Мальчики команды №7
«Наверное, — думает Наруто, — что-то пошло не так…»
Потому что Хината Хьюга обычно не приветствует Узумаки воплем:
— Ты!!!
Джинчурики оглядывается по сторонам и переспрашивает:
— Я? — при этом не забывая на всякий случай пятится.
— Ты!!! — уверенно кричит девушка, и разминает пальцы совсем как Сакура-чан, когда собирается кого-то бить. — Ты мне всю жизнь испортил!
Наруто в душе не чает, что он сделал, но уже готов извиниться. Харуно хорошо приучила его, что в любой непонятной ситуации связанной с противоположным полом, чтобы не случилось — лучше сразу извиняйся. Курама с этим решением обычно полностью согласен, но сейчас тихонечко шепчет: «Валим отсюда, касатик! Пока ещё не поздно…».
— Сейчас я тебе такой мягкий кулак устрою, — шипит и жутко скалится Хината. — «Восемь Триграмм Шестьдесят Четыре Ладони» — чапалах со скоростью света!
Узумаки понятия не имеет, что такое «чапалах», но звучит почему-то больно. Это придает дополнительного ускорения, и он почти не слышит печального стона Карин, которая до этого шла с Хьюго.
— Ками-сама! Каа… Хина-чан! Пожалуйста, перестань немедленно. Так не делается! Ты ведёшь себя некрасиво!
— Заткнись, грёбаная Де…вка! Если бы этот тупоголовый был хоть чуточку внимательней, всего этого вообще бы не произошло! Мне нужна, чёртова, моральная компенсация!!!
Карин начинает что-то бормотать, и продолжение разговора Наруто уже не слышит. Он завтра узнает у красноволосой девушки, что случилось. А сейчас, интуиция, на пару с Курамой, заставляют его бежать как можно скорее.
***
«Наверное, — думает Саске, — что-то пошло не так…»
Потому что Карин впервые в жизни не пытается повиснуть на нём при встрече. Узумаки даже толком не здоровается — только неловко машет ладонью и специально отходит подальше, прячась за необычайно хмурую Хинату. Они идут в одну сторону, и Узумаки ни разу не пытается заговорить с парнем. Не то, чтобы это волновало Учиху, но… Карин даже не смотрит на него! Сначала Сакура, теперь эта… Это что ж такое твориться-то?
— Как дела, Карин? — решает всё-таки уточнить Саске.
—А? Да, нормально. Всё хорошо. Конечно, насколько это возможно. Но всё в порядке, да…
Узумаки продолжает невнятно бормотать, от чего Хьюга ещё больше хмурится и произносит:
— Слышь, Учиха! Тебя там Хокаге искал. Тебе пора.
Тот, которому пора, в этот момент застыл, совершенно не понимая, что происходит. Ладно эти две (Сакура и Карин) — Саске регулярно отвергал чувства обеих. Наверное, такое не особо нравится девушкам. Но, какого биджу, робкая Хината так с ним разговаривает? Пока он пытается разобраться в происходящем, куноичи окончательно скрываются из виду.
***
«Наверное, — думает Сай, — что-то пошло не так…»
Потому что он как обычно после миссии, сразу же как сдал отчёт Хокаге, направился к Сакуре. Девушка не раз его ругала, когда он не приходил лечиться сразу. Правда, в больнице ему говорят, что Харуно-сан после какого-то происшествия сейчас отлеживается в палате. Книжка «Как завести друзей» говорит, что хорошие друзья проведывают друг друга в больнице, поэтому Сай отправляется в палату к сокоманднице. Он даже успевает стащить из вазы в приемной пару апельсинов, чтобы по всем правилам провести ритуал больничного проведдывания.
Но что-то явно идёт не так, потому что Харуно обводит взглядом вошедшего парня, нервно чешет лицо и кривится. А затем выдает одно-единственное слово:
— Исчезни.
Сай наспех обдумывает происходящее, и всё-таки решает уточнить:
— Ты хотела яблоки, а не апельсины?
Сакура тут же закатила глаза и повторила:
— Исчезни.
Парень недоуменно чешет затылок, пока его не осеняет догадка.
— А, я понял, — улыбаясь фирменной фальшивой улыбкой, произносит он. — У тебя начало цикла. Хочешь теплую грелку и шоколад?
Харуно начинает чесаться уже двумя руками, смотрит исподлобья и недовольно шипит:
— Я хочу, чтобы ты исчез, тупица!
У Сая есть, что на это ответить, но в этот момент в палату входят Хината и Карин. Узумаки тихонечко здоровается, а вот Хьюга достаточно грубо говорит:
— Иди погуляй. У нас тут бабские делишки — нужно бантики-помадки обсудить, сисечками померяться.
Карин громко хлопает себя по лицу, пока другая девушка, чуть ли не пинками, провожает АНБУшника к выходу. Сай, честно, не может представить ни одну из этих девушек с бантиком, но вот сравнительная часть встречи вызывает интерес в здоровом организме. Так что, парень решает перебазироваться и понаблюдать за девушками с помощью окна. К тому времени, когда он занимает удобное и незаметное положение, Хината как раз произносит:
—… посмотри. Он же чесаться не перестаёт. Конечно, это Шигараки.
— Понятия не имею, о чём вы говорите, — отвечает Сакура, с улыбкой точь в точь как у Сая.
— Каа… Хина-чан, а если ты ошибаешься?
— Хватит тупить, Деку!
Парень недовольно хмурится. В книге говорят, что указывать на бесполезность человека не стоит, и людей это обычно обижает. Тем не менее, Карин даже не начинает ругаться с подругой.
— Ладно, ты права, — соглашается Хьюга. — Эта горячая цыпочка просто не может быть членососом Шига…
Договорить она не успевает, потому что Харуно бросается на неё с кулаками, пытаясь схватить за шею, а Карин тут же бросается их разнимать. В принципе, Сай доволен. Это, конечно, не сравнительное исследование, но тоже достаточно весело.
— А давай мы его прямо сейчас и удавим, — запыхавшись предлагает Хината.
— Кишка тонка, трехголовая, — гаденько смеётся Сакура. — Я тут главного босса завалил, пока вы две в дереве дрыхли.
— Вообще-то, — замечает Карин, — вы сделали это втроём с Наруто и Саске.
— Ага, — соглашается девушка и демонстративно машет ладошками. — Но все руки на месте остались только у меня.
— Чё это я трёхголовая? — рычит Хьюга.
— Да мне откуда знать? Как ты, вообще, передвигаешься с этим? — брезгливо спрашивает Харуно, жестом указывая на грудь другой девушки.
Саю это, кстати, тоже очень интересно, хотя брезгливости по этому поводу совсем не ощущает. Огонек надежды в душе парня, всё ещё рассчитывает на сравнительную демонстрацию. К сожалению, в этот момент Узумаки хмурит брови и тихонько произносит:
— За нами наблюдают.
— Кто? — тут же серьезно спрашивает Хината.
Парень видит, что Сакура хмурясь поворачивается в сторону окна, и, зная «добрый» нрав сокомандницы, спешит исчезнуть в шуншине.