Sukira

  У всех есть особо чувствительные зоны на теле, от прикосновения к которым мурашки разбегаются по спине, а с губ рвётся томный выдох удовольствия. Это не значит, что удовольствие чисто физическое, приправленное сексуальным подтекстом, нет. Ведь касания к этим зонам могут носить и дружеский или материнский характер. Кто-то любит, когда его ласково поглаживают по голове, перебирая пряди волос. Кто-то любит, когда тёплые пальцы скользят от линии бровей к скулам или по переносице до кончика носа. Кто-то находит своё счастье в массировании мочек или нежной кожи запястий. У кого-то мандраж лишь от касания к спине или колену, кто-то ловит кайф, когда ему поглаживают центр ладони, отчего на губах расплывается идиотская улыбка.

Чонгук млеет, когда кто-то касается его шеи.

Вот только любовь к личному пространству и явная его охрана не позволяют насладиться лаской. Парень сам себя загоняет в угол, но при этом искренне считает, что потакать своим слабостям не для него. Нежности, касания и прочие слащавости – это для девчонок. А Чонгук – не девчонка, чтобы наслаждаться подобным. Поэтому кто угодно может ерошить ему волосы, обнимать со спины или приобнимать за плечи, хватать за руку, но вот за посягательство на шею все тут же огребают.

- Он постоянно бьёт своих хёнов! – заявляет Сокджин ведущему шоу.

«А не тянули бы ко мне свои ручонки, так и не огребали бы», - думает Чонгук.

Единственный, для кого правила не писаны, это Тэхён.

Чонгук просто не может заставить себя оттолкнуть хёна, ведь тот всегда относился к нему с нежностью и заботой, поддерживал и не ругал, а потакал слабостям и помогал творить шалости. Однажды, в самом начале ещё, Чон довольно грубо ударил по чужой руке, тянущейся к его шее, и заявил, что если хён будет его лапать, то огребёт. Тэхён тогда очень сильно обиделся, кинулся в крайность из серии «извините, я не могу стоять рядом с ним, потому что могу задеть случайно, а получать мне за это не хочется» и «сам передай ему телефон, а то вдруг я случайно коснусь его руки, я же такой заразный, он же умрёт сразу». Сначала Чонгуку было плевать, потом стало обидно, что хён его избегает, после пары отмазок в стиле крайности Чон чувствовал злость напополам со стыдом. Да, он был довольно груб и несдержан, но это не повод его избегать! 

- Хён, давай вместе телевизор посмотрим?

- Хорошо.

Чонгук радовался как никогда, что Тэхён, болеющий на тот момент и кутающийся в безразмерную худи, согласился наконец-то провести с ним время. Вот только он не ожидал, что Тэхён, хлюпая красным носом и глухо кашляя, усядется на пол, продуваемый всеми сквозняками мира. 

- Хён? Почему ты сел на полу?

- Ну как же, а вдруг, если я сяду рядом с тобой, то...

Дослушивать Чонгук не стал. Шипя ругательства под нос, парень вскочил с дивана и резко вздёрнул Тэхёна за подмышки, заставляя подняться с пола, притянул к себе и упал обратно на диван. Тэхён растеряно моргал глазами, перед которыми мелькали цветные квадратики из-за резкого подъёма, а Чонгук уже раздвинул ноги, притягивая вредного хёна к своей груди спиной, крепко обнимая и для верности зажимая чужое тело коленками, чтобы не сбежал. Вот так было правильно, вот так было тепло и уютно. Вот так Чонгук смог наконец-то выдохнуть расслаблено, упираясь подбородком в чужое плечо и вдыхая лёгкий запах пота из-за скачущей температуры, горьковатый запах какой-то лекарственной бурды и мятный – чая. 

Когда Тэхён рядом – это правильно.

- Помирились наконец-то? – шёпотом спрашивает Сокджин у Хосока.

