Джейсона и бегу со всех ног к дому.

– Джесс, НЕТ!!! – Слышу, как орет Джейсон позади меня, но я уже хвастаюсь за горячую металлическую ручку. Метал обжигает руку, но я не обращаю внимания. Стоило только открыть дверь и забежать внутрь, обрушивается верхняя часть над дверью. Отлично, теперь мне не вернуться так же, как вошла. Слышу только откровенную ругань Джейсона. Жар тут ужасный, легкие заполняются дымом и моментально начинает кружиться голова. Я пытаюсь идти хотя бы туда, где нет огня. По пути зову щенка, а сверху постоянно падают горящие обломки. Как же тут страшно...

– Зевс! Зевс!!!

Ничего не слышу кроме воя огня и треск древесины. Меня начинает заполнять страх и паника. А если с щенком что-то случилось... На глазах уже слезы не только от дыма, уже болит горло от кашля и ужасно жарко, кажется, кожа начнет гореть... и мне страшно...

– ЗЕВС!!! – как можно громче кричу.

Где-то раздается слабый лай. Иду туда как можно скорее. Над головой раздался сильный треск, и я еле успела отскочить, прямо передо мной упала горящая балка. Я отскочила прямо на горящую стену и сама чуть не загорелась. Голова жутко кружится, и как бы мне сознание не потерять... Увидела свою кофту, которую оставила еще вчера на стуле и схватила ее. Прижала ее ко рту. Иду по направлению, где слышала лай и снова зову щенка:

– Зевс!

Снова его лай. Но уже ближе.

Захожу в комнату Макса. Вся стена горит. И мне все сложнее и сложнее дышать... По всюду дым и ни черта не видно. У меня ужасно кружится голова от дыма. Приседаю на корточки. По низу хотя бы есть чем дышать. Переведя дыхание, снова кричу:

– Зевс!

Он заскулил. И этот звук слышно из-под кровати. Я наклоняюсь и вижу его. Он забился так далеко...

– Иди сюда...

Маленький засранец только скулит.

– Черт... – Ложусь на пол и карабкаюсь к нему. Стоило только взять его в руки, начинаю ползти назад. Чувствую, как на ноги падает что-то горячее. Ноги голые, я в шортах и загореться нечему. Но все равно это обжигает и мне очень больно. Я продолжаю карабкаться назад, и тут меня хватают за ноги, вытягивая назад. Как только я оказываюсь с щенком снаружи, вижу злого Джейсона. И то, что уже горит изголовье кровати.

– Ты когда будешь думать, прежде чем что-то делать??? – орет он на меня.

– Заткнись! Нет времени на это.

Встаю на ноги с щенком на руках и оглядываюсь в поисках выхода. Сама задыхаюсь в кашле. Джейсон скидывает горящее покрывало с кровати и берет одеяло, которое начало гореть только с краю. Потушив его, накидывает его на меня с щенком полностью с головой и ведет, ища выход.

– Черт..., тут уже не выйти...

Слышу, как он ругается. Я ничего не вижу и только доверяю ему. Он периодически останавливает меня или резко меняет направление. Потом слышу, как он сдавленно вскрикнул, и что-то громко и тяжело упало.

– Что это? – спрашиваю я.

– Пожар! Вот что! – рявкает на меня.

Я не стала отвечать. Потом раздался звук разбитого стекла и голос Доминика:

– Джей, сюда!

Джейсон меняет направление, подсаживает меня, видимо, на окно. Там принимает меня Доминик, судя по голосу. Как только мои ноги коснулись земли, снимаю покрывало. Мое горло сильно саднит от дыма, и я пытаюсь откашляться. Местами на теле чувствую сильное жжение. Доминик быстро уводит меня. Я оборачиваюсь к дому и вижу, как Джейсон тяжело идет сзади, потом падает.

– Черт..., – Отпускаю щенка. Вырываюсь из рук Доминика и бегу обратно. Когда оказалась рядом с Джейсоном, увидела кровь на его голове.

– О Боже мой..., Джейсон..., нет, нет, нет...

Подбегает Макс и Доминик. Доминик бьет его по лицу ладонью, но Джейсон не приходит в себя. А я, кажется, сейчас с ума сойду от беспокойства за Джейсона.

– Нужно в больницу..., – говорит Доминик.

– Скорая сейчас подъедет вместе с пожарной машиной, – отвечает Макс.

Парни берут Джейсона и относят подальше от дома. Минут через пять уже слышу сирены. Еще через пять минут начали тушить дом. К нам подбегают парамедики и они осматривают Джейсона. Один светит фонариком ему в глаза. Даже с расстояния я вижу, что один его зрачок слишком большой. Кажется, я сейчас задохнусь от паники...

