Часть 1.
Он ненавидит костюмы.
Диппер шёл по дороге рядом с Мэйбл и постоянно одергивал всю свою одежду. Прошло уже 2 года с его совершеннолетия, а он все ещё ненавидел смокинги.
Пайнс взглянул на свою сестру. Совсем недавно они вместе убегали от робота-Гидеона, и она спасла их абордажным крюком, а сегодня... Сегодня, стуча каблуками, шла взрослая девушка, слабо и мило улыбалась, ровно держала спину. Её жёлтый подол платья развивался даже от малейшего шага; юбка начиналась аж от груди, а поверх неё было глубокое декольте (ему это платье сразу не понравилось), а на ткани у груди чередовались оранжевая и зеленая полоска; особенно выделялись в платье рукава-фонарики, которые красовались цветом юбки и полностью открытая спина (ему не нравится это платье). Волосы были немного завиты и раскинуты по спине. На голове у неё красовалась некий ободок из оранжевых ленточек, а на его окончании красовался изумрудная брошь, - её Пасифика подарила на ее 18-илетие - украшенная жёлтыми перьями, свисавшими вниз. Сережки девушка решила тоже сделать перьями. Диппер сам помнит, как вчера они вместе клеили эти перья и связывали вместе ленточки. Дельце не из лучших возможных. Зато теперь перед ним идёт уже совсем взрослый человек. Почти.
- Диппер, смотри, как они стучат, - говорила Мэйбл и прыгала на ногах, а плитки на земле издавали стучание от каблуков Пайнс.
- Они просят о помощи. Мей, иди спокойно, сломаешь и ноги, и туфли, - он снова одернул рубашку, пуговица расстегнулась. - Чёрт...
- Давай я, - Мэйбл подошла, расправила руки и хрустнула пальцами, будто собираясь сотворить что-то невообразимое. Когда Диппер попытался сам быстро прикрыть рубашку и застегнуть её, Пайнс хлопнула ему по рукам и взяла сама. Тут она заметила что-то черное, торчащее под рубашкой. Девушка нахмурилась и расстегнула ещё одну пуговицу. Футболка!
- Ты надел под рубашку футболку? - спросила, чуть ли не кричав, Мэйбл. В шоколадных глазах появились совсем не добрые огоньки.
- Ну, мало ли что пр.. Понял, понял, виноват, - парень прищурил глаз, отойдя от Пайнс и неуклюже застегивая рубашку.
- Идиот, идём уже, - вздохнув, сказала старшая.
Они шли в поместье Нортвестов. Сегодня семья Пасифики снова устраивает бал, на который они приглашены. Теперь ворота их дома открыты, поэтому дети, а теперь уже взрослые молодые люди ходят туда уже на протяжении 8-и лет. Сегодняшний день - не исключение.
Мэйбл переступила порог ворот, слабо улыбнувшись. Диппер же просто прошёл, вспоминая тот момент, когда Пасифика их открыла. Когда она их всех спасла..
- Диппер, как ты думаешь, кто это, - девушка кивнула в сторону парня, что мило беседовал с какой-то женщиной в возрасте. Он тоже был в смокинге, но он был жёлтого цвета, а вместо привычного галстука была бабочка. И вообще, этот блондин ей кого-то напоминает. Трость, цилиндр в руке. - Диппер, да это же..
Вот только Пайнс в этот момент был немного занят поиском Пасифики среди людей. Глупо, искать ее в толпе, оттуда она явно выражалась. Сестра что-то там сказада про парня, выведя тем самым его из мыслей.
- Да, да, красивый, иди познакомься, - проговорил Пайнс, даже не посмотрев на источник интереса сестры. Сама же она была не уверена, мало ли кто после всего этого решил просто нарядиться демоном. Это нужно было проверить, поэтому девушка быстро ретировалась от парня.
Сам же Шатен вообще не понимал, зачем он её ищет.
Зачем самой первой осенью, когда уехал, нашёл её в сети. Зачем он все это время боялся ей написать. Зачем он ей написал. Зачем, когда приехал, поздоровался с ней. Зачем позвал её гулять. Зачем у них двоих было друг с другом так много историй. Зачем..
