Ты не омега. Чанёль/Бэкхён
Рэна
Удар. Удар. Ещё удар. Шестнадцатилетний омега падает на грязный пол туалета, не подавая никаких признаков жизни.
- Вставай! - раздражённо шипит восемнадцатилетний альфа, заставляя остальных альф вздрогнуть, ибо голос его звучал очень грубо.
Омега действительно приходит в себя, делая слабые попытки приподняться, но боль во всём теле мешает ему это сделать, и парнишка вновь валится на грязную серую плитку.
- Тебе было сказано встать! - уже громко кричит альфа, но омега так и остаётся лежать на полу. Разъярённый альфа вновь пинает парня в живот, наслаждаясь криком боли беспомощного парнишки.
- Прошу, не надо, - сипло просит омега. - Я не смогу иметь детей...
- Дети? - альфа усмехается. - Какая глупость. А знаешь что? Я помогу тебе, - его улыбка становится жуткой и пугающей, а глаза сияют неестественным блеском. - Вышли отсюда! - он зло зыркает на остальных альф.
- ЧанЁль, не тупи, - растягивая пухлые губы, смеётся один из них.
- Кай, выйди! И этих ушлёпков с собой прихвати! - серьёзно повторяет альфа.
- Как знаешь, друг, - фыркает младший и выходит из туалета, вытолкнув ещё двоих друзей, которые уже привыкли к такому поведению Ёля. Они уже привыкли, что Пак самый конченый отморозок, которого можно найти, но друзей не выбирают, их любят такими, какие они есть.
- Ну, что ты там про детей говорил? - Чан отводит взгляд от закрывшейся двери, устремляя взор на подростка.
Омега молчит, он просто не в состоянии говорить, тело предпочло забыть о боли, покинув сознание. Он лежит на холодном грязном полу, истекая кровью, но ЧанЁлю всё равно, ему можно всё.
Пак делает три шага в сторону омеги, брезгливо поднимая лёгкое тело за ворот пиджака. Беднякам в этой школе не место и, кажется, он придумал, что сделать для того, чтобы избавиться от этого сопляка. Чан просто прижимает парнишку лицом к стене, одной рукой стягивая с него штаны вместе с бельём, второй прижимая омегу к стене сильней, потому что тот начал приходить в себя и, похоже осознал, что с ним хотят сделать.
- Знаешь, давно хотел сказать, пахнешь отлично, как для дешёвой шлюхи, - смеётся Пак, втягивая в себя запах текущего омеги. Да, он знал, что этот парнишка течёт, его нос не обманут ни какие таблетки. Член среагировал сразу, от ударившего в нос запаха терпкого горного чая. Необычный запах для омеги, но Ёлю он нравился, будь этот омега, имя которого он даже не знает, из обеспеченной семьи, Чан может быть даже повстречался бы с ним месяц.
- Не надо! - буквально умоляет омега, давясь слезами, но его безапелляционно хватают за волосы, резко проникая в истекающий смазкой анус. Не так БэкХён хотел потерять девственность...
Слёзы продолжают скатываться по щекам, а внутри всё пустеет. Кричать уже нет сил, поэтому он молча давится собственным слезами, пока сознание вновь не покидает его. Так лучше. Паку плевать, это всего лишь дырка в которую можно засунуть член, а остальное не важно. Он продолжает вколачиваться в омегу, поддерживая того в той же позе. Он кончает с садисткой улыбкой на лице, закатив глаза от наслаждения, когда на члене начинает развязываться узел, но сейчас ему этого не надо, поэтому он вытаскивает орган из неподвижного тела мальчика, опуская его на пол, не удосужившись сделать это аккуратней. Ёль застёгивает ширинку модных джинс из последней коллекции его любимого дизайнера и покидает школьный туалет.
Это нормально, ему можно всё...
И только кинутое ЧанЁлем: «Ты не омега», билось в голове....
* * *
Бён БэкХён открывает глаза, когда в школьном туалете темно из-за того, что в окно не бьёт солнечный свет, а лампы давно перегорели. Тело ломит от боли, а в глазах засохли слёзы. Паренёк медленно поднимается, опираясь о стену, натягивает штаны, застёгивая их и, всё также опираясь о стену, идёт к выходу из школы. Коридоры давно пусты, а охранника, как и обычно, нет на месте. В груди больно и тяжело, но это не важно. Всё не важно. Сколько же времени он провёл на грязном полу туалета, а ему никто даже из жалости не вызвал скорую. Оказывается, быть богатым, значит быть бездушным.
Домой он добирается на автобусе, который давно опустел и никто, кроме водителя не косится на омегу, одежда которого пропитана кровью, а на лице нет ни единого живого места.
Трёхэтажный особняк встречает его пустотой и темнотой. Так всегда. Он, словно кукла идёт в ванную, на ходу сбрасывая с себя одежду. Смыть, нужно смыть с себя эту грязь.
Тёплые струи вовсе не приносят облегчения, а лишь сильнее заставляют чувствовать себя грязной шлюхой, видя как вместе с водой стекает кровь и сперма. Противно и мерзко. И БэкХён рыдает в голос.
Всё прекращается, когда в ванную входит папа, испугавшийся при виде окровавленной одежды сына.
- БэкХён?! - он недовольно уставился на младшего омегу. - БэкХён, что произошло?! - в голосе ни капли заботы, испуга и даже жалости. - Ты...Больше не девственник? - голос дрогнул на последнем слоге, но это было вовсе не волнение за сына. БэкХён знал это.
- Нет, - шёпотом отвечает Бён, но его всё же услышали.
- Как ты посмел?! Господин Ким не захочет взять в мужья грязного омегу! От этого брака зависело будущее нашего отельного бизнеса!! Исчезни!!! Отец убьёт тебя, если узнает, что ты, как последняя шлюха, отдался альфе при первой же течке!!! - да, так оно, когда ты единственный ребёнок в семье. На твоей девственности в любом случае заработают, если родители не глупы и знают, как правильно «вложиться» в новый бизнес.
- Что здесь происходит?! - раздаётся голос альфы, который действительно был обеспокоен, ведь в доме пахло чужим альфой, а если он исходит от сына - это плохо для бизнеса. Он проходит в ванную, убеждаясь в своих мыслях, когда видит младшего омегу обёрнутого в полотенце с разбитой губой. - Как только запах выветрится, ты выходишь замуж за директора Ли, - отрезает он, удаляясь из помещения, старший омега следует за ним.
Нет, раньше не было больно. Больно сейчас.
* * *
3 часа ночи. БэкХён не сомкнул глаз. Всё закончится сегодня. Хватит быть слабым, надо бороться за свою жизнь. Он надевает простую одежду, хватает самый большой из своих рюкзаков и складывает туда две пары штанов, три футболки, чёрную толстовку и старые потёртые кеды. В боковой карман закидывает несколько золотых колец с бриллиантами и два папиных ожерелья, этого ему хватит надолго. Нет, это не воровство, а выживание. Он выживал до сих пор, выживет и сейчас, иначе просто не может быть. Хватит с него всего.
По дому он идёт спокойно, звукоизоляция хорошая, а вот у входа приходится помедлить из-за охранника, тот к счастью его не замечает. Где-то через час охранник засыпает, и омеге удаётся пробраться на улицу, но у ворот ему точно не пройти, поэтому он идёт через заросшую дыру в заборе, которой пользовался в семилетнем возрасте, благо его тело позволяло пройди через старый лаз.
Оказавшись на дороге, он срывается с места, стараясь забыть о боли в теле, но медлить нельзя, ведь камеры всё видели. Добежав до ближайшего перекрёстка, он прячется в зарослях, а ближе к рассвету ловит такси, называя адрес наугад. Телефон он с собой не взял, значит выследить его не смогут, теперь остаётся продать что-то из драгоценностей и уехать за город, а со временем и заграницу.
Собрав всю силу воедино, омега сжимает кулаки, он больше не будет слабым. Ни перед родителями, которые его не любили, ни перед альфой, которого он считал своим.
Таксисту БэкХён отдаёт последние деньги, но у него ведь есть драгоценности. Он выходит из машины в центре города, что делать сейчас омега не знает, поэтому просто идёт по начинающим оживать улицам, пока не цепляется взглядом за огромные жёлтые буквы, извещающие о том, что здесь находится ломбард.
