12 глава
Наконец наступил этот день, сейчас я нахожусь на первом этаже больницы, в которой работает мистер Малькольм, придя на 15 минут раньше. Прошло около двух лет, наверное, не каждый из вас знает, что такое жить долгое количество времени без ответов. Это ощущение, когда ты не понимаешь, что делать и по незнанию не можешь даже элементарно помочь. Ты просто смотришь на это со стороны как наблюдатель... беспомощный наблюдатель. Осталось около 10 минут до разговора, который в корне изменит нашу ситуацию. Но моё состояние в данный момент однозначно не подходит для логического мышления и адекватной беседы. Мои руки слегка тряслись, и я не могла снять перчатки с своих рук или выпить стакан воды, потому как вся жидкость выливалась на пол.
"Успокойся, Адель! Всё будет в порядке, сейчас ты не имеешь право выглядеть неподобающе! Подумай о Дженет!"- мысленно говорила я себе.
Я положила ладони на лицо и закрыла глаза, со стороны могло показаться что я расстроена и впала в настоящую истерику, а из моих глаз текут слёзы. Но это однозначно не так, слёзы – это показатель слабости и эту слабость я проявляю крайне редко, одним из факторов, влияющем на мои чувства является Дженет. Это единственный человек, из-за которого я могу прослезиться, но спустя несколько минут, я стараюсь сразу же вернуться к прежнему состоянию, чтобы не быть уязвимой. Уязвимой не важно для кого, будь это мужчина или женщина, ребёнок или старик, не перед кем нельзя упасть в грязь лицом или показать насколько ты слабый.
- Мадам, с вами всё в порядке? - я убрала ладони от лица и подняла свой взгляд на медбрата, стоящего передо мной, - я... я принёс вам воды, - сказал юноша, держа в руках стакан с водой.
Взяв стакан из его рук, я взглянула на бейдж, находящийся на левой половине груди юноши. На нём, маленьким аккуратным подчерком было написано имя – Джош Браун.
- Спасибо, Джош, - отпив немного жидкости из стакана, я сомкнула брови на переносице. Вода была до жути не вкусной, тёплой и кипячёной. Как можно одной вещью испортить о себе первое впечатление, Джош? Неужели нельзя было налить холодную воду, пусть даже из-под крана. Нужно же было заморочиться – налить воды из-под крана в чайник, поставить чайник на плиту, дождаться пока вода закипит, перелить эту воду в кувшин, прождать около двух часов пока она остынет, перелить остывшую кипячённую воду в стакан и только потом передать в руки мне. Как же люди любят сами выстраивать лабиринты из множества количества ходов вокруг себя!
-Прошу прощение, а как вас зовут? – спросил юноша с лёгкой улыбкой на лице, видимо думая о том, что, проявив такой маленький жест заботы он уже покорил моё сердце.
- Моё имя Адель, но для вас я мадам Делакур, - не допив и половину жидкости, я отдала стакан ему в руки и встав с кресла, лёгкой походкой направилась в сторону мистера Малькольма, оставив юношу стоять позади в глубоком замешательстве. Признаюсь, на самом деле порой я бываю слишком придирчивой, но в этой ситуации мои придирки были как никогда уместны и правдивы.
Поднявшись на второй этаж здания и подойдя к массивной деревянной двери, я снова взглянула на часы – без пяти девять, видимо мои мысли настолько завлекли меня, что я потеряла счёт времени. Посмотрев в зеркало напротив, я поправила воротник жакета и проверив состояние причёски, уверенно постучалась в дверь.
- Тук-тук...... никто не открывает, прислушавшись я поняла, что в кабинете есть два человека и среди них однозначно присутствует женщина или девушка, как вам угодно. Её громкий смех начинал мне резать уши, и я непременно решила поскорее открыть дверь, разделяющую меня и эту пару.