Джейсона уносят в машину скорой помощи, и я еду с ними. Макс и Доминик остаются на месте пожара. Пока ехали, я ревела от страха и отчаяния... Что если что-то случится..., я не знаю, как перенесу это. Кажется, фельдшер сказал слово «внутричерепное давление» и «кровоизлияние».

Следующий час в больнице меня трясет не на шутку... А постоянное ощущение тошноты меня в конец доконает. Еще через час приехал Алекс, Стив и Крис. Алекс меня обнимает, но мне это не помогает... Еще через час приехали Макс и Доминик. От них, как и от меня, пахнет дымом. Никто ничего не говорит... Все ждут...

Не могу уже сидеть и начинаю ходить из угла в угол. Это я виновата...

Пока я занималась самобичеванием, появляется врач:

– Джейсона Блэка прооперировали. Успешно остановили кровотечение в мозгу. Сейчас он еще под действием наркозом. Если все прошло хорошо, очнется через несколько часов.

– А прошло все хорошо? – спрашиваю у его.

– Мы сделали все, что могли. И нужно поговорить о страховке.

– Ненавижу, когда они так говорят... Сделали, что смогли..., – слышу голос Криса.

Я ничего не говорю и иду за врачом. Заполнив все бумаги по оказанию помощи, отдаю листы. Там уже проверяют страховку и позже я узнаю, что страховая не может оплатить всю сумму за операцию и после операционный уход. Нужно еще оплатить 68 тысяч долларов... Боже мой, где такие деньги взять... Внутри все обрывается от отчаяния. Но время есть, я могу попробовать продать машину. Это я и сообщила врачу. Если не получится, придется просить в долг у Уилла. Моего биологического отца. Знаю, эти деньги есть на семейном счете. Деньги, которые заложили под проценты. Но, кажется, я не смогу снять такую сумму. Там просто выделяется банком какая-то сумма ежемесячно. Но точно не так много...

Выхожу в приемное и спрашиваю у парней, вытирая слезы:

– Кто-нибудь, купите у меня «Ferrari» за 68 000 долларов... Пожалуйста... Джейсону денег не хватает со страховой компании... – Теперь я уже реву и прячу лицо в ладонях.

– Черт, Джесс. Ты с ума сошла, что ли?

Теперь меня кто-то обнимает.

– Может, хотя бы за 50 тысяч? – всхлипываю я.

– Ты реально сумасшедшая, если считаешь, что я буду покупать у тебя дорогущую тачку за такую смешную сумму, чтобы заплатить за операцию другу. - Оказалось, это Макс меня обнял и сказал это.

– Джесс, не думай о деньгах. Это мы уладим, – говорит Алекс, уходя в коридор вместе со Стивом и Крисом. А Макс ведет меня к сиденьям.

– Иди сюда, – зовет Доминик. – Ждать еще долго и не думай о деньгах. Мы все позаботимся об этом.

– Где Зевс? – вспоминаю про щенка, из-за кого я помчалась в разваливающийся дом от огня.

– Завес к себе домой. С ним все нормально.

– Ладно... – Сажусь на скамью, оббитую чем-то мягким, между Максом и Домиником. Облокачиваюсь на Макса, и он меня обнимает за плечи.

– Дом застрахован? – спрашивает Доминик.

– Да.

– Родители в бешенстве?

– Не в восторге, конечно... Но они все равно хотели строить другой дом вместо этого. Так что пофиг...

Макс гладит меня по голове, потом отстраняется и смотрит на мои волосы.

– Джесс..., ты спалила волосы.

Я трогаю волосы и понимаю, что снова буду ходить с короткими волосами... Большая часть волос оплавилась, а верхняя часть вообще жесткая как солома.

– Плевать. Это всего лишь волосы, – ответила ему и вытираю нос краем футболки.

– Покажи-ка руку. – Макс взям меня за руку и посмотрел на ладонь. Там был волдырь, который благополучно лопнул. А на пальцах еще осталось несколько волдырей. – Чёрт... Джесс, ты почему молчала?

– Из-за Джейсона мы совсем забыли про тебя. – Говорит Доминик, скривившись от вида моей ладони. – Есть еще ожоги?

– Кажется, на ногах есть.

Доминик смотрит мои ноги и говорит:

– Твою мать! У тебя пленка приплавилась к коже.

Да... Я думала, это боль из-за татуировки. Но оказалось всё немного хуже. Проклятие... Смотрю на голени второй ноги тоже есть ожоги. Но хотя бы без волдырей. Сейчас, когда сконцентрировала внимание на своих ощущениях, стало всё очень болеть.