Время ещё раннее, Бэку приходится ждать девяти часов, когда заведение всё же откроется. Он просто валится на бордюр неподалёку, ждёт. В голове пусто, а сердце будто прекратило свой ритм биения. Сегодня Бён БэкХён умер.
Время проходит как-то незаметно, когда парень приходит в себя на часах уже 9:36. С неким страхом подросток открывает дверь ломбарда, но заметив, что в помещении нет никого кроме служащих, становится более уверенным.
- Здравствуйте, - здоровается он.
- Добрый день, - наигранно вежливо отвечает девушка-бета за витриной.
- Перед смертью бабушка оставила мне кольцо, которое ей подарил муж, но к сожалению я задолжал крупную сумму неприятным людям и меня «вежливо» - парень указывает на разбитую губу и бровь, - попросили вернуть деньги. Я не хочу продавать любимое кольцо бабушки, но у меня нет выбора, - он делает как можно более трагичное лицо и достаёт из кармана кольцо, которое достал из рюкзака перед тем, как зайти сюда, - Вот, - он протягивает украшение.
При виде украшения у беты расширяются глаза, а охранники подозрительно на него косятся.
- Сколько вам лет? – «любезно» спрашивает девушка.
- 18, но я выгляжу моложе, не так ли? В моей семье все омеги выглядят моложе своего возраста, - он старается выглядеть убедительнее, но похоже это плохо получается, потому что бета что-то «незаметно» нажимает за стойкой, а один из охранников, подходит к БэкХёну. Он понимает, что ему не поверили, поэтому хватает кольцо и со всей скорости выбегает из помещения, продолжая бежать куда глаза глядят.
Он останавливается ещё не скоро, продолжая бежать непонятно куда. В итоге БэкХён валится на асфальт в каком-то пустынном переулке. Из глаз предательски текут слёзы, а ослабевшее тело дрожит от слабости. Он не может, не может быть сильным. Вчера его изнасиловал альфа, которого он тайно любил с десяти лет, а чуть позже родители окончательно добили его.
Теперь он один. У него нет еды, денег, дома. Нет друзей, к которым можно обратиться за помощью или хотя бы поддержкой. Он один.
Рыдания охватывают с новой силой, а всхлипы рвутся наружу. Больно, страшно.
- Эй? - слышится откуда-то со стороны, но Бэк не обращает внимания. - Эй, ты чего? - голос слышится уже более близко. БэкХён всё же поднимает заплаканные глаза на незнакомца, видя перед собой омегу лет восемнадцати с чёрными, словно смоль волосами и дикими кошачьими глазами. Если бы не запах, Бён решил бы, что парень альфа, но лёгкий, почти невесомый персиковый аромат отбил мысли о том, что он может быть им. - Ты почему здесь сидишь? И почему плачешь? - продолжал задавать вопросы незнакомец. - Ну, чего ты молчишь? - он надул красивые губы.
- А что сказать? - спрашивает парнишка охрипшим голосом.
- Ну, для начала, как тебя зовут? - брюнет садится рядом с омегой.
- БэкХён, - коротко отвечает Бён.
- А меня зовут Тао. Приятно познакомиться! - Тао шире растягивает губы. - Как ты оказался здесь? - после затянувшегося молчания, вновь интересуется старший.
- Сбежал из дома.
- Хм, знакомо! Дай угадаю... У тебя нет денег, еды, крыши над головой и знакомых, готовых тебе помочь? - с неким смешком уточняет он.
- Как ты догадался? - изумлённый Бэк направляет взор покрасневших глаз на старшего омегу.
- Сам через это прошёл, представляешь?! - Тао продолжает смеяться и, БэкХёну уже кажется, что с ним что-то не то, но парень хватает его за руку и поспешно ведёт за собой. Только сейчас Бэк заметил существенную разницу в росте между ними.
Омега молча следует за новым знакомым, которому, почему-то, хочется верить. Они приходят к многоэтажному зданию, построенному уж точно недавно. Тао вводит код замка подъезда, открывая дверь и втягивая за собой омегу. Они поднимаются на лифте на седьмой этаж, а дальше брюнет открывает дверь квартиры «27», проталкивая БэкХёна внутрь.
Старший стягивает с себя толстовку и кроссовки, показывая младшему, чтобы тот снял кеды и обул комнатные тапки. Хён послушно переобувается, направляясь за парнем.
- Крис?! - кричит старший так, что паренёк аж подпрыгивает на месте.
В кухню, как понял БэкХён по мебели, входит высокий светловолосый альфа. Он несколько секунд смотрит на незнакомца, а потом подходит к омеге, обнимая того и легко целуя в губы.
- Ты нашёл нового друга? - интересуется блондин, усаживаясь за стол напротив Бёна.
- Да! - весело отвечает Тао.
- Боже, ЦзыТао, мне порой кажется, что у тебя синдром приближающейся течки, как у девушек-бет ПМС, - альфа морщит лоб, что выглядит весьма забавно.
- А ты бы и рад... - омега обиженно оттопыривает нижнюю губу.
- Не злись, - блондин притягивает парня к себе, усаживая на колени, но Тао садится рядом, получив поцелуй в висок.
- ИФань, можно Фань или Крис, - альфа протягивает руку пареньку.
- БэкХён, - смущённо отвечает мальчик.
- Ну-с, БэкХённи, рассказывай, - ЦзыТао поднимается за чайником, неторопливо разливая вскипевшую воду в приготовленные кружки.
- Что рассказывать? - спрашивает Бён.
- Ну, начнём с того, как ты оказался на улице, - Цзы протягивает новому знакомому кружку с чаем и тарелку печенья.
- Сбежал, - выдыхает младший.
- Почему сбежал? - спрашивает Крис.
- Меня хотели выдать замуж.
- За того, кем ты сейчас пахнешь? - интересуется Тао, но получает отрицательный кивок.
- Это послужило причиной.
- Причиной чего? - опять задаёт вопрос альфа.
- Меня хотели выдать замуж за крупного бизнесмена, чтобы развить новый бизнес отца, но этот урод требовал в мужья дев... - БэкХён замолкает, поджав губы.
- Мы поняли, продолжай, - говорит омега.
- Отец сказал, что теперь Ким не возьмёт меня в мужья, старый извращенец, - чуть тише проговаривая последние два слова продолжает Бэк, - и теперь мне придётся стать мужем директора Ли, который ещё более старый, чем предыдущий, - опять шёпотом выговаривает последние слова.
- Так ты сбежал, потому что тебя хотели выдать за старого извращенца? - уточняет брюнет.
- Да, - подтверждает младший, впихивая в рот очередную печенюшку.
- А запах? - ИФань пододвигается ближе, втягивая запах омеги, полностью удушенный запахом чёрного шоколада, явно принадлежащим альфе.
Впрочем, вопрос так и остаётся вопросом, потому что омега опускает голову, сжимая кружку в ладонях.
- Всё ещё сложнее, чем казалось... - выдыхает Крис, понимая, что его подозрения подтвердились и запах действительно был привит омеге насильственно.
- Кто? - интересуется Тао.
- Мой... - дальше язык просто не повернулся сказать.
- Ещё одна сложность, - выдыхает старший омега.
- С сегодняшнего дня ты живёшь у нас, - твёрдо говорит альфа тоном, не терпящим возражения.
- Но...
- Никаких «но»! - на корню пресекает отговорки брюнет. - Тебе повезло встретить меня, так что будь лапочкой, слушай своего геге, - омега обворожительно улыбается.
- Кого? - не понимает Бён.
- Меня! Ну, его тоже, - Цзы показывает пальцем на Криса.
- Нам скорее всего придётся делать тебе поддельные документы, - альфа делает глоток чая.
- Зачем?
- Затем, что если мы не сделаем тебе другие документы, тебя смогут найти, - поясняет старший.
- Нет, зачем вам это? - БэкХён искренне удивлён такой доброте.
- Просто мы знаем, каково это, когда тебя лишают любви, заставляя делать то, чего не хочется, - Тао выдыхает. - Если бы не Крис - меня бы продали в бордель... Мне повезло встретить его, - парень улыбается, пододвигаясь ближе к своему альфе.
- А я думал, что проблемы у меня, - почему-то смеётся Бэк.
- Это у нас общее, - усмехается Фань.
- Будешь жить в моей комнате, я и так у Криса постоянно, - омега обнимает блондина за шею.
- Хорошо, - соглашается БэкХён, наблюдая за нежностями этих двоих. Он тоже хочет любви.
