В парней не влюбляюсь (Уик Дарк/Аргент Оковов)
Дарк смотрит на нового друга своей кузины с недоумением и некоторым недовольством: какого чёрта она вообще притащила его к себе домой, зная, что Уик заглянет в гости на чай с приготовленным ей пирогом с черникой? Впрочем, девушка не замечает его недовольства или умело делает вид, что не замечает. И откуда у Марго столько наглости?
— О, Уик, извини, у Аргента тут кое-какие трудности в отношениях, жизни да и вообще, — махнув рукой в сторону, замечает брюнетка, прежде чем спросить у обоих:
— Какой чай будете?
— Мятный, — хором отвечают оба, после чего с недоумением переглядываются и быстро отводят взгляды в стороны, точно неопытные школьники, случайно заставшие одноклассниц за переодеванием.
Дарк украдкой разглядывает паренька. Хрупковатый, даже немножко на девчонку похож, бледный, но при этом довольно симпатичный. Весь в конопушках, а глаза серые, точно шарики ртути из разбившегося термометра. Лицо кажется не слишком худым из-за обрамляющего его каре чёрных, словно уголь, волнистых волос. Да, симпатичный...
Стоп, о чём вообще Уик думает? Тряхнув головой, русый отгоняет лишние мысли. Он вообще-то гетеросексуал, ему девушки нравятся, а не парни. А это был обычный интерес, ведь вполне нормально считать парня симпатичным, если он действительно по-своему красив. Разве нет?
Уайт скоро возвращается с кухни с пирогом и двумя чашками мятного чая, что помогает Дарку отвлечься от сложных размышлений. Понимая, что в тишине сидеть довольно неловко да и вообще довольно грубо с его стороны, Уик всё же пытается начать разговор с юношей:
— Так ты, получается, друг Марго?
— Да, она меня очень спасла, — признаётся тот, слабо улыбаясь. — А ты? Тоже ещё один её друг?
— Нет, я двоюродный брат, — легко отвечает тот, протянув руку. — Меня зовут Уик. А ты, если я правильно понял, Аргент?
— Да, всё верно, — кивнув, отвечает тот, пожимая протянутую руку. — Рад знакомству.
Дарк в ответ лишь кивает, давая понять, что он тоже, в общем-то, рад этому. Тема для разговора никак не идёт юноше в голову, поэтому он хватается за первую попавшуюся мысль, возникшую в голове, и быстро спрашивает, облизнув пересохшие губы:
— А ты... тебе девушки нравятся или парни? Ничего такого не подумай, мне просто любопытно, могу ли я безо всяких опасений стать твоим другом, не боясь, что ты случайно влюбишься в меня.
— В таком случае нам лучше даже не пытаться стать друзьями, — с нотками печали в голосе замечает Оковов. — Я гей. А ты, полагаю, гетеросексуал?
— Да, верно, — кивает Уик, отведя взгляд в сторону.
Отчего-то он чувствует радость и вместе с тем разочарование. Видимо, им не судьба поладить и подружиться.
***
Вот только судьба, оказывается, та ещё заноза в проблемном месте. Хотя бы потому что после принятого решения Дарк сталкивается с Окововым всё чаще и чаще. Поневоле приходится общаться. Нет, конечно, друзьями они, как и планировали, не становятся, однако общение их становится настолько близким, что русый невольно начинает заглядываться на Аргента, в его присутствии, кажется, даже язвит меньше и чаще улыбается, порой старается прикоснуться невольно или глуповато смеётся. И скоро Уик понимает, как сильно влип, влюбившись в этого парня.
Он действительно пытается бороться с собой, старается избавиться от чувств, убеждая себя, что ему нравятся девушки, и даже пытаясь встречаться с кем-то из представительниц противоположного пола. И на какое-то время это помогает.
Вот только однажды в игре "Пять минут в Раю" выпадают они с Аргентом, отчего оба вынуждены вместе торчать в не слишком просторном шкафу, почти вплотную прижимаясь телами друг к другу. Для удобства оба стоят чуть ли не в обнимку, и Оковову всё же хватает смелости спросить:
— Уик, я, конечно, помню, что ты натурал, но реакция у твоего тела какая-то не слишком похожая на это.
В голову Дарка приливает кровь. Он уже не понимает, шутит ли Аргент в такой ситуации или нет, поэтому в панике поддаётся скрытым глубоко в душе желаниям и накрывает губы юноши своими с одной лишь мыслью в голове. "Пошло оно всё к чёрту".
Удивительно, но тот не сопротивляется, а только сильнее обвивает его шею руками, целуя в ответ. Конечно, это как-то не слишком нормально для гея и парня, которому, вообще-то, девушки нравятся, однако Дарк уже готов признать: видимо, не гетеросексуал.
Оба отстраняются друг от друга, тяжело дыша, после чего Оковов с победной улыбкой на губах произносит всего одну фразу:
— А ведь я знал.
— Если так, тогда сам понимаешь, что нравишься мне. О, и прости за подобную реакцию тела в такой ситуации: ничего не могу с собой поделать.
— Зато я могу, — насмешливо шепчет Аргент, однако бездействуя. — И да, Уик, ты мне тоже нравишься. Наверное, с самой первой нашей встречи. Кстати, сейчас дверь шкафа должны открыть, попробуй вести себя чуть более непринуждённо, словно ничего и не произошло, иначе к тебе может возникнуть слишком много вопросов.
— Мне уже всё равно, — только и отвечает Дарк, быстро целуя юношу, прежде чем дверь открывается.
Впрочем, оба действительно выходят наружу так, будто в шкафу просто обсуждали погоду и какую-то новую мобильную игру. Беря русого за запястье, Оковов уводит его из комнаты, бросив напоследок только одну фразу:
— Кажется, Уик немного устал от нашей игры, я провожу его до дома.
Никто не спорит, одна только Марго быстро коротко кивает, понимая всю ситуацию. Видимо, ещё во время их знакомства всё заметила и поняла. За это оба парня ей только благодарны.
В любом случае до дома Дарка новоявленная парочка не добирается, решив остановиться в расположенном на их пути мотеле. Оба кажутся слишком взволнованными происходящим, пусть Аргент и спрашивает, пытаясь контролировать хоть немного ситуацию:
— Уик, ответь честно, тебе уже приходилось это делать?
— Я считал, что это не столь необходимо, — только и отвечает тот, отведя взгляд, однако брюнета, кажется, это не слишком беспокоит, ибо он быстро притягивает того к себе и коротко целует, произнося:
— Как мило. В любом случае об этом не переживай, я тебя научу, а пока действуй так, как тебе хочется.
Дважды повторять не нужно, и юноша действует. Аргент оказывается поваленным на кровать, пока сам Уик, склонившись над ним, целует юношу. Руки брюнета расстёгивают рубашку, после забираясь под неё и блуждая по коже Дарка, только сильнее распаляя его. Ни один не желает остановиться, так что и футболка Оковова скоро оказывается на полу, а губы русого переходят на шею, а после опускаются к груди.
— А ты хорошо действуешь для первого раза, — только и замечает с усмешкой Аргент.