Не рассчитав силу, дверь открылась гораздо более громче чем я планировала и эти громкие звуки из дверного проёма привлекли взгляд людей, находящихся посередине кабинета. Девушка оказалась юна, я думаю ей примерно от 19 до 21 года, но платье однозначно было сшито не для неё, ведь такие наряды подходили только под дресс-код женщин, танцующих в кабаре и ублажающих мужчин. Впрочем, каждый вправе носить то что пожелает, главное, чтобы они не мозолили мне глаза, своими ужасно-яркими юбками и чулками, видными за километр. Ведь что такое чулки? Чулки были созданы совсем не бля того чтобы их показывать людям вокруг, они были созданы по этическим соображениям, ведь не многие платья будут красиво смотреться с голыми ногами, но видимо эта молодая особа не учла это придя в государственную больницу в таком виде.
- Кхм...прошу прощения мадам Делакур, я не рассчитал время и совсем забыл о вашем приёме.
- Я думала вы серьёзно относитесь к этому, но видимо я была ошибочна в своих доводах, - сказав это я, подняв подбородок вверх взглянула на молодую особу, сидящую рядом с мужчиной.
- Жизель, я думаю тебе пора, - девушка встала с кресла поправив свою и без того растрёпанную причёску, - я непременно дам знать, когда освобожусь, - она взглянула на мужчину, и её губы растянулись в улыбке (видимо она рассчитывает на то, что он и вправду позвонить ей снова, какая наивная...)
Девушка наконец пошла в сторону двери, противно стуча своими каблуками, настолько сильно, что мне пришлось стиснуть зубы, чтобы не выкинуть эту пару туфель в окно. Она удалилась из кабинета, закрыв за собой дверь и конечно не забыв задеть меня плечом, в надежде показать, что она здесь самая главная и своенравная, но это получилось у неё весьма скверно.
Продержав некоторую паузу, мужчина наконец-то произнёс:
- Прошу присаживайтесь, - указал он рукой на стул.
- Оу, не стоит проявлять такое гостеприимство. «После этой особы я бы продезинфицировала на вашем месте не только этот стул, но и весь кабинет», - сказав это я направилась в сторону камина и присела на кресло, стоящее рядом.
Мужчина хмыкнул, встав со своего привычного места и сев напротив меня.
- Да вы ревнивица, мадам Делакур...
- С чего вы решили? Правильнее сказать – собственница.
- Я не понимаю, что вас так возмутило?
- Как бы вам объяснить...собственничество может проявляться не только по отношению к людям, но и к вещам. Представьте – вы приобрели себе кружку, очень красивую и пили из неё только вы и никто больше, на протяжении многих лет. И тут однажды, вы находите себе девушку или спутницу, как вам угодно, и она начинает пить из вашей кружки, потому что она ей нравится или по любой другой причине, которая нас конечно не интересует. И смотря на это со стороны, точнее наблюдая за тем как ваша вещь постепенно становится не вашей, вас одолевает гнев, вы разозлитесь.
- Тут я не соглашусь с вами. Я не разозлюсь на то, что моя любовь захочет выпить из моей любимой кружки один раз.
- Вы говорите про один раз, а я говорю про постоянное пользование и присвоение чужой вещи себе.
- Но беря в пример наш случай, был всего один раз. Да и по вашему примеру, всё равно можно сказать, что это так или иначе проявление ревности, просто в меньшем размере.
- Эх...как жаль, что вы даже не поняли, что смысл не в том – сколько раз и как часто. Смысл в том, что вы постепенно начинаете терять контроль над своими вещами и окружением. Вы понимаете, что теперь в вашей жизни появляется кто-то или что-то, что нарушит порядок вещей, идущих своим чередом и систему которых в своё время установили и создали вы.
Разве вас не злит это? Разве вас не разозлило бы то, что захотело помешать вашим планам?
- Вы хотите сказать...нет даже не так. Вы утверждаете, что этим - кто-то, в нашей ситуации является Жизель? Ха! Неужели вы серьёзно думаете, что эта девушка сможет изменить ваши планы?!
- Возможно...
- Но ведь это...
- Мистер Малькольм, опять вы переводите тему. Неужели мне напомнить зачем вы позвали меня сюда?
- Но вы сами начали эту тему!
- Вы сами заставили меня её начать!
- И как же я это сделал!?
- ВЫ АБСОЛЮТНО БЕЗДОКАЗАТЕЛЬНО НАЗВАЛИ МЕНЯ РЕВНИВЕЦЕЙ! – выпалила я на одном дыхании и направив указательный палец в его сторону, - а терпеть оскорбления, как остальные женщины я не намерена!
