19.
Солнце сияет прямо в глаза и Мориан хмурится от этого, все его тело пронизывает боль, но он все равно встает. Поворачивая голову, парень замечает Гилберта, его рука упала прямо на его голые бедра, заставляя Мориана сразу вспомнить, что было вчера.
Лицо покраснело и он сразу стал осматриваться в поисках своей одежды, но никак не мог ее найти. Вставая с кровати, он взял какую-то одежду Гила и вышел из комнаты, сразу натыкаясь на Ники, что посмотрел на него и заставил парня остановиться. Ники посмотрел на парня и на комнату из которой тот вышел, на его лице сразу появилась улыбка:
— Выглядишь не очень.
— Спасибо за комплимент, — ответил Мориан и сразу заметил свой хриплый голос, хватаясь за горло и уходя в ванную.
Говорить было трудно, как и двигаться. Надевая свою одежду на себя, Мориан заметил засосы по всему телу и сразу закатил глаза, Ники сразу понял, что было. Не было смысла скрываться с самого начала, кто бы знал, что Гилберт такая машина. Выходя из ванной в новой одежде, Мориан выпил стакан воды и стал готовить еду, борясь с болью в пояснице и хватаясь за нее время от времени:
— Лучше наклей пластыри для мыщц, — сказал Ники и продолжил читать свою книгу.
— Тебе совсем не удивляет это? — спросил Мориан и сразу повернулся на Ники.
На что парень отрицательно помахал головой:
— Почему я должен удивляться естественному процессу? — Ники посмотрел на Мориана и приоткрыл свой рот, — а, ты не про это. Я отношусь к этому нейтрально.
Мориан выгнул бровь, но потом отвернулся. Ники становился для нее все страннее и странее. Поставив тарелку на стол, Мориан сразу почувствовал боль в пояснице, когда наклонился. Гилберт вышел из комнаты и сразу посмотрел на него, встречаясь с недовольным взглядом, но Ники его опередил со словами:
— Дорогой брат, возьми на себя ответственность и наклей ему пластыри от боли.
Морин сразу сжал свои ладони и повернул на Ники голову, на что тот спокойно улыбнулся и пошел в свою комнату. Оставаясь наедине, Гилберт подошел и осторожно коснулся поясницы Мориана:
— Сильно болит?
На что парень слабо кивнул:
— Будто кости ломаются.
— Понял, — старший сразу ушел за аптечкой, где нашел пластыри для мыщц и аккуратно поднимая футболку, стал их клеить. Мориан был слегка недоволен этому, но он понимал, что сам попросил его об этом, — так лучше?
— Намного, — ответил он и посмотрел на тарелки, что стояли на столе, — пора завтракать.
— Я сейчас переоденусь и приду, — сказал Гилберт и удивил Мориана, ведь обычно он занимался своими делами и игнорировал это. За всю неделю, Гилберт впервые будет есть горячую еду.
Сидя вдвоем за столом, Мориан и слова сказать не мог, поэтому молча сидел и кушал. Эта обстановка влияла на них двоих, но никто не хотел начинать разговор, точнее, не знал с чего. Сегодня Мориан снова пропустил занятия, потому что не мог сделать и пару шагов нормально, все его тело болело, будто он бежал марафон вчера, а голос со следами выдавали вчерашнюю ночь. Тэд снова пошел на уступки и отправил ему материалы лекций, на что Мориан закидал его стикерами с котиками.
Вечером Ники купил мазь и еще какие-то пластыри, спокойно подойдя к Мориану, что лежал на диване, он протянул руку и отдал их ему:
— Ваши отношения быстро движутся.
— Мы не состоим в отношениях, — сказал Мориан и посмотрел в пакет.
— Но скоро до них дойдете, — ответил Ники. Если подумать, то и правда можно было понять, что их отношения только и делают, что двигаются к своему началу официально. Они сделали слишком много, что можно было бы делать без отношений, их чувства явно на пределе, так думал Ники.
Конечно, нельзя исключать тот факт, что существуют отношения без обязательств, никакой романтики и только глубокая близость, но Гилберт не такой, он не станет начинать такие отношения, он считает, что они грязные. Но, Мориан совсем другой человек. Нельзя не принимать его чувства в таком тонком вопросе. С каждым разом братья Форд всё больше интересовались данной личностью, их удивляло, что в таком человеке может быть столько умений и разных эмоций. Утром он мог бушевать, как ураган над Атлантическим океаном, а вечером быть тише рыбы. Ники интересовался им со стороны необычного человека, а Гилберт со стороны симпатии. Их разные взгляды соприкасались в одной точке и братья были удивлены. Если раньше у Гилберта была неприязнь к одному из Грейсов, то теперь его переполняют противоположные чувства, что очень удивляют его.
Продолжение следует.