Последняя !!ЗАМОРОЖЕН!!

Прошло около пары часов и в целом дело шло хорошо. Крис не хотела напиваться, так что её бутылка ушла Кристине. Бутылку Даши случайно забрала Света, а Поцелуева брезгала пить после Токаровой, так что смирилась с тем, что сегодня выпьет меньше. Вилка атмосферу успокаивала и веселила всех. Они успели посмотреть какую-то комедию, которую включила Малышенко. Настроение было хорошее у всех.

Даша вышла покурить, а там уже сидела Токарова, закуривая родной Marvel красный. Да, Света еле держалась на ногах, а под никотином тем более, поэтому села на пол, обещая себе выветрить весь балкон после этого. Поцелуева понимает, что сигареты у неё только галимые, комплимент, который ей принесла Кира, ведь больше денег не было. Она садится рядом со Светой и просит сигарету, заводя руку за голову. Она старается не смотреть на Токарову, лишь бы иной раз не связывать себя с ней. Хотя они уже связаны. Обидой, провалом и любимыми сигаретами. Света различает фигуру перед ней и понимает, что это сама Даша. Понимает, что та пришла лишь для того, чтобы покурить, но села рядом. Понимает, что есть небольшой шанс побыть рядом. Она ничего не отвечает, а просто подносит наполовину скуренную сигарету к аккуратным губам Даши. Она никогда их не кусала, в отличии от Светы. Аккуратные и пухлые, которые так и хочется поцеловать, чтобы хоть как-то прикоснуться к чему-то идеальному. Поцелуева слишком хотела курить, что сдерживается и закуривает сижку, которую уже кто-то курил. Такое она могла позволить в крайних случаях или же с близкими людьми, к которым Токарова никак не относилась. Затягивая в лёгкие никотин, Даша готова даже улыбнуться от наслаждения. Не успеет опомниться, как Токарова берёт ту же сигарету и закуривает также, как и Поцелуева секунду назад. Выпуская дым, Света лишь тихо бубнит себе фразу.

– Вот и косвенный поцелуй..– Даша не услышит. Она даже не подумает, что это относится к ней, а в целом и не вслушивается в этот странный пьяный бред.

Света набирается смелости и кладёт голову на плечо Даши, мечтая остановить мир и как можно дольше побыть с ней рядом. Она готова выкурить все сигареты, лишь бы Даша посидела рядом. Докуривая сигарету, она достаёт вторую и Даша берёт из её пачки себе сигарету. Она терпит прикосновения, лишь бы покурить. Докурив эту сигарету, она сразу же уйдёт. Моментально выскочит с балкона, а может и просто уйдёт домой. Она не знала, что уже каждый собирается домой, собирая бутылки, которые они же и опустошили. Они лишь вдвоем сидели на балконе и курили.

– Знаешь, – сказала Света, но будто сразу передумала. Алкоголь в крови шалит.

– Что? – сквозь зубы спрашивает Поцелуева. Ей не нравится вся эта картина. Ей не нравится поднявшийся месяц, который светит прямо на них. Ей не нравится эта квартира. Ей не нравится эта затея. А уж тем более, ей не нравится слишком тактильная Света.

Токарова хотела признаться в порыве эмоций, но будто резко протрезвела. Она встала с плеча и повернувшись к Даше, постаралась быстро придумать продолжение.

– Хотела извиниться за твою выпитую бутылку. Я наверное из-за неё творю такую хрень. Прости. – быстро сказала Света и вставая с пола, она вышла в комнату. – Лиз, можешь домой провести? Я одна не дойду. – стыдно за столько выпитого, ведь обещала не напиться.

– Уже собралась, так что помоги прибраться и пойдём. – с улыбкой сказала Андрющенко. Знала Токарову уже как свои пять пальцев. Знала, что та напьется и что придётся ей помогать.

Пока они убирались, а Вилка сидела с Кирой в обнимку, так как напилась знатно, кто-то вышел из квартиры. Кристина выглянула из комнаты и увидев Штрефонд, она лишь сказала что-то вроде «на Поцелуеву не похоже, чтобы она так быстро уходила и не попрощалась даже». Наконец все собрав, они вышли за Поцелуевой буквально через две минуты. Лиза, по привычке, взяла рюкзак, которые уже было лень заносить домой. По дороге выкинув бутылки, они пошли к перекрёстку, на котором их пути расходились. Крис вместе с Кирой несли Виолетту под руки, которая напевала какую-то весёлую песню. Лиза держала Свету, а Кристина шла рядом со всеми сразу.

