Предатель
Глаза никак не хотели открываться. Сознание возвращалось медленно, но я уже слышала голоса вокруг. Это было похоже на молитву, только вот язык не разобрать. Попытавшись пошевелиться, я поняла, что связана по рукам и ногам. Спину обжигал холод камня, нестерпимо болела голова, хотела закричать, но язык меня не слушался. Я не могу издать и звука! Глаза распахнулись от осознания происходящего. Повернув голову, я увидела на расстоянии метра от меня Надю. Она лежала на алтаре, как и я облачённая в лёгкое чёрное платье из шифона. Она без сознания. Вокруг нас странные люди, одетые в чёрные одежды и широкие кроваво-красные мантии с огромными капюшонами, скрывающими лица. На мысли о том, что это жертвоприношение наталкивало абсолютно все. Люди, бормочащие неизвестно что, свечи в их руках, эти алтари, помещение, безумно напоминающее склеп. Не в силах сделать что-либо ещё, я осматривала комнату. Помещение, где-то три на четыре метра; высокий сводчатый потолок, пересеченный деревянными балками; символы на стенах напоминают толи египетские, толи письмена племени майя; все сделано из грубого серого камня. Я на удивление спокойна. Возможно это из-за пряного дыма, который валит из костра между алтарями.
Тут я заметила какое-то движение в полумраке, сохранившемся по углам комнаты. От стены отделилась тень и направилась к алтарям. По мере приближения все явственнее вырисовывался силует мужчины, высокого, с широкими плечами и, спрятанным под капюшоном белой мантии, лицом.
Голоса смолкли, когда мужчина встал между мной и Надей, возле костра. Из огня посыпали искры. Он снял капюшон.
- Но... Зачем?- от шока я даже не заметила, что ко мне вернулся голос. Ведь передо мной стоял Кольт. Услышав мой голос, он повернулся.
- Что зачем?- лицо не выражало ни единой эмоции,- Зачем я стал жрецом Ктулху? Зачем я приношу вас в жертву? Что ты хочешь знать, Марина?
- Зачем ты предал нас? Зачем сначала помогал?- на глаза наворачиваются слёзы, в горле стоит ком. Как он мог? А я опять как дура влюбилась не в того.
- Все просто,- его голос был холоднее арктических ветров,- Вы нужны, чтобы закончить ритуал. Древние придут к власти. И тогда я смогу стать настоящим, смогу выбраться в реальный мир. И что самое главное, Анна будет жива,- в его тоне проскользнули нотки грусти, но взгляд был все тот же,- Я не хочу причинять вам вред, но так нужно.
Я судорожно пыталась вспомнить кто такая Анна, что он о ней рассказывал. Если вспомню, можно будет попробовать повлиять на него. Тут я вспомнила вечер, который мы вдвоём провели у камина в гостиной Ма. Кажется, тогда он рассказывал о ней. Первая женщина-пророк, появившаяся в Аркхеме. Единственная до Саши. Он любил её. После прочтения летописи Аркхема, она сошла с ума и бросилась с обрыва на Неприступном острове.
- Но Анна явно не хотела победы Древних,- надеюсь нас ищут, в любом случае нужно тянуть время, давить на него.
- Смерти она тоже не желала!- похоже я задела его. Ярость лучше безразличия.
- Ты считаешь, что она поблагодарит тебя за спасение ценой целого мира?! Она будет проклинать тебя!- не работает. Он взял себя в руки, и больше не реагирует на мои слова.
- Я хочу лишь одного. Чтобы она жила,- от толпы отделился человек, который подал Кольту старый фолиант, размером в девять моих ладоней и толщиной в одну. Вместо обложки был просто кусок чёрной кожи, с пришитой к нему застежкой. Никаких надписей золотом, инкрустаций драгоценными камнями или черепов на обложке, как обычно представляют такие книги. Лишь пожелтевшие, потретанные страницы, прикрепленные к обложке грубой нитью и клеем.
Я снова лишилась голоса, но не могла даже впасть в панику. Сладкий и пряный аромат дыма нейтрализовывал все вырабатывавшиеся гормоны. Интересно, что за траву они туда подсыпали?
С склепе воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском огня. И в этой тишине особенно величественно зазвучал голос Кольта, читавшего заклинание.