Sukira

  - Мы договорились? - спрашивает Хосок.

- Ты не будешь больше делать глупостей, - припечатывает Сокджин.

- Нам не нужны проблемы, верно? Нужно просто немного подождать, - мягко просит Намджун.

Тэхён переводит взгляд на хранящих молчание Юнги и Чимина, медлит немного и кивает. Коллективный облегчённый выдох шуршащим звуком наполняет помещение, разбавляя тишину. Тут же поднимается суета, будто на какое-то время кто-то наверху нажал на кнопку паузы, и вот теперь всё вновь пошло свои чередом, повинуясь течению времени. Намджун хватается за телефон и звонит менеджеру объяснить ситуацию, Хосок и Сокджин уходят на кухню, обсуждая дальнейший план действий и приготовление ужина, Юнги разваливается на диване, утыкаясь в телевизор, а Чимин...

«Предатель», - думает Тэхён, с прищуром наблюдая за тем, как лучший друг заходит в комнату Чонгука и закрывает дверь.

На самом деле, если в произошедшем и есть вина Тэхёна, то не существенная. Точнее, она есть по факту, но Чонгук сам виноват, что такая нежная комнатная ромашка по натуре. Кто же знал, что от простого поцелуя, пусть и первого, наполненного нервозностью и неловкостью, он не то что обзаведётся мягкими ушами, а и вовсе превратится в кролика? Тэхён вот не знал. Когда признавался макнэ в своих чувствах, не знал, когда заикающийся Чонгук вдруг накинулся на него с объятиями и невнятным лепетом, не знал, когда обхватывал горящие багрянцем щёки младшего, чтобы наконец-то коснуться желанных губ, тоже не знал. А после Чонгук просто исчез, испарился, а на его месте осталась лишь куча одежды и сидящий сверху дрожащий крольчонок, уткнувшийся мордочкой в передние лапы.

«Очень милый крольчонок», - подмечает внутренний голос. - «Такой маленький, пушистенький, наверняка очень тёплый и мягкий. Эти глаза-бусинки, мягкие ушки, не менее мягкие лапки и хвостик пупочкой. Животная форма Чонгукки такая милая. Вот бы пробраться в его комнату, взять на руки и...».

- Даже не думай, - с ленцой тянет Юнги, не отрывая взгляда от телевизора и показывая дёрнувшемуся в сторону комнаты макнэ Тэхёну кулак. - Ему нужно прийти в форму, у нас вечером вообще-то запись на радио. Не знаю, чем вы тут занимались, если он настолько не в себе, но самый разумный шаг - не подпускать тебя к нему на пушечный выстрел. Так что сядь и жди. Или займись чем-нибудь полезным, в комнате уберись.

Тэхён дует губы и плюхается в кресло. Взгляд впивается в бегущие стрелки на часах, и парень принимается ждать. План прост, нужно лишь терпение и усидчивость. Вскоре в гостиной вкусно запахнет едой, голодный Юнги тут же удалится на кухню к ребятам. Намджун заперся в душе, пока есть время, так что помехой не является, а на Чимина у Тэхёна столько компромата, что долго уговаривать друга пустить в комнату макнэ не придётся.

- Эм... Тэхён-а, можно тебя на секундочку?

А вот это уже не по плану, ведь прошло всего три минуты и сорок восемь секунд. Тэхён с опаской смотрит на мнущегося Чимина, на подобравшегося Юнги, и уже хочет спросить, что случилось, как его хватают за руку и тащат за собой. Не сразу Тэхён понимает, что они заперлись в комнате макнэ, не сразу чувствует, как возле ног трётся что-то пушистое. Чимин же окидывает превратившегося в крольчонка Чонгука раздосадованным взглядом и громко фыркает.

- Он не давался мне в руки и вообще забился под кровать, когда понял, что из комнаты ему не выбраться. Я не знаю, как у него происходит превращение, у меня это было всего пару раз, поэтому решил позвать тебя. Не зря, видимо. Помоги ему, а я попрошу Юнги-хёна не поднимать шум раньше времени.