На одном из проходов показалась фигура, одета во всё чёрное, а рядом с ней лежали чьи-то ноги.

– Там Даша! – лишь крикнула Света, узнав родные большие ботинки и джинсы, которые располагались на белоснежной снегу, который каждую секунду окрашивался в малиновый.

Токарова сорвалась из поддержки Лизы и кинулась к девушке. Её крик испугал главного подозреваемого.

– Кирюх, быстро за ней. – проговорила Кристина, указывая пальцем куда-то вдаль за тенью.

– Беги, я сама смогу. – ответила Крис, перенося весь груз Виолетты лишь на себя.

Кира сорвалась с места и побежала за подругой. Курение – их враг сейчас, но любили они заниматься спортом, так что подготовка была, хоть какая-то. Через пару секунд, они скрылись в подворотне.

Лиза подбежала к Свете, которая не понимала что делать. Алкоголь выветрился за секунду.

– Свет, приподними её и позвони по этому номеру. – протягивая визитку, начала управлять Лиза. Никто и не против, так как она единственная, кто мог помочь.

– Блять, почему именно она? Может лучше Крис? – раздражённо проговорила Поцелуева, закатывая глаза.

– Даже не думай закрывать глаза. У нас времени мало, так что не ёрзайся. – ответила Андрющенко и Света уложила Поцелуеву к себе на колени. Похуй было и на кровь рядом, и на ворчание Даши, и на алкоголь, а главное было похуй на чувства. Токарова лишь молилась про себя, чтобы Даша осталась цела и невредима.

Дрожащими руками, Света набрала номер и трубку взяла Марина Александровна.

– Здравствуйте, Ковальчук Марина Александровна слушает. – послышалось в трубку.

– Улица Смоленская, перекрёсток около пятнадцатого дома, человеку нанесены ножевые ранения. – спокойно проговорила Света, слушая бурчание Лизы, которая перематывала неглубокую и кажись быстро нанесённую рану.

Трубку сразу же положили и спустя пять долгих минут, приехали две машины. Полицейская и скорая. А также вернулись запыханные Кира и Кристина.

– Хоть что-то рассмотрели у этой твари? – быстро сорвалась Лиза. Её просто довели все эти события. Она не понимала, за что Дашу то. Она под описание никак не подходит, а значит вся их теория рушится разом.

– Ничего. Только из кармана вылетел рисунок. – ответила Кристина, передавая отрывок бумаги Андрющенко и сев около Даши.

– Нужен один человек, который сможет следить за состоянием пострадавшей. У нас врачей не так много, а вот раненых сейчас предостаточно. Главное, чтобы она была не против вашего присутствия. – сказал врач, пока Даша лежала на носилках с новым бинтом, который намотали уже врачи.

Кира и Кристина переглянулись, понимая, что не смогут. Семьи у них строгие, так что домой в одно и тоже время обязательно нужно быть. Кира не хотела расстраивать бабушку с дедушкой, а Кристина боялась за состояние мамы, так что отказались от такой затеи.

– Даш, мне нужно лишь твоё согласие. – присев рядом, проговорила Токарова.

– Да за что ты мне, блять, встретилась? – закатывая глаза проговорила Даша, а внутри было страшно. Страшно от того, что придётся самой за собой следить. Страшно, что сегодня она может умереть, а единственное спасение просит её одобрения, а лучше бы просто бросила её. Зачем настолько унижаться? Не понимала этого Даша. – Хорошо, я согласна. – быстро ответила Поцелуева и Света поднялась, а за ней врачи.

– Лиз, позвони Валере и скажи, что меня сегодня не будет. Пусть осторожным будет. –  сказала Токарова, смотря прямо в глаза подруге.

– Обещаю. Пусть хоть у меня остаётся с ночёвкой. – с улыбкой произнесла Лиза и пообещав на мизинцах, Света запрыгнула в машину скорой помощи.