* * *
- Бэкки!!! БэкХённи, документы готовы! - Тао вваливается в свою бывшую комнату, обрадованный известием, что после месяца тишины, документы БэкХёна, который успел сильно ему полюбиться, были готовы. Сам БэкХён в последние дни чувствовал себя неважно, но известие его заинтересовало.
- Покажи! - он приподнимается в постели, давя в себе очередной рвотный позыв.
- Вот, - старший садится рядом, показывая новые документы.
- Ву БэкХён? - омега приподнимает левую бровь в знаке удивления.
- Твой отец китаец, а папа кореец. Крис твой старший брат, - Персиковый омега, как прозвал его Хён за приятный запах, лучезарно улыбается.
- Ничего себе... - Бён ошарашенно охает.
- А ещё, твой папа, то есть папа Фаня директор школы, в которой ты будешь учиться, а твой отец, то есть отец Фаня директор школы искусств. Ты же говорил, что хочешь заняться музыкой, так радуйся, твои родители занимаются музыкой! - Тао настолько доволен, что аж подпрыгивает на кровати. - Что скажешь?!
- Офигеть... - всё что позволяет себе Бэк, срываясь с постели по направлению ванной. Что-то тошнит его в последнее время.
* * *
БэкХён до жути нравится родителям Криса. Он умный и очень милый, они всегда мечтали ещё и о омеге. По сути сложившаяся ситуация им всем на руку, потому что омега начинает жить, действительно жить, и это приятно, если честно.
У господина Ву есть своя школа, в которой БэкХён заканчивает учебный год. Он отлично сдаёт все экзамены и заводит множество знакомств с ребятами из школы. Здесь все такие добрые и дружелюбные. Они гораздо лучше, чем те, прежние.
Всё меняется недель через шесть, БэкХёну становится плохо, его тошнит так, что он по часу не выходит из ванной. Ему думается, что это, скорее всего, отравление.
Когда домой приходит Тао, БэкХён, как всегда, обнимает белого друга, мучаясь от головной боли. В этот момент старший и понимает, что что-то не так. Он дожидается Криса, а потом сажает друга в мягкое кресло напротив себя, усаживаясь возле своего альфы.
- Когда у тебя была первая течка? - напрямую спрашивает Тао, не стесняясь альфу.
- Как раз закончилась, когда ты меня нашёл, - признаётся младший, отводя взгляд от пары напротив.
- Тот альфа... Вы парные? - Панда не говорит прямо, но Хён понимает вопрос.
- Да, - тихо шепчет подросток.
- Сцепка была? - спрашивает Крис, похоже осознав, почему его омега устроил допрос.
- Не знаю. Нет, наверное, я не помню... Зачем вы спрашиваете?.. - парень всё же поднимает голову.
- Я скоро вернусь, - вместо ответа говорит брюнет, хватая со спинки дивана ветровку и удаляясь в коридор. Крис молчит.
Тао возвращается быстро. Первое что он делает, протягивает другу продолговатую коробочку, при этом поджимая губы. БэкХён не сразу понимает, что это, но внимательнее рассмотрев коробочку, всё же догадывается.
- З-зачем? - он неуверенно поднимает взгляд на Тао.
- Проверь, - просит ИФань.
- Хорошо, - голос подрагивает, а внутри целый тайфун. А что, если?..
Спустя час БэкХён сидит в гостиной на диване, прикрывая ладонью тест. Ему страшно. Напротив сидят Тао и Крис, взволнованно переглядываясь.
- А что, если он окажется положительным? - омежка смотрит на руку, которой прикрыт тест.
- Это будет зависеть от тебя. Мы поможем, если ты оставишь его, но если сделаешь аборт... - начал альфа, но был перебит «братом».
- Я не смогу убить его, если это так.
- Тогда, мы будем с тобой и воспитаем его хорошим человеком, - улыбается Тао.
- Теперь ты мой брат, если тест покажет положительный результат, этот ребёнок станет моим племянником, поверь, я буду о нём заботиться, - уверенно произносит ИФань.
- Ладно... - Бэк собирает все силы воедино, медленно убирая руку.
- Ну что? - в один голос спрашивают Тао и Крис.
- Две...
* * *
Никто, кроме Криса и Тао, даже не узнаёт о том, что шестого апреля омеге исполняется уже семнадцать.
Уже в конце четвёртого месяца он отмечает, что живот несильно округлился, но не настолько, чтобы можно было понять, что он в положении. Тогда и начинаются первые приступы нежности в отношении малыша, которого раньше он не мог назвать живым. Было больно вспоминать, как был зачат этот ребёнок, но ведь, он его... БэкХён впервые искренне улыбается, у него будет маленький человечек, который будет любить его...
В начале июля он начинает писать рассказы и истории на каком-то известном японском сайте, занимается психологией, а по вечерам сидит на застеклённом балконе, наслаждаясь видом неба. Он поёт песни, которые сочиняет сам и это здорово, как ему кажется.
В конце июля животик ещё больше, а вместо балкона образуется одноместная постель, окружённая плотным стеклом от середины.
Любовь к маленькому комочку возрастает до отметины «лучшее, что может быть».
В начале августа, Бэк заводит интернет дневник с названием «От боли к счастью...», выставляя сюда все свои духовные терзания. Он много поёт и разговаривает со своим малышом, часто улыбается искренне, нежно.
В конце августа подмечает, что малыш сильно подрос, его это радует. Теперь, он начинает заниматься дизайном вместе с Тао. Помогает подбирать цвета и ткань для очередного творения дизайнера, даже придумывает дизайн детской курточки, которую Тао обещает сшить для своего племянника.
В начале сентября Ву младший начинает домашнее обучение, под присмотром старшего брата, который теперь был братом без кавычек. Где-то в середине месяца заводит страницу в инстаграме и добавляет туда первую фотографию, на которой запечатлён большой животик, приписав заметку: «В ожидании счастья^^». Как-то ванильно, но он же по сути типичный омега.
В конце сентября вспоминает ЧанЁля, но забывает о ненависти, ведь если бы не этот альфа, у него бы не было счастья.
Октябрь Бэкки провожает со слезами на глазах и с кружкой горячего горного чая в руках, под трель проливного дождя. В инстаграме появляется новая фотография с изображением крупных, устремляющихся на землю капель с описанием: «Новая глава, очередная кружка чая, слёзы в глазах, дождь за окном, а в сердце ты...»
Ноябрь разукрашивает жизнь будущего папы радужным цветом. В комнате появляется детская кроватка, собранная старшим братом, а на её спинке висит детская курточка, сшитая Тао. Диван завален множеством плюшевых зверей и миниатюрной одежды, а пол расстелен пушистым ковром белого цвета, купленным папой.
В последний день осени БэкХёну снится красивый, светловолосый юноша с серьёзным лицом и проницательным взглядом. Утром БэкХён просыпается с улыбкой на губах и тихим шёпотом: «СеХунни».
Через неделю его забирает скорая, которую вызвал Тао, испугавшись криков боли друга. Они с Крисом едут в больницу вместе с младшим, мучаясь от душевных терзаний при каждом крике БэкХёна.
Крис клянётся, что убьёт Пак ЧанЁля, чьё имя выкрикивает его маленький брат при очередной волне боли в теле, а Тао молится за БэкХёна и его малыша.
Бэк рожает очень тяжело.
СеХун появляется на свет весом в 3 кг 900 г и ростом в 52 см. БэкХён плачет. Не от боли - от счастья. Его маленькое счастье с ним.
Ровно неделю молодой папа вместе с ребёнком остаётся в больнице. Дедушки постоянно крутятся рядом, то и дело таская пакеты с фруктами.
Ещё через день БэкХён с малышом на руках покидает роддом в сопровождении всей семьи. Вот только самого важного человека здесь нет и быть не может...
Новое фото в инстаграме с маленьким СеХуном.
«Чанни, правда, он у нас красивый?..»
* * *
Всё самое худшее к чему готовился омега, а именно, вечный плач и крики, оказываются не такими частыми, как это бывает. СеХун ведёт себя тихо и спокойно, не выражая недовольства, что облегчает жизнь его папе и остальным родным.
БэкХён продолжает домашнее обучение, попутно занимаясь дизайном с Тао и литературным творчеством по вечерам на любимом балконе-постели, успевая заниматься и вокалом.