Хосок лишь пожимает плечами и улыбается, разглядывая уснувших на диване парней. Они вырубились за просмотром какой-то не особо-то и интересной дорамы в тех позах, в каких и сидели. Разве что Тэхён откинул голову младшему на плечо, а Чонгук чуть повернул свою, зарываясь лицом в чужую шею, чтобы надышаться родным тёплым запахом. Не решаясь их тревожить, Хоуп приносит плед и кутает в него обоих, шёпотом желая сладких снов. 

- Давай в постели их отправим, спины же болеть утром будут, - говорит Джин и уже тянется растормошить обоих, но Хосок утягивает его на кухню.

- Пусть спят так. Им нужно восстановить баланс.

- Баланс чего? 

- Ты всё равно не поймёшь, Джин-хён.

- Эй!

Перепалка продолжается, Хосок смеётся с раскрасневшегося от возмущения Сокджина, а Тэхён улыбается и приоткрывает слезящиеся глаза. Рука тянется сама наверх, опускаясь на чужую шею, не скрытую широким воротом футболки, и поглаживает тёплую кожу. Чонгук во сне чувствует ласку и мурлычет что-то довольно. Тэхёну кажется, что вот только ради этих секунд стоило заболеть и чувствовать себя половой тряпкой четыре дня из-за мерзкого состояния.

***

В концертном зале душно и шумно, свет слепит глаза, а в наушниках играет музыка, чтобы не сбиться. Чонгук тяжело выдыхает и быстрым, но плавным движением встаёт на руки, делая волну телом и опускаясь на пол, чтобы после перевернуться резко на спину и вскинуть бёдра вверх. Тэхён стоит в центре круга и поёт свою партию, томным взглядом смотря куда-то в зал, где ничего не видно, кроме бушующего моря ярких огней бомбочек. Весь мокрый, чёлка давно ко лбу приклеилась, и даже по запястьям стекают струйки пота. Долгий, очень долгий концерт, одежда слишком плотная, а танец сложный, наполненный ещё и стойками разными, из-за чего тело как в парилке под рубашкой и кажущимся сейчас таким тяжёлым пиджаком. 

«Хорошо хоть, что в шубу не закутали», - проносится в голове, пока согнутая в локте рука скрывает глаза.

Три, два, один.

Мазок пальца по губам, взгляд в толпу, музыка замирает, а фанаты взрываются криком и визгом. Концерт окончен. Заключительная речь осталась, и лидер уже берёт микрофон. Парни тут же кидаются к краям сцены, чтобы взять полотенца. Чонгук тяжело дышит и не может сдержать улыбки, когда Юнги оседает на пол. Хосок говорит ему, что надо вытереться, но Мин говорит что-то в стиле «оставь меня, спасайся сам», и макнэ смеётся негромко, потому что хён себе не изменяет. Хосок тоже смеётся и уходит за полотенцем, пока проходящий мимо тушки Юнги Сокджин заботливо пинает его по заднице и кидает на мокрую макушку чистое полотенце. 

- Чонгук-и, ты весь мокрый.

Тэхён наваливается сзади и закидывает руку на его левое плечо, опуская при этом подбородок на правое. Чонгук вынул давно наушники из ушей, а потому слышит чужое тяжёлое дыхание, жаром оседающее на мокрой шее. А после Тэхён поднимает свободную руку с полотенцем и принимается вытирать мордашку макнэ, наплевав на размывающийся макияж. Всё равно через десять-пятнадцать минут они уже будут смывать всю эту дрянь с лица. Чонгук смеётся негромко, ворчит привычное «хён, ну отстань», а сам поворачивает голову, чтобы Тэхёну удобнее было.

Из неги вырывает рука, вцепившаяся в лодыжку, и Чонгук резко опускает взгляд вниз, где Юнги смотрит взглядом умирающего и просит подать бутылку воды. Фанатки уже кипятком писают, не слушая абсолютно, что там Намджун бормочет устало в микрофон, а Чимин решает прекращать эту вакханалию и подходит ближе, с лёгкостью вздёргивая Юнги на ноги и впихивая бутылку спасительной влаги. Юнги тут же переключается на своего спасителя, а Чонгук вновь оказывается в плену чужих рук. 