Дальнейший опрос был уже обыденный. Что видели, как относились, с кем конфликтовала, на кого подозрения и т.д. Лиза отвечала первая и рассказывала всё честно. Конечно у неё были не лучшие взаимоотношения с Дашей, но она бы никак не навредила бы ей. Дальше пошла Кристина, после неё Кира и Крис. Виолетту опросить было невозможно, потому что перепила походу. Её старались просто утихомирить, чтобы не натворила чего-то при инспекторе.

Даша в это время ехала со Светой. Сидели и молчали. Точнее Токарова сидела, стараясь не пересекаться со взглядом Даши, а Поцелуева иногда поглядывала на неё, не понимая, почему та так добра к ней. Она не верила в добрых людей. Знала лишь справедливых, а тех нельзя посчитать за добрых. Поцелуева пару раз ловила приступы острой боли около раны, когда кровь снова начинала вытекать намного быстрее. Света лишь убирала её руку, перебирая побитые костяшки и наблюдая за состоянием Даши, говоря, что сейчас они приедут и всё быстро зашьют. В такие моменты Токарова старалась улыбаться и вызвать улыбку у спутницы, но всё было напрасно.

– Я хочу пить. – наконец соизволила сказать Даша, которая молчала почти всю дорогу.

– Сейчас нельзя. Нужно осмотреть рану и после операции можно будет попить. Ты главное глаза не закрывай надолго, а ещё скажи, чтобы тебе наркоз не кололи. Нельзя его, если в крови есть алкоголь, поняла? – ответила Света, поправляя свои волосы. Хоть какие-то базовые знания у неё достались от Лизы, которая часто комментировала киноляпы в ужастиках. Здесь нельзя пить, тут не так перемотали, здесь человек не может так бегать с ранением и много остального. Свете всегда было весело в такие моменты, ведь никто не догадывается, что с ним или с близким человеком может случаться такая беда.

Они наконец-то приехали. Дашу забрали в операционную, а Свету попросили заполнить анкету, которую просто было принято заполнять в больнице. Токарова вписала своё ФИО, номер телефона, кем приходится Даше, а также номер человека, которому можно позвонить, если Света не возьмёт трубку, а Даше будет нужна помощь. Токарова быстро вывела данные Лизы, которая не раз ей помогала, хотя и знала, что не понадобится, так как Света собиралась пробыть с Поцелуевой всё время, пока ту не выпишут. Ей сказали подождать около двадцати минут, после чего её направят в палату, в которой будет пострадавшая. Света вышла из больницы и направилась в ближайший небольшой магазин, которые работал до одиннадцати. На часах десять вечера и Света понимает, что денег у неё не так много. Откладывала на пару пачек сигарет или же подик. Сама даже не определилась. Просто копила на черный день, который походу настал. Деньги хранились в куртке Токаровой, которую она почти не снимает. Родители, если пьяные, перероют всё, лишь бы найти деньги на добавку, а в куртке безопасно хранить. Света берёт тележку и начинает ходить по отделам, собирая разной еды для Даши. Она понимает, что Поцелуева хотела пить и помнит любимый вишневый сок, который Даша брала в столовой. Набрала фруктов разных. Обычной воды взяла, ведь Даша не любит с газом. Взяла пакетированный салат, булочку с маком и для себя сосиску в тесте с газированной  водой.

Оплатив продукты и вернувшись в больницу, она вошла в пятнадцатую палату, в которой лежала Даша. Та вытерла еле заметные слезы и сделала вид, что смотрела в потолок. Света не хотела акцентировать на этом внимание. Она закрыла дверь и поставив рядом с тумбочкой пакет, она села около Даши на стул.

– Как ты? Ничего не болит? – спросила Света, останавливая желание прикоснуться к Поцелуевой. Она была сейчас такой хрупкой и открытой, хотя и старалась вести себя обыденно. Токарова даже не догадывалась о чём может думать сейчас Даша, но надеялась, что буря ненависти прошла хоть немного или ушла буквально на одну ночь. Ей бы хватило.

– Нормально. – сухо. Другого конечно и не стояло ожидать, но у Светы все надежды пропали.