- Я тебя вижу, выходи, Мэйбл, - сказал парень, даже не повернувшись лицом к девушке, что так умело пряталась за цветком.
- Ага, значит это ты, - подпрыгнула она со своего места, подняв указательный палец вверх. Она даже не знала, радоваться этому или нет. - Билл Сайфер!
- Как официально, Звезда, - уже известный ей неизвестный парень держал в руке бокал, в котором, видимо, было шампанское. Он медленно пил его, Смотря лишь себе под нос. Казалось, что это дело сейчас было важнее, чем разговор с Мэйбл.
- Да ты и не старался скрыться, как я погляжу?
- Умница.
Разговор пришлось прервать. В этот момент девушка посмотрела на внезапный источник других взглядов. По лестнице, словно просто шагая по воде, вышагивала Пасифика Нортвест.
Дипперу казалось, что перед ним спускается ангел. В этот раз, по его мнению, она превзошла саму себя (это мнение появляется раз в год, во время бала). На ней было бирюзовое платье, которое держалось лишь на одной груди; он совсем не было пышным, нет. Вместо этого оно было украшено чёрным поясом, обрамленным кружевами и чёрными лентами, а юбка была лёгкой, будто листья дерева, которые нежно теребит ветер. Верх и низ тоже были украшены кружевом, что немного спадали вниз. Когда Нортвест шла вниз по ступеням, все рассматривали её обувь: черные танцевальные туфли на не очень высоком каблуке. Волосы были в немного хаотичном состоянии: их просто закололи серебряным крабиком, что был украшен бирюзой, на затылочной части, даже не постаравшись убрать выбившиеся пряди. В ушах сиял "дождик" из серег, которые выглядели как множество серебряных цепочек с бирюзовыми камешками на концах, а на шее красовался чёрный тканевый чокер, на середине которого была серебряная бирюзовая брошь.
- Знаешь что, Билл Сайфер, - девушка тянула пальцем уже в пустоту, демона и след простыл.
В этот момент Диппер просто не знал, куда бы смотреть, лишь бы не на Пасифику. Она была такой.. Красивой. Опять. Снова. За что это ему? И на кой черт он снова сюда пришёл? Может ему просто уйти? Да, Пайнсу это показалось хорошей идеей, и он ушел бы, если бы это прекрасное капризное и любимое бирюзовое пятно не шло прямо к нему.
- Вау, Нортвест, у меня от тебя аж в глазах рябит, - непринужденно, даже с усмешкой, сказал Диппер, тем самым стараясь скрыть свою восхищенность, растерянность, воюбленность. Но, видимо, у него не получилось.
- Ага-а, так рябило, что ты стоял, открыв рот, - парировала Пас, щелкнув перед его носом пальцами. Ухоженные чёрные ногти и тонкое серебряное кольцо на указательном пальце. Черт, ему было стыдно за то, что он замечает такие мелочи. Хотя, правильнее будет выразиться замечает такие мелочи в ней. - Муха то не залетела?
- А откуда же ты знаешь, что я на тебя смотрел?
- Туше, Пайнс, - девушка сдалась, слабо усмехнувшись.
Парень немного смутился, все ещё пытаясь понять смысл этих слов. И только было он хотел ответить, как чья-то спина просто загородила ему путь к Пасифике.
- Привет, ты сегодня просто потрясающе выглядишь, - сказал уже не понравившийся голос девушке. Диппер отошёл на немного, оглядел парня: волосы у него почти как у самого Пайнса, но имели явный серый оттенок; глаза были зелёными вперемешку с коричневыми, как говорит Мэйбл - ореховыми; у него был нос с горбинкой, а на ухе был виден небольшой кожный отросток в виде родинки. И вот этот тип Дипперу тоже не понравился.
- Ты мешаешь, - отрезала Нортвест, ступив в сторону одиноко стоящего Диппера. Но это её ничуть не приблизило к нему, ведь шаг в сторону Пас встал и тот-кто-тут-похоже-никому-не-нравится.
- Ой, да ладно, Элизабет, - он слабо усмехнулся. - Ты же знаешь, как наши родители хотят, чтобы мы сдружились.
- Мое имя Пасифика, а то, что хотят родители, меня не волнует.