- Просто представь. Вот сейчас мы уходим со сцены, нуны стирают нам макияж, - нашёптывает Тэхён на ухо, упираясь лбом чуть выше и обнимая со спины крепко, сцепляя пальцы в замок на чужом животе. – Потом короткий разговор с менеджерами, озвучка планов, переодевание и поездка домой. Короткая драка за душ, а потом вода. Только представь, как все эти тряпки летят на пол, а тёплая вода льётся на голову, пробегается по плечам, спине, и так круто становится. Запах душистого геля для душа, а потом чистая свежая одежда и мягкий диван.

Чонгук стонет в голос, откидывает голову на чужое плечо и выдыхает томно и вместе с тем надрывно. Красивая идеальная картинка складывается в его голове, затуманивая мозги, а Тэхён смеётся коротко, слыша этот стон, и трётся носом о покрытую испариной шею младшего. Это лишь добавляет пикантности ситуации, и Чонгук чувствует себя желе. Прикольным таким, дёргающимся на тарелочке и почему-то кислотно-жёлтого цвета. 

- Ну вы ещё потрахайтесь здесь, - шипит Сокджин и дёргает Тэхёна за руку на себя.

Чонгук чуть не падает, потеряв равновесие, а потом краснеет до ушей, когда смысл чужих слов доходит до мозга. Ответить ничего не получается, потому что Хосок тянет за руку, впихивая микрофон. Макнэ на автомате выдаёт какую-то заученную, но вполне себе тёплую и искреннюю речь, прощается и передаёт микрофон Чимину, попутно облизывая губы и собирая кончиком языка соль с желобка над губой. Надо было, как Юнги, просто вылить бутылку воды на голову, но момент упущен. Впрочем, парень не расстраивается, ведь время покидать сцену.

В коридоре он бредёт последним и устало ерошит мокрые волосы, разглядывая топающих впереди хёнов, которые выглядят усталыми, но вполне себе довольными жизнью. Даже Юнги, избивающий Сокджина за очередную не смешную шутку полотенцем по заднице, сверкает глазами и улыбается широко. А потом взгляд цепляется за Тэхёна и ноги начинают жить отдельной жизнью, как и руки. Чонгук и не замечает, как обгоняет всех и обнимает Кима со спины, опуская подбородок на его плечо и улыбаясь широко.

- Хён, я знаю про нычку Джин-хёна. Встречаемся после отбоя в гостиной, я угощу тебя халявным земляничным мороженым, - нашёптывает макнэ в чужое ухо.

Тэхён поворачивает чуть голову, скашивая глаза на светящуюся мордашку макнэ, и улыбается тепло. Поднимает руку и заводит чуть назад, опуская на шею Чонгука и поглаживая тёплую кожу кончиками пальцев, отчего чувствует пробежавшую по прижавшемуся телу дрожь удовольствия.

- Конечно, Гукки. С меня кола.

- А у нас есть кола?

- Разумеется. Я знаю про нычку Хосока.

Чонгук смеётся негромко и довольно улыбается. У него самый лучший хён в мире. И только этому хёну он позволит касаться своей шеи, которая является рычагом давления. Только этому хёну он позволит увидеть свои слабости и истинные эмоции. Только этому хёну он сам лично отдаст «оружие» против себя, чем Тэхён не раз будет пользоваться в будущем, чтобы утихомирить макнэ, развеселить его или просто приласкать, расслабить. И вообще-то всё это довольно странно, и Чонгук ненавидит все эти нежности и собственную подобную слабость, но перед Тэхёном не стыдно выставить себя ребёнком, просящим ласки. Почему? Всё просто.

Касания Тэхёна, его близость - всё это просто не может быть неправильным.

|∞|