Sukira

  Чимин любит вечера выходных дней, в которые нет нужды никуда спешить. Менеджеры не обрывают телефоны, проверяя готовность к отъезду на очередное шоу, мемберы не дёргают со всех сторон, заваливая бесконечными «помоги найти, хён» и «ты не видел, куда я дел свою рубашку, Чиминни?». Тишина, мир и покой, закрытая дверь в комнату и возможность побыть наедине со своими мыслями. Валяясь на постели и рассматривая заваленный хламом стол, за который Хосок обязательно вновь отчитает, Чимин думал о том, чем заняться в грядущий долгожданный выходной дверь. Вариантов вообще-то много, ещё больше обещаний друзьям и знакомым посидеть вместе в кафе, но лень и желание ничего не делать подмывают остаться дома и проваляться весь день в постели, смотря недавно вышедшие фильмы или читая начатые книги, конец которых Чимин всё никак не может узнать по причине вечной занятости.

- Чимин, мы с Джин-хёном и Чонгуком идём в кино. Пойдёшь с нами?

Заглянувший в комнату Тэхён застёгивает куртку и привычно тепло улыбается, глядя на друга, что уподобился ленивому взъерошенному коту. Чимин лишь качает головой, переворачиваясь на живот и обнимая подушку.

- Устал за день, не хочу сегодня никуда идти. Может быть, погуляем вместе завтра?

- Ладно, тогда не скучай. Мы будем часа через три. Если что, звони.

За Тэхёном закрывается дверь, а сам Чимин тянется к своему смартфону и привычно заходит в сеть. В твиттере фанаты пишут привычные комплименты и слова поддержки, в фан-кафе небольшое затишье, но много тёплых слов под старыми постами. От них улыбка расцветает на губах, и Чимин включает камеру, желая порадовать любимых арми очередной фотографией себя домашнего, растрёпанного и, если верить фанатам, невозможно милого в подобные моменты. Чего Чимин не ожидал, выбирая нужный ракурс и нажимая на кнопку съёмки, так это надписи «память телефона переполнена, удалите данные для того, чтобы освободить место для новых файлов». 

«Но ведь недавно же чистил только», - пронеслось в голове, пока пальцы мягко нажимали на экран, открывая галерею с фотографиями.

Много, очень много фотографий. Бесконечное количество ярких и не очень кадров, запечатлённых на них воспоминаний. Чимин никогда не удалял фотографии, сливая более старые из них на компьютер, чтобы не потерять, но не переставал удивляться тому, как быстро память его телефона забивается.

«И что только я фотограф... Ах, ну да», - ещё одна мимолётная мысль, и на губах вновь расцветает улыбка.

На открытой фотографии сонный Юнги помешивает ложкой кофе. Растянутая пижамная футболка, волочащиеся по полу штаны, босые ноги. Он был таким домашним, таким мягким, что Чимин просто не смог удержаться и не сфотографировать парня. Ещё одна фотография показывала события двухдневной давности, на ней спящий Юнги свернулся клубком в кресле гостиной общежития. Мягкие черты лица, полная расслабленность, скрывающая глаза растрёпанная чёлка и огромная толстовка, в которой парень тонул. Чимин тогда шёл на кухню за бутылкой газировки для себя и Тэхёна, а в итоге занимался тем, что фотографировал спящего Юнги. Ещё одна фотография была сделана на день раньше. На ней Юнги делал растяжку перед началом танцевальной практики. Футболка, ворот которой оголял ключицы, мешковатые штаны, скрывающие крепкие ноги, повязка, убирающая волосы с лица, и закинутые за голову руки. Сразу после этой фотографии идёт короткое видео, на котором Юнги замечает съёмку, оборачивается и кидает в громко смеющегося Пака полотенцем.

Чимин с улыбкой пролистывает фотографии дальше и невольно смущается, понимая, что почти вся галерея забита одними лишь фотографиями Юнги. Какие-то из них хорошие, какие-то смазанные, какие-то сделаны украдкой. Разумеется, есть фотографии и остальных ребят, видео с танцующими Чонгуком и Хосоком, с дурачащимися Намджуном и Сокджином. Есть несколько видео, на которых Тэхён поёт сладкие баллады о любви, и если присмотреться, можно заметить, что на всех этих видео мелькает семафорящий красными щеками Чонгук. Чимин негромко смеётся, рассматривая раскрасневшееся лицо смущённого макнэ, и с нежностью думает о том, какие же его друзья неловкие придурки.