В этот момент юноша вовсе чувствовал себя ненужным тут. Конечно, было видно, что этот тип бесит девушку. С другой стороны, его это совершенно не касается. Да и помочь он ничем не смог бы, ведь тот факт, что родители Пас хотят их сближения значит лишь то, что он является весьма влиятельным человеком. А без проблем Пайнс не умеет.
- Пасифика Элизабет Нортвест, - к ним подошёл Престон, и Диппер вовсе понял, что лишний в этой компании. Но уйти просто не мог, ведь уже подозревал неладное. - Прекрати говорить в таком тоне.
- Да, отец, - практически без эмоций сказала Пасифика. При виде отца у неё осталось то же выражение лица, что и в случае с тем кто-тут-похоже-никому-не-нравится. Иногда у Пайнса возникали мысли, что жалели Нортвест, ведь она в самом деле всегда росла без любви родителей. Были и такие мысли, что они эту любовь просто не показывают, а на самом деле очень даже неплохие родители.
Эта мысль откинулась, не успев сформироваться.
Сегодня же.
- Мы поговорили и, - начала Присцилла Нортвест. - Ты выходишь за него замуж!
Диппера чуть не хватил удар. Казалось, все те моменты, что он пережил с ней, сейчас же высвечивались у него перед глазами. Сердце начало стучать с ужасной скоростью, а тело даже дрожать. Зачем замуж? За кого? За этого идиота? Ну нет, ему совсем это не нравилось. А вот сама девушка, к его ужасу, даже не дрогнула в лице. Но, опять к несчастию Диппера, а теперь может и к счастью, он заметил, что глаза приобрели серый оттенок, будто выражая отчаяние.
- Я не хочу за него замуж.
- Милая, Вильгельм Стюарт Пимпелботтом очень состоятельный и милый человек. Контракт уже подписан, - женщина сделала акцент на словосочетании "очень состоятельный".
Пимпелботтом? Ужасная фамилия, ей точно не пойдёт. Парень хотел что-то сказать, вступиться, но какой смысл в этом был? Помочь он не сможет, да и хотела ли этого сама Пасифика? Мысли совсем смешались в его голове. И вообще, никогда он не любил имя Вильгельм.
- Я вообще-то все ещё тут, но спасибо, это и вправду так, - сказал Пимпелботтом.
- Вы продали меня за контракт? - спросила девушка, посмотрев на обоих родителей. Лицо будто заучило это выражение лица и явно не хотело изображать что-то ещё. Но Диппер слышал, как дрогнул её голос.
- Пасифика, - строго буркнул отец.
Если до этого лицо просто не выражало эмоций, то сейчас стало и вовсе кукольным. Даже глаза, казалось, не моргали. Она явно была чем-то озадачена и разочарована. В Это время людей рядом совсем не волновала эта ситуация и они спокойно разговаривали друг с другом.
- У вас так тихо, быть может включить музыку? - спросил парень, слабо потянувшись.
- У нас играет оркестр, как насчёт вальса? - ответил вопросом на вопрос Престон.
- Ничего поинтереснее?
- Нет, у нас в доме слушают лишь классику.
- Ну, классика так классика. Миссис Пимпелботтом, не хотите ли потанцевать? - Вильгельм протянул руку Пасифике. Этот жест его настолько взбесил, что Диппер уже был двинулся на него, но девушка сделала все сама. Она снисходительно улыбнулась.
- Конечно, я бы очень хотела потанцевать.
Нортвест обошла его стороной и пошла в середину зала, скользнул своими вновь бирюзовыми глазами по Дипперу. Он ей слабо улыбнулся. Вот это тот настрой, который и должен быть. Вот это его Пас.
Выражение лица того типа могло значит либо отказ девушки, либо то, что он съел целый лимон с кожурой. Сейчас, видимо, случай первый.
Девушка вышла в середину зала. Но вместо того чтобы начать танцевать под ритм медленного вальса, она три раза постучала правой ногой по полу. Стены будто затрещали, когда из них полилась музыка. Ритмичная, странная, она струилась всего несколькими нотами разряжающая всю эту тяжёлую обстановку. Музыканты прекратили играть, да и зачем, ведь поток этой музыки напрочь их заглушал. Диппер окинул родителей девушки взглядом: миссис Нортвест рассеянно пыталась найти источник звука, а её муж горел от негодования и смотрел на свою дочь. В этот время Вильгельм просто расплывался от досады отказа. Пайнс слабо усмехнулся и вновь посмотрел на девушку.