– Сказала про алкоголь? – теперь она точно не хотела трогать Дашу. Пусть лучше так. Пусть лучше она будет наблюдать за тем, как ей становится лучше, а после уйдёт, чем будет ухудшать их взаимоотношения, которые стали на нейтральном уровне.

– Да. Наркоз не делали, поэтому швы ещё болят немного. – снова сухо ответила Поцелуева. Почему так реагирует вообще? Непривычно? Страшно? Мерзко? Знала точно, что страшно не из-за Светы, а из-за возможности умереть. Знала, что мерзко от своей слабости. Знала, что непривычно чувствовать чужое тепло и она не хотела к этому привыкать, чтобы не разочароваться в людях.

– Что врач сказал? – продолжая сидеть на стуле, спрашивала Света, будто ничего не замечая. Будто не было со стороны Даши ничего такого обидного.

– Выпишут через пару дней. На счёт еды можно будет только утром, а воду через полчаса, но лучше просто лечь спать. – проговорила Даша, всматриваясь в знакомое лицо, но незнакомые черты лица. Света никогда не была с ней так открыта и добра до этого. Поцелуева думала, что так влияет на неё жалость и алкоголь, но в глазах не читалось это. Там была лишь пустота. Точнее не пустота, а пелена, которая не давала спокойно увидеть всю душу и понять её, от чего становилось лишь интереснее.

– Хорошо, тогда засыпай. Я постараюсь не мешать. – лишь сказала Света и пересела на самую дальнюю кушетку. Выключателей нигде не было, так что Даше придётся засыпать при тусклом освещении.

Света написала Лизе о том, что всё хорошо и через пару дней Дашу выпишут, но она побудет с ней этой ночью. Написала Витале и спросила как дела. Тот лишь ответил, что родители снова ругаются и пьют, из-за чего он не может уснуть. Бедный малый. Света не хотела ему такой же судьбы, как ощущала сама в детстве. Совместными усилиями, они с Лизой уговорили Виталю собрать нужные вещи и выйти из дома, а Андрющенко его встретит и приведёт к себе. Виталик – милый мальчик, а ещё послушный. Конечно младше их, но с ним было весело, так что Лиза с радостью согласилась взять его к себе на ночь. Её мама тоже была не против, так как знала обстановку у Токаровых. Часто угощала блинчиками и была второй мамой, лишь бы оставить что-то тёплое и хорошее из детства.

Даше не спалось. Она не любила спать на спине, так как боялась сонных параличей и кошмаров. Она смотрела на улыбающуюся Свету, которая что-то тихо печатала в телефоне. Теперь та не казалась таким противником, как в средней школе. Токарова была совсем бесшумна. Ни одного скрипа, громкой ухмылки или ещё чего-то, что могло бы отвлекать Дашу ото сна. Но она всё не спала. Она лежала и наблюдала за чертами лица той, которая согласилась помочь. Наверное Света просто не хотела домой и нашла вот такую причину не возвращаться. Что что, а проблемы в семье Токаровых знают многие и Даша пару раз тоже про них слышала. И даже не смотря на это, Света хорошо учится, читает много разных книг и успевает гулять.

Света наконец оторвалась от телефона и направилась к Даше, взяв с собой бутылку воды.

– Не спится? – с ухмылкой спросила Токарова, когда увидела дёрганье ресниц у Даши. Она и так чувствовала на себе взгляд, а тут ещё так фальшиво притворяться.

Даша открыла глаза, немного покраснев. Даже не понятно от чего, но ей просто стало стыдно, что так пристально наблюдала за Токаровой. Так тщательно старалась запомнить все движения и понять одноклассницу. Она хотела знать её, чтобы просто понимать, что замыслила Света, раз поехала с ней.

– Пить хочешь? – снова послышалось от Токаровой, когда Даша открыла глаза.

Поцелуева лишь кивнула одобряюще и намеревалась встать на локтях.

– Ты дура что-ли? Нельзя тебе сейчас напрягаться. У тебя так-то капельница недавно вводилась и сейчас лучше побыть без лишних напрягов. – проговорила Света, укладывая Дашу обратно.