Малыш отказывается спать в своей кроватке, поэтому БэкХён закрывает ноутбук поздно ночью под тихое сопение своего счастья, ласково приобнимая крошечное тельце, ложась рядом. Сейчас он искренне не понимает, как его папа мог относиться к нему так плохо, ведь... Не любить дитя, рождение которого можно сравнить разве что с одновременным переломом двадцати костей в теле, какой родитель сможет так? Наверное, он просто не родной сын, но это не важно, у него теперь лучший папа в мире.
* * *
5 лет спустя.
- Господин Ву, мы шокированы успехом вашей первой книги! Надо же, с первой книги получить такую известность! В моей практике это впервые! - редактор Ким уже пятнадцать минут восторженно хвалит БэкХёна, поражённый таким успехом. - В ваши двадцать два я был никем, кому нужен был омега-писатель, но вы разрушили это утверждение! Я горжусь вами, как омега.
- Благодарю, - БэкХён лучезарно улыбнулся омеге напротив. - Для меня честь слышать подобное от столь известного человека, как вы.
- Что вы, что вы! Вы ведь пишите с семнадцати? - Бэк утвердительно кивает. - Я знал, что ваши работы популярны в интернете, но чтобы такой успех, да за одну книгу! Вы действительно великий человек!
- Не смущайте меня, пожалуйста, - младший омега опускает взгляд.
- Не стоит смущаться, вы заслужили уважение! Я с нетерпением буду ждать ваших следующих творений и, ещё кое-что, - редактор протягивает парню белый конверт, весьма не тонких размеров, - это за первую публикацию. Слышал, вы воспитываете сына, побалуйте ребёнка, - омега улыбается.
- Но...
- Никаких «но»! Это ваша заслуженная зарплата.
- Спасибо, - тихо благодарит парень, принимая конверт.
- Вам спасибо!
Из кабинета редактора парень выходит со слезами счастья на глазах, он достиг собственных высот, не полагаясь на старшего брата и его мужа! Не успевает омега отойти от здания, как знакомая мелодия оповещает о входящем звонке от Тао, только на него у Бэка стоит этот рингтон.
- Алло, - весёлым голосом произносит Хён в трубку.
- Ты. Себе. Не. Представляешь. Что. Я. Сейчас. Скажу. - по одному слову выдаёт старший.
- Эм, твой сын назвал тебя персиком вместо папы? - смеётся Ву, вспоминая, как маленький ЛуХан называл папу персиком.
- Да нет же! Я только что продал твою сумку за бешеные бабки! Представляешь?! Твою! Не мою, а именно твою!! - БэкХён снова уходит в прострацию. Похоже, в прошлой жизни он спас мир, раз в этой ему так везёт. - Почему ты молчишь?
- Ву Тао, если ты сейчас шутишь, я придушу тебя, - голос выдаёт некую истерику.
- Я не шучу.
- Боже... Да, Тао, да!!! Мне удалось!!! - он подпрыгивает на месте, смеясь во весь голос вместе с Цзы, смеющимся по ту сторону аппарата. - Я дважды спас мир!
- Приезжай скорее домой, я уже еду, Крис тоже скоро приедет, я позвонил ему, он заедет за детьми в садик, - тараторит дизайнер, но Хён понимает каждое слово, сказались годы рядом с этим омегой.
- Ждите меня, - «спаситель мира» сбрасывает вызов, останавливая проезжающую машину такси.
. . .
Домой омега приезжает в приподнятом настроении и первое, что он делает это обнимает своего сыночка, прижимая того к груди. Чуть позже объятья перерастают в игру «Обними БэкХёна», но это не меняет суть дела.
- Итак, мой братишка преуспел, - с не свойственным ему серьёзным видом говорит Фань. - А это значит, что в субботу мы идём...В парк! - последние слова он громко выкрикивает, от чего у любого другого случился бы нервный срыв, но только не у этих четверых. СеХун с ЛуХаном начинают весело смеяться, дёргая альфу за руки, чтобы тот «покатал» их, а Тао с БэкХёном начинают обговаривать успехи, которые удалось достичь Бэку.
Уже поздно ночью, ложась в свою постель, которая так и осталась вместо балкона, Ву прижимает к себе мирно спящего сына, благодаря господа, за встречу с Тао, ведь не было бы той встречи, не было бы ничего.
Всё сложилось правильно...
* * *
Четверг.
- Папочка, а когда мы пойдём в палк? - Се откусывает кусочек бутерброда с ветчиной, приготовленный родителем. - И когда к нам плидёт Лу? - малыш забавно шлёпает босыми ножками по полу, благо с подогревом.
- В парк, родной, мы пойдём послезавтра, а Лу придёт чуть позже, - омега треплет светлые волосы маленького альфы. Да, теперь это квартира БэкХёна и СеХуна, не подумайте ничего, просто Крис с семьей переехал в дом родителей после того, как те уехали за границу, а квартиру продал БэкХёну, правда он до сих пор выплачивает за неё деньги, но похоже сейчас он отдаст всю сумму.
- Холосо, - мальчик залезает к папе, обнимая его за шею своими маленькими ручками. - Давай ещё чуть-чуть поспим?
- Хорошо, - соглашается папа, укладываясь поудобнее, не выпуская ребёнка из объятий.
Пятница.
- Папочка, а можно Лу опять к нам плидёт? - маленький альфа устремляет свои красивые глазки на папу.
- Конечно, маленький! - улыбается БэкХён. - Я позвоню его папе и скажу, чтобы он привёз Лу.
- Ула! - СеХун весело подпрыгивает на мягкой подушке.
Через час ЛуХан уже задыхается в объятьях друга, довольно урча при этом.
- Позаботься о нём! - наказывает Тао.
- Конечно! - омега делает серьёзный вид, улыбаясь. Тао прощается с сыном, со спокойной душой оставляя ребёнка на лучшего друга.
А дальше БэкХёну остаётся только прибирать за двумя неугомонными бестиями, которые так и норовят что-нибудь испортить. Но в целом день проходит весело, они готовят печенье и пирог, бьют две вазы и одну тарелку, долго смотрят мультики уплетая шоколадные конфеты, купленные при прогулке. Потом БэкХён читает им кучу сказок, рассказывает «откуда берутся дети» и поёт любимую колыбельную, играя на пианино.
Дети засыпают в обнимку под тихий бас двух колонок, в кромешной темноте, это успокаивает их. Се прижимает к себе мило сопящего ЛуХана, обнимая за шею, при том что сам Лу закинул левую ножку на бок альфы. Как взрослые.
Фото в инстаграме. «У твоего сына уже есть омега. Правда они милые?^^»
БэкХён засыпает на своём любимом балконе, наблюдая за звёздами, пропуская мимо ушей тихо играющую музыку, слыша только мелодию.
В инстаграме появляется фотография ночного неба. «Где ты сейчас, ЧанЁлли?...»
Суббота.
- Палк! - кричит Се.
- Парк! - повторяет Лу.
- Палк! - снова кричит Се.
- Парк! - опять повторяет Лу.
- Ура!!! - кричат они вдвоём, запрыгивая в машину Криса.
Всю дорогу до парка они поют, слушают рэп в исполнении Криса, а затем и Тао, фотографируются и кричат что-то нечленораздельное.
В инстаграме появляется фото смеющихся Тао, Лу и Се. «Улыбки близких - самое дорогое! :)»
- Мы приехали, выходим, - извещает альфа.
Дети весело вылезают из машины, крепко держась за руки.
- Ох уж эта любовь, - смеётся Крис, блокируя двери машины.
- Если мой ЛуХанни забеременеет от твоего СеХуна в 15, я придушу тебя! - шуточно грозится Тао.
- Да, да, конечно! - смеётся младший омега, старательно скрывая печаль в глазах. Он всё помнит.
- Фань, посиди с детьми, мы за мороженым, - кричит Цзы мужу, подходя ко входу в парк.
- Хорошо, - отзывается альфа.
- Повезло тебе с Крисом, - улыбается БэкХён.
- Он твой брат, тебе тоже повезло, - отвечает старший.
- Я о нём, как о альфе.
- Да, отрицать не стану, мне достался шикарный муж, - брюнет усмехается.
- Жаль мне не повезло, - губы омеги озаряет грустная улыбка.
- Эй, ну ты чего? У тебя есть СеХун. У тебя есть мы! - Тао закидывает руку на плечо лучшего друга.