В этот момент на неё смотрели ещё пар 200 глаз, но, казалось, она совсем этого не замечала. Пасифика отвернулась от него, устремив лицо в окна особняка. Из них пролился свет полной луны, озаряя её платье своим сиянием. Музыка начала прибавлять ритма, появились новые ноты, она становилась все раскованнее. Каждый человек в этом зале боялся сделать шаг или какое-то движение, дабы посмотреть на весь этот исход. Даже её родители смирились, просто, скорее всего, оставив наказание на позднее время.
Музыка наконец закончила добавлять новые ритмы, Нортвест начала медленно двигать руками вдоль тела, выставив ногу вбок. Пальцы щелчками отсчитывали ритм.
Раз.. Два.. Три...
Время замерло. Замерли люди. Замер мир, и сейчас существовали лишь 2 человека: танцующая блондинка, и завороженно смотревший шатен. Первая пошла по ритму, создавалось ощущение, будто шаги, куда онадолжна была ступать, рисовала своим блеклым свечением ей сама луна, ведь настолько они были прекрасными, что нельзя было оторвать взгляд. Да и хотелось ли это ему? Определённо нет. Пайнс смотрел на неё во все глаза, нехотя моргая, дабы не пропустить ни одного её движения. Из нежной плакучей ивы, что просто стояла в середине зала, она превратилась в грациозную амбициозную калину, что показывала свои созревшие плоды.
Диппер точно не знал, что это за танец, но его мысли сводились к ча-ча-ча. Хотя, было, по крайней мере, немного странно, что он все ещё умудрился думать, ведь сейчас предметом его воздыхания была лишь она. Парень старался запомнить все эти движения. Сначала были просто незамысловатые, но, определённо, прекрасные, движения по горизонтали и вертикали пола, а после она перешла на более сложные. В это время в сердцах обоих остался лишь только ритм.
Раз.. Два.. Три...
Девушка кинулась на пол и упала. В этот момент весь зал охнул, ведь падение и не выглядело инсцинированным, но, опять же, только Диппер заметил, что это часть танца. Нортвест откинула голову назад, вытянув ногу и поднявшись на второй. Она обнимала сзади невидимого партнёра, принималась к нему, прикрывала глаза, смотря в чьи-то невидимые. Юноша не знал, кого она представляла в данный момент перед собой, но очень жалел, что там не он.
Тут произошёл просто химический взрыв.
Она на него посмотрела. Это было мимолетно. Всего одна жалкая секунда, заставившая её улыбнуться, а парня зайти в клетку и закрыть за собой этот чертов замок. Сейчас этой клеткой была привязанность к девушке. Чувства вспыхнули словно с новой силой, в его огонь, пылающий в груди, вылили канистру бензина. Глаза загорелились неестественным блеском, а мысли молча ушли из его разума, не оставив даже памятной записки.
Боже, если бы он её не любил, то влюбился бы в этот самый момент.
Между ними чувствовалась связь. Пускай парень стоял на месте, а девушка танцевала одна, он чувствовал её движения, а она его дыхание. Они танцевали немой танец вдвоём .
Пасифика двигалась уверенно: приближалась к своему партнёру, убегала, кружилась. Её платье ничуть не мешало ступать, ведь ритмичные движения не давали ему опускаться ни на секунду. Ещё немного волос выбилось из крабика, что лишь прибавляло этой композиции страсти.
Этот водоворот его засасывает.
И уже поздно что-то менять.
Музыка затихала. Нортвест вернулась в свое начальное положение, а когда от композиции остался лишь отголосок прошлого ритма, она постучала по полу, и тот замолк.
Девушка низко поклонилась в сторону своих родителей и побежала в сторону коридоров. Наш парень не мог оставить её там в одиночестве. Просто не мог.
Он осмотрелся. Да, это тот же самый, где тогда состоялся их разговор. Значит, она в том же месте.