- Спасибо, Чиминни.

Тэхён тепло улыбается другу и, дождавшись, пока тот выйдет за дверь, подхватил крутящегося у ног кролика на руки. Действительно мягкий и тёплый, очень милый и это его пятнышко возле носа. Не сдержавшись, Тэхён прижался губами к тёплому ушку, а после потёрся щекой о пушистую спинку, воркуя о том, какой Чонгукки миленький зайчик, какой он замечательный, какой милый и родной. Чего Тэхён не ожидал, так это того, что в одну секунду пушистый клубочек в его руках вдруг исчезнет, сменяясь на Чонгука. Очень смущённого Чонгука с пылающими щеками и полным отсутствием одежды, что рухнул на него всем весом, заваливая на постель, на край которой до этого присел Тэхён. Вообще-то Ким, являясь любителем маленьких пушистых созданий, будь то кошачьи, собачьи и прочие представители живности, надеялся от души посюсюкаться с милым крольчонком, но и жмущийся к нему немного напуганный происходящим макнэ вполне сгодится на эту роль.

- Эй, ну тише, чего ты? Я рядом, - негромко произнёс Тэхён и приподнялся, натягивая на младшего одеяло.

Чонгук на секунду отстранился, чтобы закутаться в тёплый кокон до ушей, а после вновь прижался, тычась носом в чужую шею и всем своим несчастным видом напрашиваясь на объятия. Разумеется, Тэхён не мог отказать своему макнэ, да и не хотел, если честно. Сгрёб его в охапку с широкой улыбкой на лице, мягко поцеловал в висок, получив в ответ невнятное бормотание и слегка заалевшие кончики ушей, огладил по спине в успокаивающем жесте.

- Прости, хён, - пробормотал Чонгук, вновь чуть отстраняясь и заглядывая в лучащиеся нежностью и искрами веселья глаза. - Я просто немного переволновался, ведь... Всё произошло так быстро, и ты сказал, что я тебе нравлюсь, а ведь ты мне тоже очень нравишься, а потом ты поцеловал меня, и я просто...

- Тише, не тарахти, моторчик, - рассмеялся Тэхён, ероша мягкие пряди младшего и обхватывая его лицо ладонями. - Всё хорошо, Чонгукки, я подозревал, что так будет, ведь ты такой ранимый и нежный у нас, строишь из себя крутого, а как разговоры взрослые заходят, так убегаешь в комнату с пылающим лицом. Да и на что мне обижаться? Твоя животная сущность такая милая, что я определённо куплю себе плюшевого крольчонка, чтобы обнимать его и...

- Нет!

Тэхён замолкает, вскидывая брови и склоняя голову к плечу. Чонгук краснеет и отводит взгляд, передёргивая плечами.

- В смысле... Я ведь... Мы ведь теперь... Зачем тебе другой кролик, да ещё и игрушечный, если...

Чонгук ещё что-то там бубнит не совсем понятное, а после и вовсе падает лицом в подушку, затихая. Тэхён пару секунд смотрит на его пылающие уши, а после наклоняется и звонко чмокает в правое, тут же сгребая подорвавшегося макнэ в объятия и прижимаясь губами к чужим в лёгком поцелуе, прерывая поток возмущения. Чонгук в его руках замирает сначала, а после слегка расслабляется и льнёт ближе, прикрывает глаза и неуверенно отвечает. Такой взрослый вроде бы, порой самоуверенный, дерзкий и даже наглый, но совсем ещё невинный в душе, податливый, мягкий и ранимый.

«Действительно нежная домашняя ромашка. Мой Куки», - с нежностью думает Тэхён и прижимает младшего ещё ближе, ещё теснее к себе.

Он ещё приучит Чонгука к своей близости, и тогда макнэ не будет каждый раз превращаться в крольчонка в его объятиях, сгорая от смущения. Впрочем, и этими мгновениями Тэхён обязательно насладится сполна.

|∞|