Они идут медленно, обсуждая разные глупости, порой так приятно просто поболтать с кем-то. Их внимание привлекает маленькая кафешка в тени деревьев, отличное место, как для жаркого июльского лета.
- Пойдём посидим? - вопросительно утверждает старший.
- А как же Крис и дети? - БэкХён останавливается, глядя на друга.
- Я позвоню Крису и скажу, чтобы они пришли сюда.
- Хорошо, - соглашается светловолосый.
Персик действительно звонит мужу, сообщая их местонахождения и просит присоединиться к ним, а сам направляется в кафе, ведя Бэка за руку.
- А здесь мило, - пройдясь оценивающим взглядом дизайнера по помещению, выносит вердикт Цзы.
- Смотри! - младший Ву задорно смеётся, указывая тонким пальчиком куда-то на стену. Какого же удивление Тао, когда он видит на стене один из своих эскизов, которые предназначались как раз для украшения стен, подобных заведений. Он тогда хотел кафе в таком стиле, вот и сделал наброски.
- Я конечно знал, что я великий дизайнер не только одежды, но и мебели и всего прочего, но я сейчас шокирован, - он прикладывает ладошку к губам. - Ты поверишь мне, если я скажу, что продал дизайн этого кафе 2 года назад за 4 миллиона вон? - он в открытую смеётся. Вот уж не ожидал такого.
- А чего же не поверить? Я знал, что ты велик, брат! - Подхватывает Бэк.
- Добрый день. Я хозяин этого заведения. Что-то случилось? - слышится со стороны.
- Нет, - продолжает смеяться Тао, смотря на стену с рисунком.
- Вам кажется смешным эскиз? - голос становится раздражённым.
- А вам он не покажется смешным, после того, как два года назад я продал его за четыре миллиона, а теперь встретил здесь? - Тао продолжает смеяться. - Я велик!
- Боже, Тао, у тебя болезнь Бога! - БэкХён поднимает голову, которой до сих пор протирал стол.
- БэкХён? - спрашивает тот же голос, на этот раз звуча удивлённо.
Бэк и Тао одновременно поворачивают голову, видя пред собой невысокого омегу с огромными карими глазами и волосами цвета переспелой вишни.
- КёнСу... - шокировано произносит омега.
- Ты его знаешь? - Цзы смотрит на друга.
- Было такое неприятное явление, - грустно отвечает парень, вспоминая о том, как КёнСу когда-то водился в компании ЧанЁля вместе со своим альфой Каем. КёнСу, к слову был двоюродным братом Пака, но сейчас это ничего не значит.
- Боже, БэкХён, прости, - омега строит взволнованное лицо, странно, но выглядит искренне.
- За что? - делает вид, что не понимает Ву.
- Я... Я ведь мог остановить его тогда...
- Мог, но не стал, - перебивает его писатель.
- Ёль, он...Он возненавидел себя за это...Сказал, что...
- Плевать, - Бэк улыбается, стараясь пропустить всю боль через себя, но в груди всё равно противно ноет. - Окажи честь, приготовь нам горный листовой чай, думаю, ты можешь сделать это для дизайнера этого кафе, - парень указывает на Тао, - и его друга, - он мило улыбается.
- Да, конечно, - растерянно лепечет КёнСу, удаляясь.
- Может уйдём? - предлагает старший омега.
- Уйдём... - омега уже собирается встать, как слышит со стороны такой знакомый и родной, но до дрожи ненавистный и в тоже время любимый голос, который стал ещё ниже:
- Бэкки? - БэкХён опускается обратно на стул, стараясь даже не дышать. Он не смотрит в сторону Ёля, ему достаточно и этого крышесносного запаха. - Малыш, - к плечу прижимается большая ладонь, Бэка буквально отшвыривает от приятного касания, но страх, зарождающийся где-то внутри, берёт верх над разумом.
- Отойди от него! - Тао встаёт перед альфой, готовый сломать ему хребет в семи местах за БэкХёна.
- Я не причиню ему боли, - жалобно обещает ЧанЁль.
- Куда уж больше боли? - шипит брюнет.
- Тао, не надо, - тихо просит омега, стараясь взять себя в руки. - Давай просто уйдём.
- Что здесь происходит? - в дверях кафе стоит Крис, зло разглядывая альфу, которым, тогда, пять лет назад, пах его обретённый брат.
- А ты, собственно, кто? - из дверей, в которые вошёл Су выходит альфа с кожей молочного шоколада. Он смотрит со злобой и неприязнью, словно готов вот-вот наброситься на незнакомца.
- Не при детях, - вместо ответа говорит Ву.
Только сейчас все обращают внимание на двух малышей, за альфой, у БэкХёна появляется печальная улыбка, а из глаз скатываются прозрачные капельки, при виде того, как его маленький СеХун прижимает к себе испугавшегося омежку.
Увидев папины слёзы, Се, удостоверившийся, что Лу в безопасности за отцом, отпускает омегу и бежит к родителю с криком:
- Папочка, не плачь! - он прижимается всем своим тельцем к омеге, поглаживая его по мягким волосам.
- Я не плачу, СеХунни, - Бэк целует сына в лоб, усаживая на колени, прижимая к себе и зарывается носом в светлые волосы.
ЧанЁль шокировано округляет глаза при виде этой картины. Быть такого не может...
- Уходим, - громко говорит Крис, обращаясь к Тао с Бэком.
- Никто никуда не уходит, - цедит Ёль сквозь зубы. - Что здесь происходит, чёрт возьми?!
- Не матерись при детях! - восклицает Тао, заставляя Пака ещё раз посмотреть на детей.
- ЛуХанни, иди сюда, - зовёт БэкХён маленького омегу, который всё так же боязно смотрит на окружающих. Лу несколько секунд смотрит на Бэка и СеХуна, а потом прошмыгивает к ним, оказываясь в объятьях своего альфы.
Тао садится рядом с другом, а Крис садится с другой стороны.
ЧанЁль, Кай и КёнСу садятся напротив.
- Кто ты и почему ты с моим омегой? - первое что спрашивает Пак.
- Значит, когда ему было шестнадцать, он не был твоим омегой? Ах, да, он ведь тогда даже омегой не был, - Фань усмехается, в то время, как БэкХён старательно пытается не зарыдать, - а впрочем это не важно. Моё имя Ву ИФань, я наследник «SM Entertainment», а вот эти три прекрасных омеги и этот милый альфа - моя семья. Знаешь, скажу сразу, если с ними что-то случится, я вас в бетон закатаю. Живьём, - в голосе лишь сталь. Так выглядит альфа, защищающий свою семью.
- Только их, - маленький альфа показывает пальчиком на альф, - Омегам делать больно нельзя! Они хлупкие и нежные, их надо любить! - мальчик сильнее сжимает ладонь Ханя, как всегда не выговаривая «р».
- Бэкки? Я уже говорил, что придушу тебя, если твой СеХун обрюхатит моего ЛуЛу до совершеннолетия? - шипит Тао, видя, как довольно улыбается его сын от прикосновений малыша. Ревность.
- Нашёл время, - трагично выдаёт БэкХён.
- Молчите, омеги, когда альфы говорят! - Крис оборачивается на своих омег.
- И это ты называешь равенством? - усмехается Кай.
- Это в целях сохранения конфиденциальной информации. А теперь попрошу пояснить, что тебе надо от моего брата? - Ву обращается к Ёлю.
- Брата? У Бэкки нет брата, - утвердительно говорит Чан.
- Как видишь, есть, - на этот раз усмехается Крис. - И, ещё кое-что, ещё раз назовёшь его Бэкки, я тебе шею сверну.
- Как страшно! - продолжает смешки ЧонИн, а Пак так и сидит, не отрывая взгляд от маленького альфы на руках своего омеги. Жаль только слишком поздно было, когда он осознал, что безымянный омега, Его омега.
- Пойдёшь ко мне? - ЧанЁль вытягивает руки вперёд, лучезарно улыбаясь маленькому СеХуну.
Мальчик с минуту смотрит на взрослого, а потом неуверенно тянет к нему руки. Се никогда не тянулся к чужим, родство берёт своё.
БэкХён всё же поднимает глаза на своего альфу, сразу же утопая в нём. Боже, каким красивым он стал. Больше нет тех забавных кудряшек, безжизненных глаз тоже нет, в них играют огоньки. ЧанЁль, кажется, стал ещё выше, шире в плечах, отстриг и перекрасил волосы. Сейчас он настоящий альфа. Ему всё ещё страшно, поэтому БэкХён только сильнее прижимает сына к себе, как бы защищая. Никто не причинит боль его счастью.