– Пошли. – Говорит Макс и берет меня за здоровую руку. Он повел меня по коридору. Там, встретив первого врача, попросил о помощи для меня. Меня отвели в палату и там принялись за мои ожоги. Рану на ладони обработали и забинтовали. От мази сразу стало легче. На ногах тоже самое. Только с пленкой пришлось повозиться, но в итоге всё удачно сделали и отпустили меня. Макс ждал меня за дверью. Как только я вышла, он повел меня назад.

Вернувшись, я села рядом с Алексом и положила голову к нему на плечо.

Парни о чем-то тихо говорят, но я не особо вслушиваюсь. Просто думаю о Джейсоне.

За всю ночь я так и не уснула, хоть Макс попытался сделать все для этого. Даже выпросил у медсестры одеяло. Но мне не до сна...

Уже утром Крис предлагает:

– Может, отвести тебя домой? Чтобы переодеться.

– Нет. Я дождусь, когда очнется Джейсон...

– Ладно... Тогда я поищу что-нибудь нам поесть.

Дальше последовал долгий день... Доминик, Стив и Макс уезжали, но вечером вернулись. Я хотела, чтобы меня пустили к Джейсону, но сказали, смысла в этом нет. Он без сознания.

И я осталась с парнями в приемном... Наверное, если увижу его таким, не выдержу.

– Как там Зевс? – спрашиваю у Доминика, когда он вернулся.

– Нормально. Выгулял его и накормил. Когда уходил, он спал. Собака и есть собака...

Горький намек, что не стоило того, что я сделала... Но я опустила взгляд и ничего не ответила.

Этой ночью я не выдержала и уснула, прижавшись спиной к Стиву. Он меня обнял за плечи, и я так удобно устроилась, что моментально уснула. Но сон был недолгий. Проснулась от кошмара. Подскочила так, что чуть не упала и меня поймал Стив.

– Извини..., – пробормотала я.

– Что-то приснилось?

Пожар... И Джейсон. Приснилось, что он не вышел из горящего дома, но я этого не сказала, только кивнула. Стив снова облокотил меня к себе, и мы продолжили ждать...

Через 4 часа, уже утром, к нам подошел врач:

– Джейсон пришел в себя. Можете зайти, но не все сразу.

– Иди, – говорит мне Доминик.

– Пошли со мной..., – почему-то я одна боюсь идти...

– Ладно.

С нами еще пошел Алекс.

Зайдя в палату, у меня сразу покатились слезы. Он лежит с трубками в носу и перебинтованной головой.

– Милый, я так испугалась за тебя. Прости меня..., – начала я. Но Джейсон смотрит на меня таким чужим взглядом, что мне стало не по себе.

– А ты кто? – хрипло спрашивает он.

У меня глаза округлились от испуга и я дрожащим голосом говорю:

– Малыш, это же я, Джесс... Ты не узнаешь меня?

– Нет..., а должен?

Я зажимаю рот рукой. Черт... Это я все виновата. Когда я уже стала задыхаться от слез и отчаяния, Джейсон начал улыбаться. Я:

– Ты помнишь меня!

– Извини, детка. У тебя было такое лицо. Я не удержался. – Он смеется, а я начала плакать уже от злости и облегчения.

– Не смей меня так пугать! Долбанный ты кретин!

Выбегаю из палаты и только хожу из угла в угол, пытаясь успокоиться, пока не появился Алекс:

– Джесс, если ты не вернешься, он сам за тобой пойдет. А ему вставать еще нельзя.

– Ладно...

Захожу и иду к нему.

– Ну что, малыш, когда будешь включать мозг? – спрашивает у меня, еле улыбаясь.

– Я не просила тебя идти за мной.

– То есть ты кинулась в горящий дом из-за собаки. Которой, возможно, уже нет в живых. А я должен был спокойно стоять снаружи?

– Я не могла не попытаться. Пойми меня... Но я не хотела, чтобы ты пострадал.

– Ладно. Все в порядке. Иди ко мне... – Пытается пододвинуться, чтобы я легла к нему.

– Лучше не шевелись. Все нормально.

– Ты все это время тут была?

– Конечно! Ты что?

– Ее отсюда было невозможно вытащить, – говорит Алекс.

– Теперь видишь, я в порядке?

– Ни черта ты не в порядке, пока лежишь тут!

– Парни, везите ее домой. И проследите чтобы она поела, – говорит, посмотрев за мою спину. А потом снова вернул взгляд на меня и говорит: – Уверен, сидела голодом. Ведь так?

– Нет, – отвечаю ему. Я почти ничего не ела, но мне и не хотелось.

– Ладно. Джесс, ему нужно отдыхать. Поехали домой, – подталкивает меня Алекс на выход.

– Куда поедем? – спрашиваю я.

– Наверное, лучше ко мне, – отвечает Доминик.

– Завтра мы вернемся, – обещаю Джейсону перед выходом.