- Можно я зайду? - спросил парень, проходя через запыленные остатки картины.
- А смысл спрашивать? - ответила вопросом на вопрос Пасифика, слабо усмехнувшись.
Нортвест сидела на полу, поджав колени под себя и положив на них голову. Волосы были распущены, а в руках она держала тот самый крабик. Пайнс понял: она расстроена. Нужно было как-то разряжать обстановку.
Диппер сел рядом, похлопав её по плечу. Та повернулась в неком недопонимании.
- Как по волшебству, - сказал он, с толикой изумленности. - Как же ты смогла так умело включить музыку? Она включилась в определённый момент или это встроено в пол?
Девушка, видимо, поняла его задумку и грустно улыбнулась, покачав головой и опустив глаза.
- Они меня продали, - голос снова дрогнул, но говорила она с улыбкой. - За контракт, Диппер...
Он не нашёл, что ответить. В самом деле, есть ли тут слова утешения? Определённо нет.
Она не плакала, лишь внутренне расстроилась, ч то было видно по глазам. Бедная девушка, такая своенравная, и такая скрытная, ранимая, любимая..
Спустя время разговор начал тот, кто и закончил.
- Я ухожу из дома.
- Как ух-х-ходишь? Н-нельзя, куда же ты? Это.. Все можно...
- Да, утром меня уже не будет.
Он знал это выражение лица. Немного нахмуренные брови и сомкнутые губы. Так его сестра принимала немногие из тех глупых и отчаянных решений, которые никогда не изменяла. Только не это.
- Ты уверена? Это же... Это.. Я иду с тобой.
- Что?
Пару секунд они просто смотрели друг другу в глаза, думая каждый о своём. Диппер, например, о том, что же он сказал. Сбежать с ней.. Неплохая идея, если подумать, но как же все это? Дом, семья, Мэйбл... Хотя, они бы его поняли. Ну а хотела ли этого сама Пасифика?
Было не ясно, даже после минуты их гляделок.
- Я поеду с тобой, - повторил Пайнс.
- Зачем? - Тихо спросила девушка.
- Как же ты там без меня и справишься то?
Она слабо улыбнулась. Он готов поклясться, что в этот момент видео румянец на ее щеках. Несомненно, он обожает этот день. И не столько за это, сколько за то, что через долю секунды губы Нортвест соприкоснулись с его щекой, но, к несчастию, так же быстро оттуда убрались, на его руках уже лежала десятидолларовая купюра.
- Я заплачу, если будешь молчать...
- Переодевайся. Я жду тут.
Она испарилась. В этот момент не было слышно даже убегающего стука её каблуков. Или Диппер просто его не слышал, ведь в данный момент он был занят лишь осознанием ситуации: он ей нравится. Супер. Теперь он не знает, что делать. Не супер.
Мысли не успели пойти потоком дальше, ведь Нортвест уже стояла перед ним. Странно, неужели девушки в режиме спешки могут так быстро собираться?
Он поднял на неё глаза: мятные кеды, синие обтягивающие джинсы, свитер с изображением ламы, тот самый, что Мэйбл перешила ей в прошлый год под её размер. Волосы были заплетены в обычный конский хвост. Казалось, перед ним совсем другой человек.
Вот тогда и ушли все сомнения в ней.
В руках у неё было две сумки, одна чем-то доверху забита, а вторая почти пуста.
- Что в ней, - кивнул Пайнс в большую сумку, поднимаясь с пола.
- Драгоценности, - спокойно сказала Пас и отдала ему сумку. Спина парня предательски хрустнула.
- Ты с ума сошла, нас посадят!
- Нет, тут только мои личные.
И вправду, того комплекта на ней уже не было. Были лишь чёрные сережки полумесяцы и цепочка с таким же изображением. Он слабо усмехнулся.
- Аферистка.
Они без проблем пробрались через толпу. Напоследок, Диппер оглядел толпу, а когда встретился взглядом с Мэйбл, увидел ее одобрение в виде кивка и со спокойной душой вышел из поместья.
Пускай брат разбирается со своими проблемами, а у Мэйбл есть новое дело.
- Не страшно?
- Если ты рядом - нет.