Я видела взгляд мужчины. Он был рассержен, весьма напряжён, а его дыхание было таким запыхавшимся, словно он пробежал километровый забег на соревнованиях. Но он не хотел растоптать или оскорбить меня, словно его злость была иного рода. Злость, порождающая не ярость и в последствии драку, а влечение, непонятное нам обоим...
- У меня нет больше к вам вопросов, - сказал мужчина и откинулся на кресло, проведя ладонями по скулам и бороде. Пока мужчина незаметно погружался внутрь своих мыслей я молчала, наблюдая за ним. Нужно было дать ему время, чтобы переосмыслить всё это, пусть даже пару минут, но эти пару минут будут очень значимы для него. Чтобы хоть как-то отвлечься от нагнетающего молчания, я взглянула на огонь в камине. От него исходило сильное тепло, хотя языки пламени были не очень большими. Огонь излучал своё последнее тепло, будто ещё чуть-чуть и он погаснет. Он был как человек, ведь каждый из нас захочет последние дни своей жизни провести ярко и счастливо, так сказать во всём цвету, по такому же принципу действует и природа. Пусть и не все её представители, а несколько из них, например, красный мак, яркий цвет которого продержится совсем не долго, уже известный нам огонь и многие другие.
- Думаю нам пора прервать молчание и наконец-то перейти к делу.
- Соглашусь. Я заинтересована.
- В чём именно?
- Вы сказали, что в этом деле есть заговор или его задатки. Поэтому мне интересно узнать правдива ли ваша теория и если она такова, то кто является зачинщиком заговора.
- Я думаю это не столько интересно, сколько страшно и опасно, ведь среди ваших знакомых, друзей и даже возможно семьи, могут быть участники сговора. Вы должны быть крайне осторожны, если всё-таки подтвердится моя теория.
- Я смогу позаботиться о своём благополучии и безопасности Дженет, приступайте к рассказу.
- Непременно, - мужчина слегка улыбнулся, это получилось у него с некой грустью на лице и встав с кресла, подошёл к деревянному шкафу, из которого достал бумажную папку и непременно передал мне её в руки, - вот, ознакомьтесь, я думаю вам лучше всё самой прочитать и увидеть своими глазами.
Взяв в руки папку, я достала оттуда карточку Дженет и приступила просматривать результаты её осмотра и анализов.
- Я не ошиблась? Вы обнаружили в крови яд Гадюкообразной змеи?
- Который в последствии парализует тело, конечности и часть нервной системы, а потом и вовсе умертвляет жертву. Да, вы не ошиблись.
- Но откуда и как этот яд мог попасть ей в организм, ведь эта змея водиться только в Австралии и Новой Гвинеи, а мы, напомню, находимся во Франции, то есть на другом конце света!
- Я смотрю вы разбираетесь в зоологии и географии, весьма странно для женщины, но сейчас не об этом. Вы совершенно правы, это весьма интересно и странно. Как я знаю таких змей даже не помещают в зоопарки и цирки, так что нам нужно попытаться найти объяснение этому... Ваша сестра не путешествовала в другие страны, хотя бы чуть-чуть близкие к тем местам, в которых обитает эта змея?
- Нет, я уверена в этом, максимум куда она могла уехать это в другие города Франции и в Лондон, на большие путешествия она просто не способна!
- То есть, круг стран сужается, а ход событий усложняется...
- Подождите! Сейчас для меня не важно, где и кто это сделал. Меня интересует можно ли спасти её? Есть ли противоядие или способ вылечить Дженет?
- Я не хочу вас огорчать, но в моей практике не было ни одного человека, которого можно было вылечить от этого недуга. До меня не было сделано ни единого противоядия, убивающего клетки яда, или хотя бы вещества, которое смогло бы остановить атрофирование конечностей ...Простите.
Эти слова отдавались эхом в моей голове...
- Что? Простите... вы верно шутите?
- Адель...
- Нет...не может быть...нет...НЕТ!