- Прошу, дай его мне, - Пак встаёт с места, подтверждая мысли Ву о росте, подходит к омеге со стороны и опускается на колени. - Пожалуйста.
БэкХён соглашается не сразу, он долго смотрит в глаза напротив, а потом и на СеХуна, тянущего ручки к альфе. Неуверенно, но омега передаёт сына отцу, который похоже догадался, что малыш его. Ёль прижимает мальчика к себе, прикрывая глаза и улыбаясь своей широкой улыбкой. Теперь в ней не было маниакального оскала, она была искренней, чистой.
- Как тебя зовут, маленький? - ЧанЁль смотрит в глазки ребёнка, искренне удивляясь тому, что в них ни капли страха по отношению к нему.
- СеХун, - тихо отвечает маленький альфа.
- Ты меня не боишься? - Пак проводит большой ладонью по мягким волосам ребёнка.
- Нет! - отважно заявляет Се.
- Почему? - не понимает взрослый.
- Папочка пахнет тобой! - Чан удивляется ещё больше, даже он не способен уловить запах БэкХёна сейчас. Видимо тот выпил не одну таблетку, притупляющую запах, а это значит лишь одно: Бэкки скоро потечёт, если уже не течёт.
- Как я пахну?
- Папочка говорит, что так же, как я, - малыш мило растягивает губки, отчего внутри альфы растекается некое тепло.
- Так значит, я пахну шоколадом... - ЧанЁль поднимает взгляд на омегу. Только сейчас, глядя в покрасневшие глаза омеги, он понимает всю серьёзность происходящего. БэкХён плачет. Ни единого всхлипа или вздоха не срывается с его губ, он просто плачет. По бледным щёчкам скатываются капельки солёной влаги, оставляя за собой сверкающие дорожки.
Перед Ёлем не просто плачущий омега, перед ним Его плачущий омега, нет, перед ним омега, выносивший его дитя. И он... плачет... из-за него.
- СеХунни, иди ко мне, - омега тянет руки к сыну. - Идём домой.
- Если я пойду, ты позволишь ЛуЛу опять остаться у нас на ночь? - невинные глазки устремляются на омегу, который только отвёл от лица руку, чтобы сын не заметил его слёз.
- Конечно, сынок! - БэкХён улыбается своему главному альфе.
- Идём! - Се, хватает поднявшегося с места папу за руку, удаляясь вместе с ним. Следом выходит Тао с маленьким омегой на руках, а через некоторое время из кафе выходит и альфа семьи Ву, потирая кулак правой руки.
Так будет правильнее...
* * *
БэкХён пишет книгу. Книгу под названием «Жизнь». Новая страница заканчивается словом «любить», но много ли оно значит в нашем мире? Он ведь переполнен ненавистью, гневом, презрением. Последнее омега не любил больше всего, именно из-за презрения его изнасиловал его же альфа, именно из-за презрения его сын растёт без отца, но так сложилось. Это судьба. У него ведь есть СеХунни, большего не надо.
- Папа? - малыш Се залезает на постель родителя.
- Что такое, сынок? - парень закрывает ноутбук, откладывая его в сторону.
- Тот дядя в кафе, он мой отец? - мальчик говорит прямо и уверенно. Почему в свои 5 этот ребёнок размышляет, как взрослый?
- С чего ты взял? - Бэк старается выглядеть более естественным, даже выдавливает из себя улыбку, пусть и не очень искреннюю.
- Не надо, папочка. Не плитволяйся, - просит малыш. - Ты пахнешь им, я знаю, ты его любишь, ведь он подалил тебе меня, а ты меня любишь, - альфочка растягивает губки в чистой, искренней улыбке. Он обнимает папу за шею утыкаясь маленьким носиком куда-то в ключицы, вдыхая слабый, но такой чистый запах своего отца. Да, БэкХён пахнет им, только его ЧанЁлем. Его альфой. Даже во время течки, он сидел дома с сыном, глотая таблетки. Вспоминал Чанни...
2 месяца спустя. 3 часа ночи.
СеХун давно спит в своей кроватке, обнимая плюшевого оленя, которого ему подарил Лу.
БэкХён дописывает последнюю строку книги многоточием. Белый ноутбук формата «мини» отправляется на подоконник чуть выше постели, а сам омега ложится лицом к ночному небу. Внутри неприятно ноет. Чанни, его Чанни стал ещё красивее. Прошло уже два месяца с той встречи, а он до сих пор не выбросил образ альфы из головы. Даже Се почувствовал в нём своего. Почувствовал отца.
В инстаграме появляется искренняя, но печальная улыбка БэкХёна.
«Я люблю тебя, Ёлли...»
А утром он просыпается с застывшими слезами на глазах и вязкой жидкостью между ног. Жизнь несправедлива.
СеХун уезжает гостить к ЛуХану на недельку. Сейчас Бэк просто не способен вынести присутствие такого запаха рядом. Слишком схож с запахом Ёля.
* * *
Суббота. (день встречи БэкЁлей)
Пак потирает разбитую губу, уставившись на дверь кафе, прожигая взглядом табличку с надписью «открыто» изнутри.
- Ты как? - спрашивает КёнСу, сидящий напротив.
- Никак, - вяло отвечает альфа.
- Прости конечно за то, что я сейчас скажу, но ты мудак, друг, - Кай опускает голову. - Но я ещё больший мудак, потому что оставил тебя с ним тогда...
- Ты уничтожил его, ЧанЁль...
- Я знаю, - выдыхает Пак.
- Нет, не знаешь, - омега опускает голову, как и его альфа.
- Что я не знаю? - спрашивает старший альфа, понимая, что эти двое что-то скрывают.
- Тогда... Мы рассказали тебе не всё, - начинает Кай.
- Когда ты осознал, что он твой, мы начали его искать и... - КёнСу замолкает.
- И что?! - злится Ёль.
- Мы сказали тебе, что знаем только его возраст, полное имя, успехи в обучении, про его друзей, которых не было... - ЧонИн, тоже замолкает, не в силах продолжить рассказ.
- Мы рассказали то, что можно было найти в школьных документах, но не рассказали про семью... - продолжает Су. - Он не из бедной семьи. Его отец на тот момент владел большей частью акций твоей нынешней компании, мало того, он владел сетью ювелирных магазинов и, кажется, собирался объединиться с директором сети отелей «Зевс».
- Что?.. - глаза ЧанЁля становятся в два раза шире.
- Проще говоря, БэкХёна хотели отдать замуж за хозяина отеля, но... Но он сбежал. Когда мы пришли к нему, якобы обеспокоенные тем, что наш друг не приходит в школу вот уже месяц, мы мягко говоря были шокированы, но не тем, что его семья богаче наших вместе взятых, - Кай достаёт сигарету.
- Его папа сказал, что Бён БэкХён шлюха, лишившаяся девственности с первым попавшимся альфой при первой же течке. Так мало того, он ещё и сбежал, когда узнал о выгодном браке, прихватив с собой несколько весьма недешёвых безделушек, - заканчивает омега.
- Почему? Почему, я об этом не знаю?! - Пак скидывает со стола фарфоровые кружки.
- Прости.
- Вы всё испортили! - альфа хватается за волосы, опуская голову на стол.
- Нет, ЧанЁль, всё испортил ты, а мы просто промолчали обо всём, чтобы ты решил, что он перевёлся, - печально выдыхает КёнСу, отбирая у ЧонИна сигарету, ведь альфа только бросил. Это вредно для их будущего малыша.
- Почему он пришёл с наследником семьи Ву?
- Он пришёл не с наследником семьи Ву, а с его парой, - рассказывает омега. - Ву ЦзыТао один из лучших дизайнеров страны, а Крис Ву его муж.
- Откуда ты знаешь? - ЧанЁль поднимает голову.
- Я фанат творчества ЦзыТао уже четыре года. С самого его дебюта, я слежу за ходом его работы. Два года назад я купил у него дизайн этого кафе, но даже не знал как он выглядит, представляешь? А БэкХён, похоже, оказался его другом. Я покажу тебе кое-что, - омега достаёт навороченный телефон из кармана, долго в нём копается, а потом протягивает его брату.