Не успела Поцелуева возразить, как Света завела руку за её спину и приподняла Дашу, одновременно держа бутылку. Поцелуева не чувствовала себя такой уж слабой и это казалось унизительно, но отказываться на собирается. Сама согласилась, чтобы Света помогала и следила за ней. Отпив пару глотков, Токарова уложила Дашу обратно, а та лишь отвернулась от неё. Света примерно понимала причину такого поведения, но всё равно было странно видеть Дашу такой. Она совсем не умеет принимать помощь. Токарова лишь тяжело выдохнула, закрытая бутылку и положив её обратно в пакет, она вернулась к Даше.

– Если что-то ещё нужно будет, то я всегда рядом. – негромко проговорила Света и пошла вновь куда подальше.

Токарова понимала, что Поцелуевой с ней совсем некомфортно. Что она бы хотела побыть одна, лишь бы не торчать со Светой в одной палате. Токарова знала, что после этих пары дней, они вернутся к тому, с чего начинали. С глупых пряток по школе, лишь бы Даша не увидела. С грубых высказываний в сторону Светы. А главное с ответных фраз Лизы, которая лишь хочет защитить Свету.

– Курить хочу. – лишь сказала Даша, до сих пор не поворачиваясь к Токаровой. Знала, что на разрешит.

– Тебе нельзя сейчас. Утром покурим, но лишь после того, как ты поешь. – ответила Света. Быстро и ожидаемо. Подходить не собиралась. Лишь продолжила сидеть на прежнем месте и иногда смотреть на Дашу, которая явно не спала.

Даша всё ещё обдумывала такую добродушность, которую но от кого не чувствовала. Хотя нет. Сестра её любит. Она явно переживает сейчас, а Даша даже ничего не рассказала.

– Свет, можешь позвонить моей сестре? – спросила Даша, будто Токарова могла отказать.

Девушка подошла с телефоном к Даше и собиралась вписывать номер.

– Что сказать? – лишь спросила Света, когда номер был записан.

– Скажи, что я с ночёвкой у кого-то. Славена поймёт. Главное не говори, что со мной что-то случилось. – лишь ответила Даша, стараясь не показывать своего напряга. Она переживала, что с сестрой что-то случится плохое. Вдруг родители выпивают. Вдруг её задели. А хуже всего будет, если Света услышит там какие-то споры. Весь идеальный образ разрушится, пусть он и уже раскрыт для многих.

– Привет, Славен. Тут Даша забыла тебя предупредить, что она с ночёвкой останется и уснула. – сказала Света и послышались неразборчивые слова в трубке. – Да, всё хорошо, не переживай. Через пару дней вернётся. Давай, спокойной ночи.

– Спасибо тебе. – ответила Даша, когда Света положила трубку. Как её ещё жалеть можно, она не представляла, но впервые благодарна Токаровой.

– Та ничего, я бы тоже в первую очередь за брата переживала. – с улыбкой ответила Света и ушла к окну.

Оно открывало вид на небольшие трёхэтажки, в которых уже почти не горел свет. Где-то там сейчас сидит Виталик с Лизой и о чем-то разговаривают или засыпают. Свете хотелось к ним, но никак не могла оставить Дашу тут одну. Хотя может стоило. Может Поцелуевой хочется побыть одной. Компания Светы ей точно не нужна. Токарова вновь повернулась к Даше, а та уже уснула. Походу единственное что её волновало всё время, была именно сестра, а сейчас всё хорошо. Сейчас Света может сесть на кушетку и наблюдать за спящей Дашей и что-то прочесть.

***

– Идея достала со своим нытьём. В целом там похожая причина, думаю вы и так догадались. – проговорила подозреваемая. Она сидела в закрытой позе, скрестив руки на груди и пристально наблюдая за каждым действием следователя.

– Тогда из-за чего была попытка убить Дарью Поцелуеву? – перелистывая документы, спросила Марина Александровна.

– Слишком резкая. Нужно думать, о чём говоришь. Если не хотела умирать, то смысл было множества брошенных на ветер фраз? Да и какая ебанутая будет спокойно говорить о смерти, а после бояться в тёмных переулках и оглядываться? – ответила девушка. – Следующая такая же должна была быть Лиза Андрющенко, только вот вовремя исправилась.

– В каком плане «исправилась»? – задал

а вопрос инспектор, убирая бумаги и уставив свой взгляд на подозреваемую.