Я упала на колени и схватилась за грудь, внутри которой бушевала невыносимая боль, боль отчаяния и горести потери. Мужчина сел рядом со мной и обнял за плечи, тем самым пытаясь меня успокоить, прижать к себе и защитить, но это получалось довольно скверно. Сегодня я показала слабость ещё одному человеку, он увидел мои слёзы, Малькольм узнал, что я оказывается не настолько чёрствая как ему возможно казалось. Крики отчаяния вырывались из моих уст один за другим, изредка они прекращались и заменялись всхлипами, пальцы вонзились в руки мужчины, словно я хотела прижать его к себе ещё крепче, но это было сделано как будто я выместила на нём всё своё отчаяние и ярость. Но вдруг мужчина стал поглаживать меня по голове, как маленького ребёнка своими ладонями. Движения были настолько мягкими, что ему удалось хоть как-то притупить мой приступ.
- Тише...тише...Адель, успокойся. Я знаю, как тебе тяжело, но я попытаюсь помочь тебе справиться с этим. Всё пройдет стороной, все наладится, - мужчина взял в руки моё лицо и своими пальцами аккуратно стёр слезинки с моих щёк, - ты справишься с этим, это сложно я понимаю, это горько и печально, но ты сильная. Ты самая сильная женщина, которую я знаю, сильнее даже многих мужчин...в том числе меня. Поэтому ты обязана справиться с этим, и ты сделаешь это.
- Что мне нужно делать!? Как? Как!? Как вы мне объясните то, что в моей квартире лежит не живой человек, а просто труп? И всё это время я издевалась над ней, вместо того чтобы почётно похоронить и сделать её счастливой! Кто я после этого?
- Чшшш...в твоём доме, лежит твоя абсолютно живая сестра, она не мертва, она не труп, она чувствует, видит и слышит тебя, просто не может тебе показать это.
- Но вы же сказали, что она не жилец, она не вылечится, а от яда этой змеи умирают сразу в течении 28 часов.
- Да это так, но случай твоей сестры весьма удивителен. Она не умерла, яд подействовал очень странно, он просто атрофировал её мышцы и часть нервной системы, при этом сохранив ей жизнь. Обращайся ко мне на ты Адель, мы уже повязаны с тобой навсегда, пора переступить рамки приличия.
- То есть вы...ты хочешь сказать, что Дженет останется в таком состоянии навсегда?
- Да...
- Она не сможет жить как раньше. Она забудет, что такое ходить босиком по летней траве. Она забудет, что такое держать в руках кружку с любимым кофе. Она больше не сможет выступать в театре и показывать всем свой талант. Она больше не сможет жить! Как? Как я могу допустить эти мучения?! Она просто будет всю жизнь привязана к кровати и даже не будет в состоянии произнести ни одного слова! – произнеся это я смотрела на реакцию мужчины. Он опустил глаза в пол и немного помолчал, но после чуть тише произнёс:
- У нас не так много вариантов на её дальнейшее будущее, - я видела, ему тяжело давались эти слова.
Я встала с колен и взяла упавшую сумку в свои руки, мужчина повторил за мной, теперь мы стоим лицом к лицу к друг другу. Смотря в глаза и ожидая дальнейших слов.
- И какие у нас варианты?
- Не так много всего лишь два. Первый из них – это продолжить ухаживать за Дженет, нанять гувернантку, которая будет с ней до самой смерти. Нам не известно, как долго продлится её жизненный цикл, но как я думаю это не очень большой промежуток времени. Поэтому её жизнь...скорее существование будет не таким долгим, но весьма печальным и болезненным, так как яд может начать действовать в любой момент внутри её организма, а мы даже...не будет об этом знать, так как сказать о боли она не сможет.
- А второй вариант?
- Это эвтаназия, то есть твоей сестре просто введётся через шприц вещество, и она...
- Безболезненно умрёт спустя 2-3 минуты, я знаю, что такое эвтаназия Малькольм.
- Я могу это сделать самостоятельно, без присутствия других врачей, дабы избежать огласки, которая нам однозначно не нужна.
Я направилась в сторону выхода из кабинета, переосмысляя всё в своей голове, словно находясь в глубоком тумане. Чуть приоткрыв дверь кабинета, но не выйдя из него я повернулась к мужчине:
- Не стоит, я не хочу марать ваши руки в чужой крови, мистер Малькольм. Я сообщу вам как завершу дело и приду в себя.