- Что? - не понимает альфа.
- На экран смотри! - подсказывает друг.
На экране телефона Пак видит фотографию младенца, укутанного в голубое одеяльце с голубым бантиком на нём.
«Спасибо за племянника, Бэкки!^^ Люблю тебя <3» - гласит запись ниже. Глаза Чана становятся в два раза больше.
- Я тогда не сильно придал этому значения, но сейчас понимаю, что зря. Он давно уже не обновляет страницу, нового там ничего нет, полезной информации тоже...
* * *
Тем же вечером ЧанЁль находит дизайнера ЦзыТао в инстаграме, переглядывая все его записи, не обновляющиеся уже года два. И почему профиль не был удалён? Но Ёлю же лучше, что его не удалили.
Он смотрит на фото сына, которых около десяти. Оказывается, этот Тао любит его ребёнка.
. . .
Пак несколько недель тешится надеждами, просматривая фото своего малыша, но ничего интересного не находит. За два грёбаных месяца ничего не меняется.
Сейчас, Чан уже собирается выходить, но решает заглянуть в подписчики дизайнера, коих оказывается не мало. И опять таки ему надоедает листать страницы с незнакомыми именами, как глаза натыкаются на «baekhyun_wu» тёмно-синими буквами.
Он не задумываясь, нажимает на никнейм, переходя на профиль. То, что он видит заставляет его взвизгнуть от радости. Это профиль его Бэкки! Чтение записей он начинает с самого начала.
«В ожидании счастья^^» - ЧанЁль смотрит долго на тёмные буквы, а потом и на фото с большим животиком на нём. Боже.
Чем дальше, тем больше Пак чувствовал себя скотиной.
«Новая глава, очередная кружка чая, слёзы в глазах, дождь за окном, а в сердце ты...»
- Я, - стирая скатившуюся слезинку с щеки, говорит Ёль в пустоту тёмной комнаты.
«Чанни, правда он у нас красивый?..»
- Очень! - ЧанЁль разглядывает фото малыша.
На фотографиях Чан видит как растёт его сын, видит первые шаги по видеозаписям и слышит первые слова по тем же видео.
«У твоего сына уже есть омега. Правда они милые?^^»
- Они идеальные! - альфа стирает очередную слезу.
«Где ты сейчас, ЧанЁлли?..»
- В твоём сердце, маленький.
«Улыбки близких - самое дорогое! :)»
- А моя улыбка для тебя что-то значит?
«Я люблю тебя, Ёлли...» - последняя запись. Сделана 3 минуты назад.
- Я люблю тебя, Бэкки... Жди меня, малыш! - губы трогает улыбка, а по щекам текут слёзы. Он вернёт себе свою семью.
* * *
Той же ночью ЧанЁль отсылает КёнСу номер БэкХёна, который нашёл на его профиле в личной информации и адрес электронной почты. Теперь дело за Су, если уж люди из компании Кая не найдут омегу, то этого не сделает ни одно другое детективное агентство.
В семь утра Пак уже стоит возле кафе «Мечта» дожидаясь его открытия. Ожидание не затягивается, к восьми подходит хозяин, сразу же открывая дверь ключом, но табличка «закрыто» так и остаётся не перевёрнутой.
Уже к двенадцати подтягивается ЧонИн, держа голубую папку в руках.
- Почему так долго?! - зло спрашивает Пак.
- Я смертный, а не Бог, ЧанЁль, не ожидай от меня чудес! - так же зло отвечает Ким.
- Ладно! Что ты нарыл? - он устремляет взгляд на папку.
- Много чего, учитывая то, что у меня было 8 часов на всё, - альфа садится напротив друга, протягивая ему папку. Ёль поспешно её открывает, наслаждаясь фотографией его Бэкки, которая была прикреплена к краю первого листа.
- Ву БэкХён. Двадцать два года. Омега, - начинает Кай. - До шестнадцати лет о нём ничего не известно. Во многих источниках указано, что он обучался в Китае, а на родину вернулся по исполнении шестнадцати лет. Младший сын семьи Ву. Как я понял, то именно он унаследует Школу искусств их семьи, но это не всё. Ему так же достанутся музыкальная студия и 15% акций компании. Остальное достанется старшему сыну, плюс модельное агентство, которое уже принадлежит его омеге. У БэкХёна есть пятилетний ребёнок. Ву СеХун. Альфа. Отец неизвестен, но мы-то знаем, кто он. О ребёнке я больше ничего не нашёл, но вот о его папе могу ещё кое-что рассказать. На данный момент он самый известный молодой писатель страны, начинающий дизайнер, главная модель ЦзыТао. Его первая книга имела большой успех среди молодёжи, он получил весьма немалые деньги за неё. Так же известно, что недавно он выпустил коллекцию сумок, которые были проданы по весьма не дешёвым ценам. Не смотря на ранний возраст добился очень много благодаря упорству и труду. На данный момент он живёт в бывшей квартире Ву ИФаня, которая записана на имя Ву СеХуна. Думаю, ты в таком же шоке, как и я несколькими часами ранее, - усмехается ЧонИн, наблюдая за увеличившимися глазами друга.
- Адрес.
- Что? - не понимает брюнет.
- Адрес квартиры мне дай! - быстро выговаривает альфа.
- На первой странице он есть, - как только Кай выговаривает эту фразу Ёль срывается с места, прихватив с собой папку.
Бэкки, ЧанЁлю нужен его Бэкки.
Альфа не задумываясь запрыгивает в свою машину, направляясь по нужному адресу. Всё, что крутится в чанёлевых мозгах, так это скорее найти БэкХёна, поставить на него свою метку, а потом любить, любить, любить... Пока дыхание не покинет его. А ещё дети, ЧанЁль хочет три, нет четыре маленьких копий Бэкки. Он будет вымаливать прощение за то, что сделал ещё долго, но ведь Бэкки простит, Бэкки любит. ЧанЁль знает.
Машина останавливается напротив девятиэтажного здания. Чан, не думая выбегает из машины, направляясь к двери, но тут его ждёт проблема. На двери код.
- Чёрт! - альфа ударяет кулаком по двери, отходя чуть назад.
Минут через пятнадцать из подъезда выходит пожилая бабушка-бета, пользуясь случаем ЧанЁль хватается за дверь пока та не закрылась, прошмыгивая в подъезд. На лифте он поднимается на седьмой этаж, немного жмётся у двери с номером «27», но всё же нажимает заветную кнопочку звонка, предварительно отодвинувшись от двери, чтобы его не было видно из глазка.
Дверь открывается через несколько минут, заставляя Ёля подавиться слюной от яркого, пусть и притуплённого таблетками, запаха течки, а омегу перед ним расширить глаза раза в три. БэкХён тут же хватается за ручку двери, пытаясь её захлопнуть, но ему не даёт стальная хватка альфы, удерживающая дверь. Если бы перед ним был другой альфа БэкХён бы не испугался, но перед ним его альфа, чувствующий течку даже сквозь действие таблеток, что другой альфа не сможет сделать.
- Когда? Когда у тебя началась эта грёбаная течка?! - ЧанЁль ударяет свободной рукой по стене около двери.
- У-утром, - заикаясь отвечает омега, чувствуя, как внутренности обволакивает страх вперемешку с диким желанием, ненавистью и капелькой любви, которой на самом деле не так уж и мало.
- Отлично! Тогда не будем терять время, у нас его и так мало, - с этими словами Пак проталкивает омегу внутрь, влетая в квартиру вместе с ним, тут же прижимая его к стене, впиваясь в губы. БэкХён пихает альфу как может, но что он может сделать против Ёля? Бэк кусает губы ЧанЁля, но и это не останавливает старшего, он продолжает активно вылизывать губы БэкХёна языком, срывая с него футболку. Бэк царапает руки альфы, а Чан будто и не замечает этого.
Из глаз БэкХёна начинают скатываться слёзы, а руки так же толкают парня в грудь, оказывая хоть какие-то жалкие попытки сопротивления.
- Не надо! - жалобно просит омега, когда его валят на диван в гостиной, но его никто не слышит.
