Таинственные сердца

Мы с Димой снова целовались.
И это было потрясающе — так, что в голове становилось пусто, а сердце билось слишком громко. Его поцелуй был уверенным, тёплым, почти привычным, и в то же время каждый раз будто новым. Я чувствовала себя живой — как будто именно в эти секунды всё имело смысл.

Но и этот поцелуй закончился.

Дима отстранился — медленно, будто нехотя, словно сам не хотел прерывать этот момент. Несколько секунд мы просто сидели молча, а потом он завёл машину.

Мы помчались по трассе.
Куда мы ехали — я не знала. Да, я говорила, что хочу просто покататься, но теперь чувствовала: мы едем не просто так. В его движениях была цель. И от этого внутри появлялось странное напряжение.

Я смотрела в окно на ночные огни и пыталась понять, что происходит между нами.

Минут через десять мы подъехали к моему дому.

Это было неожиданно. Почти больно.
Будто вечер оборвался на полуслове.

— До завтра, — первой нарушила тишину я.

— До завтра, — ответил Дима сухо.

Его лицо было спокойным, почти безэмоциональным, словно всё, что происходило между нами минутами раньше, исчезло. Это задело сильнее, чем я ожидала.

Я молча вышла из машины и пошла к подъезду, не оборачиваясь.

Дома меня встретила тишина.
В гостиной сидел папа — в кресле, с книгой в руках, как будто в этом доме ничего не рушилось.

Я быстро сняла кроссовки и хотела уйти к себе, но он остановил меня:

— Лина.

— Да?

— Где ты была? — спросил он спокойно.

— После школы решила прогуляться... — ответила я.

— Понял. Сама гуляла?

— Да... — я помедлила. — Я пойду к себе?

— Подойди ко мне, — сказал он мягко, но твёрдо.

Я подошла. Он встал и обнял меня — крепко, по-отцовски, будто хотел защитить от всего сразу.

— Завтра с Димой домой приедешь, — сказал он неожиданно.

— Хорошо... — ответила я автоматически.

Я уже подумала, что он всё понял. Что знает, с кем я была сегодня. Но он ничего не добавил.

Я ушла в комнату, переоделась в домашнюю одежду и села на кровать. Мысли навалились сразу:
уроки,
развод родителей,
и Дима.

Прошла всего неделя — а жизнь будто перевернулась.
И всё же больше всего меня волновал не развод.

Меня волновал Дима.

Сегодня мы целовались дважды. И этого хватило, чтобы я поняла: это уже не просто симпатия. Это любовь. Настоящая, пугающая, слишком быстрая — но любовь.

Но фраза отца не давала покоя.

«Завтра с Димой домой приедешь...»

Я резко встала и вышла обратно в гостиную.

— Пап... — тихо позвала я.

— Да? — он поднял на меня взгляд.

Я села на край дивана, собираясь с мыслями.

— А... откуда ты вообще знаешь Диму? — спросила я. — Ну... как вы познакомились? 

Отец отложил книгу и немного помолчал.

— Сегодня в ресторане, — начал он. — Я сразу понял, что ты там не одна. Ты слишком старалась быть незаметной.

Я опустила глаза.

— А машину я запомнил ещё тогда, когда тебя подвезли домой, — продолжил он. — Хорошая машина и уверенный парень. 

— То есть... ты всё это время знал? — тихо спросила я.

— Догадывался, — ответил он. — А познакомились мы сегодня. За столиком. Он держался спокойно. Не хамил, не оправдывался, не врал.

— И... ты не злишься? — спросила я почти шёпотом.

Отец посмотрел на меня внимательно.

— Лина, ты взрослеешь. Я не могу закрыть тебя от жизни. Мне важно только одно — чтобы рядом с тобой был человек, который относится к тебе с уважением.

Я кивнула, чувствуя, как внутри становится немного легче.

— Завтра поговорим, — добавил он. — Бояться тебе нечего.

— Хорошо... спасибо, пап.

Он обнял меня ещё раз, и я вернулась в комнату.

Лёжа в кровати, я смотрела в потолок и думала о завтрашнем дне.
О папе.
О Диме.

Завтра всё станет более настоящим.
И от этого было одновременно страшно и волнительно.