Глава 8 - Полет навстречу прошлому
Утро
Я не верила, что вчера в последний раз увидела Марго.
Она была не просто тренером — она умела видеть в нас больше, чем мы сами. Добрая, сдержанная, уверенная — с ней всё казалось проще. А теперь её нет.
Через два дня я улетаю туда, где не была почти десять лет. Россия. Слово знакомое, но уже чужое.
Я бы хотела увидеть бабушку. Мы почти не знали друг друга, когда я к ней переехала, но с годами я её полюбила. Не за сказки, не за угощения, а за то молчаливое тепло, которым она окружала.
Но мама не захочет этой встречи. С бабушкой они не общаются уже много лет. Когда мама вышла за папу, их связь прервалась окончательно.
Тогда я просто стала задачей, которую нужно было решить. Меня отправили к бабушке — временно, как они думали. А оказалось — навсегда, в моей памяти.
Чемоданы почти собраны, но я всё ещё не готова.
День полёта
Настал этот день.
Документы собраны, вещи упакованы. Остались только пустые стены и воспоминания.
Мы уезжаем...
Дом ли это был? Или просто остановка?
— Лина, ты готова? — мама вошла в комнату.
— Наверное...
— Доченька, пойми, так нужно. Ты взрослая, должна понимать.
— А можно всё-таки объяснить? Почему мы уехали? Почему теперь возвращаемся? — голос дрожал от обиды.
Но мама ответила лишь:
— Выходи, мы уже едем в аэропорт.
И ушла, не закрыв за собой дверь.
7:00
Аэропорт. Голоса, чемоданы, объявления.
Папа проверяет билеты. Мама молчит. Я стою, будто в пузыре — всё будто в тумане. Жду объявления нашего рейса. Жду, когда пойму, что это реальность.
— Уважаемые пассажиры, рейс Париж — Москва...
Папа тронул меня за плечо:
— Пора.
Регистрация. Чемоданы. Последний взгляд на Париж. На стеклянные стены и холодное утреннее небо.
Я не плачу. Просто боюсь, что не остановлюсь, если заплачу.
Зал ожидания
Сижу у окна. Самолёт уже готов. Папа читает, мама листает ленту инстаграма. Я смотрю в пустоту. В голове мелькают лица. Элиз. Макс. Марго. Зал для танцев. Улицы Парижа.
Всё это было моей жизнью. Моим Парижем.
Но вот двери самолёта открываются. Мы входим. Я сажусь у окна. Пристёгиваюсь.
Самолёт начинает взлетать.
Париж уходит из-под ног.
Я смотрю в иллюминатор и шепчу:
— До свидания...
Потому что не знаю, будет ли «привет» снова.
Взлёт
Когда колёса оторвались от земли, я ощутила давление в ушах и в груди.
Париж — это теперь только вид сверху. Он быстро исчезает в облаках.
Я молчу. Внутри — буря. Снаружи — спокойствие.
В наушниках играет музыка. Французская. Так самая, под которую мы с Элиз делали уроки. Я не понимаю всех слов, но чувства узнают.
Мама делает вид, что читает. Папа задремал.
Я открываю телефон, просматриваю фото: кофейня, закат, открытка от Макса — «Для самой дерзкой».
Я хотела удалить её. Но не смогла.
Между мирами
Париж — позади. Москва — ещё впереди. А мы где-то посередине.
И я тоже — посередине.
Между прошлым и будущим. Между привычным и неизвестным.
Музыка в ушах. Тишина внутри.
Москва
Объявили посадку. Сердце сжалось. За окном серое небо.
Паспортный контроль. Чемоданы. Машина.
Мама молчит. Папа бережно обнимает. Словно боится, что я рассыплюсь. Может, он прав.
Такси
Москва проносится за окном. Знакомая и чужая. Я в углу, сжалась в кресле. Воздух здесь пахнет иначе. Как будто Париж остался где-то на коже, в волосах, в голосе.
Я боюсь забыть. Боюсь, что всё растворится в повседневности, как дыхание на стекле.
И что останусь только я. И память.
А она не всегда щадит...