Пак всё так же сдёргивает с омеги одежду, оставляя его обнажённым. Когда Бэк остаётся полностью голым, ЧанЁль всё же замирает, чтобы через минуту прошептать тихое:
- Ты самый красивый, Бэкки. Мой, маленький омежка... Я люблю тебя, маленький, - каждое слово сопровождается короткими поцелуями в шею, грудь, живот. БэкХён сдаётся, он не в силах сопротивляться своему альфе. Слишком долго он ждал его любви. Даже не верится, что это реальность. Из глаз текут слёзы, а сердце стучит, словно сошло с ума. Такого не может быть. - Скажи, что ненавидишь меня и я остановлюсь. Скажи, что я ничтожен, и я больше не подойду к тебе. Скажи, что я уничтожил тебя, и я уничтожу себя. Скажи, что любишь меня, и я никогда больше тебя не отпущу, не причиню боли и буду любить до последнего вздоха. Тебя и нашего сына...
- Я ненавижу тебя... Ты ничтожен... И, да, ты убил меня... - сердце ЧанЁля ухает куда-то вниз. - Но я люблю тебя, Пак ЧанЁль. Любил, люблю и буду любить до конца своих дней, несмотря на ту боль, что ты мне причинил...
- Больше не будет боли, БэкХён... - уверяет альфа. - Я не сделаю тебе больно и другим не позволю, - Чан аккуратно касается губ омеги, засасывая нижнюю губу. - Позволишь мне? - тихо спрашивает он.
- Да, - омега неуверенно кивает головой. Вот так просто. И не будет ссор, истерик, драк, ненависти. Как там говорится? Если любишь, прощаешь всё? Так?
ЧанЁль начинает медленно проходиться поцелуями по хрупкому телу, которое ничуть не изменилось, разве что чуть окрепло, но осталось таким же прекрасным, как и в шестнадцать. Ёль старается не делать резких движений, чтобы не напугать БэкХёна, он не хочет потерять его теперь уже навсегда. Спустя некоторое время головокружительных ласк омега расслабляется, полностью доверяясь альфе, который уже принялся водить пальцами по прозрачной, вкусно пахнущей жидкости на внутренней стороне молочных бёдер. Это так приятно для БэкХёна.
Всё происходит медленно, не так, как тогда в грязном школьном туалете. Так, как должно было быть с самого начала.
ЧанЁль снимает с себя футболку, откидывая её к одежде БэкХёна, давно покоящейся на полу. Он жмётся к голому омеге, наслаждаясь жаром его тела и легким подрагиванием. Ёль знает, Бэкки всё ещё боится, он не полностью простил.
Вскоре запах течки распространяется по всей комнате, что отдаётся волной возбуждения в паху альфы. Он чувствует возбуждённую плоть омеги, упирающуюся в его бедро, а смазки под пальцами становится намного больше. Тогда Чан медленно протискивает один палец в узкую дырочку, не причиняя ни капли дискомфорта парню, смазка не позволяет. Через несколько мгновений второй палец присоединяется к первому, Бэк ощущает это, но не подаёт признаков боли. Ёль двигает ими внутри, задевая заветный комочек нервов, доставляя омеге удовольствие. БэкХён не знал, что от этого может быть приятно, ведь его первый раз был отнюдь не прекрасным, а как раз таки наоборот.
В истекающую дырочку проникает третий палец, омега чуть морщится, но продолжает насаживаться на пальцы, сам того не понимая. Так хорошо, когда Ёль с ним нежен, когда он целует его.
Пальцы покидают тело БэкХёна ещё не скоро, лишь тогда, когда ЧанЁль полностью убеждается, что омега готов к большему, он вытаскивает пальцы. Одежда не просто сходит с его тела, она слетает.
БэкХён не смотрит на голого Пака, он слишком смущён.
- Посмотри, - просит Ёль.
- Нет, - Бэк отрицательно мотает головой.
- Тогда почувствуй, - с этими словами альфа медленно проталкивает головку в сжимающийся анус. Он смотрит в глаза омеги, не смея отрываться от него, тоже самое делает омега, чуть жмурясь. ЧанЁль не должен знать, что ему больно.
- Сильно болит? - альфа легко целует омегу в губы, полностью погружаясь в него.
- Рожать было больнее, - улыбается БэкХён.
- Прости, что меня не было рядом, - Ёль прикусывает нижнюю губу.
- Ничего, - омега снова мотает головой. - Ты же здесь сейчас. Ты со мной, а не с теми шлюхами, с которыми спал тогда.
- Нет, Бэкки, сплю и занимаюсь любовью я с тобой, а их я просто трахал, - говорит Пак, выделяя слова «с тобой».
- Так люби же меня, - просит омежка, заставляя ЧанЁля делать первые толчки.
- Запомни это, - Ёль почти полностью выходит, а потом резко входит, проходясь точно по простате, срывая с губ БэкХёна громкий стон. Так он делает ещё несколько раз, но потом не выдерживает, начиная двигаться быстрее, глубже.
С каждой минутой скорость увеличивалась, влажные шлепки двух тел становились громче, а стоны БэкХёна пошлее, развратнее, как и его поведение. Он то и дело, закусывает губу, как последняя шлюха, закидывая ноги то на бёдра альфы, то на его плечи. Похоже он стал чанёлевской шлюхой, но ведь он имеет право быть таким? Только для ЧанЁля.
Он даже успевает поскакать на члене альфы, закидывая голову назад и закатывая глаза от наслаждения, но его с силой отпихивают, ставя раком. Даже сейчас ЧанЁль не груб, он просто дарует своему Бэкки и себе самому наслаждение. Вколачивается в него по самое основание, вгоняя член так глубоко, как только можно.
Чувствуя приближение разрядки альфа снова ложится на спину, давая БэкХёну свободу действий, чем омега и пользуется, самостоятельно насаживаясь на достоинство своего альфы.
Они кончают одновременно, так и не отстраняясь друг от друга, позволяя себе сцепиться на некоторое время. Омега падает на ЧанЁля, блаженно улыбаясь, когда тот сжимает зубы на его плече, оставляя там свою метку.
Это должно было случиться раньше...
- Будь моим, Бэкки, - просит Чан.
- Я и так твой. Всегда был твоим, - омега целует любимого в шею.
- СеХун примет меня? - ЧанЁль гладит парня по волосам.
- Конечно, он знает, что ты его отец, - Бэк вздрагивает от волны удовольствия, прошедшейся по телу.
- Ты ему сказал?
- Нет, он сам почувствовал, ты же его отец, - губы БэкХёна расширяются в улыбке.
- Я такой идиот, - выносит себе вердикт Пак.
- Не спорю, - смеётся омега.
* * *
Утро.
БэкХён просыпается от непривычного ощущения тепла рядом с собой. Он улыбается ощущая руку ЧанЁля на своей талии.
Они лежат в постели БэкХёна, потому что ночью Хёну вдруг снова захотелось быть затраханым, но диван оказался не очень удобным, поэтому они перекочевали в постель. Омега берёт телефон с подоконника и поставив «беззвучный» режим фотографирует своё плечо, на котором красуется метка, а вместе с тем и умиротворённое лицо альфы, прижимающегося губами к его предплечью.
Фото в инстаграме 1 минуту назад.
«Пак ЧанЁль мой! Так-то, сучки!!!»
- А с этим кто-то спорит? - слышится под ухом. Только сейчас БэкХён замечает взгляд Ёля устремлённый в экран телефона. Спалился.
- Да кто тут поспорит? Я ж им кишки наружу выпущу, - мило улыбается Бэк.
- Какой ты хороший, Бэкки, - ЧанЁль прижимает хрупкое тело к своей груди, предварительно затягивая плотные чёрные шторы на окно. Так-то лучше.
* * *
Четыре месяца спустя.
- Отец! - СеХун залезает на тесную кровать родителей, которую те не согласились менять на более большую, так они ближе. Да и это оригинально - спать на балконе...
- Что такое, сынок? - Ёль садится в кровати, прижимая сына к груди.
- Можно я поеду к Лу? За мной дядя Клис плиехал, - мальчик строит щенячьи глазки, зная, что отец не сможет отказать.
- Хорошо, - соглашается Ёль, глядя в глаза лежащего рядом БэкХёна.
Се убегает так же быстро, как и появился, вскоре оставляя родителей вдвоём, его ведь ждёт Лу!
- Как думаешь, он тоже будет таким спокойным? - спрашивает омега прижимаясь к плечу альфы.
- Через пять месяцев узнаем, Пак БэкХён, - улыбаясь отвечает ЧанЁль, прижимая ладонь к животу своего омеги.
Вот оно, их счастье.
Нравится!