- Нет бы просто взять и поговорить, - в пустоту замечает Чимин и закусывает губу, натыкаясь на очередную фотографию с Юнги.

Он всегда любил его фотографировать. С тех самых пор, как они только познакомились. Юнги казался таким крутым, таким умным, имел в глазах Чимина огромный авторитет. Со временем ничего не изменилось, разве что отношения между ними становились всё теплее, а после и вовсе сменили свою природу. В запароленной папке скрываются от посторонних глаз старые и новые фотографии, хранящие в себе не только Юнги, но и Чимина, находящегося рядом с ним. Множество совместных фотографий, некоторые из которых совсем невинные, а другие заставляют краснеть и бояться, что когда-нибудь кто-нибудь может в эту папку влезть. Никому не нужно видеть фото, на которых Юнги мягко целует Чимина в губы, никому не нужно видеть фото, на которых Чимин оставляет жаркие поцелуи на белоснежной шее своего любимого хёна.

Много, очень много воспоминаний. Кадры со съёмок и из гримёрных, из закулисья и любимых кафе. Общие фотографии на улицах ночного города и в родном общежитии, кадры с переплетёнными пальцами на фоне темнеющего неба и запечатлённые моменты наедине. У Чимина очень много подобных фотографий, и сюжет их частенько повторяется, разве что меняется одежда и цвет волос. Вот Юнги мятный, а вот блондин. Вот Чимин рыжий, а вот бордовый. Кадры воспоминаний из жизни, трепетно хранимые, оберегаемые, Чимин никогда не посмеет удалить их и будет очень расстроен, если вдруг что-то случится с компьютером, и все файлы сотрутся. Но пока такого ни разу не случалось, и парень скатывается с постели, чтобы убрать из телефона всё лишнее, освобождая тем самым память телефона.

- Чиминни? Ты дома?

Где-то в глубине общежития слышатся шаги, и Чимин счастливо улыбается, зная, кто разыскивает его. Сложно не узнать Юнги по голосу, но парню порой казалось, он бы узнал старшего и по тихим, словно кошка крадётся, шагам. Дверь в комнату вскоре открывается, в проём просовывается взъерошенная макушка. Юнги обводит взглядом комнату и довольно улыбается, заприметив кивнувшего ему Чимина, подбирается со спины и обнимает за плечи, наклоняясь и пристраивая голову на чужом плече.

- Что делаешь?

- Освобождаю память телефона.

На экране мелькают фотографии, переносимые на компьютер, и Чимин невольно краснеет щеками, слыша смешок над ухом. Юнги знает о маленькой слабости своего парня к фотографированию себя в подходящие и неподходящие моменты, но всё равно каждый раз удивляется их обилию.

- Тебе, правда, так нравится снимать меня?

- Ты милый. И очень красивый. Такой чертовски мягкий, что я просто не могу пройти мимо.

Когда чужие руки с силой дёргают на себя, Чимин даже вскрикнуть не успевает. Юнги заставляет встать со стула и приподнимает парня над полом, крепко удерживая под зад, а после роняет на постель, падая сверху, накрывая своим телом и коротко целуя в губы.

- Если кто здесь и мягкий, то это ты, булочка. О, чёрт, не делай этого.

Мученический стон и ответный смех. Чимин краснеет совершенно очаровательно, а Юнги так слаб перед этими мягкими румяными щеками. Не сумев удержаться, парень слегка кусает за правую, тут же прижимаясь к ней губами в полном нежности поцелуе, и Чимин довольно урчит, ворочается, устраиваясь поудобнее, обнимает одной рукой крепче за плечи, а второй зарывается в волосы старшего, ероша мягкие пряди, перебирая.

- Ты вернулся раньше сегодня.

- Джин написал, что ушёл с мелкими в кино, и я решил воспользоваться ситуацией.

Озорное подмигивание и ещё один сладкий поцелуй. Чимин довольно улыбается и жмётся теснее к старшему, предвкушая невероятный вечер в тёплой и желанной компании. Он уверен, у него с Юнги будет ещё много совместных кадров-воспоминаний, которые он будет трепетно хранить не только в телефоне и на компьютере, но и в своём сердце.

И Чимин уверен, Юнги дорожит этими воспоминаниями не меньше.

|∞|