День 4. Записки сумасшедшего
Следующий день решил показать команде спокойную часть подводных вылазок. Проще говоря: не происходило ничего необычного и странного. Каждый занимался своими делами, параллельно проверяя самочувствие нового соседа.
Ближе к обеду Катрин и Флавьен принялись изучать образцы кристаллов, полученные с тела монстра. На первый взгляд они выглядели как простые кораллы, однако, приглядевшись, можно было различить еле заметные минеральные узоры. Ученые решили пожертвовать не самым большим образцом, чтобы раздробить одну его половину на химический анализ состава материала, а вторую на изучение структуры и другие опыты. Смешав кристальный порошок с другими реагентами и активатором, они поместили полученную смесь в анализатор. Оставшуюся половину они разделили на 3 части и одну из них сейчас смотрели под микроскопом.
- Кэт, взгляни внимательнее на внутреннюю часть. У кристалла есть артерии и остатки нервной ткани.
- Вижу. А на основании есть шипы, напрямую соединенные с нервами. Как такое может быть?
- Получается, эти кристаллы реально могли паразитировать над разумом беспозвоночного?
- Теоретически, да. На практике же, посмотри на остатки ткани: по количеству остатка я могу предположить, что большая часть нервной системы погибла при отсоединении от основного тела.
- Как думаешь, получится прогнать через нейростимулятор? Если эксперимент окажется удачным, то мы либо сможем засечь реакцию, либо рассчитаем скорость отмирания окончаний.
Команда решила попробовать провести эксперимент на 2 части из трех. Через 30 минут экспериментов они не смогли поймать реакцию, но рассчитали примерное время, когда нервная система паразита еще функционирует. Результаты были плачевные: организм погибает практически моментально, и единственный способ проверить «разумность» этих существ - анализ на живом подопытном. Но остается один научный вопрос: как осьминог увеличился и уменьшился в размерах, как кристаллы способны на такое?
Химический анализ не выявил ничего необычного: в составе минералов были элементы кварца, углерода и других элементов, присущих данному типу камней.
- Давай подведем итоги, Флав: у нас есть с виду обычные кристаллы с развитой нервной системой, которая в теории паразитирует над разумом другого существа, подчиняя полностью себе.
- Также, при разъединении такого симбиоза, нервная система паразита умирает практически моментально. Остается три вопроса: возможно ли, что ткани также кристаллизуются моментально после смерти? Действительно ли они разумны?
- И каким образом эти паразиты смогли увеличить нашего октопуса до колоссальных размеров?
В мед.кабинете Рафаэль, Мирей и Жан-Люк документировали диалог беспозвоночного и инженера, попутно оценивая реакцию мозга на воспоминания о случившемся. Капитан до сих пор не осознавал происходящее и описывал ситуацию так:
«В момент, когда он послал сигнал в мой мозг, я почувствовал, как по всему телу пробежали мурашки, а после его речь раздавалась как несколько одинаковых голосов в голове, будто я слушал церковный хор. Также, на момент я как будто увидел мир его глазами, но картинка предстала очень смазанная и нечеткая. Я также ощутил эмоции, мне резко стало грустно и больно, я чувствовал, как ему тяжело»
- А дальше вы сами все знаете, - Рафаэль подвел свой монолог к концу, - мне кажется, я схожу с ума, не может же животное общаться с помощью телепатии.
- Успокойся, - остановила его Мирей, - ты не сумасшедший, но вся ситуация на самом деле выглядит как дешевое кино.
- Да, согласен, - продолжил Жан-Люк, - однако если бы мы своими глазами не увидели, как осьминог буквально уменьшился в размерах в несколько десятков раз, мы бы ни за что не поверили. Но сейчас любая ситуация может расцениваться как правда.
- Подождем, пока проснется наш сосед, и тогда попробуем продвинуться в расследовании чуть дальше. Если я не сошел с ума, я смогу повторно начать с ним диалог.
На том и порешали. Вечером ребята собрались за столом, где Катрин и Флавьен поделились своими опытами. Раф поделился своими мыслями и команда приняла решение - ждать, пока октопус не проснется.